Чечельницкий В. (полковник Чечель) Сахалин

 «ЗАПОМНИ, КАРЛОС, УМНЫЙ ЧЕЛОВЕК ВСЕГДА ВО ВСЁМ СОМНЕВАЕТСЯ. ТОЛЬКО ДУРАК МОЖЕТ БЫТЬ УВЕРЕННЫМ В ЧЁМ-ТО» — «ТЫ УВЕРЕН В ЭТОМ, ДОН ХУАН ???» —  «АБСОЛЮТНО… «

Так вот ты какой северный олень ! В смысле —  «так вот ты, оказывается, какая — туристская жизнь!» — воскликнул я, посмотрев на фотографию, которую прислали друзья, и которую Вы видите в начале этого рассказа. Память тут же услужливо подсказала множество приключений из моей бродячей «залихвастской» жизни, некоторыми из которых я и решил поделиться с вами, уважаемые читатели, дабы вы могли что-то положить в копилку своего опыта с точки зрения выживания в экстремальных условиях дикой природы и города. Итак, на фото Вы видите обнажённое женское тело, вот с него-то мы и начнём. Опишу как в первый раз его увидел, когда мне было всего 16 лет. Случая, который я уже описал в одном из своих рассказов, как меня мама взяла в 3-4 года с собой в женскую баню, и я до сих пор помню фигуры четырёх женщин, которые были тогда в раздевалке, касаться не  будем. Бо у ребёнка в таком возрасте поллюций ещё не бывает, а вот в 16 лет запросто.

Сейчас уже не помню, кому в голову пришла эта идея — после 10 класса махнуть на остров Сахалин, месячишко полазить там по сопкам, чтобы быстрее отойти от экзаменов, но поддержали мы её сразу. Тут  же было решено, что июль тратим на зарабатывание денег, а в августе поплывём на пароходе в поход с Владивостока. Предложили свои услуги колхозу, который располагался  в селе Занадворовка Хасанского района Приморского края, где параллельно дислоцировался танковый полк, в котором служил мой отец. Председатель колхоза, суровый не улыбчивый мужик над нашим трудоустройством думал  не долго:  «Девочки идут на прополку картофеля, пацаны в тайгу сажать кедры, восстанавливать её после лесного пожара».

               ТАЁЖНЫЙ ЕГЕРЬ

Вообще-то историю егеря я уже описывал в одном из рассказов, но поскольку он настолько колоритная личность, что большого «греха» в повторении не будет. Когда мы его увидели в первый раз, я сразу вспомнил фильм Агасия Бабаяна 1961 года «Дерсу Узала», а также книгу с таким названием Владимира Арсеньева, которая есть у меня дома. (Для эрудитов — в 1975 г. японский режиссёр Акиро Куросава сделал этот фильм двухсерийным и завоевал серебряный Оскар на кинофестивале в Каннах). Только наш егерь был русский, но наверно, с примесью корейской крови. Если смотреть на него со спины, то это гибкая юношеская фигура. А если спереди, то это прокопчённая на солнце, вся в морщинах морда обезьяны  шимпанзе. Но самое примечательные на его лице были глаза. Они были серые, очень чистые, как горный родник и светились так, что этот свет даже метров с 30 бросался в глаза.

Ему было 68 лет, но никто из нас 16-летних пацанов и спортсменов не мог за ним угнаться, когда он шёл по тайге. Когда мы недели через две под его руководством закончили работу и сидели у костра, он произнёс, набивая трубку табаком: «Так пацаны, большое дело  сделали. Тайга спасибо скажет. Однако, это дело отметить надо», — с этими словами он вытащил из вещмешка бутылку водки Московской 0,5 литра. Тут же по чуть-чуть плеснул в наши кружки, остальное вылил в свою. Получилась почти полная чашка. «Ну, за тайгу», — мы стукнулись кружками, выпили, как могли, кто с первого раза, кто с третьего. Он же выпил водку как
 воду, после чего, не закусывая и не занюхивая, задымил снова трубкой и погрузился в раздумья.

Минут через 15 достал вторую бутылку водки и словами: «Однако, за тайгу повторить надо» , — снова наполнил «живительной влагой» посуду, только в этот раз начал со своей чашки. Сначала налил её до краёв, остальное вылил в наши кружки.

«Ну, спасибо вам, хорошо работали». После чего опять выпил водку как воду и закурил. Мы восхитились: «Вы, наверно, теперь запоёте?» Он меланхолично:  «Не, мне чтобы появилось настроение запеть, надо выпить грамм 600», — и после паузы добавил: «Спирта». Удивлению нашему не было предела. Мы хоть сами не пили, но видели, как это делают взрослые, поэтому понимали, о чём идёт речь. Зато мы его смогли вопросами разговорить.

Егерь рассказал, что в его роду все занимались лесом или были охотниками. Сам он с малых лет в тайге, сначала с семьёй и родителями, а когда вырос, стал  жить один и промышлять охотой. В 47 лет сильно простудился и подхватил ревматизм сердца (есть оказывается и такая болезнь). И уже приготовился умирать, как друг посоветовал, на «чёрном рынке» купить жень-шень. Влез в долги, купил  жень-шеневую настойку на спирту, начал пить — болезнь ушла. Он в это лекарство поверил, и  занимаясь охотой, попутно искал жень-шень, делал настойку и пил. Чувствовал при этом себя прекрасно, совершенно не ощущая, сколько ему лет. Но как-то был не удачный год, он не нашёл за сезон ни одного корня и месяца через четыре вдруг ощутил свои годы. Он тогда снова у друга занял денег, купил корень, и снова стал чувствовать себя бодрым и неутомимым.

С тех пор он во главу угла поставил корень. Сначала ищет его, а потом уж выполняет свои егерьские обязанности. Кстати, обнародую ещё такой факт про жень-шень, который наблюдал своими глазами. В чине капитана вместе со старлеем Олегом Новиковым мы летели через Москву в Оренбург принимать гос.экзамены по технике пилотирования у курсантов-выпускников ОВВАКУЛ им. И.С,Полбина в 1974 году. Олега, правда, потом отправили обратно как совсем уж «юного принимальщика», но не будем  ему «сыпать соль на рану» и продолжать эту тему.

Так вот, по дороге туда зашли мы пообедать в очень помпезный ресторан «Ленинград», где швейцар с нас сразу начал пылинки сдувать ещё при входе, чтобы мы, не дай Бог, не забыли ему «на чай отслюнить». Поскольку мы оба в форме нам нашли отдельный столик, хотя это было не легко, т. к. свободных их просто не было. Не успели мы для аппетиту пропустить по фужеру «рашен-водка», как подошёл официант, извинился и спросил: «Не будем ли мы возражать, если к нам за столик подсадят ещё  двух человек, т. к. свободных мест в зале просто не осталось?» Мы дали «добро» и пока пили по второй за Морскую авиацию, в которой так непредсказуемо и интересно идёт служба, к нам за столик подвели двух мужиков, которые заказали стандартный обед, но это так — между делом, а сами никак не могли наговориться.

По часто произносимому: «А помнишь… а помнишь?» — мы поняли, что встретились два друга, которые учились вместе не только в школе, но и в институте. Потом мы узнали, что один — «крупная шишка» работает в каком-то Главке в Москве, а второй — тоже «крупная шишка», но в провинции где-то в Сибири. Мы так поняли, что они одногодки, но во внешнем виде разница между ними была разительная. Москвич выглядел лет на 10-15 моложе. Позже мы поняли, почему? Когда им принесли по греческому салату и графинчик водки, москвич достал из портфеля четырёхгранную бутылку, на этикетке которой был наклеен корень, похожий на змею и надпись иероглифами, а внутри какая-то слегка мутноватая жидкость и в ней сам корень. Я сразу узнал в нём жень-шень, т. к. батя однажды на охоте нашёл его, принёс в дом и сделал из него настойку.

Москвич налил себе и своему визави грамм по 70 в рюмки, после чего сказал: «Это я пью уже 10 лет. Бутылки мне хватает на три недели. Цена её 70 рублей, но это того стоит», (чтобы представили сопоставимость цен, скажу бутылка водки «  Московской»  стоила тогда в магазине 3 рубля 62 копейки, а «Столичная» — 4 рубля 12 копеек. Короче, будет возможность достать, пейте, не задумываясь — « фирма за базар отвечает». Да не водку пейте, а жень-шень,  непонятливые вы мои, блин. Тогда ещё долго будете не в том возрасте, когда СОГЛАСИЕ ЖЕНЩИНЫ ПУГАЕТ БОЛЬШЕ, ЧЕМ ЕЁ ОТКАЗ. Но вернёмся к нашему егерю. Я очень жалею, что мы не расспросили его, была ли у него семья, как у Дерсу Узала, дети и как он вообще живёт, когда он не на охоте? Увы, такие встречи не повторяются.

В общем, заработали мы деньги на экспедицию и стартанули. Помимо нашего класса, в котором было 5 пацанов и 8 девчонок, взяли ещё Валеру Грищенко 
 из девятого класса, моего брата Володю и сестру Саши Толстоконева из восьмого класса, и с нами увязалась зауч школы Тамара Августовна, которая категорически отказалась отпускать одну свою дочь Лизку Горбунова, настолько та была бесшабашной и «без царя в голове». Поэтому одна училка с нами оказалась, но без всяких прав нами командовать. Чтобы Вы представили, насколько мы в 16 лет были уже «крутыми и самостоятельными перцами», приведу такой пример. Я как приезжий начал сам ходить с ружьём на охоту в 15 лет (разумеется без всякого охотничьего билета), а ребята из нашего класса  с 12-13 лет. Или вспомнился случай после похода. Пошла на нерест сима (рыба такая из семейства осетровых с красной икрой)

                ОПЕРАЦИЯ «Ы» ИЛИ ПРИКЛЮЧЕНИЯ ШУРИКА

В Приморье её уже было мало. Если острогой заколешь одну-две штуки — это считалось удачей. Но были места и способ лова, который приносил рыбы намного больше. Наша река «Амба» перегораживалась в узком месте сетью, оставляя один проход у самого берега. Естественно весь косяк рыбы шёл туда. Оставалось только, стоя на берегу или по колено в воде бить её острогой как в тире. Или, что самое варварское — использовать вторую сеть-кошёлку, которая поднималась. Тогда практически вся рыба до мест нереста не доходила.   Рыбнадзор с этим боролся, но слабо —  «тайга большой, разве за всеми уследишь», да и рыбаки, как  правило, брали с собой ружья. В общем, мы с Сашей Толстоконевым, прихватив с собой ещё одного «мелкого» пацана, отправились проведать одно рыбное место, километров 15 от гарнизона. Вышли после уроков, дело было в сентябре.

