За тех, кто в море!

Литературные произведения военных моряков и членов их семей. Общественное межрегиональное движение военных моряков и членов их семей "Союз ветеранов боевых служб ВМФ"

Травин А. Командир счастливой «Щуки»

«Нигде нет такого равенства, какое существует на подводной лодке, где все или побеждают или погибают…»
Магомет Гаджиев, Герой Советского Союза.
Фраза, которая знакома каждому моряку, а уж моряку-подводнику и подавно… Я же знал про неё еще в детстве. Просмотрел почти все советские фильмы про советских моряков-подводников. И уже с самого детства грезил мечтами попасть на Северный флот. Но судьба распорядилась иначе, и попал я в свое время на Балтийский флот, как когда-то давно мой прадед, служивший в морской пехоте и принявший первый бой в Прибалтике и мой дед, который служил в морских частях пограничных войск. Отслужив свой срок, я уволился в запас. Мечты детства не сбылись, но в памяти все-таки остались моменты из фильмов, которые ярко характеризуют отвагу и героизм советских моряков.
И в связи с этим, я очень долго думал, как и самое главное – с чего начинать писать. И решил написать про один из экипажей подводной лодки типа «Щука», которая несла боевую службу в годы Великой отечественной войны на Северном флоте. Но написать на примере советского фильма, одного из моих любимых.
О каком именно — думаю, что догадаетесь по ходу описания. Место действия – г. Мурманск, 3-й дивизион бригады подводных лодок. На дальних фронтах идут ожесточенные бои, совсем недавно состоялось контрнаступление советских войск под Москвой. Но враг все еще силен и в 1942 году готовился к захвату Мурманска. Поэтому было принято решение активизировать Северный флот для борьбы с врагом. Подводная лодка «Щ-721» с боевым экипажем под командованием капитана 3-го ранга Алексея Петровича Строгова готовится к очередному боевому походу. Сама же лодка была заложена 20 ноября 1934 года на Горьковском судостроительном заводе № 112 Красное Сормово заводской номер 83, спущена на воду 12 мая 1935 года и 5 декабря 1937 года вошла в состав Балтийского флота. Позднее по Беломорско-Балтийскому каналу перешла в Северный флот, и 21 июня 1939 года вошла в его состав. Совершила 6 боевых походов, в годы войны ей было засчитано уничтожение 7 судов общим водоизмещением 22 175 брт, однако подтвердилось уничтожение только одного транспорта противника («Консул Шульте» 2975 брт). Входила в состав 3-го дивизиона бригады подводных лодок.
На самом деле, на фото подводная лодка «Щ-421», а почему именно она, напишу чуть позже. Экипаж подводной лодки «Щ-721» выполняет задачу по поиску и уничтожению вражеских кораблей и судов с солдатами и боеприпасами. Подлодка Алексея Строгова считается счастливой. )
Экипаж под руководством Строгова творит чудеса и выпутывается из сложных ситуаций – всеми возможными способами уходит от врага и избавляется от преследования.
В одном из боевых походов во время преследования транспорта противника, подводная лодка «Щ-721» обнаруживает с перископной глубины поврежденную подводную лодку…с парусами…Не может быть…
— Рудаков!? Боцман, рули на всплытие! Швартовой команде приготовиться!
С поврежденной лодки заметили всплывающую подводную лодку…
— Строгов! Эта лодка Строгова!
— Валерий, что случилось?
— Наткнулись на мину, потеряли ход, винты в клочья…
— Приказываю покинуть корабль…А лодку…
Команда «Щ-703» не шелохнулась, у всех слезы на глазах.. Ведь им придется навсегда оставить лодку…
— Может быть попробуем отремонтировать, Алексей?
— Рудаков! Валерий, именем командования, приказываю покинуть лодку!
Рудаков еще долго стоит на легком корпусе подлодки, прижавшись к рубке, но делает усилие над собой и отдавая в последний раз воинское приветствие своей любимой «Щ», последним переходит по трапу на «721-ю»…Отдан приказ затопить «Щ-703»…
А счастливая  «Щука» продолжает преследование противника.
При обнаружении крупного транспорта, Алексей Строгов тут же применил бесперископную торпедную атаку, о тактике которой давно задумывался,  вопреки скептицизму экипажа и командира «703-й» Валерия Рудакова.
Точно не помню, но, по-моему, в этот момент командир отказывается от атаки под перископом и принимает решение атаковать «вслепую», пользуясь только данными гидроакустики с недавно установленной станции «Дракон-129».
По ГГС раздается команда: «Аппараты №1, №2 к выстрелу изготовить! Аппараты №1, №2 товсь! Есть №1, №2 приготовить! Есть товсь!» — звонким гулом доносится в отсеках лодки. Матрос-торпедист Анатолий Голик (о нем рассказ будет чуть позже) сильными руками держит рукояти стрельбового клапана. Ап-п-параты…Пли! Есть пли!… «Торпеды вышли, товарищ командир!» Время пошло…Секундомер в руках Строгова отсчитывает секунды — десять…двадцать…двадцать пять…Докладывает акустик Шухов: «Есть попадание, товарищ командир!»
