Бабич В. Последние письма

Эта статья – продолжение очерка «Катастрофа в Южно-Китайском море», опубликованного ранее в Facebook.

Испытательный взлет с коротким разбегом (ВКР) самолета Як-38. Сопла подъемно-маршевого двигателя установлены на 25 градусов от вертикали. Створки подъемных двигателей раскрыты. Специалисты ОКБ А.С.Яковлева и ГНИКИ ВВС с кино-, фотоаппаратурой фиксируют все детали взлета. На носовом срезе спонсона «Минска» установлен обтекатель для выравнивания воздушного потока над палубой, он хорошо виден на снимке. Одновременно был снят брус ограждения и другие выступающие части.

Когда я писал книгу «Наши авианосцы», то долго пытался через знакомых в Москве и в С.-Петербурге разыскать жену Олега Кононенко – Ларису. Наконец, мне дали ее телефон в Жуковском. Она обрадовалась моему звонку. Я сказал ей, что пишу книгу и спросил, что лучше написать об Олеге? Она вздохнула. Эта тема до сих пор для нее тяжелая. Лариса сказала, что напишет письмо и постарается приехать, чтобы рассказать о том, как они жили последние годы и как погиб Олег. Вскоре я получил письмо. Лариса писала:

«…Буквально заставила себя, подбирая материалы, на несколько вечеров вернуться в «ту жизнь», которую боюсь шевелить в памяти. Очень тяжело. После гибели Олега пошел другой отсчет времени, и здесь я – другая, и жизнь другая. И уже не знаю, было ли все это? Спасибо Вам за светлую память об Олеге. С тех пор прошло много лет, общалась я с летчиками, космонавтами, поэтами и другими людьми – нигде я не видела такого влюбленного в свою работу человека, влюбленного в жизнь, природу, людей. Он действительно «летал на крыльях». Никогда не искал материальных выгод, не умел заводить «нужных знакомств», не боялся высказать свое мнение о человеке и о деле – в глаза… Об Олеге я могу рассказывать несколько суток, что и сделаю, когда приеду в Николаев.

Как он погиб? В тот день, 8 сентября 1980 года, мне приснился пронзительно ясный сон: я оказалась на дальневосточных сопках, внизу – море. Меня тянет вниз, еле успеваю выбирать площадку-уступ, чтобы не упасть, допрыгиваю до берега, и меня захлестывает волна из «мелочи» – копеек, вместо гальки. Вскочила, на часах 6.10, смотрю, наш Григорий сидит в кроватке и комкает последнее письмо от Олега – я оставила его на стуле возле кроватки вечером, когда читала. Причем не орет, как обычно (просыпается и первым делом – орать), а молча. Я вскочила, отобрала письмо, была мысль: «вдруг последнее?». И все…

Я не находила себе места, ходила в ужасе по квартире весь день, пока не пришли ребята. В квартиру зашел Юра Ивченко, его товарищ, летчик-испытатель, я выглянула в коридор, а там – всё «кожаные куртки». Так приходят тяжелые известия в семьи летчиков. Олега Кононенко поглотила морская пучина в тот день на другом конце Земного шара в 6 часов 10 минут московского времени. Лариса продолжает:

«…За неделю перед этим, 1 сентября Олег тоже «просел» до воды, но мало-помалу самолет вытянул, а 8-го была высокая волна, он ударился об нее, самолет развернуло. Как говорят морские летчики, – «вода мягкая, пока об нее не ударишься». Скорость самолета большая, плюс навстречу тонны воды, удар все равно, что о бетонную стену. Олег погиб. Полет был испытательным, и все, что происходило, фотографировали с вертолета, но ничего не могли сделать, чтобы удержать самолет на плаву. Через некоторое время я туда пришла на корабле, чтобы понять, как это было, и ощутить, что его нет на самом деле. Нигде.»