Пока по тайге дошли ночь настала. Подходим мы к этому месту в темноте и видим. Костёр горит, река сетью перегорожена, а из провала четыре здоровых мужика сетью-кошёлкой рыбу тягают. Я бы конечно  своим столичным образованием до такого не додумался и попёрся бы обратно «не солоно хлебавши». Но то я. А Саша говорит: «Что ж 30 км отпахали и всё зря, чтобы с пустыми руками вернутся? Нет уж. Счас мы им покажем «курочку рябу», — и мне говорит: «Я сейчас переплыву на другую сторону реки. По моему свисту включите фонари (а они у нас мощные, китайские, на три батарейки) и ты будешь орать: «Справа заходи. А я с того берега подтвержу, понял — справа. Надо мужикам оставить один путь к отступлению, а именно — влево, до дороги. А когда они её достигнут, они далеко по ней убегут».

Я не очень — то поверил в его затею, но на интуиции решил, надо пробовать. В общем, Саша ночью переплыл реку. Мы с  «мелким» заняли исходную позицию метрах в 20 друг от друга, и услышав разбойный свист, включили фонари с этой стороны, а Толстоконев с противоположной. Ширина реки в этом месте была метров 20. Все четыре рыбака стали видны как на ладони. Я как мог басом заорал: «Справа заходи». Саша с того берега: «Понял, справа». Мужиков от костра как ветром сдуло, только треск по кустам стоял.

Мы подскочили, штук по пять рыбин сунули себе в вещь мешки. Быстро вытащили из реки сеть, схватили её, а также рыболовные снасти и дали дёру. К утру дошли до гарнизона и разошлись по домам отсыпаться. День был воскресенье, а утром в понедельник  в школе на первом уроке наша классная руководительница Галина Васильевна, которую мы все уважали и любили, пожаловалась, что её муж, прапорщик танкового полка, был с друзьями в субботу на рыбалке, и на них ночью напал Рыбнадзор. Так еле унесли ноги, правда, новые рыболовные снасти японские пришлось бросить, а они не дешёвые, блин. Мы с Сашей переглянулись, а вечером, как стемнело, перебросили эти снасти Галине Васильевне через забор во двор. Когда я выпустился со школы, мы с ней четыре года переписывался, но так и не признался в содеянном поступке, которым мы с одноклассником Сашей Толстоконевым, признаюсь,
 гордились. Ну, Вы представьте только, пацанам всего по 16 лет, а мы четырёх взрослых мужиков не испугались, одно слово — «крутые».  Сейчас, кстати, Саша работает на метеостанции на острове Русском под Владивостоком, и мы с ним иногда общаемся по электронной почте.

                САХАЛИН

Дни пролетели, пришла пора стартовать в поход. Решили, чтобы сэкономить деньги, до Владика дойти пешком, а не ехать 138 км на автобусе через город Уссурийск. Для этого надо было всего лишь дойти до полуострова Песчаный, его пересечь и дольше переплыть залив на катере за копейки в славный город на сопках Владивосток. Пешком предстояло пройти километров 40, большая часть пути протекала по таёжной тропе, и лишь 10 км из них по старой узкоколейке.

Вышли утром, навьюченные как верблюды. К тому же рюкзаков тогда не было, вместо них солдатские вещь мешки, в которые много не в сунешь, поэтому вёдра, кастрюли и прочую кухонную утварь несли в руках. Шли не торопясь, но за день рассчитывали путь преодолеть и успеть на «вечернюю лошадь», в смысле крайний катер. Но  увы, человек предполагает, а Бог располагает, и он сразу решил проверить нас на «вшивость». Только вступили на таёжную тропу полуострова Песчаный, как разразился сильнейший ливень. Стало темно, засверкали молнии, и все за секунду промокли до нитки.

Дальше пошёл полный  «абзац». Поскольку тропа шла в тайге и по небольшим сопкам, скорость передвижения упала до минимума. В итоге, крайние 10 км мы одолели за пять часов и вышли на побережье около 12 ночи, измученные до предела. Нашли какую-то брошенную избу и тут же завалились спать на полу вперемежку как вошли, но предварительно сбросив с себя мокрую одежду, включая трусики. Кстати, отмечу такую деталь — корематов тогда не было, и каждый спал на солдатском суконном одеяле. Одну половину стелишь на пол, а другой укрываешься. Потом, когда я профессионально стал заниматься пешеходным и горным туризмом, понял, что эти 40 км в таких условиях смогли одолеть только мы —  деревенские и гарнизонные дети, привыкшие с малолетства ходить по тайге. И ещё скажу об очень важном моменте с точки  зрения выживания в экстремальных условиях.

           КАРПАТЫ. РОКОВАЯ ОШИБКА

У нас не было руководителя, но мы стихийно заняли походный порядок, когда сильные идут впереди и сзади, а самое главное — мы не дали группе растянутся и разделиться. Почему это архи важно поясню на таком примере. У меня есть знакомая Ольга Аршинова, которая в зимнем походе по Карпатам со школьниками нашего возраста вела, точнее сопровождала младшим инструктором группу в количестве 20 человек. А старшим инструктором был мужчина с очень приличным туристским стажем работы. Они шли от одного Приюта к другому, когда разыгралась пурга. Пройти оставалось не так и много — 3 км подняться на перевал и 1 км спуститься вниз по склону до избы, которая была построена специально как Приют для пеших туристов. Поскольку это был уже конец перехода, все устали, замёрзли и желание скорее дойти до конечного места отдыха над всеми привуалировало.

В итоге, сам интруктор, который шёл впереди и с ним несколько сильных ребят незаметно для себя увеличили средний темп передвижения, которым до этого компактно шла вся группа.

Мотивация этого была самая благая. Пока основная группа с младшим инструктором подойдёт, разжечь печь, приготовить чай, в общем, чтобы народ пришёл на готовое. В итоге, группа сильно растянулась метров на 150-200, а видимость в метели была не более 20 метров. На середине горы два парня и девушка, которые шли за передней группой свернули не на ту тропу, которая шла в густом лесу и там раздваивалась. А замыкающая группа, где шла Ольга Аршинова этого не заметила. Когда пришли в избу, инструктора не сразу хватились, что троих ребят в Приюте нет, все радовались теплу и уюту. Когда это осознали, инструктор, Ольга и ещё двое сильных ребят, прихватив горячий чай в термосе, полезли опять на перевал искать отставших. А уже наступила ночь, пурга не утихала, валил крупный снег и была сильная позёмка.

Следы естественно замело, и они не нашли то место, где эти трое свернули с тропы. В итоге, вернулись в Приют, дошли ночью до села, которое было 5 км дальше по карте, подняли там тревогу, организовали народ на поиски и лишь утром нашли уже полностью замёрзших насмерть ребят. Старшего инструктора посадили на три года в тюрьму, а Ольге запретили заниматься работой, связанной с детьми и туризмом. Мораль очевидна — группа в таких условиях ни в коем случае не должна
 разделяться, а темп ведущий должен держать, ориентируясь на самого  слабого участника группы.

                УТРЕННИЙ ПОДЪЁМ

Ну, а теперь вернёмся к нашим «баранам», в смысле — к нашему походу. Утренний катер, который уходил в 8 утра и ещё давал возможность успеть на параход «Крильон», который должен был довезти нас до Сахалина, мы успешно проспали. Разбудило нас солнышко, и было уже часов 10. Засыпали все вповалку, не разбирая, где мальчик, а где девочка.

Когда до нас дошло, что мы лежим вперемешку голышом, встал вопрос, как вставать и одеваться? После долгих споров решили, что мальчики закрывают руками глаза, а девочки быстро встают первыми и одеваются. Сказано — сделано. Мы зажмурились, закрылись руками, девочки стали выползать из под одеял и перебегать в другую комнату. И тут я, каюсь, не удержался, глянул одним глазом и увидел со спины трёх наших девчонок. Меня как ток пронзил — я со всей пронзительностью чувств ощутил, как может быть притягательно и желанно женское тело. Это ощущение пришло мгновенно как вспышка, но я запомнил его навсегда. Сколько лет уже минуло с той поры, а память помнит этот миг и  как магнитом тянет к женщине, само собой разумеется — к любимой женщине.

И я думаю, что половина тех мужиков, кого занесло в геи, они просто на начальном этапе своей юности лишены были возможности лицезреть женское тело, вот и пошли по пути наименьшего сопротивления. Т.е. эта привычка спать мужик с мужиком у многих она не врождённая, а приобретённая, благодаря неправильному половому воспитанию в юном возрасте. Приведу пример, о  котором мне рассказала жена, милая Ирина. Спустя 10 лет после выпуска из школы они собрались всем классом отметить это событие. И подруга Ире сказала, что мальчик Вова, окончивший консерваторию и ставший в Москве довольно известным тенором, «голубой». Она не поверила и решила проверить этот момент, предложила на следующий день после застолья небольшой компанией сходить в сауну. Там сделала одежду «а ля топлес», т. е. в трусиках, но без лифчика. И оказалось, что Вовиному партнёру это всё было «по барабану», а Вова очень даже хорошо и правильно на всё реагировал — это было видно по оттопыренным плавкам, когда он смотрел на неё.

А ВООБЩЕ СКАЖУ: «ЕСЛИ БЫ ГЕИ БЫЛИ УГОДНЫ БОГУ, ОН НЕ СОЗДАЛ БЫ ЖЕНЩИНУ, ИЛИ ТЕХ НАУЧИЛ РОЖАТЬ, БЛИН !!!»

«В армянское радио поступил вопрос: «Может ли родить мужчина?» Те ответили: «Не знаем, но опыты проводятся».

В общем, во Владивосток мы попали только к обеду. Пароход, на котором должны были плыть на Сахалин, успешно ушёл без нас, а следующий был по расписанию только через четверо суток. Тамара Августовна договорилась, нас поселили в спортзале какой-то школы недалеко от порта, и всё вроде «абге-махт» — пожить во Владике четыре дня — это супер, но на этот вариант по деньгам никто не рассчитывал. Т.е. или сидеть на берегу и ни на какие  экскурсии не ходить, или найти необходимую сумму денег. К тому же нас оглоедов ещё и кормить надо было. Выбрали второй вариант.

Созвонились с классной руководительницей, предупредили, что завтра два гонца явятся к ней вечером за деньгами «НЗ» (часть суммы, что мы заработали в колхозе, оставили у неё на всякие не предвиденные расходы. Кто ж, блин, мог подумать, что они наступят так быстро.) И нас с Сашей Толстоконевым как самых подготовленных спортсменов отправили в обратный путь. Задачу мы  выполнили, но отмечу такой факт — после 10 км бега по шпалам и ходьбы 30 км, если брать в общем, по тайге, у меня икры распухли к утру ровно в два раза. Бежать предложил я из соображения успеть в гарнизоне на какой-то классный фильм типа «Женщины Востока» (детям до 16, а нам-то 16 лет уже исполнилось, так что стимул был). За два дня опухлость ног прошла, и мы успешно проделали путь обратно во Владик. Прибыли вечером, а утром состоялась погрузка на пароход или теплоход «Крильон».

                ТЕПЛОХОД «КРИЛЬОН»

Конечно было интересно, ведь все мы были в море  впервые. Плыли двое суток. Не буду рассказывать про всё плавание, отмечу несколько деталей, которые запомнились больше других. Во-первых, видели кита. Минут 10 он плыл параллельно и резвился в 80-100 метрах от борта, периодически пуская фонтаны и выскакивая из воды. Во-вторых, поразили острова. Представьте себе — из моря торчит скала пару километров в диаметре, вздымается на высоту 400-500 метров, а наверху видно несколько домиков, т. е. там живут люди.  А как они спускаются к воде? Непонятно.

В третьих, поразил волейбол. Никогда бы не подумал, что мячом, привязанным  на верёвке, можно без проблем играть как настоящим. Но главное событие нас поджидало в проливе Лаперуза. Нас предупредили моряки, что в этих местах их, как правило, облётывают американские или японские истребители с Военно-Воздушных баз на островах. Чаще всего это бывают «Фантомы F-4j”, несущие боевое дежурство в небе над Японским морем. Был вечер, мы всем классом стояли на корме, любовались изумительно красивым закатом, как солнце садится за горизонт. Вдруг в небе выше солнца появилась точка, которая стала быстро расти. Через несколько секунд мы поняли, что это самолёт, и что он пикирует на нас. Честно скажу — было страшно и в тоже время интригующе весело. Когда до кормы оставалось пару сотен метров, самолёт сделал отворот, и прошёл рядом с нами на высоте ниже палубы. Он был здоровый и четырёх двигательный. Когда я поступил в лётное училище, я понял, что это был американский патрульный самолёт «Орион». Он боевым разворотом ушёл вверх и сделал ещё два прохода, с каждым разом делая отворот всё позже и позже.

Кстати, много лет спустя, а точнее, через 24 года я так же на ТУ-16 буду облётывать трижды танкер «Генрих Гасанов» на Севере в Баренцовом море, который никак не хотел покидать границы полигона, когда экипажи моего полка уже подходили к ЗБР (зоне боевого развёртывания), чтобы пустить шесть АКР (авиационных крылатых ракет) залпом по цели на полигоне Лумбовка. Так вот, когда я в третий раз мчался на корабль, снизившись на уровень его палубы, я вспомнил, как это делал американский «Орион». В общем, это первое для нас  плавание в открытом море на судне, когда берегов не видно, а только горизонт во все стороны, было бесподобным. Потом было ещё несколько, в том числе и на боевых кораблях, и на яхте, но самые яркие воспоминания остались именно об этом переходе с Владивостока на Сахалин. Единственное, что тогда не сбылось — я очень хотел, чтобы мы попали в шторм, чтобы посмотреть, шо цэ такэ и испытать себя.

                ПОЕЗД ЛЕНИНГРАД-СЕВАСТОПОЛЬ

Бог учёл это моё горячее желание и пусть не сразу,  а всего лишь через 18 лет, но он его осуществил. Тут я сделаю «лирическое отступление» и расскажу как это было. Сдав выпускную сессию в «параходной школе», как мы — лётчики именуем Военно-Морскую академию, нас отправили на юг в город Русской славы Севастополь, дабы, погрузив на боевые корабли, выйти в море на учениях и на своей шкуре прочувствовать, за что морякам платят «морские», а лётчикам что-то лётные не платят. Более того, после войны в мирное время более 40 моряков получили звание Героя Советского Союза, а из строевых лётчиков Морской авиации такого звания удостоилось аж два пилота с ЯК-38 — Юрий Чурилов и кажется кто-то ещё (Интернет мне вторую фамилию не выдал).

С началом освоения авинесущих кораблей с трамплинным взлетом и аэрофинишерной посадкой появилась целая плеяда корабельных летчиков удостоенных высокого звания Героя России. Это офицеры Апакидзе Т.А. Бохонко И.И. Кожин И.С. Дубовой В.В. Кретов П.П. и лётчик-испытатель  А.М. Раевский. Надеюсь этот список будет продолжен.

Кстати, вторым на палубу «Тбилиси» после Тимура Апакидзе совершил корабельный лётчик подполковник Пахомов Андрей Яковлевич, но его фаимлия канула в лету, и кто об этом сейчас помнит кроме узких любителей авиации? А ведь в годы Великой Отечественной войны более 60% всех кораблей потопили не подводные лодки и боевые корабли, а авиация, и не только у нас. Кто забыл, смотрите заново фильм «Пёрл-Харбор», как японцы разгромили большую часть флота США. Чёж в мирное время такая дискриминация, блин. Видно используется принцип  «Зачем та власть, если ей не пользоваться?» Я имею ввиду флотоводцев, которым подчинялась Морская авиация СССР.

Такова «се ля ви», блин.

Короче, поезд Ленинград — Севастополь оставил самые приятные воспоминания о «стаканчике цзы-цзынь», но уже на обратном пути выяснилось, что приятно было не всем. Первые сутки в поезде я помню смутно. Точно знаю, что всю ночь с Гешей Напёрстковым и моряком торгового флота «водили козу» от своего вагона до вагона-ресторана и обратно. У Геши, утром выяснилось, костяшки пальцев разбиты в кровь, кого били — непонятно? Наверно, тот  сошёл на промежуточной станции, стыдно стало — смеюсь. Так вот, там мы одеты в спортивные костюмы, причём тренировочные и без надписи на груди СССР. А через неделю ехали обратно и попали в тот же вагон и с той же проводницей. Так она аж в лице изменилась, увидев нас с Гешей: «Что опять бузить будете?» А ведь мы были в форме, а не в спортивных костюмах. Но мы ей этот испуг компенсировали, во-первых, совсем не пили. А во-вторых, проявили искренний интерес к её поэзии, и она свои стихотворения нам читала почти до утра. Но вернёмся к плаванию. Да, я не сказал, что на учениях я, в отличие своих более умных кашниов, севших на авианесущий крейсер Ленинград, попал на МРК (малый ракетный корабль), обладающий наихудшей остойчивостью среди всех кораблей Военно-Морского флота СССР. Так штормик в 3-4 балла сразу мне показал, что «морские» просто так не платят.

                ТЮЛЕНИ

Через двое суток пути мы пришли в Сахалинский порт Корсаков. Оттуда на автобусе переехали в Южно-Сахалинск, переночевали в спортзале школы и утром поехали на восточное побережье Охотского моря. Там одна из целей была дойти до грязевых вулканов, до точного плана не было. Мы приплыли на Сахалин просто побродить и с ним познакомиться. Не буду описывать весь поход, расскажу о наиболее ярких и запоминающихся моментах. Во-первых, удивили тюлени, каланы и прочие ластоногие, которые выныривали среди нас в одном-трёх метрах, совершенно нас не пугаясь. Но это было в воде. Когда стадо лежало на скалах, то уже ближе чем на 30-50 метрах они нас не подпускали, и при желании приблизиться к ним ближе, сразу прыгали в море, поднимая фонтаны брызг.

                МОРСКАЯ СВАЛКА

Во-вторых, поразили чистота песка на фешенебельных пляжах, растянувшихся на десятки километров. И ни души, ни одного рыбака или прочих человеков. Но в одном месте мы долго ругались матом и всякими  «не хорошими словами». Причина — мы наткнулись на участок берега километра два длиной, он был как «помойка» — весь в пакетах, полиэтеленовых бутылках, банках, коробках и прочим хламом, который оставляет человеческая цивилизация. Потом местные нам объяснили, где-то в океане проходит через интенсивные морские пути сильное течение, которое подхватывает весь мусор, бросаемый с кораблей в воду. А вблизи этого побережья течение делает поворот, и если ветер попутный, всю грязь выносит на берег именно в этом месте. А ведь это был всего лишь 1964 год. Напрягите «фантазию» и представьте, сколько шлаков человечество выливает и выбрасывает в мировой океан сейчас? Так и хотелось в том месте оставить огромный плакат: «ГРАЖДАНЕ, НЕ СВИНЯЧЬТЕ — БУДЬТЕ ЛЮДЬМИ!!!»

                ОКЕАНСКИЙ ПРИЛИВ

В третьих, в одном месте мы влипли в опасную ситуацию из-за не учёта одного местного фактора, и нам просто повезло, что она для нас кончилась без последствий, но страху наложили «полные штаны». А дело было так. Мы не учли величину приливов, которые бывают в Тихом океане. Сначала мы шли побережьем, где было от воды 100-200 метров песчаного пляжа, и когда метров 50 сначала заливало водой во время прилива, а потом это дно обнажалось во время отлива, мы только радовались, т. к. в мелких лагунах и бухточках, которые образовывались среди рифов, было много рыб и прочей морской живности, за которой было интересно наблюдать и ловить. Правда через неделю одного из нас природа наказала за любопытство. Среди прочих рыб, которых мы имели возможность лицезреть при отливе, иногда попадался морской ёрш. В длину сантиметров 40-50, в ширину 15-20, короче, стоит в воде такой вот тупой брусок, и Валера Грищенко, это которого в предыдущее лето гадюка укусила, решил его поймать. Только протянул руку, как тот из верхнего плавника выбросил иглы. А они у него ядовитые и вонзились в ладонь. Рука заживала около месяца, опять он нашёл приключений на свою задницу.

В общем, первый день мы шли по широким песчаным пляжам. А на второй — эта полоска песка  стала становиться всё уже и уже, но мы на это не обратили никакого внимания. Прежде чем я поведаю как мы влипли, дам немного теории:

    Самые высокие приливы в мире

Высочайшие на Земле приливы (15,6—18 м) наблюдаются в бухте Фанди, которая находится на восточном побережье Канады между Нью-Брансуиком и Новой Шотландией. Примерно такие же приливы и в заливе Унгава на севере Квебека.

На Европейском континенте самые высокие приливы (до 13,5 м) наблюдаются в Бретани у города Сен-Мало. Здесь приливная волна фокусируется береговой чертой полуостровов Корнуолл (Англия) и Котантен (Франция).
В России самые высокие приливы случаются в Пенжинской губе Охотского моря — до 12,9 м. Это точка самых высоких приливов на всём Тихом океана.

Распространено представление, что вода на Земле, находящаяся прямо под Луной, поднимается в направлении Луны, что приводит к оттоку воды из других мест земной поверхности, однако, поскольку притяжение Луны столь мало в сравнении с притяжением Земли, его было бы недостаточно, чтобы поднять столь огромный вес. 
Тем не менее океаны, моря и большие озера на Земле, будучи крупными жидкими телами, свободны перемещаться под действием силы бокового смещения, и любая слабая тенденция к сдвигу по горизонтали приводит их в движение.

Все воды, не находящиеся непосредственно под Луной, подчиняются действию составляющей силы притяжения Луны, направленной тангенциально (касательно) к земной поверхности, как и ее составляющей, направленной вовне, и подвергаются горизонтальному смещению относительно твердой земной коры. В результате возникает течение воды из прилегающих районов земной поверхности по направлению к месту, находящемуся под Луной. Результирующее скопление воды в точке под Луной образует там прилив. Собственно приливная волна в открытом океане имеет высоту лишь 30–60 см, но она значительно увеличивается при подходе к берегам материков или островов. 

За счет перемещения воды из соседних районов в сторону точки под Луной происходят соответствующие отливы воды в двух других точках, удаленных от нее на расстояние, равное четверти окружности Земли. Интересно отметить, что понижение уровня океана в этих двух точках сопровождается повышением уровня моря не только на стороне Земли, обращенной к Луне, но и на противоположной стороне. Этот факт тоже объясняется законом Ньютона. Два или несколько объектов, расположенные на разных расстояниях от одного и того же источника тяготения и подвергающиеся, следовательно, ускорению силы тяжести разной величины, перемещаются относительно друг друга, поскольку ближайший к центру тяготения объект сильнее всего притягивается к нему.

Вода в подлунной точке испытывает более сильное притяжение к Луне, чем Земля под ней, но Земля, в свою очередь, сильнее притягивается к Луне, чем вода, на противоположной стороне планеты. Таким образом, возникает приливная волна, которая на обращенной к Луне стороне Земли называется прямой, а на противоположной – обратной. Первая из них всего на 5% выше второй. 
Благодаря вращению Луны по орбите вокруг Земли между двумя последовательными приливами или двумя отливами в данном месте проходит примерно 12 ч 25 мин. Интервал между кульминациями последовательных прилива и отлива ок. 6 ч 12 мин. 

В общем, мы шли, начался очередной прилив. И вдруг до всех дошло, что ещё пара часов и берега как такового не будет, вода поднимется до скал, которые у нас оставались по левую руку. А скалы отвесные, нам на них не влезть. Блин, во влипли, каждый подумал про себя. А я ещё добавил:  «Да, плохо быть бестолковым».  Если Вы внимательно читали материал, который я взял с Интернета, то в России самые высокие приливы как раз на восточном побережье Охотского моря, доходящие по высоте до 12 с лишним метров. Т.е. чтобы утонуть, нам хватило бы и трёх метров, к тому же ветер усилился и на море начинался шторм. Хорошо, Саша Толстоконев разглядел впереди километрах в четырёх площадку в скалах. Именно к ней мы и заспешили. Признаюсь, было не по себе — успеем, не успеем? Вода, точнее волны прижали нас уже к самым скалам и временами захлёстывали.

Чтобы в натуре ощутили, насколько опасная сложилась ситуация, приведу письмо из Иркутска.

    Вот как вспоминает этот момент мой брат Володя:

    Re: Сахалин
Чечельницкий Владимир>
Кому: Василий Чечельницк
сегодня, 15:07

   ВОЛОДЯ, СПАСИБО ЗА ДЕТАЛИ, КОЕ-ЧТО Я ВСТАВЛЮ, НО МНЕ ГЛАВНОЕ СОБЛЮСТИ

ОБЩУЮ КАНВУ РАССКАЗА БЕЗ ГРУБЫХ ОШИБОК.

САМАЯ ГЛАВНАЯ ИСТОРИЯ БУДЕТ В КОНЦЕ — ПРО ЛЮБОВЬ. ЕСЛИ ЧТО ВСПОМНИШЬ — НАПИШЕШЬ.

ПРИШЛА МЕДАЛЬ «100 ЛЕТ МОРСКОЙ АВИАЦИИ РОССИИ»

      Поздравляю с медалью! Хорошо смотришься! К мнению штурмана присоединяюсь…

Саша с Леной на три дня в Тункинской долине, сегодня покорили Пик любви.  Алексей с Наташей на три дня на Малое море на какой-то фестиваль. Валя работает на 47 км. В понедельник буду решать с отпуском. Надо отдохнуть. Организм требует.

Про детали: вспомнилось, что путешествовали иногда автостопом. Давали водителям какие-то талоны, а где мы их брали не помню. Да, когда удирали от прилива, Вам было почти по грудь, а мне почти до подбородка, но страха не было: ведь со мной был старший брат!

Обнимаю.

Успели, добежали, помогая друг другу вскарабкались на уступ в скалах метра три-четыре, а может и больше высотой. Сгрудились на нём и стали ждать. Сначала казалось, что всё «абге-махт!», волны внизу, только брызги иногда залетали. Но через час-полтора стало ясно, что никакой гарантии усидеть нам тут без смытия в океан, у нас нет.  Вода поднималась, и на каком уровне она остановится было непонятно. Быстро проиграли самый наихудший вариант, кто кого страхует, хотя плавать  умели все. Но все понимали, шансов уцелеть мало. Во-первых, высокая волна — это значит, что от скал надо отплыть подальше в море. А во-вторых, и это главное — никто не знал расстояние и время, которое предстоит проплыть или продержаться на воде, дожидаясь отлива. Но слава Богу, всё обошлось, но выводы мы сделали и больше таких «пенок» не допускали.

                ПТИЧИЙ БАЗАР

Но совсем без «пенок» не обошлось. Две из них допустил я лично, в который раз подтвердив правильность слов американского писателя О.Генри: «Чужой опыт ничему не учит,  только свой». Хотя всегда надо искать возможность «хлопнуть себя по голенищу» — и подтверждение этого правила приведу слова основателя КОИ_КАРАТЭ (ножевой бой) Андрея Кочергина, с которым я имею честь быть знакомым лично: «На чужом опыте учатся только трусы, потому что у них не хватает смелости делать собственные ошибки». Прекрасный постулат оправдания собственной глупости, впрочем — судите сами.

Мы поговорили с местными жителями одной приморской деревеньки, рассказали, как прилив нас чуть не снёс в море, и получили от них исчерпывающие рекомендации по дальнейшему пути, поэтому дальнейшее наше продвижение к конечной цели нашего путешествия стало более спокойным и осознанным. Как сейчас помню, пройдя свои положенные 15 км, остановились в красивом месте сделать привал для отдыха натруженным ногам, а заодно и пообедать. Над  нами нависали причудливые живописные скалы и горы. Процесс приготовления еды на привале был стихийно у нас отработан почти до автоматизма. Саша Толстоконев сразу начинал разводить костёр, девочки сначала собирали для него дрова, а потом начинали готовить еду в зависимости от имеющихся продуктов и пожеланий народа. Саша Игнатенко с Толиком Бобровым лезли в море ловить крабов.

Это экзотическое блюдо как-то незаметно стало входить в рацион каждого приёма пищи независимо от времени суток. Во-первых, крабов было много и ловить их не составляло труда. Они были большие, зажравшиеся за лето, а потому ленивые. А во-вторых, они были очень вкусные. Только представьте клешни по 15-20 см длиной, и сколько  в них нежного белого мяса. В-третьих, процесс их приготовления был прост до безобразия. Берёшь ведро с морской водой, кидаешь туда крабов и на костёр. Минут через 20 снимаешь уже в меру просоленных и аппетитных. Короче, они шли у нас вместо салатов и как разминка перед основным блюдом. Да, я не озвучил ещё обязанности трёх шалопаев, которые нам вменили в обязанность местные жители. Поскольку такие места ещё попадались, когда прилив может полностью прижать нас к скалам, они рекомендовали во время каждого привала подниматься на любые возвышенности, дабы просмотреть местность и путь впереди с целью наметить варианты отступления, если прилив нас всё же где-то застанет врасплох.

В общем, это направление работы было поручено самым выносливым, спортивным и не терпящим однообразной работы пацанам, т. е. мне и Валере Грищенко. А мы к этому привлекли моего брата Володю. Короче, народ занялся делом, в смысле — приготовлением обеда, а мы полезли на сопку, которая нависала над побережьем в этом месте. Подъём был не лёгким, сопка высотой около  500 метров. Хороший обзор вперёд по линии пути оказался только в самом верху, но мы были вознаграждены красотой открывшегося пейзажа и самого этого места. Деревья, птицы, цветы, лопухи метрового роста, небольшой ручеёк, стекающий вниз. В общем, райский уголок. Далеко внизу были видны в расщелину наш лагерь, костёр и ребята в море, ловящие крабов. Я дал команду своим спутникам спускаться по пути как мы поднимались, а сам решил спуститься с другой стороны сопки и посмотреть, почему в том месте летает так много чаек.

Это было не правильное решение разделить группу, но не ошибается только тот, кто ничего не делает. Пока я шёл по вершине, ничто не говорило о моей ошибке, но как только начал спускаться в какую-то расщелину, попал на птичий базар. Множество кайр сидело на обосранных скалах и камнях в этом месте. И большинство из них, увидев меня, с криками поднялись в воздух. После чего все, выстроившись в кильватер, стали пикировать на меня, норовя клюнуть в темечко или схватить за волосы. Мне повезло, под ноги попалась палка, которой я стал отбиваться от чаек, но самая большая моя проблема оказалась впереди. Они стали гадить, не прекращая попыток клюнуть меня в голову или зацепить лапами за волосы. Я отмахивался, хотя нескольким кайрам удалось меня зацепить лапами или долбануть клювом по маковке, одна из функций которой было поглощать пищу.

Только через минут десять такой борьбы я прозрел. Там были гнёзда и куча маленьких детёнышей, поэтому они так смело нападали и не боялись моей палки. Короче, они вынудили меня вернуться и спускаться там, где мы поднимались первоначально. Когда я появился  перед народом в лагере, общему хохоту не было предела. Я был уделан с ног до головы. Пришлось  долго отмывать волосы и одежду морским песком и хозяйственным мылом. Вроде отмыл, но ни в обед, ни в ужин со мной рядом никто сидеть не захотел, все говорили: «Ещё пахнет птичьим гавном, простите за выражение». Есть такое выражение «Полез в бутылку». Знаете, откуда оно? Из анекдота:

«Едут два друга-ковбоя по пустыне. Вдруг видят в песке бутылка валяется. Пробка запечатана, но видно, что жидкости там нет. Один друг её просто объехал, а второй подобрал из любопытства и открыл пробку. Оттуда тут же вылетел вихрь, в котором они узнали хвостатого джина. И тот, улетая, крикнул:  «Будешь сидеть до тех пор, пока следующий любопытный придурок вместо того, чтобы объехать, полезет в бутылку». Мораль — не ищите приключений на свою задницу, если без них можно обойтись. И как говорит великий Виталий Сундаков: «ПРЕЖДЕ ЧЕМ ВОЙТИ — ПОДУМАЙ О ВЫХОДЕ !».

                ВОТ ТЕБЕ, БАБУШКА, И «ЮРЬЕВ ДЕНЬ»

Нам осталось дня три пути до грязевых вулканов, как вдруг Светка Шамова, которая у нас исполняла роль бухгалтера и хранителя общей кассы, огорошила нас новостью, которая всех повергла в шок, как такое может быть, если ничего лишнего мы себе не позволяли?  А новость была, что у нас денег осталось только на билеты на пароход и ещё чуть-чуть. Мы долго не могли понять свою ошибку, но нам помогла Тамара Августовна. Она как более внимательная объяснила, что мы, когда планировали свои расходы на  месяц, всё считали по Приморским ценам, а на Сахалине введён полуторный коэффициент по зарплате и цены на продукты, соответственно, тоже в полтора раза дороже.

Стало ясно, что маршрут надо сворачивать и  по короткому пути выходить на Южно-Сахалинск, а оттуда в порт Корсаков. Перешли почти полностью на питание подножным кормом: крабы, рыба, грибы, ягоды, травы. В магазинах проходимых деревень покупали только хлеб. Потом и на него денег не осталось. Но у нас ещё была трёхлитровый бидон подсолнечного масла, которую нёс сначала  Валера Грищенко, а потом, когда его уколол морской ерш, а на следующий день вдобавок ко всему укусил краб под названием Самурай, бидон взялся тащить Саша Игнатенко,  самый рослый и физически здоровый из нас. Но о крабе Самурай, пожалуй, стоит сказать несколько слов.

Если простые крабы, на вид большие и страшные, но на самом деле уязвимые и легко поддающиеся ловле, были уже привычны и безопасны, то с крабом породы Самурай мы столкнулись впервые. «Повезло» в кавычках как всегда Валере Грищенко. Самурай, жёлтый и небольшой, чуть больше ладони мёртвой хваткой схватил Валеру за большой палец правой руки и прокусил его практически до кости. Мы его еле отодрали. А внешне он точно разрезом глаз и мордой похож на узкоглазого японца. Выпустили мы его обратно в море, бо совершенно не съедобный, в отличие от своих больших собратьев.

Но вернёмся к маслу, которое мы решили поменять на продукты, т. к. чисто подножный корм надоел уже на третий день. Решили идти в деревеньку, до которой от побережья было всего 12 км, только через 8 км пути надо было попасть в третий крайний справа распадок, если верить карте. В общем, вышли вчетвером, рассчитывая, что продуктов дадут много. Через час пути пошёл сначала дождь, а потом с  моря пришёл вынос тумана с видимостью 30-50 метров. В итоге, в нужный распадок мы не попали. Поняли это через три часа ходьбы. Передохнули, поматерились и пошли обратно. Когда вышли к месту, где пошли не туда, были уставшие и мокрые как цуцики. Но самое главное — страшно хотелось жрать. Встал вопрос, идти ли в деревеньку?

Что на неё выйдем с первого раза — гарантии не было, а светлое время уже поджимало. Кто не ходил в горах и по тайге навряд ли нас поймёт. Вот, предположим, Вы стоите на одном склоне сопки, а всего в километре перед Вами склон другой сопки. Казалось бы, что тут перейти с одной горушки на другую и не заблудиться? Плёвое дело! Ан, нет. Когда Вы спуститесь вниз, там окажутся ручьи, распадки, буреломы, что даже, бывает, направление трудно без компаса выдержать, особенно если день пасмурный и солнца не видно. В общем, мы приняли решение — возвращаться в лагерь.

И тут  Саша Толстоконев вытащил из кармана краюху чёрствого хлеба. Если бы не она, идеи такой бы не возникло, а так, когда он разломал хлеб на четыре кусочка, и каждому было на один зуб, кто-то сказал:  « А если с маслом, по глотку, за два литра продуктов тоже много дадут». Сказано — сделано, идея пришлась всем по душе. Откусываешь небольшой кусочек хлеба, потом запиваешь глотком-двумя маслом. Какое же оно вкусное показалось поначалу. В общем, мы и не заметили, как на четверых выпили все три литра подсолнечного масла, практически без закуски. Правда, потом лет пять я на это масло смотреть не мог.

                ОЗЕРО ТУНАЙЧА

Вернулись мы в лагерь, повинились перед народом, нас простили. Все были рады, что избавились от тяжёлого неудобного груза. Переночевали, а утром пошли на следующий объект, который был в планах посмотреть — Олимпийская деревня на озере Тунайча. Дело в том, что это был Олимпийский год. И наши построили базу для гребцов в климате и часовом поясе страны, где через полтора месяца должны были состояться Олимпийские  игры в стране Восходящего Солнца — Японии. Сборная Советского Союза должна была прилететь через неделю на акклиматизацию, и нам следовало поторопиться, чтобы нас пустили посмотреть этот олимпийский объект. Когда тронулись в путь, большая часть группы радостно загалдела: «О, челимов поедим, живыми». На что я отреагировал весьма бурно: «Это вы — дикари-аборигены можете живые существа есть живыми. А я всего год назад приехал из республики с цивилизованным населением Эстонии, ещё не успел так опуститься и одичать, поэтому я есть не  буду».

Народ мне: «А спорим на шоколадку, будешь?» Поспорили, вышли во второй половине дня на живописное красивое озеро, и народ, побросав вещи, бросился по берегу в обе стороны с радостными воплями ловить челимов и тут же их есть. Я сначала подумал, что весь этот спектакль они играют, чтобы меня завлечь. Потом убедился, что все рассосались по берегу, каждый занят обжорством, а про меня просто забыли. Убедившись, что за мной никто не наблюдает, я тут выловил одного челимчика, а их было много, причём у самого берега, и стал его рассматривать. Челим (местное название) — это как креветка, только большая, сантиметров десять в длину. Несколько минут я смотрел как он шевелит усами и сучит лапками, а потом машинально высунул язык, лизнул и сразу почувствовал такой нежный изумительный вкус, что мгновенно понял — это можно есть. Да не только можно, это нужно есть, т. к. мы неделю уже питались, в основном, только дарами природы, и организм требовал чего-нибудь нового и вкусненького.

В общем, отодрал я усы, лапы, вскрыл панцирь и начал тоже обжираться как и все. Шоколад я проспорил, но этот опыт стоил того. Вечером, утолив первый голод, мы наловили и сварили ведро челимов. И Вы знаете, варёные они оказались менее вкусными, чем сырыми. Я понимаю, как некоторые, читая эти строки, негодуют на автора-живодёра. Мадам, полностью с Вами  согласен. Более того, открою «страшную тайну» — когда я вёл свой курс по Выживанию в экстремальных условиях дикой природы и города на практических занятиях я рассказывал студентам что можно есть в лесу, пустыне, на море. Один из видов пищи, который я предлагал попробовать для желающих — это жареные в масле кузнечики. И  в группе всегда находились желающие попробовать приготовить и отведать это экзотическое блюдо. Я этих кузнечиков не ел никогда. Во-первых, из чувства брезгливости, а во-вторых, просто жалко. Змей же, я просто запрещал убивать, ловить и тем более из них что-то готовить, хотя все учебники по Выживанию рекомендуют и объясняют как это правильно делать.

Хотя в защиту себя тогдашнего скажу так: «Чувство брезгливости находится  в прямо пропорциональной зависимости от степени Вашего голода. Как говорят: «Любовь зла — полюбишь и козла». Это хоть и не из той оперы, но мысль мою Вы, я думаю, поняли —  одно дело убивать живое, потому что тебе нечего есть, а без пищи ты умрёшь, раньше или позже, и совсем другое дело убивать ради того, чтобы проверить постулаты учебника Выживания или  полковника Васи. В этом и заключается принципиальная разница.

                СЕЛО СВЕТЛОЕ

До Южно-Сахалинска было ещё два дня пути. По плану промежуточная ночёвка была в селе Светлом, но до него ещё надо было дойти. Вышли с утра и через восемь часов поднялись на перевал, с которого всё село было как на ладони. Вроде всё было хорошо, мы дошли, до захода солнца ещё оставалось два часа, что давало возможность найти спокойно какую-нибудь избу для ночлега, а главное — магазин, где можно было бы купить хоть немного хлеба. Но что-то в этой картине, которую мы видели перед собой, было не так, только мы не могли понять что? Потом дошло — отсутствие дымов из печных труб. Хотя было лето, но пищу-то в деревнях и сёлах готовят-то на дровах в печи.

Кстати, чем деревня отличается от села? Знаете? Увы, не угадали, только не размерами. В селе всегда есть церковь, пусть маленькая, не очень бросающаяся в глаза, но церквушка обязательно есть. А в деревне её нет, будь она хоть в три раза больше села — она «деревня».

В общем, мы спустились с перевала, вошли в село, а оно оказалось брошенное. Причём, в некоторых домах, в том числе и новых, каменных, оказались не закрытыми двери и ставни на окнах. Это было просто удивительно  и как-то не по людски. Было впечатление, что люди покидали свои дома в глубокой спешке, безразличные ко всему и не собирающиеся возвращаться к родному очагу. Прошли заколоченную церковь и магазин. Нигде ни души, только зловещее не одобрительное молчание на пришельцев, посмевших нарушить этот вечный покой.

И лишь на другом конце села у самой реки мы нашли два ветхих покосившихся домика, в которых ещё теплилась жизнь. В них жили семейные пары, старик со старухой и старик со  старухой. Были они в возрасте, но крепкие по здоровью и со свежим умом, не потерявшим остатки юмора. От них мы узнали о трагедии этого когда-то процветающего села. Сначала молодёжь, а затем их родители все ушли в города Южно-Сахалинск, Холмск, Корсаков, Владивосток… Кто за развлечениями, кто за «длинным рублём». Остались только они, да в соседнем доме ещё один старик живёт, но сейчас он на охоте. Два раза приезжает передвижной магазин, привозит им продукты на заказ, да убеждается, что они ещё живы.

Пока девочки стали готовить ужин, мальчики решили посмотреть, есть ли шанс на реке быстро поймать рыбу. То, что мы увидели, повергло нас в шок. Дело в том, что в Приморье из-за браконьеров и варварских способов ловли рыбы из семейства лососевых осталось мало. Если одну-две штуки добудешь острогой, рыбалка считается удачной. А на мелководье рыбу вообще, бывало, ловили руками. Помню, как впервые с братом поймали безо всяких орудий лова по две кетины, так счастья было  «полные штаны».

Здесь мы увидели, шёл косяк горбуши, слой рыбы от берега до берега, метр толщиной. Мы как обезумели, бросились в реку, стали ловить   рыбу, кто руками, кто глушить топором. Хватали, выбрасывали на берег и тут же мчались за следующей. Неизвестно, сколько бы длилась эта неуправляемая лихорадка, но на берег вышел старик и сурово сказал всего два слова: «Огольцы, хватит!» И тут до всех сразу дошло, что мы уже накидали на берег рыбы больше, чем в состоянии съесть раза в четыре. Сразу лишнюю горбушу побросали в воду, поскольку старик от рыбы отказался, а она была ещё живая. Оставили только то, что могли съесть на ужин.

Переночевали в соседнем доме, который был пустой и не закрытый, а утром тронулись в путь на Южно-Сахалинск. Когда вышли на дорогу, нам повезло, остановили грузовик с большим кузовом, дали водителю талоны «автостопа», и через два часа пути были уже в школе Южно-Сахалинска, откуда мы стартовали 16 дней назад. Поясню — тогда в СССР, да и по моему в странах Западной Европы, был моден способ путешествия «автостопом». В клубах Путешественников и других подобных организациях выдавали специальные талоны, которые шли в зачёт водителям, которые Вас подвозили. У них это сказывалось на зарплате, плюс обоюдное моральное удовлетворение. Просто жаль, что сейчас такой способ передвижения канул в лету, хотя некоторые особо одарённые индивидуумы умудряются так путешествовать и сейчас.

                БОЙ ГЛАДИАТОРОВ

Через час как мы разместились в спортзале школы и отобедали по минимуму в ближайшей харчевне «Три пескаря» в школу ввалилась ещё одна такая же бродячая группа, только местная, в смысле с Сахалина с города Холмска, который стоит примерно по центру острова, только севернее. Те ребята были не бедные, не то что мы — уже который день «на подсосе». Они, узнав о нашей беде, тут же угостили нас мороженым, а потом, ближе к вечеру непонятно как и откуда появилось несколько бутылок вина. Естественно, выпили за дружбу народов, а много ли нам надо, чтобы  появилось настроение «поводить козу». И тут кто-то из наших раскололся, что среди нас есть чемпион Приморского края по боксу, а они тут же похвастались, что среди них есть чемпион Сахалина.

Не знаю, кому первому пришла идея, но её радостно поддержали обе группы. Устроить схватку на выявление абсолютного чемпиона. Все наши объяснения с этим парнем, что он полутяж, до 85 кг, а я выступаю в легчайшем весе 51-54 кг и в боксе так не соревнуются, разбились о всеобщий рёв обвинения меня в трусости, и что народ требует «зрелища». Позже в училище я уже выступал в полулёгком весе (54-57 кг), потом в 60 кг, но тогда на Сахалине вес был ровно 53 кг (это с трусами и вместе с контрабасом).

     Воду, кстати, подлил местный физрук, который притащил две пары боксёрских перчаток, и не спрашивая нас о согласии на поединок, стал нам эти перчатки достаточно профессионально  одевать и зашнуровывать. Короче, мы с этим парнем не успели сказать слово «МУ», как были выпихнуты в одних трусах на центр спортзала. Где было свободное пространство 4 метра на 4. На остальном лежали маты, а на них народ, человек 40, скандировал: «Вася, давай!!!»

Дело в том, что это были настолько разные весовые категории, и мы настолько отличались и ростом, и весом, что его группа в большинстве своём стала болеть за меня. Судьи не было, но оговорили, что драться будем два раунда по три минуты с минутным перерывом. Как будет определяться победитель, об этом вообще речь не шла. Посчитали, что он выявится сам, то ли по очкам, то ли чистой победой нокаутом. Здесь я, прежде чем рассказать о бое, скажу пару слов о своём боксёрском пути.

Первый год мы с одноклассником Юрой Скороваровым занимались у нас в школе под руководством десятиклассника Славы Трофимова, у которого был первый юношеский разряд по боксу. Кстати, с ним же пришлось схлестнуться из-за наших девчонок, которые были самыми красивыми в школе, как-то на улице. Славик вырубил сначала меня, а потом моего друга юности Володю Яницкого. Очнулись мы лежащими в грязной луже, дело было после дождя, и раз и навсегда запомнили этот урок, что прежде чем нарываться на драку, надо как минимум уметь хорошо бегать. Больше мы Славе Трофимову ухаживать за нашими девочками — восьмиклассницами не мешали.

Но Слава закончил школу, уехал, отца перевели в другой гарнизон в городок Кейла, и я стал ездить за 40 км в город Таллин три раза на тренировки в спортзал общества «Трудовые  резервы» к тренеру-тяжеловесу Линнамяги, который на пике своей карьеры дрался несколько раз с самим легендарным Шоцикасом. Тренировки были охриненно тяжёлыми. Мы буквально выползали из спортзала, и первое, что делали, это пили из автомата 3-5 стаканов газировки (Грушевой)  залпом, а потом ещё стакана три уже не торопясь. Это было полное нарушений инструкций, что говорил тренер, но соблюсти его указания не было никаких сих, так был обезвожен организм и так хотелось пить.

Но несмотря на такую нагрузку я ещё умудрялся периодически ходить в спортзал воинской части, где служил отец. Там были солдаты-боксёры, перворазрядники и КМС. Я тренировался также с ними. Именно тогда у меня зародилась мечта — выполнить норматив Мастера Спорта СССР и носить на пиджаке мастерский значок, который автоматом вызывал уважение окружающего народа, поэтому тренировался я фанатично. На веранде и во дворе дома висело по груше, и я добирал тренировочный процесс ещё и в одиночку.

Под руководством Линнамяги довелось провести три боя в соревнованиях «Открытый ринг», которые устраивались для любителей подраться каждое воскресенье. Все три боя я выиграл, причём самый первый — практически одной левой рукой. В самом начале боя противник мне сильно расквасил нос, пошла кровь. А я по наслышке зная, что если рассечена бровь и идёт кровь, бой прекращают. Поэтому я, боясь этого, правой рукой зажал нос, чтобы судьи якобы не увидели кровь, а весь бой, в основном, провёл  левой рукой, что не помешало мне победить. Но я в горячке боя даже не понял, что мне судья в знак победы поднял руку, и всё спрашивал у Линнамяги: «Так я победил или нет?»

Потом мы уехали на Дальний Восток. Я опять тренировался сам по книгам и ходил к отцу в танковый  полк. Там были два солдата-шахтера с Темиртау, один КМС, (фамилия Ахметшин, первый полусредний 60-63,5 кг), второй полутяж- перворазрядник, фамилию уже не вспомню. Вот с ними я и тренировался. Ахметшин, очень физически сильный боксёр, достаточно низкорослый, был мастером ближнего боя. Я многое перенял у него, главное — это умение работать серийно и не закрывать глаза под градом ударов. Кстати, один раз он меня отправил на тренировке в нокаут. Потом через пол года тренировок настала пора соревнований. Мне сделали документы, что я на два года старше. Стал сначала чемпионом дивизии, а потом серебряным призёром армии. Где меня и увидел тренер Уссурийского общества «Спартак» Руслан Хабисов. Он сразу понял, что я ещё пацан, пришёл в раздевалку  и предложил выступить за его команду на первенстве Приморского края среди юношей.

Я естественно дал согласие. За две недели до соревнований он вызвал меня на сборы в город Уссурийск. Там я прошёл ещё отборочные соревнования, потом немного потренировался под его руководством, после чего вырубил первое место на первенстве Приморского края.  И вот теперь мне предстояло драться с полутяжем и чемпионом острова Сахалин. Весь мой опыт мне сразу подсказал, что придётся именно драться, а не боксировать. Во-первых, бой будет без судьи. Во-вторых, мы оба выпили немного вина, хоть по глотку, но много ли надо юному организму, чтобы почувствовать лёгкий балдёж. А в третьих, я как-то сразу ощутил, что народ требует зрелища, и это будет бой гладиаторов.

В общем, звон алюминиевой тарелки о тарелку возвестил о начале первого раунда. Какое-то время этот парень, у которого руки-грабли были в полтора раза длиннее моих, пытался достать меня одиночными прямыми ударами. Мне удавалось уклоняться или отскакивать. Но когда он ударил двойку, его правая достала меня, и хотя удар пришёлся в мои перчатки, я буквально вылетел на зрителей.

Меня выпихнули обратно на ринг, но я как-то сразу понял, что с такой тактикой выжидания и на контр атаках рано или поздно он меня достанет. Сразу мышечная память вспомнила тренировки с полутяжем-солдатом и шахтёром Ахметшиным, который привил мне любовь к ближнему бою. Но там было проще, можно было использовать передвижения ног, различные сайт-степы (шаги с ударом в сторону). Здесь это было проблематично в силу ограниченности площадки для боя. Вызвав на себя удар правой, я нырнул под руку, и вставая, отработал серией из трёх аперкотов по корпусу и концовкой боковым справа. Достал точно по бороде, но вскользь. Тут же с ударом на отходе рву дистанцию, и не дав противнику прийти в себя, снова повторяю  атаку, но уже начинаю с другой руки. Теперь замыкающий удар хук левой проходит точно в район правого глаза.

Сразу понимаю, чтобы этого парня завалить, надо попасть точно в подбородок. В остальные места бесполезно, слишком большая масса. В первом раунде мне удалось почти не получить ударов за счёт волнообразных атак и стремительного перехода в ближний бой. Типовые атаки, которые я проводил — прямой или боковой удар левой, два снизу и в завершение хук с правой или наоброт, начало атаки с правой руки.

Но во  втором раунде противник ко мне приноровился. Мои попытки сблизиться стал встречать прямыми ударами сверху вниз. А потом, подзуживаемые толпой мы вообще перешли в откровенную драку. Пару раз он сбивал меня на маты, с которых меня выпихивали обратно. Один удар пришёлся точно под правый глаз. Я почувствовал, как набухает весомая булька. В свою очередь мои несколько серий увенчались успехом. У него стали набухать бланши на обоих глазах. Толпа ревела, а мы уже уставшие и полностью выложившиеся как собаки, висели в клинче в центре ринга друг на друге, периодически пытаясь нанести завершающий удар. Наконец прозвучал импровизированный гонг, толпа заорала  «Ничья»… и захлопала в ладоши. Я скорее побежал к умывальнику, придерживая налившейся бланш под правым глазом, который существенно болтался, если его не придерживать.

Начал промывать его холодной водой, но помогало мало. Хорошо, Тамара Августовна принесла две алюминиевых миски. Я стал их по очереди охлаждать под проточной водой и, периодически меняя, держать под глазом. Минут через пять подошёл мой противник. У него синяки были поменьше, но зато под двумя глазами. И вообще, на морде лица у него было значительно больше отметин от моих серийных ударов, чем у меня. Но сейчас это было уже не важно. Мы оба радовались, что бой закончен. Мы честно повеселили публику, и ни один из нас не струсил. Но из уроков, которые я тогда вынес, помимо практики мордобоя с превосходящим тебя по силе противником, могу сказать — я понял, точнее, ощутил, чувства гладиаторов, которые в древности выходили на арену. Никого не интересует, что ты не хочешь сегодня сражаться и тем более умирать. У тебя нет выбора — путь только один — на арену. А дальше всё в руках Бога и твоих собственных.

                ПУТЬ ДОМОЙ

На следующий день парохода ещё не было, и  нам устроили экскурсию на рыбоконсервный завод, который только построили по японским технологиям. Честно скажу — впечатлило. Я насчитал всего 20 человек из тех, что попали в поле зрения. А так всё делали автоматы. Разделывали рыбу, насыпали в банки красную икру и т. д. Нам дали ложки и разрешили есть икру сколько сможем. Поскольку все были голодные, сначала резво накинулись, но потом резко захотелось хлеба. И мы поняли, что «на сухую» этой икры много не съешь. А я вспомнил сразу фильм  «Белое солнце пустыни», как начальник таможни, актёр Луспекаев с укором выговаривает жене: «Опять икра!»

Переспали впроголодь ещё ночь, утром приехали в порт Корсаков, закупили продуктов в дорогу с расчётом на два дня, и решено было 
 перед посадкой на судно ещё пообедать в местной портовой столовой, но убедились, что денег даже на одно, самое дешёвое блюдо — макароны с котлетой и чай не хватает. Сели на скамейке в парке, стали решать ребус, что делать. И тут неожиданно у меня проклюнулись качества Остапа Бендера. Попросив всех дать мне 10 минут, я обежал площадь и нашёл Соломоново решение. Четыре буханки хлеба мы взяли в магазине. Котлеты купили на улице в киоске, там они стоили на четыре копейки дешевле, чем в столовой. Макароны и чай взяли в столовой, и получился относительно сытный обед. Самое главное, что каждому досталось по четыре кусочка хлеба, а именно он оставляет чувство сытости в желудке.

                ЗАРОЖДЕНИЕ ЛЮБВИ

Наконец погрузились на уже знакомый нам  «Крильон». Поскольку билеты брали не заранее, расселение получилось не все в одних  каютах, а вперемешку с остальными пассажирами. Нам с братом досталась четырёхместная, где были двух ярусные койки. Когда мы туда вошли, одно место было уже занято. На нижней кровати слева в полном отрубе спал мужик, почти с головой накрывшись одеялом. Мы тоже с Володей побросали вещи и улеглись с желанием поспать до ужина, т. к. напряжение последних суток давало себя знать. Я полез на верхнюю полку справа, брат нырнул под меня. Но не успел я уснуть, как в каюту вошла женщина. Т.к.  в каюте стоял полумрак по сравнению с ярким светом палубы, женщина остановилась в дверях, давая глазам привыкнуть. И я имел возможность её спокойно рассмотреть.

Средних лет, на вид 30-35 лет, длинные вьющиеся волосы чуть ниже плеч, правильные черты лица, стройная фигура в длинном платье, и какая-то тихая славянская красота и покой исходили от неё.

Тихо сказала:  «Здравствуйте», спокойно осмотрелась, поставила небольшой чемоданчик у стола и уже собралась занимать верхнюю левую свободную койку, как мужчина, лежащий на нижней койке пошевелился, и одеяло съехало с его груди на пол. Я ахнул. Он спал в брюках, но с голым торсом. Сильная фигура, вся увитая буграми мышц, и при этом тонкие в кости кисти рук и лодыжки. Я такие вещи ухватываю сразу, т. к. у меня в 13-14 лет даже комплекс своей неполноценности как мужчины мог развиться по причине худенькой и на первый взгляд не спортивной фигуры.

Как говорят — «ни рожи, ни кожи» — это казалось про меня. Хорошо, старшая пионервожатая школы, заметив эту мою чрезмерную стеснительность, сначала научила меня танцевать, а затем заставила на школьных вечерах приглашать на танец самых красивых девочек школы. И этот «пунктик» боязни женского пола и излишних переживаний  по поводу своей внешности у меня постепенно  прошёл.

Но вернёмся к мужчине. Помимо могучего торса меня привлекла татуировка у него на груди. Там был изображён парусник, идущий в волнах под всеми парусами. Причём художник, который делал наколку, без сомнения хорошо знал анатомию. При дыхании паруса надувались ветром и трепетали. Это было завораживающе красиво.

Женщина поправила на мужчине одеяло, и он проснулся. Секунд тридцать они смотрели друг на друга, потом мужчина словами «извините» резко встал и набросил на себя рубашку, лежащую на спинке стула. Они сели за стол и начали тихо разговаривать. Я не очень вслушивался и начал засыпать. Помню, что сначала разговор был в общем, а потом женщина начала рассказывать о своей жизни. Пару раз я просыпался для переворота на очередной бок, и слышал, что уже говорил мужчина, теперь уже он говорил о своей жизни. Кое что я услышал и запомнил.  20 лет он уже плавает на судах кочегаром, отсюда такая накаченная мускулатура. Малолеткой попал на год в тюрьму, где ему и сделали эту наколку. Был женат, но жена, не выдержав его долгих плаваний, ушла к другому. На Сахалин ездил к другу в гости помочь построить баню. Сейчас возвращается во Владивосток, где живёт и где стоит его судно, на котором ему через неделю предстоит уйти в рейс.

Что о себе рассказала женщина я не слышал,  проспал. Факт тот, что мы легли в два  часа дня, проснулись в шесть, и всё это время моряк и женщина сидели за столом и говорили. ЭТО КАК НАДО БЫЛО СОСКУЧИТЬСЯ ПО СОБЕСЕДНИКУ, подумал я, ЧТОБЫ  ВОТ ТАК ЭКСПРОМТОМ ПРОГОВОРИТЬ С НЕ ЗНАКОМЫМ ЧЕЛОВЕКОМ ЦЕЛЫХ ЧЕТЫРЕ ЧАСА И РАССКАЗАТЬ ЕМУ ПРАКТИЧЕСКИ ВСЁ О СВОЕЙ ЖИЗНИ !!! Когда мы вставали, он уже держал её руку в руках и что-то говорил о линиях, которые определяют судьбу. Было видно, что им обоим  хорошо. Мы вышли на свежий воздух, чтобы им не мешать. После ужина народ как-то рассосался на палубе по всему кораблю. Я почему-то ждал, что американские боевые самолёты снова будут облётывать наше судно, но увы, этого не случилось. Не то у них выходной был, не то «сексуальный час». Зато мне повезло в другом, что оказалось намного интересней.

Я пошёл прогуляться по кораблю и в районе  юта остановился. Мне показалось, что снова вблизи появился кит. Когда мы плыли сюда, это был кашалот, а теперь мне очень хотелось увидеть дельфинов. Я всматривался в горизонт, когда боковым зрением увидел, что метрах в трёх от меня кто-то подошёл и стал у борта. Я скосил глаза и понял, что это моряк и женщина. Моряк стоял спиной ко мне, а женщина лицом. Было хорошо видно её глаза. Они почти не говорили, просто смотрели друг на друга, ничего и никого не замечая вокруг.

У меня было видно особое умиротворённое состояние души. Ничем другим я не могу объяснить последующий феномен. Я вдруг ощутил, как между этими двумя, ещё пол дня назад не знакомыми людьми, протянулся лучик  любви и с каждой минутой и секундой, по мере того как они смотрели друг на друга, он креп. Я прямо физически ощутил, что его невозможно порвать. У меня ведь уже была первая школьная любовь — Таня Шпакова, которая осталась на другом конце страны в далёкой Эстонии. Поэтому я сразу понял, что присутствую при зарождении любви с первого взгляда. Не знаю, сколько по времени продолжалось это таинство. Моряк сказал: «Идём, Лида, я покажу тебе судно». Они ушли, взявшись за руки и похоже, не обратив никакого внимания на меня. Я ещё долго стоял у борта, размышляя над увиденным, а потом как-то сразу понял, что если когда-нибудь женюсь, то это будет по любви с первого взгляда.

Кстати, в дальнейшем так и случалось. Все женщины, с которыми у меня случалась близость, включая моих четырёх жён, вызывали во мне какие-то эмоции волнения и интереса уже при первой встрече. На следующий день утром Володя вышел делать зарядку, женщина ушла готовить завтрак, а мы с моряком познакомились и разговорились. Я спросил, занимался он дополнительно каким-либо видом спорта, чтобы так накачать фигуру. Виктор, так звали моряка, ответил: «Нет, работа  поначалу так изматывала, что еле дотягивал до конца вахты».

Зато пристрастился к чтению книг, и в его двухкомнатной квартире на склоне  сопки, с которой прекрасный вид на бухту Золотой Рог, все стены уставлены стеллажами с книгами, большая часть которых о море. Виктор, узнав, что я занимаюсь боксом и очень хочу заиметь атлетическую фигуру, не потеряв при этом резкость, дал несколько дельных советов. В 14 лет у меня такое уже было. Я начал заниматься гантельной гимнастикой по Пустовойту. Через пол года накачал грудь и спину, очень хорошо себя чувствовал физически из-за полной проработки практически всех основных мышц, но стала пропадать резкость удара. И мой тренер Линнамяги, узнав об этой моей гимнастике, мне  её категорически запретил.

Виктор же тогда сказал: «Замедления резкости и реакции можно было бы избежать. Для этого надо заканчивать тренировку достаточно большим количеством взрывных ударов с малыми весами, и стараться отрабатывать передвижения на ринге с максимальной скоростью с гантелями на ногах или привязанными к поясу. Тогда, когда ты их снимешь, будешь просто летать по рингу». Я не спросил, откуда он всё это знает, но поверил ему сразу.

Тут Лида принесла горячий чайник и вернулся с зарядки Володя. Мы вместе угостились ихними бутербродами, у нас-то при себе ничего не было, попили чай и помчались завтракать со своей группой, не забыв сказать «спасибо!» День прошёл без особых приключений, тем более, что половину его мы проспали. Всё -таки общий недосып похода давал себя знать, а каждый знает, что «ЛУЧШЕ ПЕРЕСПАТЬ, ЧЕМ НЕ ДОЕСТЬ!» Но в перерывах моего бодрствования в поле моего зрения периодически попадали Лида с Виктором, и я по мелким деталям видел как идёт их физическое и духовное сближение. Если в первую ночь Лида спала напротив меня на левой верхней койке, категорически отказавшись перейти на место Виктора, хотя он при нас на уговоры её потратил минут десять, то во вторую ночь они легли на нижнюю койку уже вместе. Ясно, что спали одевшись и без секса, но обнявшись как муж и жена.

Иногда меня удостаивали разговора, и я поражался, какой ёмкий образный язык у Виктора. И дело было вовсе не в количестве стран, которые он повидал за свою бродячую морскую жизнь, а прежде всего — это сказались книги.

Много лет спустя Виталий Сундаков, у которого мы были в гостях с моим сыном Васей в его Славянском Кремле, так объяснил это явление. Когда Вы смотрите фильмы, в том числе и художественные, Вы тупо следите за развитием фабулы, действиями и речью героев. Вы им сопереживаете и только. Ваш мозг не получает ничего. А когда Вы читаете книгу, поневоле проговариваете их речь, тренируете образное мышление, мысленно сопереживаете и размышляете над ситуациями, в которые они попали, ищите за них выход. Т.е. мозг получает на порядок больше при чтении книги, чем при просмотре фильма. А это сразу сказывается на интеллекте и вообще на поведении человека.

Кстати, оказалось, что Лида тоже очень любит читать книги, и это была одна из граней, объясняющая, почему они так сразу нашли друг друга.

И чтобы окончательно убедить скептиков, которые читают только меню в ресторанах и рекламные объявления, и то лишь затем, чтобы не забыть буквы, что книги в корне могут изменить или сделать более интересной Вашу жизнь, приведу вчерашний пример. К жене, милой Ирине, пришла подруга, с которой они давно не виделись, зовут Лена. Красивая, милая, очень приятная женщина средних лет. Лена разведена, муж, бывший мент, запил, оставшись без работы (не прошёл аттестацию с преобразованием милиции в полицию). Поэтому, несмотря на двоих детей, она подала на развод. Когда Лена вошла в нашу хатынку, на столе лежали две ещё свободных шестых книги из второго замеса. Поскольку Издательство «STAR” печатает мне книги со 100% преоплатой, я заказываю их небольшими партиями по 10 штук.

Увидев две книги на столе, Лена сразу спросила:  «Можно посмотреть?» Прочитав название «Небо всегда с нами», сказала: «Как это верно сказано!» — и тут же углубилась в чтение, бережно перелистывая страницы. У меня мгновенно родился какой-то отклик в душе. Рука тут же потянулась ко второй книге и сделав сентиментальную, прочувствованную надпись с автографом автора, вручила книгу гостье со словами: «Сударыня, предлагаю сделать перерыв. Вы всё-таки пришли в гости на кофе, а не в избу-читальню, а дочитаете  «опусы» дома уже со своей книги». Ясно, что подарок был с благодарностью принят, только она попросила на книгу поставить ещё мой экслибрис. Он у меня очень не обычный и классный. На фоне крыльев орла знак «лётчик-снайпер» и фамилия «Чечельницкий».

Я в этом плане всегда с особой теплотой вспоминаю золотые руки своего начальника строевого отдела капитана Хантаева, который будучи старшим техником самолёта ТУ-16, когда тот при гонке двигателей загорелся, бросился на плоскость тушить пожар. Но крыло успело прогореть, упало, и его просто перебросило на бетон. В итоге, офицер стал годен к воинской службе как «не строевой» и попал на эту не техническую должность. Так Хантаев на интуиции меня просчитал, что я люблю читать книги, и сделал мне подарок, когда я уходил из полка на Юг, что называется  «от души». И сейчас все мои друзья восхищаются этим подарком и отдают должное мастеру-умельцу, который смог изготовить такой экслибрис. Так вот, я надеюсь, что Лена, прочитав первую повесть полковника Чечеля в  этой книге «Где найти жену», сможет устроить свою личную жизнь, т. к. в ней опыт человека, который никогда не был одинок, несмотря на  отсутствие роста, веса, худого и кашляющего, и при всём при том — не страдающего отсутствием аппетита. И как его жена терпит, такого «проглота», блин.

Но вернёмся на теплоход «Крильон». На следующий день мы вошли в порт прекрасного города на сопках Владивостока. Тепло простились с нашими соседями по каюте. Я не знаю, что увидел или почувствовал мой брат Владимир, которому было тогда 13 лет, но у меня, хотя прошло столько лет, их ЗАРОЖДЕНИЕ ЛЮБВИ как сейчас стоит перед глазами. Я не знаю, как сложилась их дальнейшая жизнь, но с корабля они сходили семейной парой. Так что дай Бог им счастья!

А если вообще говорить об этом нашем походе на Сахалин, то я в который раз думаю, какой всё же не предсказуемой бывает наша жизнь. Не пройдёт и двух десятков лет, как при руководстве полётами однокашника Саши Лепаловского, который дал снижение экипажу ТУ-16 капитана Шиколая до 700 метров, тот умудрится «размазать коробочку» на 15 км шире и врезаться в вершину сопки высотой 704  метра как раз недалеко от тех мест, где мы гуляли по Сахалину. А одной из способствующих причин этого печального события явилось одно слово «Быстро» снижайся до высоты 700 метров». Вот он и доснижался «быстро». Нет такого слова в Обязательном Перечне Типовых Команд и Запросов. Есть слово «снижайся» или  «занимайте эшелон», но нет слова «быстро». В который раз этот случай говорит — «В АВИАЦИИ  НЕТ «МЕЛОЧЕЙ»», всё написано кровью.

Пройдёт всего 19 лет, я став лётчиком Морской авиации, буду совершать облёт самолёта ТУ-16 в гарнизоне Монгохто,  с высоты 11000 метров увижу весь остров как на ладони и сразу вспомню этот наш школьный  поход по Сахалину. А на следующий день, улетая, как оказалось, на Джиду вместо аэродрома Белая, оставлю Сахалин под правым крылом и навсегда попрощаюсь с ним.

Да, как много интересных и ярких событий хранит память. Очень хочется пожелать, чтобы нашим детям, внукам и правнукам тоже было что вспомнить, сидя у камина долгими зимними вечерами. На этой оптимистичной ноте позвольте на сегодня с вами проститься, господа, бо «настало утро, и Шахеризада прекратила дозволенные речи!» Благо Дарю за внимание…

    Кстати,  ВОТ МНЕНИЕ МОЕГО ШТУРМАНА СЛАВЫ ЯСНЕВА НА 22М3

 Василий,вот немного посидели с соседом на даче,поговорили «за Авиацию».Вывод такой:Полковнику Чечелю на основе материала из 6 книг надо писать КИНОСЦЕНАРИЙ. Ей Богу не шучу! Как это делается не знаю,но….надо Вася…ну надо..А вдруг.Я УЖЕ ВИЖУ ЭТОТ ФИЛЬМ.Канва-отец танкист,Брестская пр..Василий,а вдруг..

ОБНИМАЮ…

Да, блин, чуть не забыл — « бонус» для волевых читателей для поднятия настроения — про Штирлица…
                https://www.youtube.com/watch?v=-opz4EU2flo

Кстати, напрягите «фантазию» и попробуйте сами придумать правдоподобную версию, которую не стыдно доложить фюреру, как отпечатки пальцев полковника КГБ Исаева-Штирлица могли оказаться на ручке чемодана радистки Кэт??? Всем УДАЧИ !!!

             НУ, ЧТО ТЕБЕ СКАЗАТЬ ПРО САХАЛИН ?

 Ну что тебе сказать про Сахалин
На острове нормальная погода
Прибой мою тельняшку просолил
И я живу у самого восхода

А почта с пересадками летит с материка
До самой дальней гавани Союза
И я швыряю камушки с крутого бережка
Далёкого пролива Лаперуза

Над Сахалином низко облака
Но я встаю над сопкой спозаранку
Показываю солнце рыбакам
И шлю его к тебе на Якиманку

В краю где спорят волны и ветра
Живут немногословные мужчины
И острова как будто сейнера
В Россию возвращаются с путины
                (ЮРИЙ ВИЗБОР)

Для расширения кругозора. (У кого широкий — может не читать)

Виктор Феофанов
Кому: Василий Чечельницкий

сегодня, 15:18

Ну вот видишь, Васильич, не я один, не только придирчивый, но и потом — влюбленный в твою писанину, которая мне по душе, т.к. характерами и чапайскими замашками, немного похож на на старшего товарища:))))))

Рецензия на «Сахалин» (Полковник Чечель)

Знаете, полковник Чечель, читать это произведение начала с долей надменности. Извините, обычно мне трудно воспринимать текст сквозь стилистические и грамматические промахи.

Но решив оставить рецензию в ответ на Ваши, продолжила и не пожалела. Вы замечательный рассказчик, делящийся не только опытом, а и знаниями-зацепками. Когда хочется после прочитанного расширить кругозор уже в интернете. Когда возвращаешься взглядом, чтобы еще раз прочитать понравившееся. А это произошло не раз.

К примеру на этих словах зависла надолго, размышляя сквозь их призму о жизни вообще:
«…я понял, точнее, ощутил, чувства гладиаторов, которые в древности выходили на арену. Никого не интересует, что ты не хочешь сегодня сражаться и тем более умирать. У тебя нет выбора — путь только один — на арену. А дальше всё в руках Бога и твоих собственных».

Я их занесу в сборник фраз мыслей мудрых людей. Спасибо!

Наташа Шевченко   20.02.2017

+ добавить замечания

Наташа, единственная четвёрка, которая стоит у меня в дипломе об окончании средней школы — это по русскому языку. И к тому же я холерик, пишу всегда быстро, не думая, и не очень люблю возвращаться к написанному, чтобы проверить на предмет ошибок. Но, в общем, спасибо за замечания, постараюсь учесть на будущее. Для меня немного странно, что для знакомства со мной Вы выбрали именно это произведение? Наверное, приходилось бывать на этом острове? Хотя это не столь важно — я рад, что в Вашем лице обнаружил ещё одного интересного писателя, точнее — писательницу, на проза.ру.

«Предлагаю дружить домами, а можно и семьями»- шутка, в которой есть доля шутки, точнее — «тонкий» армейский юмор.

С уважением, ВВЧ

© Copyright: Полковник Чечель, 2016
Свидетельство о публикации №216082701493 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.