«Боцман, рули на погружение! Полный ход!» — приказал командир.
После успешной атаки лодкой крупного транспорта фашисты ведут на «Щ-721» долгую охоту. В конце концов, она оказывается в почти безвыходной ситуации. В вахтенном журнале «Щ-721» появляется первая запись: «Началось преследование и бомбежка, течёт клинкет второго дизеля».
Пережидать приходилось очень долго. Возможно, атаки длились часами, а то и целыми сутками. Морякам подводного флота очень тяжело и представить это сложно. А во время Великой Отечественной войны и подавно. Но экипаж стойко переносит все тяготы и невзгоды. И даже поздравляет с днем рождения одного из членов экипажа – старшину 2-й статьи Шота Харадзе.
Кок Булкин решил приготовить праздничный торт именно так. Возможно, идёт сравнительная оценка — противопоставление настоящей мины, приносящей беды подводным лодкам и мины сладкой.
Но это война, враг отслеживает подводную лодку, кидает глубинные бомбы и в какой-то момент наступает затишье. И осталось подождать совсем чуть-чуть и кислород на исходе (как мы помним, на подводной лодке теперь вдвое больше людей), но всплывать нельзя. В вахтенном журнале появляется еще одна запись:  «Идти не можем, продолжаем ремонт осушительного насоса. Содержание углекислого газа 3%». Иногда случается, что «борьба за живучесть» переходит в «борьбу за выживаемость». Люди сходят с ума. Бьются, как дикие звери, отбирая друг у друга дыхательные аппараты…А между тем в отсеках содержание углекислого газа увеличивается, не смотря на то, что людям дан приказ лечь в койки( в лежачем положении человек потребляет меньше кислорода.) люди задыхаются… Регенерационные патроны все израсходованы. Дышать нечем. Надо всплывать… Но наверху враги! Всплыть, значит отступить, значит сдаться?! А как же те, кто умирал под Москвой в 1941 году и умирает в блокадном Ленинграде? Кто умирал, истекал кровью, но бился со словами «Велика Россия, а отступать некуда — позади Москва!». «За нами тоже страна, наша Россия и все мы – русские, не смотря на национальность – украинец, узбек, грузин, русский..А русские — не сдаются!» Люди задыхаются, бредят, теряют сознание, но не сдаются. Командир и комиссар, шатаясь, уходят из центрального поста, обходят отсеки, подбадривают таких же, как и они измученных и отравленных уже ядовитым воздухом собратьев-подводников. В опустевшем центральном очнулся молодой матрос. Вокруг никого нет! Лишь в выгородке акустика уронил голову на пульт боевой товарищ Шухов. Кровь из ушей..Наверное, мертв… И в других отсеках тоже, наверное, мертвы! «Все мертвы!» — приходит мысль в затуманенный, отравленный, бредящий мозг… «Я остался один… Убью! Хоть одного фрица, да захвачу с собой! Всплываю!» Блокирует переборочные двери. Что там кажется воспаленному мозгу, зачем он это делает? Боится, что к нему придут хоть и друзья, но мертвые?! Кто его знает… Хорошо, что учили в школе подплава, руки автоматически крутят маховики клапанов продувания, ревет воздух ВВД в балластных цистернах. Лодку закачало, она всплывает, и немцы неожиданно видят на поверхности серо-зеленую, как у настоящей щуки тушу подводной лодки (на разных флотах подводные лодки имели различную окраску: на Балтийском флоте серо-шаровую, на Черноморском флоте темно-серую, а на Северном флоте серо-зеленую). Так что здесь окрас лодки соответствовал зубастой хищнице, по имени которой эта серия подлодок и получила своё название – «Щука».
«Всплыл! А теперь – наверх, там ненавистный враг, из-за которого погибли командир, замполит, друзья-матросы… Отдраил верхний рубочный люк. Шатает… Ничего, свежий воздух придает сил… Отдраил задрайки дверей ограждения рубки…«Вот она, пушка. Невелик калибр — 45 мм, но все одно – это пушка! Развернуть на эсминец и…» И только он собрался выстрелить, как тут же с эсминца полоснула пулеметная очередь, и упал моряк замертво на палубу… Командир, оказавшись на палубе с другим матросом по фамилии Голик, о чем-то долго переговаривается с ним. И принимает единственное и на его взгляд правильное решение — отдать приказ к погружению, но ценой собственной жизни, поскольку немцы уже выслали команду на катере для захвата подлодки.
«Как брошу папиросу — срочное погружение!» Расчет командира был прост, он, конечно, рисковал (немцы могли «причесать» палубу пулеметным огнем), но выдержал необходимое время, и лишь когда катер с «призовой командой» приблизился на такое расстояние, когда открыть огонь по лодке значило гарантированно уничтожить и немцев в катере и отдал приказ погружаться. И, кроме этого, считал секунды и минуты, пока немцы шли к подлодке. Система вентиляции в исправном состоянии и работает на полную. И чем больше времени он оттянет — тем лучше провентилируются отсеки, будет больше свежего воздуха и меньше углекислого газа… Проходит еще немного времени, немцы близко и подводная лодка уходит на глубину, оставляя командира на палубе легкого корпуса. Оставляя на смерть. Спасающего собой и лодку и команду. Тяжело? Больно? Но так велит служебный долг и впитанное с молоком матери понятие —
«Сам погибай, а товарища выручай…»
Давным-давно была война
И там, где всё сожгла она,
Хлеба желтеют и синеют реки.
Но тот, кто эту землю спас,
Остались жить в сердцах у нас
Навеки, навеки, навеки…
Пройдут годы и закончится Великая Отечественная война. Матрос Голик продолжил службу в военно-морском флоте. Окончил Высшее военно-морское училище подводного плавания имени Ленинского комсомола в 1952 году. Службу проходил на подводных лодках Северного флота с 1952 года по 1957 годы командиром минно-торпедной боевой части. В 1958 году поступил и в 1959 году окончил Высшие специальные офицерские классы ВМФ. В 1961 году назначен на должность старшего помощника на подводную лодку. Пройдет еще несколько лет и Анатолий Федорович Голик станет командиром подводной лодки им. Алексея Строгова. Всякое он повидал на своем жизненном пути и всегда вспоминал своего первого командира, отдавшего свою жизнь ради спасения экипажа и его самого. И в одном из боевых походов, его подводная лодка проходит место гибели Алексея Строгова. Головные уборы сняты, военно-морской флаг приспущен…
И сколько бы я не смотрел данный фильм, меня не покидала мысль, что в нем все по-настоящему и всё, что в нём показано было на самом деле. Так и есть. Образы командира и подводной лодки — собирательные. На Северном флоте несла боевую службу подводная лодка «Щ-403». Командиром на ее борту (в период с 26 октября 1939 года по 19 февраля 1942 года) был Семен Коваленко, который в безвыходной ситуации отдаёт приказ к погружению, а сам остаётся на верхней палубе. Правда при этом командир попадает в плен, был отправлен в лагерь для военнопленных и там расстрелян в 1944 году. Но основным прототипом героя к кинофильму послужил капитан 3-го ранга Видяев Федор Алексеевич, кавалер трех орденов Красного Знамени. Службу начинал на подводной лодке «Щ-421» в звании капитан-лейтенанта и был поистине командиром счастливой «Щуки». То, что «Щука» была счастливой, говорит в её пользу один факт.
Во время боевого похода лодка лишилась двух винтов и потеряла ход. Экипажем был изготовлен парус из брезента и этот самый парус был водружён на перископ. Под самым носом у немцев прошли… Видимо они приняли нашу подлодку за рыболовное судно, им и в голову не пришло, что эта наша подводная лодка. На помощь «Щ-421» пришла подводная лодка «К-22». И экипаж был спасен. Подводная лодка «Щ-421» затоплена. По фильму «Щ-721» спасает экипаж «Щ-703». Там был и парус. Кадров именно этого момента не нашёл. Но есть фото из реальной жизни.
К слову о командире Видяеве Федоре Алексеевиче. Позднее он стал командиром подводной лодки «Щ-422». За время боевой службы его подводная лодка совершила 19 боевых походов.
В июне 1943 года Ф. А. Видяев был награждён третьим орденом Красного Знамени. Перед очередным выходом в море, Федор написал своей семье в Ленинград. Сообщил, что скоро приедет в отпуск. В конверт вложил фотографию. На обороте её написал:
«Моему сыну Константину, будущему защитнику нашей дорогой Родины, от отца. Видяево. 23 июня 1943 года. Действующий флот».
Это было его последнее письмо. 1 июля Федор Алексеевич Видяев ушел в свой последний, девятнадцатый поход. 25 июля приказом наркома ВМФ «Щ-422» была преобразована в «гвардейскую». Подводники радовались за друзей, ждали их к празднику, но видяевцы так и не узнали о высокой оценке Родины. На базу они не вернулись… Такая вот история, и действительность гораздо трагичнее, чем хотелось бы. Но, тем не менее, сходства с кинофильмом и тем, что было на самом деле, присутствуют…
Пока мы помним об этих героях пишем или говорим, сквозь года они живут в наших сердцах. Вот, пожалуй, и всё, что я хотел донести до читателя по этой теме.
Продолжение следует…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

За тех, кто в море © 2018 | Оставляя комментарий на сайте или используя форму обратной связи, вы соглашаетесь с правилами обработки персональных данных Frontier Theme