Когда гидрографическое судно, на котором находилась Лариса, прибыло к месту катастрофы, раздалась команда: «Стоп машина! Экипажу построиться! Спустить трап!». Лариса опустила на воду цветы, а экипаж – заготовленную на берегу громадную, сваренную из металла звезду Героя, которая, наверное, и по сей день лежит в месте катастрофы на глубине около 100 метров в Южно-Китайском море у берегов Вьетнама в точке с координатами 09 градусов 09′ северной широты и 108 градусов 36′ восточной долготы…
***
В своем последнем письме 25 августа 1980 года, в день, когда «Минск» уходил в поход на два месяца к берегам Вьетнама и Филиппин, Олег писал:
«Вспоминаю каждую минуту, когда ты была рядом. И твои глаза, глаза, глаза… Словами нельзя передать то, что могут излучать твои глаза. Как обидно, что по разным причинам потеряны минуты, когда мы могли быть вместе. Может быть, сразу после похода взять путевки и уехать нам вдвоем куда-нибудь? Или лучше на машине? Как не хочется уезжать, если бы ты знала. Люблю тебя очень, очень, очень. Тебе трудно будет с ребятами, крепись, пожалуйста. Я не буду больше уезжать. Никогда. Не могу без тебя. Целую. Олег».

Мама Олега, Нина Андроновна, писала письмо Ларисе неровным почерком под Новый 1981 год, через три недели после того, как похоронили Олега:
«Ларушка, мне очень тяжело, что нет Олега на белом свете, да еще нет близко могилы. Я бегаю на аэродром, где он начинал летать, по дорогам, где он ходил, его там нет. Бежишь домой, а в голове чудится: «где хоронить, где хоронить?». Не знаю, что со мной делалось, и в церковь ходила, поминальные свечи ставила, потерять сына таким путем – это нелегко…».

В 1966 году Кононенко окончил Школу летчиков-испытателей Летно-исследовательского института (ЛИИ) в г.Жуковском – 3-й выпуск вертолетного отделения. Таких школ всего несколько в мире. Это уникальное учебное заведение дало более сорока Героев Советского Союза. Вскоре Олег стал одним из самых авторитетных и квалифицированных испытателей и, как пишут, «своим профессионализмом, простотой и скромностью, очаровывал буквально всех, причастных к программам испытаний».

Еще юношей, начиная с 1958 года, Олег выигрывал одно за другим соревнования по авиамодельному спорту. В 1960 году, в 22 года, он стал мастером спорта СССР, а в 1961 году – чемпионом СССР по авиамодельному спорту, в 1962 году – мастером спорта СССР по вертолетному спорту!

Работая в Летно-исследовательском институте (ЛИИ), он в течение короткого времени освоил полеты на всех типах истребителей и уже через несколько лет вошел в число ведущих испытателей самолетов вертикального взлета. Полеты Олега Кононенко показали, что владение техникой пилотирования вертолета определяет успех и на «вертикалке». Начиная с этого времени, в программу подготовки летчиков самолетов Як-38 стали входить и вертолеты, и истребители. Параллельно с работой испытателя Олег учился в МАИ и в 1975 году защитил на «отлично» диплом по теме «Летные испытания самолета Як-36М».

Научный руководитель подготовки космонавтов по программе космического корабля многоразового использования «Буран», доктор технических наук, зав.кафедрой МАИ Николай Степанович Мельников писал: «Кононенко разработал эффективную и доступную другим методику управления самолетом Як-36М, развил бурную деятельность по подготовке военных летчиков и освоению этого необычного самолета. Именно благодаря неутомимой подвижнической деятельности Олега, целые боевые подразделения авиации флота были укомплектованы его учениками и учениками его учеников. И это притом, что уже к началу 1978 года, благодаря его уровню и личным качествам, перед Олегом открылись космические перспективы».
***
Уже более 30 лет проводятся соревнования по авиамодельному спорту на Кубок памяти Олега Кононенко в классе «воздушный бой» в г. Жуковском. Эти соревнования – достойная память об Олеге, семикратном чемпионе Советского Союза по авиамодельному спорту, заслуженном летчике-испытателе, который жил и работал в этом городе в Летно-исследовательском институте.

Жуковский – столица авиационной науки, город с рекордным числом Героев на душу населения. В этом городе на территории ЛИИ Министерства авиационной промышленности Черноморский судостроительный завод смонтировал наклоняющийся стенд, на котором проводились исследования влияния газовых струй работающих двигателей самолета Як-36М на полетную палубу и внутренние помещения корабля.

***
На «Киеве» мы впервые услышали от Ларисы колоритную бардовскую песню, которая начинается словами:

Наш корабль давно уже на рейде
Мачтами качает над волною…
Эй, налейте, сволочи, налейте,
Или вы поссоритесь со мною.

Эта песня стала очень популярной на «Киеве». Потом она сопровождала нас в морских походах на всех кораблях. Знаю, что эту песню очень любил и Олег Кононенко, и потому после его гибели, когда мы собирались компанией, я предварял ее несколькими памятными словами об Олеге. Это как будто о нем, ушедшем в морскую пучину за тысячи миль от родных берегов, были написаны те разрывающие душу, заключительные слова песни:

Разнесется эхо, эхо, эхо…
Эй вы, чайки глупые, не плачьте!
Это разрывается от смеха
Море, обнимающее мачты.

Сотни тысяч бед за нами следом
Бродят, словно верная охрана,
Плюньте, кто пойдет на дно последним,
В пенистую морду океана…

Когда Лариса Кононенко приехала в Николаев в 2000 году, мы посетили с ней Черноморский завод. Посмотрели на дремлющий у стенки «Варяг» и уже никому не нужные макеты самолетов Су-27К и МиГ-29К. Сидя в кабинете у Ивана Иосифовича Винника, Лариса неторопливо рассказывала об Олеге, показывала его фотографии.

На виньетке Школы летчиков-испытателей, где учился Олег, фотографии десяти выпускников. Из них девяти уже нет… Нет и их преподавателя – инструктора Юрия Гарнаева, заслуженного летчика-испытателя, Героя Советского Союза, первого испытателя самолета Як-36, погибшего при тушении пожара во Франции. В городе Ле-Ров, где погиб Гарнаев, благодарные жители установили ему памятник.

Я не верил своим ушам… Какие силы и стимулы заставляли этих людей идти в испытатели? В любом случае, это не была материальная выгода. По нынешним меркам ее просто не существовало или она была почти не ощутима. Ведь на другую чашу весов была поставлена жизнь. Тогда что? Наверное, без неба, власти над мощной машиной и риска при выполнении экстремальных полетов они не могли жить…

Олег Григорьевич Кононенко

Разбор полета. Летчик-испытатель Летно-исследовательского института Министерства авиационной промышленности (ЛИИ МАП) О.Г.Кононенко и руководитель испытательной бригады 3-го Управления ГНИКИ ВВС майор Н.М.Козенчук. ТАКР «Минск», Владивосток, декабрь 1979 года

Подготовка к полетам в помещении дежурных экипажей. Слева направо: ведущий инженер по испытаниям самолета Як-38 майор Н.М.Козенчук, летчики-испытатели полковник В.П.Хомяков (ГНИКИ ВВС), О.Г.Кононенко (ЛИИ МАП), представитель ОКБ им. А.С.Яковлева

 

Олег Кононенко (в клетчатой рубашке) с Юрием Костоглодовым на всесоюзных авиамодельных соревнованиях по кордовым моделям в Минске, где они представляли по пилотажным моделям южную зону РСФСР. Сентябрь 1960 года. Юрий – тогда школьник, авиамоделист ростовского Дворца пионеров. Олег Кононенко – летчик-инструктор, вертолетчик ростовского аэроклуба, ему – 22 года, он уже мастер спорта по авиамоделизму

Олег Григорьевич Кононенко

Виньетка выпускников Школы летчиков-испытателей Летно-исследовательского института (ЛИИ) в г. Жуковском – 3-й выпуск вертолетного отделения

Олег Олегович Кононенко — старший сын Олега, летчик-испытатель ОКБ им.А.С.Яковлева, Герой России

Летчики-испытатели ОКБ им.А.С.Яковлева, Герои России Андрей Александрович Синицын (слева) и Олег Олегович Кононенко, старший сын Олега Григорьевича Кононенко

Лариса Кононенко с младшим сыном — Григорием Олеговичем Кононенко

Родители Олега — Нина Андроновна и Григорий Николаевич Кононенко. Весна 1979 года

Валерий Бабич, «Вечерний Николаев», 18 сентября 2018 года

Олег и Лариса… Быковское мемориальное кладбище в г. Жуковском, где покоятся многие летчики-испытатели и космонавты.

ТАКР «Минск». Таким был передан корабль Черноморским заводом Военно-Морскому Флоту в 1978 году. Снимок сделан в Индийском океане.

Валерий Бабич,
судостроитель, автор книг об авианосцах

Статья опубликована также в газете «Вечерний Николаев» 18 сентября 2018 года.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *