Ней И. Озеленение

yandex.ru

Никого не иметь за добраго матроза, ежели не былъ  на  море 5 летъ / и не 20 летъ отъ роду/ а мичманъ ранее 7 летъ,   разве какой чрезвычайный случай будет. (Уставъ Морской Петра перваго. 1720г. Книга третья ст.53 о летах, в которыя почитать служителей корабельныхъ за добрыхъ матрозовъ, и за мичманов)

Где надо решили, что он уже все может, и забрали с экипажа старшего лейтенанта Валю Кумынина. В плане “озеленения”. “Озеленение” на флоте это не то, что вы подумали. Это не посадка деревьев и кустарников в день ле-нинского субботника в апреле. Это выдвижние на командные должности офицеров помоложе. Внешнее сходство только в кампанейщине мероприятия.

“Озеленение” не  касается небожителей – обитателей высоких кабинетов, а, в основном,  их подрастающих потомков.   Отмучается родственничек 2-3 годочка на флоте (без этого уж никак нельзя) и в Москву, или еще куда, в части центрального подчинения, на “хлебную” должность с весьма “ограниченной ответственностью”. Главный критерий при выдвижении на командные должности в кампании озеленения — год рождения претендента, отсутствие громких залетов по пьянке. Ну, еще – пятая графа, это уж само собой. Нельзя назначать на вышестоящую должность или направлять в академию неплохого штурмана Валю Кима или связиста Пашку Могилевича, потому что  – один кореец, а другой, извините, еще того “хуже” – еврей. Вдруг они  в академии…

Посылать далеко в море было можно, а вот продвигать по службе… Кадровики  свято соблюдали эти правила и не двигали.

Изобретательные командиры придумывали разные фокусы

чтобы продвигать толковых офицеров хотя бы в своих экипажах, поскольку плавать с надежным Кимом надежнее, чем с болваном с блестящей родословной.

Тем временем успешно выбалтывали государственные  секреты и перебегали в стан вероятного противника как раз те самые – с блестящей, от сохи и многократно проверенные. Необъяснимая, впрочем, закономерность.

Валю Кумынина с экипажа Маркова назначили командиром ракетной боевой части на другую лодку дивизии по молодости лет и высокому родству в очередную кампанию по “озеленению”. Результатов долго ждать не пришлось.

Пристыковали ракетопогрузочное устройство к контейнеру, поднятому на нужный угол для загрузки (или пуска). И пошла крылатая ракета по направляющим в контейнер. Все было бы хорошо, если бы Кумынин, руководя процессом, послал матроса проследить – есть ли там стыковка с штатними средствами. А если бы вдобавок проверил цепи разъема донного (РБД) пристыковки ракеты к корабельным системам, ни за что бы не дал команду закрыть переднюю крышку.   

А Валик, на ″выпуклый военно — морской глаз″, не проверил и дал.  Крышка пошла… Она уже почти дошла на закрытие, как вдруг раздался нештатный звук, не то треск, не то стук… Может – хруст… А хрустел радиопрозрачный обтекатель  ракеты (стеклопластик сотовой консрукции), в простонародьи – кок. Он безжалостно рушился крышкой контейнера, которая закры —

валась мощной гидравликой и было уже совсем недалеко до радиолокационного визира, скрывавшегося под колпаком.

Первым опомнился главный руководитель погрузки “зеленый” командир БЧ-2 Кумынин:

  — Стоп крышку! Стоп, едрена мать! — но кто его уже слышал?   

Петру Ивановичу Ковалю, который из старпомов “фараонова” экипажа был  назначен командиром на этот корабль, почудилось  облачко дыма  и он  завопил, мешая русский с украинским:

— Горымо! Горымо! Горим ёбт…–, и забегал в ограниченном пространстве мостика, хлопая себя по бедрам.

У флагманского ракетчика и представителей технической площадки, сдававших ракету, вообще морды заклинило.  Наконец, крышка замерла, и  стала открываться. Ошалевший Валик, в пилотке поперек головы, уверенно доложил командиру, что ракета нестандартная (он имел в виду, что она длиннее) и нужна замена. Сомнений в том, что нужна замена, не было ни у кого –  визир и обтекатель смяты и ракета для боевых действий уже не годится.

Специалисты – ракетчики с технической площадки, сдающие ракету, матюкнулись.

— Козел! — это было самое лестное из их уст в адрес зеленого Кумынина. Эту же “дуру”  теперь нужно выгружать, везти другую и снова совать ее в контейнер. А когда мы попадем домой? Ну, эти подводники – им сам Бог велел мучиться с этим… А мы?

Контрагенты разработчика, случившиеся в базе по своим делам, в два счета доказали, что разброс по длине может быть только в пределах температурных расширений и не более 2-3-х миллиметров, что не может в штатном положении вывести ракету из строя. Комментарии были, как говорится, излишни.

Однако Валентина не сняли, а только пожурили. И то – негромко, чтобы папа — там, наверху, не слышал. “Зеленый коридор” и родословная надежно охраняли всех “валь” от неприятностей.

 Ракету многомиллионно отремонтировали и последующие его             погрузки проходили под девизом специалистов технической площадки:

 — Сегодня грузим этому…, у которого ракета нестандартная!

Где-то на ученом Западе мудрецы придумали теорию некомпетентности, которая, по их мысли, объясняет все рукотворные беды в нашем мире некомпетентностью начальников. Вот он служит, служит, растет в должностях. От должности к должности, хорошо себя зарекомендовал. Не  пьет, не курит,  морально  устойчив,  в  семье  порядок, в  службе старателен, политику партии понимает правильно, чей – то родственник.

Двинули на вышестоящую.  А может быть, прежняя-то должность и была пределом его компетентности?

И плодятся в мире “нестандартные ракеты”, “нестандартные решения” в результате “творчества” некомпетентных “валиков” в высоких должностях. Хорошо, что это не абсолютное правило и в экипаже  есть Борис Цыбешко, по прозвищу Боб,  командир БЧ-2. Ракеты грузит хорошо и стреляет ими на призы…

 В промежутках, правда, может и заложить, как говорят, за воротник. Но это строго в промежутках и только по душевной потребности. И матросы у него все, как на подбор, лихие.

Р.S.   В глубокоперестроечные и незалежные года  в одной из бывших братских республик приходилось встречать капитанов 1 ранга, возрастом около 30. Какие учебные заведения  они кончали и какими кораблями командовали  при  отсутствии кораблей 1 ранга и, более того, вообще катерного флота оставалось тайной недолго. Чуть позже выяснилось, что звания и награды оценены не цензами плавания или героизмом при исполнении служебных обязанностей, а  в твердой валюте. Хочешь быть капитаном 1 ранга, нет проблем —  цена такая –то.   Как на базаре, рыночные же отношения.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.