В.Бойко. Канонерская лодка «Донец» (начало)

Канонерская лодка «Донец»

Российскому Императорскому флоту посвящается

В книге рассказывается о нападении на Одессу 16 (29) октября 1914 года турецких миноносцев и гибели в Одесской гавани  канонерской лодки «Донец».

   Книга создана для военно-патриотического воспитания молодежи и для того, чтобы память о погибших  моряках оставалась вечно.

Начало Первой мировой войны на Черном море

   Вступление Турции в Первую Мировую войну (современники называли ее «Великая война») началось с нападения на Одессу в конце октября 1914 года. Нападение турецких миноносцев в ночь на 29 октября на Одесскую гавань и потопление ими канонерской лодки «Донец» является одним из эпизодов общей операции одновременного нападения частей германо-турецкого флота на важнейшие пункты Черноморского побережья.

   В столице Османской Империи осенью 1914 года на престоле находился султан Мехмед V Решад. Но, фактически империей пра­вила военная хунта, называемая руководством партии младотурков «Единение и прогресс». Вся полнота власти была сосредоточе­на в руках триумвирата: Энвер (военный министр), Талаат (министр внутренних дел), Джемаль (морской ми­нистр). Халил-бей (министр иностранных дел Турции). Это были фанатики в самом страшном смысле слова. Ради процветания Империи они не щадяли самих себя, а о том, чтобы щадить кого-либо другого, просто нет речи.

10 августа 1914 года в Дарданеллы в сопровождении турецких миноносцев вошли германские крейсера «Goeben» («Гебен»)  и «Breslau» («Бреслау»). Чтобы избежать их интернирования, турецкое правительство в течение суток решило вопрос о «покупке» кораблей. 16 августа на кораблях подняли турецкие флаги, германские офицеры сменили черные фуражки на крас­ные фески. Линейный крейсер «Goeben» был переименован в «Yavuz Sultan Selim», крейсер «Бреслау» получил название «Midilli».

    Турция все больше склонялась на сторону Германии. 2 августа великий визирь подписал договор, по которому Турция должна была вступить в войну, если Россия вме­шается в Австро-сербский конфликт или объявит войну Германии. Однако выяснилось, что турецкое правительство не стремится начинать военные действия. 3 августа была опубликована декларация о нейтралитете. Разногласия обнаружились внутри практически всех груп­пировок, стремившихся втянуть Турцию в войну. Неожи­данно заколебались Талаат и Халил, лишь Энвер — паша, зани­мавший прогерманскую позицию, стоял за начало войны. Германия не считала начало воен­ных действий на Черном море наилучшим вариантом, тогда как командующий германским соединением кораблей на Черном море адмирал Вильгельм Сушон полагал, что это вообще единственный способ заставить Турцию вступить в войну. 15 сен­тября была получена телеграмма от германского канцлера Бетман — Гольвега с требованием проявить активность на Черном море.  

   22 октября Энвер — паша изложил Германии свои взгля­ды. Он подчеркивал, что неопределенная ситуация на Балканах вынуждает Турцию держать значительные силы во Фракии. План пока оставался прежним: турецкий флот должен был найти и атако­вать русский Черноморский флот. Но, сомневающиеся вдруг предложили отправить Халила в Берлин, чтобы выторговать еще шесть месяцев нейтралитета. Тогда Энвер — паша передал В.Сушону заклеенный пакет с секретным прика­зом начать военные действия против России без фор­мального объявления войны. Однако тот же Энвер — паша пере­дал Сушону, чтобы тот не вскрывал пакет, если Энверу не удастся убедить своих коллег. Германию это не устраивало. 23 октября командир гер­манской военно-морской базы был отправлен к Энвер — паше, но военного министра на месте не оказалось. Тогда немецкий офицер передал адъютанту Энвера ноту: «Германский посол полагает, что командующий фло­том адмирал Сушон должен иметь на руках письменную декларацию Энвер-паши на тот случай, если Сушон дол­жен будет выполнить план Энвера и спровоцировать инцидент с русскими. Иначе в случае военного или поли­тического поражения Энвер — паши неизбежны крайне тяже­лые последствия для германской политики».

   Энвер — паша не сумел сломить сопротивление нерешительных соратников, однако у него уже не было выбора. Через два дня он передал В.Сушону следующий приказ: «Военный министр Энвер-паша адмиралу Сушону, 25 октября 1914 года. Весь флот должен выйти на маневры в Черное море. Когда вы сочтете обстоятельства благоприятными, атакуйте русский флот. Перед началом военных действий вскройте мой секретный приказ, переданный лично вам сегодня утром. Чтобы помешать перевозкам снабжения в Сербию, действуйте, как было оговорено ранее.

Энвер-паша.

Секретный приказ.

Турецкий флот должен захватить господство на Черном море. Найдите русский флот и атакуйте его, когда, считаете нужным, без объявления войны.

Энвер-паша»

   Адмиралу В.Сушону были переданы последние инструкции Берлина:

«1. Выйти в море немедленно.

2. Выход не должен быть бесполезным, цель — начало войны любыми средствами.

3. Если возможно, скорее передать в Берлин план операций».

   Но, В.Сушон вме­сто некоего инцидента в открытом море решил нане­сти провокационный удар по русским базам. 27 октября на линкоре «Goeben» состоялось совещание командиров кораблей. Вильгельм Сушон приказал одновременно нанести удар по всем основным русским базам на Черном море. Однако подлинные задачи были скрыты от личного состава. Буду­щий Главнокомандующий Kriegsmarine гросс — адмирал Карл Дениц вспоминал: «Бреслау» получил приказ выйти в море для ведения разведки, так как были получены сведения, что русские ставят минные заграж­дения у Босфора».

   По плану В.Сушона на рассвете 29 октября «Goeben в сопровождении двух эсминцев должен был обстрелять Се­вастополь. Крейсер «Hamidie» должен был нанести удар по Феодосии. Крейсер «Breslau» и минный крейсер «Burke» должны были обстрелять Новороссийск. Крейсер «Breslau» должен был поставить мины в Керченском проливе, после чего присоединиться к крейсеру «Burke». Два турец­ких эсминца, «Gayret-i Vataniye» и «Muavenet-i Milliye»,  должны были нанести внезапный удар по кораблям в Одесском порту. Кроме того, минные загра­дители «Nilüfer» и «Samsun» должны были поставить заграждения перед Севастополем и Очаковом. На про­щание В.Сушон пообещал Энверу: «Я раздавлю Черно­морский флот!».    27 октября турецкий флот покинул якорные стоянки. В 17.00 «Goeben» трижды передал приказ: «Сделайте все возможное во имя будущего Турции». Немного погодя был передан новый приказ: «Всем кораблям: все боевые дей­ствия являются секретными. То же самое относится к дей­ствиям после боя». После этого командиры кораблей вскрыли секретные пакеты.
   Планировалось, что эсминцы «Gayret-i Vataniye» и «Muavenet-i Milliye», выделенные для атаки Одессы, поведет на буксире уголь­щик «Inmingard». Это позволило бы эсминцам сохра­нить уголь, которого иначе могло и не хватить. Но, выяс­нилось, что скорость буксировки составляет не более шести узлов, поэтому эсминцам пришлось идти самостоятель­но. В результате они оказались перед Одессой гораздо рань­ше, чем предполагалось. Ни турки, ни немецкие офице­ры, находившиеся на обоих эсминцах, ничего об обста­новке в Одессе не знали.

Султан Мехмед V Решад
Военный министр Исмаил Энвер-паша

Командующий отрядом кораблей адмирал Вильгельм Антон Сушон
Командир крейсера «Breslau» корветтен-капитан Пауль Кетнер
Германские командиры турецких миноносцев.
Второй справа в верхнем ряду — командир 1-й полуфлотилии
капитан-лейтенант Р.Фирл
Офицеры крейсера «Breslau» — «Midilli»
Германский линейный крейсер «Goeben»
 Германский легкий крейсер «Breslau»
Линейный крейсер «Goeben» и легкий крейсер «Breslau» в бухте Стамбула.
Художник Х.Паша
Линейный крейсер «Goeben» и легкий крейсер «Breslau» в Босфоре
Турецкий флот в сопровождении «Goeben» и «Breslau» выходит в море.
Художник Х.Паша
(Турецкий эсминец «Gayret-i Vataniye» на переднем плане)
Турецкий эскадренный миноносец «Muavenet-i Milliye»
Экипаж эсминца «Muavenet-i Milliye». В первом ряду — немецкие моряки
Турецкие эсминцы в походе.
На переднем плане «Muavenet-i Milliye»
Турецкий крейсер «Medgidiye» в бухте Золотой Рог. 1903 год
Турецкий крейсер «Medgidiye» затонувший 21 марта 1915 года у берегов Одессы

   Колебания Турции в вопросе вступления в войну на Стороне Центральных держав отсрочило начало войны на Черном море почти на три месяца. Появление в Босфоре крейсеров «Goeben» и «Breslau» и фиктивная покупка их Турцией сильно меняло соотношение сил на Черноморском Театре Военных Действий и не оставляло сомнений относительно намерений Турции. Между Германией и Турцией 3 августа 1914 года был заключён секретный договор, по которому Турция обязывалась начать мобилизацию, и военные приготовления. Этот договор остался неизвестным в странах Антанты, которые рассчитывали удержать Турцию нейтральной. Из Турции приходили многочисленные сведения о военных приготовлениях. Русское командование опасалось высадки турецкого десанта на черноморское побережье. Наиболее угрожаемым районам считались берега северо-западного района Черного моря, то есть района Одессы. Сначала войны Одесский военный округ выделил большую часть войск на главный фронт, оголив тем самым побережье. Помимо Одессы значительные опасение вызывал Николаев, где в это время строились первые русские дредноуты, которых ждали на флоте, поэтому командование Черноморским флотом для защиты Одессы создало Отряд обороны северо-западного района Черного моря, в которой вошли минные транспорты «Бештау» и «Дунай» (с началом войны эти транспорты должны были выставить минное заграждение перед Одессой) и канонерские лодки «Донец» и «Кубанец» (из канлодок составили Отряд обороны северо-западного района Черного моря). Командующий турецким флотом немецкий адмирал адмирал В.Сушон приказал атаковать прибрежные города России и её судоходство. В том числе на Одессу были посланы эсминцы «Muavenet-i Milliye» под командой капитан-лейтенанта Рудольфа Фирле и «Gayret-i Vataniye», на котором поднял свой брейд-вымпел корветтен-капитан Рудольф Мадлунг.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *