Ткачёв Ю. Кинг-Конг

       Владивосток. В полпервого ночи ворота военной комендатуры мыса Чуркин дружелюбно распахнулись, и ведомство майора Баязитова приняло очередную жертву Бахуса.
       Трое моряков во главе с начальником патруля пыхтя, дотащили  мертвецки пьяного двухметрового мичмана до двери камеры и отпустили его. Тело рухнуло на цементный пол и продолжило  сон. 
            — Где вы подобрали этого монстра!? – спросил у патрульных дежурный по комендатуре пехотный капитан. — Прямо Кинг – Конг какой-то!
             Старший лейтенант – начальник патруля устало опустился на стул.
             — Сидел в детской песочнице во дворе девятиэтажки по улице Вязовой и матюкал всех прохожих, — ответил старлей, — а вот это было при нём.
               Две пустых чекушки «Московской», ещё одна недопитая и надкусанный сырок «Дружба» составляли вещественные доказательства вины задержанного мичмана.
              — Документы изъяли? – спросил дежурный.
              — Документов при нём не было, — доложил старший патруля.
         Чудовище на полу замычало.
              — Спи, давай! – пнул пьяницу дежурный хромовым ботинком — Обыщите этого раздолбая еще раз.
          Обыскали. Никаких документов. Решили будить.
              — Эй, проснитесь! – кричали спящему в уши. — Товарищ мичман, как ваша фамилия? Вы с какого корабля?
                Всё тщетно. Кинг-Конг вяло отмахивался ладонью от наседавших на него людишек, как от жужжащих мух и не отвечал. 
                — Ладно, идите в часть, – отпустил патруль дежурный по комендатуре, — пусть спит до утра, протрезвеет – разберемся «с какого парень флота, с какого парохода». 
                Спал мичман недолго, где-то с часок после ухода патрульных. 
Потом встал во весь свой исполинский рост, неторопливо огляделся в темноте. В свете тусклой лампочки, попадавшем в окошко камеры, увидел нары, железную дверь и чугунную батарею, висящую на стене. Больше ничего там не было.
   Инструмента не потребовалось.  Ручная работа. Поднатужившись, Кинг – Конг вырвал из стены батарею. Двух оборотов хватило, чтобы отсоединить её от трубы, а трех ударов батареей в дверь для того, чтобы ту сорвать с петель. Вот и вся недолга.
                — Йе-эхх! – замахнулся великан чугунным изделием на выскочившего дежурного.  
                Капитан не стал испытывать судьбу. Дома жена, дети папку ждут… Убежал капитан в свою каморку. Там он схватил трубку телефона и стал названивать коменданту Баязитову. Дежурный  по комендатуре, согласно инструкции,  обязан обо всех происшествиях докладывать лично коменданту. 
                Тем временем  это военно-морское чудовище раскрошило замок на воротах, вышло на волю и ушло в непроглядную ночь. Батарея, треснувшая в нескольких местах валялась у выхода. 
                Кто ты безымянный ночной гость? Дай ответ! Не даёт ответа.

1 комментарий

Оставить комментарий
  1. Стоял я и в патруле там и дежурным по караулам.
    Да…
    У нас был мичман С. серьёзный мужчина, но не этот — роста не хватало. Но на пароходе нашем справиться с ним не мог никто. Правда, он любил раздеться до трусов и, сиганув по трапу, бегать в районе памятника «Семь дураков». Потом, чуть протрезвев, нормально возвращался и искренне верил, что был на физзарядке.
    А Автору от меня большой респект. Молодец! Таланты в ВМФ прямо как грибы. С удовольствием прочел. Еще раз благодарю.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *