Блытов В. Черное золото. На боевой службе (приключенческий морской роман)

В ресторане «Талион Империал отеля» с панорамным видом на бухту Сингапура в отдельном кабинете сидели китайский бизнесмен Ван Бао и Ибрагим Хван — главарь анамбасских пиратов.

Их охранники в черных костюмах остались стоять у входа в зал.

С китайским бизнесменом присутствовал лишь переводчик, невозмутимо сидевший на табуреточке между ними. На столе стояли заказанные заранее изысканные блюда Бак Кут Тех – суп из рыбных ребрышек, лапша Вантон Ми крабы с чили перцем и бирьяни (специально приготовленный рис), напиток Бар Чор Ми, омлет из устриц и десерт Тау Хуай. В отдельной вазочке лежали несколько плодов Дуриан.

— Уважаемый Ибрагим, я очень рад видеть. Слухи о ваших успехах достигают наших ушей даже здесь в Сингапуре. Возможно, вы предпочитаете съесть Ми Сиам или Ми Ребус. Я закажу для вас – он даже привстал, изображая желание заказать уважаемому гостю.

— Спасибо уважаемый Ван Бао – наклонил голову Ибрагим Хван, в знак почтения – я буду есть, то, что едите вы. Мне очень приятно сидеть с вами – он улыбнулся.

Ван Бао улыбнулся тоже, обнажив кривоватые мелкие зубки:

— А что предпочитаете пить уважаемый Ибрагим Хван ром, виски или русскую водку?

Он взглядом показал на столик, стоявший у стены на котором стояли бутылки с различными напитками.

— Я бы предпочел уважаемый Ван-Бао русскую водку. Немного. Много она начинает дурить голову. А у меня к вам большое дело и у меня должна быть светлая голова.

— Насколько оно большое – спросил Ван Бао, наливая в бокал Ибрагим Хвана, немного водки.

На востоке, уважаемый Ван Бао,  говорят, что сначала еда потом дело. Любое дело должно созреть за пищей.

Ван Бао усмехнулся.

— Я хочу выпить за процветание вашей фирмы уважаемый Ван Бао – поднял свой бокал Ибрагим Хван.

— Спасибо уважаемый Ибрагим Хван – наклонил голову Ван Бао, тоже поднимая бокал – я буду пить за ваше здоровье, здоровье вашей семьи и ваши успехи.

Они отпили водку и начали молча есть суп Ван Кут Тех.

Когда суп уже заканчивался Ван Бао положил ложку, и подняв голову, внимательно посмотрел на Ибрагима Хвана.

— Вкусно. Мне очень понравилось. Предпочитаю сингапурскую кухню

— Мне тоже понравилось. Я тоже люблю сингапурскую кухню – наклонил голову Ибрагим Хван.

— Тогда давайте выпьем за успех нашего дела. Ведь вы не просто так захотели со мной встретиться – Ван Бао пытливо посмотрел в лицо Ибрагиму Хвану.

Да давайте сначала выпьем. У меня действительно есть к вам дело уважаемый Ван Бао.

Они выпили, посидели и помолчали.

Ибрагим Хван прервал молчание.

— Хорошая водка.

— Да русские умеют хорошо делать бодрящие напитки. Немного выпьешь — бодрит, чуть больше становишься свиньей. Главное знать, сколько ты можешь выпить и не выпить больше – ответил, улыбаясь Ван Бао.

— Да и они умеют делать хорошие корабли и танкера.

— Танкера? – улыбнулся Ван Бао — а какая разница, чьи танкера? Они одинаковые все, что китайские, что японские, что голландские, что корейские.

— Вы меня понимаете уважаемый господин Ван Бао. Вы понимаете, о чем я вам говорю? – стал серьезным Ибрагим Хван – вы же знаете, почему меня в Маллакском проливе называют Агунгом?

— Да уважаемый Ибрагим Хван знаю и поэтому я согласился с вами встретиться. Мы с вами хорошо заработали на продаже той нефти и танкеров. Но время идет, а продолжения нет почему-то.

— Об этом я и хочу с вами поговорить господин Ван Бао – ответил Ибрагим Хван – сейчас у нас в районе появился русский военный корабль. Он сопровождает все русские танкера, и мы против него бессильны. У него есть вертолет, ракеты и большая артиллерия. Наши пулеметы бессильны. Периодически в нашем районе появляются индонезийские корабли, тоже хорошо вооружённые. Мы с нашим вооружением ничего не можем сделать с этими кораблями. Мы вынуждены прятаться и бессильно наблюдать за ними с наших островов.

— Да неприятно, весьма неприятно – сморщил лицо Ван Бао – а что вы предлагаете?

— Я предлагаю? – усмехнулся Ибрагим Хван – я хотел узнать, что вы знаете об этом русском эсминце?

Ван Бао закрыл глаза, подумал и потом решительно сказал:

— Этот русский корабль принадлежит моим партнерам из России. На меня вышли люди уважаемого русского бизнесмена Гуссейнова Рустама. Это очень богатый человек. Они разыскивают племянника этого уважаемого человека. Он попал к вам в плен на одном из танкеров, и они мне предлагают хорошие деньги за его освобождение. Это можно хорошо сыграть. И еще через них имею договор о поставках топлива, воды и продовольствия на этот военный русский корабль.

Ибрагим Хван закрутил головой и внезапно замычал, закрутив головой.

— Что с вами уважаемый Ибрагим Хван Алисьяхбана? – впервые Ван Бао назвал Ибрагима Хвана полным именем.

— Хван перестал мычать и осмысленными глазами посмотрел на Ван Бао:

— Я идиот. Его могли убить. Там убили почти полкоманды. А если он уцелел, то работает на каучуковых или коксовых плантациях.

— Вы еще и плантатор уважаемый Ибрагим Хван?

— Да я выращиваю все, что может принести доходы. Это и соя, рис, кукуруза и арахис.

— О я не знал, что у вас такие большие взгляды. Но теперь о племяннике, он интересует меня больше всего. Как же вы так уважаемый Ибрагим Хван? Моряки это ценные люди и они могут дорого стоить. Их можно продать. А племянник одного из самых богатых людей земли, весьма бесценен и для вас и для меня – он усмехнулся — узнайте о нем все что можно и сообщите мне. Будем работать.

— Да сейчас займусь этим. А вы заодно узнайте, сколько они дадут за остальных. Предлагаю пополам доход.

— Нет, доход будет 70 на 30. Все же мне разговаривать с людьми и решать проблемы, если, что не так придется и отвечать. Молитесь Аллаху Ибрагим, чтобы этот человек был жив. Иначе нас ждут большие потери и имидживые и финансовые. У вас все?

— Нет – поморщился Ибрагим Хван, потирая руки — моя головная боль, а значит и ваша, этот русский военный корабль. Я теряю ежедневно миллионы долларов. Пока этот корабль рядом я не могу взять ни один танкер. Он как заноза в одном месте. Поэтому я хочу его не уничтожить, а захватить. Да, да именно захватить. Не удивляйтесь. Если он будет у меня с его ракетами, пушками и вертолетом, то мне не будут страшны никакие индонезийские вооруженные силы. Я стану хозяином на Анамбасе. И у меня есть план. На Анамбасе идет разведка нефти и газа и их уже нашли. Сейчас определяют объем и если он будет значительный, то от того кто руководит Анамбасом будет во многом зависеть и ваше благополучие уважаемый Ван Бао. Ведь выгоднее в Японию и Южную Корею возить нефть не из арабских эмиратов, а от нас. И ближе и надежнее.

— Тогда слушаю, уважаемый Ибрагим Хван вас внимательно – Ван Бао наклонил немного вбок голову.

Ибрагим Хван потянулся, вытянул вверх руки, потом потряс плечами и глядя в глаза Ван Бао продолжил:

— Я хочу стать правителем, или если вам угодно президентом или королем Анамбаса. С этим кораблем мы сможем противостоять флоту Индонезии, Малайзии и сделать все, чтобы стать самостоятельным государством. И в этом мне нужна ваша помощь.

Он посмотрел в глаза Ван Бао.

Тот усмехнулся:

— Чем же я могу вам помочь уважаемый Ибрагим Хван? Ваше предложение мне интересно. Не стану скрывать. Острова Анамбас находятся в очень интересном месте. Кто владеет ими владеет проходом из Индийского океана в Тихий. А это более пятьдесят процентов мировой торговли. Но как взять этот военный корабль?

— Все просто, как прост наш мир. Главное внезапность и напор. Во–первых я хочу его захватить, в тот момент, когда он будет заправляться топливом, водой и принимать продовольствие от вашего танкера. На вашем танкере должны быть мои люди. Во-вторых я хочу подсунуть им своих людей на сам корабль в качестве рыбаков, терпящих бедствие. Они обязательно их поднимут и повезут на Анамбас. Но я им подсуну их перед самой заправкой. И потом останется взять его с трех направлений с танкера, изнутри и с моря на катерах.

— Взять военный корабль очень сложное дело. Могут быть большие потери.

— Потери? – усмехнулся и вздохнул Ибрагим Хван – а что мне потери? Новых людей наберу и научу. Желающих у нас в Индонезии и в Малайзии, да и в Китае будет достаточно. Все хотят хорошо зарабатывать, не прикладывая никаких сил.

— А как же быть с племянником Гуссейнова?

— А продадим его за этот корабль или за деньги. Мне все равно. Как вы смотрите?

Ван Бао подумал, пожевал губами и потом ответил, шумно выдохнув воздух и глядя на сингапурскую бухту, в которую заходил большой пассажирский пароход:

— Тхееее – потом он усмехнулся, потер свои белые руки – вы интересный человек Ибрагим Хван. Я вас недооценивал. Но я согласен, что ваше предложение мне интересно. И нефть и газ и корабли с нефтью, которые вы мне поставляете. То есть вы станете хозяином на Анамбасе, а я буду самым хорошим вашим другом? Хааа сколько хороших дел мы можем с вами сделать? Одна беда, а если американцы пришлют сюда большой флот? Вы об этом думаете?

— Не пришлют – уверенно ответил Ибрагим Хван и усмехнулся – у меня есть связи с их бизнесменами и я с ними делюсь добычей. Они сами заинтересованы во мне. А как без этого? Они продвигают мои интересы, чтобы к нам никого и ничего не направили. Это и их хороший интерес тоже. Да и им выгодно вставить иголки под ногти русским с этим военным кораблем – они только будут рады. А американские корабли мы не берем, а пропускаем, как и корабли стран, имеющих большие флоты. Зачем дракона таскать за усы, если можно не таскать. Нельзя никогда воевать с теми, кто значительно сильнее тебя. И еще только для вас информация. У меня уже есть русская подводная лодка и большой ракетный катер с вооружением. Мне удалось это купить в Южной Корее на аукционе по распродаже кораблей русского флота. Они отдавали за бесценок с документами и даже вооружением. И снаряды и ракеты и торпеды.

— Вай, вай, вай. Какие идиоты – удивился Ван Бао – в этом мире гда правит только сила и обман начать разоружаться могут только идиоты. Вы уважаемый Ибрагим Хван скоро будете иметь самый сильный флот в нашем районе. Я вам помогу купить еще хорошие корабли из России.

Ибрагим Хван усмехнулся:

— Спасибо. Буду весьма рад. Сейчас я держу этот корабль и подводную лодку в одной тайной гавани на одном из островов. Их не должны увидеть из космоса и любопытные взгляды, и они поэтому хорошо замаскированы. Но они неисправны сейчас и не на ходу. Такие, я уже купил. Механика не в строю. Но я не думаю, что там что-то серьезное. Дешево купил наверно поэтому. В этом вся моя беда. Я думаю, что захваченные русские моряки с этого военного корабля, смогут помочь мне ввести их в строй.

— Я подумаю. Я уже думаю. Мне кажется, что ваш план заслуживает того, чтобы вам помочь. Он имеет хорошую перспективу и может принести значительные доходы – задумчиво сказал Ван Бао.

— Тогда будем делиться пятьдесят на пятьдесят? – спросил с улыбкой Ибрагим Хван.

— Да, пожалуй, ваши доводы меня убедили, что вы заслуживаете большего. Я согласен шестьдесят на сорок.

Ибрагим Хван повел головой и потом протянул руку:

— Согласен. Сорок пять на пятьдесят пять. Вы же знаете с кем мне приходиться делиться.

Ван Бао усмехнулся и потом пожал руку Ибрагиму Хвану:

— Мне тоже приходиться здесь делиться, чтобы они закрывали глаза на ваши дела. Но только, учитывая перспективу дальнейшей работы с вами, я согласен на ваши проценты. Это вам мой маленький приз. Вам нельзя класть руку в рот. Откусите.

— Вам? Никогда не откушу уважаемый мой друг Ван Бао. Нельзя кусать руку дающего. Но другие пусть поберегутся класть свои руки даже рядом со мной.

Они встали и пожали друг другу руки.

— Тогда допьем – предложил Ван Бао и поднял свой бокал – за наш успех.

Ибрагим Хван поднял свой бокал и кинул гловой

Они стоя чокнулись. Потом допили водку.

— А как фамилия любимого племянника этого русского бизнесмена – спросил Ибрагим Хван.

Ван Бао усмехнулся и сказал:

— Я знаю, что он радист одного из захваченных вами судов. У них слишком сложные фамилии, чтобы их запоминать наизусть. Но я вам сообщу при первой возможности.

— Тогда найдем – усмехнулся Ибрагим Хван — теперь я буду относиться к ним как к стеклянным вазам. Я их буду беречь. Это мои и ваши деньги.

Они пожали еще раз руки, и Ибрагим Хван вышел из кабинета.

СКР «Стерегущий» уже второй месяц занимался сопровождением танкеров от Малаккского пролива и до Вьетнама.

Контр-адмирал Литовченко сумел договориться о проводке танкеров и других государств за плату и клал вырученные деньги себе в карман, видимо делясь с Ахмедом Аталгиреевым, с которым он близко сдружился. Во всяком случае, Матвеева никогда не приглашали на переговоры с капитанами танкеров. Ему лишь давалась команда, что и как обеспечивать. И он ее добросовестно выполнял.

Дважды уже «Стерегущий» заправлялся от сингапурского танкера, принимал воду, топливо и продовольствие.

Никаких нападений не было. Неоднократно «Стерегущий» останавливал в море рыбаков, от которых хотели узнать местонахождение захваченных экипажей русских танкеров. Но ничего дельного у рыбаков узнать не удалось. Командир знал, что на некоторых островах орудуют банды, захватившие деревни. Но что кто и где никто сказать не мог или не хотел.

Однажды у Малаккского пролива к «Стерегущему» подошел индонезийский фрегат «Сламет Риади». На борт «Стерегущего» прибыл индонезийский командир бригады кораблей колонель Путра Сендана.

Литовченко встретил его, провел в свою каюту и закрылся с ним, Аталгиреевым и переводчиком Бергером. О чем шли переговоры на корабле никто не знал. Но расстались они весьма довольные друг другом.

Индонезийский фрегат, отсалютовав флагом, тут же снялся с якоря и ушел. А Литовченко вызвал к себе в каюту Матвеева.

— Ну что Александр Иванович. Отдохнем немного? – спросил Литовченко, приказав подать себе и командиру чай – следующий танкер «Мария» пойдет через неделю. Что у нас там по плану?

— Через три дня заправка от сингапурского танкера в точке одиннадцать севернее острова Кепулауан.

— Заправка – это важно. А почему именно там? И почему одиннадцать?

— Это условно мы со штурманом обозначили номерами все возможные места якорной стоянки. Так всегда делалось.

— Понятно – ответил Литовченко, громко прихлебывая чай из стакана – я думаю Александр Иванович, что экипажу надо дать отдохнуть. Каждый день  тревоги по ночам, вахты. Днем тренировки до последнего пота морской пехоты и добровольцев на верхней палубе. Люди твои наверно устали.

Такая забота Литовченко о личном составе была непонятна Матвееву. Уж что, что а отдых личного состава его всегда интересовал меньше всего. Но на всякий случай командир согласился:

— Да отдых нашим людям не помешает. После постановки на якорь фильм матросам покажем, художественную самодеятельность, устроим спортивные соревнования по борьбе, боксу, перетягиванию каната.

— Нет, ты меня не понял командир. Я предлагаю встать на якорь у маленького необитаемого острова и дать возможность матросам отдохнуть, покупаться, походить по берегу – он улыбнулся — как ты смотришь?

— Я то что. Я всегда за отдых. Экипаж должен отдыхать. Но это территория Индонезии и у нас могут быть проблемы за нарушение их границ. И потом здесь всякая гадость водиться. Черт его знает.

— Да брось ты командир. Какая здесь граница? Какая гадость? Я с этим, как его колонелем Сенданой переговорил. Он разрешил и сказал, что от Индонезии ничего не отвалиться, если матросы дружественного государства отдохнут на берегу. Он к России очень хорошо относиться. Его отец служил на нашем крейсере, переданным им «Орджоникидзе назывался. И они будут согласовывать наш заход в Джакарту, после выполнения боевой задачи. Я думаю, что с Москвой мы тоже согласуем.

— А как Аталгиреев на это посмотрит. Он же шефу доложит, что мы вместо поисков племянника, занимаемся отдыхом. Вроде это некрасиво.

— Не доложит. Я с ним договорюсь – усмехнулся и коротко ответил Литовченко.

— Тогда я не против. Пусть будет так. Но безопасность купания обязательно должны обеспечивать боевые пловцы Полищука.

— Ты командир тебе и решать. Чай будешь? — показал Литовченко на поставленный вестовым на журнальный столик стакан.

— Нет, я на ходовой. Продумаю со старпомом, замом и командирами боевых частей как это все решить. Как обеспечить отдых, чтобы и готовность была и отдых. А на корабле устроим все, что я сказал раньше – концерт спортсоревнования. А на берег будем свозить по группам. Два баркаса и оба катера.

Матвеев уже направился к двери каюты, как его окликнул Литовченко:

— Погоди командир, есть еще одна идея в связи с этим. Давай еще совместим приятное с полезным. Соберем группы три ныряльщиков, пусть посмотрят, что тут есть на дне хорошего, кораллы, рапаны, каурии или еще какие заморские чудеса. Пусть наловят и матросам на память будет что домой привезти и нам чтобы перед своими начальниками отчитаться. Сам знаешь, что пустым придешь, скажут или дурак или крохобор. С начальством не делятся. Не поймут, если ничего не подарить.

Матвеев подумал, пождал плечами и согласился.

— Ты собери в эти группы, только ответственных ребят офицера, мичмана, кого-то из пловцов обязательно обеспечивать безопасность и ребят умеющих нырять. Есть у тебя такие?

— Имеются – вздохнул командир – посоветуюсь со своими начальниками — можно идти?

— Да конечно иди – Литовченко, потерял всякий интерес к командиру и стал просматривать какие-то бумаги.

Командир уже направился к дверям, как его опять остановил голос Литовченко:

— Слушай командир, а что это у тебя там за две больших мохнатых собаки на корабле.

— Где – остановился в дверях командир.

— Я вчера с сигнального наблюдал, такие у камбуза большие мохнатые собаки, По-моему их две?

— А так это Мишка и Машка – любимцы матросов – махнул рукой командир.

— Какие Мишка и Машка? Кавказцы или  алабаи? – заинтересовался Литовченко.

Командиру совсем не хотелось рассказывать Литовченко про Мишку и Машку, но раз Литовченко спросил, он ответил:

— Это не большие собаки, а маленькие медвежата. У них браконьеры в тайге мать убили. Вот мы их с разрешения комбрига подобрали. Живут в десятом кубрике.

— Гадят? – брезгливо спросил Литовченко

— Матросы приучили ходить в гальюн на дучку.

— Это как?

— Нормально. Дрессировке медведи хорошо поддаются. Вон в уголке Дурова даже на велосипедах катаются.

— А вы что решили, что я вам позволю боевой корабль превратить в уголок Дурова? Увижу, что нагадили, прикажу выбросить за борт. Это боевой корабль командир, а не зоопарк у нас. И не надо его превращать в уголок Дурова. А то эти медведей развели, те черепах или  львов. Почему тигрят не взяли?

— Товарищ контр-адмирал тигрят не взяли, потому что они краснокнижные. Если бы встретили в тайге, то передали бы их в лесничество.

— Ладно идите и помните, что я вам сказал про ваших медведей. У себя на корабле я не потерплю такого бардака.

Командир скрипнул зубами и вышел.

Через пять минут по корабельной трансляции раздалась команда

– Командирам боевых частей и начальникам служб прибыть в ходовую рубку.

Матвеев сидел в своем кресле и о чем-то думал, когда старпом ему доложил, что прибыли все командиры боевых частей и начальники служб.

Командир повернулся к ним в своем вращающемся кресле и осмотрел прибывших. Среди командиров боевых частей стояли командир группы боевых пловцов Полищук, командир взвода морской пехоты Устюжанин, руководитель полетов Балуев и командир вертолета Красук. Сзади всех стоял у визира особист Шпагин.

— Итак мои дорогие начальники, нам разрешили отдохнуть. Штурман посмотри в районе острова Кепулауан несколько необитаемых островов. Пойдем сейчас туда. Адмирал Литовченко сказал, что согласовал с индонезийцами возможность свести на берег личный состав по сменам и разрешить покупаться, походить по земле.

Командиры боевых частей радостно зашумели, обсуждая сказанное командиром.

— Так пожалуйста не шуметь. Помощник, вы пожалуйста продумайте смены схода, так чтобы обеспечивался боевая готовность корабля. Сход двумя баркасами и двумя катерами. Их не перегружать. Одни отдохнут, пойдут отдыхать другие. Свести надо всех.

Командиры боевых частей записывали в свои блокноты указания командира.

— Теперь второе указание Литовченко или так сказать разрешение. Я не понял что это, но крамолы не увидел. Он предлагает организовать три группы аквалангистов для ловли кораллов и рапан, ну что там еще окажется на дне. Я знаю, что многие государства считают это своими национальными богатствами и за вывоз их сильно штрафуют. Но Литовченко сказал, что договорился. А так, какие ни есть сувениры и начальникам в подарки и в семьи. Главное, как я понял начальникам. Ваше мнение?

— Здорово – вырвалось у Кузьмина – я давно мечтал покупаться в тропиках. Мне еще лейтенантом рассказывали ребята с «Бреста» о похода в Кам-Рань. Вот привозили оттуда чудес заморских и колониальных товаров. Мой первый на флоте наставник Вальтер Фоншеллер рассказывал.

— А кто такой этот Вальтер фон Шеллер? – спросил молчавший до сих пор особист.

— Да это штурман с «Бреста». Сейчас уехал в Германию жить.

— Понятно. Куда еще с приставкой фон уезжать? – презрительно сказал особист.

— Я понял, какое ваше мнение?

— Я прошу записать меня в пловцы – сказал, улыбаясь Кузьмин – ласты у нас есть, снаряжение тоже. Команду наберу.

— Я тоже хочу в пловцы — сказал молчавший Ким

Командир усмехнулся:

— Собирайте три группы пловцов. Полищук прошу придать каждой группе, кого-то из своих ребят, для обеспечения безопасности с аквалангами и оружием.

— Сделаем. Я сам готов – радостно сказал Полищук и потер руки.

— И последнее. Нашему адмиралу не понравились Мишка и Машка. Говорит, что если увидит грязь, после них, то прикажет выбросить за борт.

— Это как за борт? — удивился старпом.

— Вот так за борт говорит.

— Лучше его за борт выкинуть – мрачно сказал Кузьмин.

— Молчите Кузьмин я этого не слышал и повторять не советую – сказал тихо командир и посмотрел на особиста.

Тот стоял как ни в чем не бывало рассматривал в визир горизонт и даже что-то насвистывал, как-будто ничего не слышал.

— Механик ты слышал предупреждение Литовченко?

— Да слышал — мрачно сказал командир БЧ-5.

— Предупреди свои вахлаков И пусть медведей вывезут на берег. Пусть те там оторвутся и сделают все свои дела.

— Предупредим – отвел глаза механик и тихо добавил, чтобы не слышал командир – мои скорее Литовченко за борт выкинут, чем медведей.

Особист, чего-то у визира закашлялся.

Командир посмотрел на него, отвел глаза и приказал вахтенному офицеру:

— Корабль к бою и походу приготовить! Играйте тревогу и экстренное приготовление. Штурман переходим к острову Кепулауан в одиннадцатую точку. Определитесь, с местом якорной стоянки поблизости с одним из необитаемых островов.

Есть — ответил штурман, пряча глаза.

Командир ничего ему не сказал и найдя глазами помощника добавил:

— Помощник до постановки на якорь, должны быть списки по боевым частям и подразделениям на сход на остров. Если там будет пресная вода, то надо постирать робишки матросам. И отдельно составьте списки групп ловцов кораллов и рапанов. Начмед в каждую группы пловцов дайте по фельдшеру или санитару с сумкой на всякий случай. Мало ли там гадости плавает всякой? Надо быть готовыми ко всему. Сход на берег и купание будете обеспечивать сами. Всем все понятно. Старпом и Устюжанин для охраны на острове отправьте на всякий случай отделение морских пехотинцев с оружием.

— Есть. Вопросы есть?

Известие о том, что Мишку и Машку — корабельных любимцев, могут выбросить за борт, резануло всем по душам.

Ответом было молчание.

— Вопросов нет – резюмировал командир корабля — тогда все по местам. Вахтенный офицер, корабль экстренно к бою и походу приготовить. Играйте боевую тревогу.

Раздался звонок колоколов громкого боя и через тридцать секунд раздалась команда:

— Боевая тревога. Корабль экстренно к бою и походу приготовить. С якорей сниматься.

Раздалось хлопанье дверей и топот разбегающихся ног матросов, старшин и офицеров.

— Командир что там у нас – раздался по громкоговорящей связи голос Литовченко.

— Снимаемся и переходим к острову Кепулауан, как вы сказали.

— Понял, без меня справитесь?

— Справимся товарищ контр-адмирал.

— Тогда готовьте те мероприятия, которые мы с вами обговорили.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *