Илин Ф. «Катюша» Морская военная сказка (Да, бывают и такие…)

Крейсерская подводная лодка типа «К» navy.su

Жила-была подводная лодка. Сильная, современная и считала себя лучше всех – на тот самый момент. Так она думала. Хотя, корабли, особенно военные, стареют куда быстрее людей, и их стальной век еще короче людского.

 У нее все было как надо, в свете последних технических идей и промышленных возможностей. Военные всегда собирают сливки отовсюду – жизнь такая, чуть остановился – враз отстал! То-то, в те годы, да и сейчас также, даже быстрее – жизнь вокруг сумасшедшая, поглядишь – она даже не бежит, а — летит!

 Ее построили еще до войны, в Ленинграде, так в то время назывался Санкт-Петербург. Когда фашисты напали на нашу страну, подводная лодка перешла на Север, в Полярный, через еще новый тогда, Беломорско-Балтийский канал, вместе с другими лодками и кораблями. А здесь, в Екатерининской гавани, базировался молодой Северный флот и весь славный его подплав. Так до сих пор называют соединения и даже гарнизоны, где, в основном, базируются подводные лодки.  

Пока же о нем мало кто знал. А после войны о Северном подплаве будут ждать все граждане нашей страны! О нём будут слагаться легенды. Снимать кинофильмы! Даже – не один! Так решило командование, и ей вместе со своими стальными сестрами предстояло воевать на морях Северного Ледовитого океана.

Тогда лодка была очень-очень молода, горда и самоуверенна, она часто гляделась в воды гавани, любуясь своим отражением на глади залива, особенно в редкие дни затишья.

Она действительно была красива! Есть такой неотвратимый закон у кораблестроителей – хороший корабль всегда бывает изящным и красивым, И, наоборот, красивый корабль действительно хорош! А, так же, — самолеты, танки и ракеты – тоже подчиняются этому закону! Но!!! Первыми были корабли!

Моряки всего флота её и сестер тогда ласково звали «Катюша». Это потому, что такой тип назывался «Крейсерская» и обозначался буквой «К». Вот такие большие, хорошо вооруженные подлодки!

У «Катюш» были мощные и дальнобойные для подлодок морские орудия, десять торпедных аппаратов. Её торпеды несли смертельную угрозу не только вражьему крейсеру, но и линкору! А на то время линкор, линейный корабль, значит, был самым большим и могучим кораблем на самых сильных флотах. Авианосцы — пока не в счет, зверь в наших морях редкий!

Что греха таить – «Катюша» порой посматривала на соседние лодки несколько свысока. Так, мелочь, ершики на фоне акулы. О том, что каждый тип лодок хорош для своих задач – молодая лодка как-то ещё не думала.  

Она не была первой лодкой такого типа, потому что сестер — крейсерских подлодок «Катюш» — был целый дивизион! С военных судоверфей Ленинграда на Северный флот перешли 6 подлодок, и все они выходили в боевые походы, искали корабли врага.

«Катюшей» — она и ее сестры слыли не только по своему классу. Когда эти красавицы, могучие крейсерские лодки, были совсем юными и еще достраивались на стапелях и у заводских причалов, была в стране популярная, романтическая песня, она ходила из концерта на концерт, пелась на всех народных гуляниях. В ней пелось про то, как выходила на берег девушка Катюша и пела своему парню, который защищал родную землю. Ее мелодия исполнялась военными оркестрами, она звенела на концертах, лилась с больших патефонных пластинок. Даже в походном строю, даже на парадах ее лихо исполняли бойцы Красной Армии и краснофлотцы — молодые, красивые, сильные! И никто не знал, что война стоит у самого порога. С тех самых пор к сестрам-подлодкам прочно пристало это ласковое прозвище.

Соседки по причалам, были лодками разных серий — «Малютки», «Щуки», были поменьше и менее сильны, да и другие, субмарины, с которыми она вместе служила в прославленной бригаде Северного подплава, — смотрели на нее с завистью, а многие старшины и офицеры мечтали служить именно в ее экипаже. И командиров для нее подбирали самых смелых, знающих, опытных да удачливых.

 А что? Удачливость и везение — это настоящее командирское качество! И номер у нее был удачный — 21! Это число у игроков считалось выигрышным, в разных суеверных гаданиях и предсказаниях. Кроме всего прочего, число означало три семерки, что тоже сулило успех и везение, большую удачу.

 Моряки немного суеверны, у них есть масса примет и обычаев, которыми подводники хвастаться не будут, но и наперекор им без самой крайней необходимости не пойдут! И они тоже были рады служить с удачливым командиром и ходить с ним в моря на бой с врагами!

Без удачи в морском деле делать нечего — и себя погубишь, и корабль, и своих людей! Вот только удача должна в полной мере сочетаться с трезвым и точным командирским расчетом, быстрым решением, интуитивным предвидением — охотничьим чутьем, умением определить предельный разумный риск — так говорил ее командир. И еще: «Погибнуть — дело не хитрое! Наше дело — победить врага, сохранить корабль, людей и технику! И вернуться домой, к родным берегам! А для этого надо неустанно учиться делу подводника! Зря не рисковать, но и без риска на войне делать нечего!»  

И удача – дело такое, она тоже расходуется, как соляр, как плотность электролита, как пресная вода и боеприпасы, ее запас у командира и у лодки со временем тает – а, значит, нельзя только на нее полагаться, поберечь бы до крайнего случая, словно НЗ!

На долю «Катюши» в мирное время выпало совсем мало учений, зато досталось вдоволь настоящей — жестокой и беспощадной войны, которую у нас звали Великой Отечественной, а на Западе и Тихом океане — Второй мировой. При этом ее экипажу, ее офицерам пришлось учиться хитростям и законам морской войны прямо в боях.

Все лодки дивизиона ходили в море на охоту за кораблями противника. Ночами, словно уж из норы, скрытно выскальзывали они из-за боновых заграждений родной базы. Никто никогда не знал, даже дежурные, даже моряки с наблюдательных береговых постов, командиры и сигнальщики с дозорных морских охотников, ведать не ведали, когда и куда они идут, где будет караулить корабли коварного врага святая месть и верная погибель.

Подводники били врага везде, где встречали, — артиллерийским огнем, быстрыми щуками-торпедами. Они прокрадывались к немецким гаваням, ставили шары-мины на фарватерах, по которым ходили вражеские корабли, транспорты. Эти суда   везли оружие, боеприпасы, снаряжение, запчасти и двигатели к самолетам, пополнение немецким егерям. Обратно транспорта под прикрытием самолетов, хищных эсминцев и сторожевых кораблей, катеров-охотников вывозили руду особых металлов — никеля и хрома, которую добывали здесь, в Заполярье. А без этих добавок нельзя было делать броню для танков и орудийных стволов, моторы для истребителей и бомбардировщиков, вылетавших бомбить Мурманск, наши корабли и войска.

После удачных атак «Катюшу» искали разгневанные враги, немецкие моряки, они свое дело знали! За ней азартно гнались вражеские сторожевики и эсминцы конвоев, не выпуская по несколько часов из захвата своих пеленгаторов. Она и теперь вспоминала злобные шумы винтов прямо над рубкой, отдаленные взрывы «глубинок», гулкие удары по корпусу, словно кувалдой.

Вспоминая те дни, старая лодка иногда вздрагивала, отряхиваясь от мирной ночной дрёмы. Тогда по корпусы проходила легкая дрожь, и холодные капли влаги ручьями стекали по стальным листам скул и бортов, прямо  на бетонные плиты под постаментом.

Настоящий воин не боится в бою — просто некогда – надо сражаться, враг тоже силен, тоже учен. Ударил, уклонился, отбил удар, ушел. Опять — ударил! Боец начинает немного бояться перед боем – от неизвестности, и уже только тогда, когда бой давно закончен, когда он просто переживает события ушедшего дня. Кто говорит, что вообще не боится – тот либо врет, либо на войне его век будет короток. Поэтому бывалые воины сами неохотно говорили о боях, чаще вспоминали семьи, друзей-товарищей, делились между собой забавными случаями.

Так оно и было, в свободные минуты после боев, на отдыхе между походами. Да и после войны, на встречах, в своих воспоминаниях …

А боев и походов было много!  Командир был хорош, смел, талантлив! А море — оно большое, очень большое! Всем места хватит! Ну-ка, вражина, попробуй-ка, найди! И лодка скользила в глубинах.

«Пускай бомбят! Посмотрим, кто хитрей!» — пелось в старой песне подводников-североморцев. И это было правдой!

В те давние времена моряки с любовью ухаживали за своей лодкой – своим боевым кораблем, домом и островком Родины. Они бережно следили за ее стальным здоровье, относясь как к живому, близкому человеку.. Офицеры и матросы всерьез и искренне гордились, что именно эта красавица стала их кораблем, их стальным домом, их подвижной крепостью в живом, чуждом и враждебном человеку море. Когда за своим заведованием ухаживаешь с душой и от души, техника тебе всегда отплатит сторицей, добром! Это вам не человек, который часто кусает кормящую его руку, говорил командир электромеханической боевой части.  На флоте говорят – БЧ-5. Его все уважительно (кто в глаза, а кто и за глаза) по старой традиции звали механиком. А уж он-то знал всё о своих машинах, обо всем другом «лодочном железе» и очень многое — о людях. Поэтому машины он все-таки любил больше. Как существа действительно благодарные – по-своему он был прав.

Для настоящего моряка его корабль всегда самый лучший! А уж если это его самый первый в жизни корабль, то ничего в этой жизни с ним не может сравниться! Даже женщина, встреченная на берегу во время коротких увольнений. И то, что их лодка самая красивая и сильная, они готовы были отстаивать перед другими моряками. Любыми средствами!

Вот только удачей не рекомендовалось хвастаться — как бы не спугнуть капризную даму Фортуну! Нельзя было и проговаривать свои планы, хвастаться замыслами…  Как и всякая женщина, Удача  не любит пустопорожней болтовни о ней, о ее секретах!

И «Катюша» была действительно благодарна им за это, иначе не могла! Бывало, спасала она свой экипаж от вражеских самолетов, хищно шнырявших под облаками и над самой волной, готовых сходу атаковать только что всплывшие субмарины. Да только лодка ускользала раз за разом, вдруг ловко ныряя в серо-зеленые волны от грозной воздушной опасности.

 С ней было военное счастье, покровительство морских духов, помогала ли магия номера 21 или мастерство и бдительность сигнальщика, вахтенного офицера, дар командира — кто точно скажет?

И никогда не подводили лодку и ее экипаж большие рули, оборотистые главные электродвигатели, послушно унося ее острое, могучее тело в темные глубины, изменяя курс, маневрируя на разных глубинах. Она знала, что делала!

В небе висели осиные силуэты вражеских самолетов. Немецкие штурмовики и истребители с воздуха охотились на нее, дежуря под облаками, резко срываясь в пике, когда обнаруживали всплывшую лодку.

Они сбрасывали бомбы, азартно обстреливали из скорострельных пушек. То есть не на нее, а туда, где она была с полминуты назад! Гремели взрывы, вспенивая море, выбрасывая на поверхность, под самое солнце, черный ил!

Уже несколько раз «Катюшу» считали уничтоженной. Но — шалишь! Не так-то легко и просто, не все коту масленица, бывает и постный день! И мы кое-что умеем! И тогда командиры немецких кораблей вместо наград получали очередную головомойку.

В базе, порой, на «Катюше» заменяли вырванные заклепки и даже целые листы, с покореженного ударами взрывов легкого корпуса, а вот сам экипаж был цел, жив и здоров! И когда лодку встречали у родного причала с победой, моряки радостно улыбались, а встречающие радостно и приветливо размахивали руками! Это того стоило! А все остальное — досадная ерунда, не стоящая никакого внимания!

Война есть война! Это не хвастливый ура-патриотический фильм, не сценарий новомодной игры. Это огонь, кровь, смерть, потери и утраты… и боль нетерпимая, слезы близких и любимых людей

Но везучесть стала таять понемногу, стали гибнуть в огне войне ее сестры, ее подруги и соседки по причалам подплава. Сначала в мае 42-го года вдруг перестала выходить на сеансы связи, не вернулась в назначенный срок первая из сестер «Катюша».

Она погибла вместе со всем экипажем под глубинными бомбами, вместе с удачливым и храбрым, грамотным и умелым командиром дивизиона «Катюш» капитаном 2 ранга Магометом Гаджиевым. Товарищи оплакали павших, поклялись отомстить врагу. И мстили бесстрашно, атакуя фашистские корабли и транспорты!

Лишь только «Катюша» и ее оставшиеся в базе сестры, по голосам моря узнавали, как страшные взрывы били в борта погибших лодок. Есть такие верования – будто бы корабли и лодки говорят друг с другом – неслышно и незримо.

 Волны рассказали ей, как вылетали стальные заклепки, как со страшным хрустом рвались стальные листы, разлетались плафоны, лампочки, как становилось темно.

 Погибающая стальная громадина со страшным дифферентом проваливалась за допустимые глубины, рыдали шпангоуты, скручивались змеями трубопроводы, лопался корпус под страшным давлением. А в прорвавшейся торжествующей, холодной, как сама смерть, беспощадной злой воде гибли живые люди с горячей кровью. И ничего никто поделать уже не мог …

Ей до сих пор кажется, что она слышит знакомый голос героического комдива, откуда из океана, из-за скоплений небесных звезд, из-за магических огней полярных сияний … вот они:

Я всё ещё жду Победы

Сквозь песню студёных вод,

Мы с лодкой нашли свой берег

Не над водою, а под.

Поймав удар кожей стальною,

Привыкшей к тискам глубины,

Она сберегла наши души

В копоти этой войны.

И не было в нас сомнений,

Сомкнув глаза, экипаж

Ушел из всех измерений

Стихии на абордаж.

Мы взяли с собой лишь веру,

Что завтрашняя заря

Приблизит собой Победу

В кильватерном следе пенном,                                   

Рождённую от меня…  (стихи офицера подводника А. Друзьяк)

А ей и ее экипажу пока везло! Но везения подводников не бывают просто так, на пустом месте! Случалось, на долгих милях боевых походов она шестым или еще каким чувством вдруг замечала черные размытые тени стальных шаров. Видимо, помогал Подводный Бог.

Они колыхались на своих стольных прочных минрепах в такт подводным течениям. В них притаилась огненная смерть, способная разорвать сталь корпусов, и отправить на дно даже большой корабль. И тогда Катюша уклонялась от них, сама делая все необходимое, да так, что ничего не подозревавшие люди не успевали понять, что же происходит.

Они виноватили в том отказы техники, которые — каждому подводнику известно — возникают «вдруг», да еще и в самое неподходящее время. Скажете — не может этого  делать сама лодка! Не бывает? Бывает! И не такое может быть в этом подлунном мире! Спросите подводников – они знают!

(продолжение следует)

2 комментария

Оставить комментарий
  1. Прекрасно написано и в очень интересном стиле.

    1. Старый Филин

      Спасибо! Старый Филин

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.