Юрьев Ю. Метаморфозы. Роман в стихах (продолжение)

Но служба шла, хоть и советский,

Он все же — русский офицер,

Он – рыцарь службы бесконечной,

И коммунист и всем пример.

Но тайное своё пристрастье

Хранил глубоко и молчал.

И это не было несчастьем:

Кой-кто, при случае, давал.

Тебе дадут всегда, но бойся

Об этом хоть кому сболтнуть,

Хоть в пять шеренг один постройся,

Молчи и верен будет путь.

Ты говорить в постели можешь,

Слова у дамы нежат слух,

Но только лишь она уходит,

Ты все забыл и нем и глух!

Как тайну вклада, как зеницу

Он отношения хранил,

Пускай, перевернул страницу,

Но он имен не огласил.

Его, конечно, ревновали,

Слушок о нем слегка витал,

Я повторюсь: тех, кто давали,

Он никогда не выдавал.

Он молодец, и свойство это

Весьма ценилось там и тут,

У самодельного поэта

Здесь был весьма большой статут!

В цене, такие офицеры.

Молва о нем такая шла:

Ни разу не было примера,

Чтоб слово вякнул он когда.

А потому в определённых

Кругах всегда имел успех,

У дам, на сексе заостренных,

Лечь под него совсем не грех!

Но постоянно приходилось

В моря на службы выходить,

А там, ну, чтобы ни случилось,

В постах своих почти что жить.

Облазил он брега чужие,

В конфликт с евреями вступал,

Когда за борт в Александрии

Гранаты в воду он бросал.

В тот день не повезло евреям,

Их диверсанты к борту шли,

Гранаты грохнули, злодеи,

Как рыбки снулые всплыли.

Хотели парни из Сиона

За свой потопленный «Эйлат».

Приказ исполнить их главкома

И тайно наш корабль взорвать.

Но в эту ночь коварным планам

Осуществиться не пришлось:

Гранаты воду рвут упрямо,

Не выйдет с нами «на авось»!

Здесь вы, таки, не на Привозе,

Не «сшиты снасти из портьер»,

И с русским Ванею не сможет

Сравниться  Фима–флибустьер!

Его корабль сопровожденье

Авианосцам учинял,

Он помнил чудные мгновенья:

Как обстановку уточнял!

Его локаторы вращались,

ГАС молотила под водой,

И все удачно получалось:

На корабле каплей – герой.

Но были, правда, отклоненья,

И как-то, проходя Дакар,

Я помню чудное мгновенье:

Он написал про Гибралтар.

Бывает разное, ребята,

Но здесь строка нашла перо,

И фраза, вот она, однако,

Диктую вам – оно, оно!

«Проходим Гибралтар, и крутится локатор»

Герой частенько повторял

Подходит рифма здесь – меркатор,

Но я лишь рюмку наливал.

Крылатых вирш он не осилил,

Но жил талант, возможно, в нем,

Он верил в собственные силы,

И замполит был им сражен.

Уже для пьянок заставляют

Стихи по случаю слагать,

Он порученья выполняет

Стихи плодит, япона-мать.

Стихов в потрепанной тетрадке

Уж не вместить, а замполит

Дает задание, он в порядке:

Всё, что прикажут, сочинит.

На корабле был он в почёте

У теток в ДОФЕ – парень свой,

Бывали мелкие пролёты,

Но все же уровень другой.

Еще он что-то вроде знает,

Почти умеет все герой,

С матросов шкуру он спускает,

И шутке он не чужд порой!

А если шило раздавали,

Процесс всерьёз он принимал:

Всегда во внутреннем кармане,

Он фляжку с шилом сохранял.

Однако, если выпьет рюмку,

Херню ужасную писал,

Ну, например: «Прильнуь губами

К устам туземки» он мечтал.

Конечно, это лишь по пьяни

Мог выдать воспалённый мозг

Какой чудак: «прильнуть губами…»

За это б всыпать сотню розг!

Так жизнь его текла на флоте,

Но всё же стал он уставать,

По-умному, каплей на взлёте

Куда-то должен был слинять.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *