Ткачёв Ю. Дефицит

 Нечто упакованное в толстую серую бумагу и деревянную обрешетку встретило меня на лестничной площадке и преградило путь в квартиру. Звоню соседям.
              —  Геннадий Михалыч, — прошу соседа, — давайте отодвинем, не могу домой зайти.
              — А чего его двигать, давай сразу домой к тебе затащим, я помогу, — отвечает Михалыч. 
              — А что это? И откуда здесь взялось? — удивляюсь я, — это не моё.
               — Это твой холодильник «ЗИЛ», тебе принесли, как ветерану Великой Отечественной войны и поставили, — ехидно отвечает Михалыч, — а я в глазок посматриваю, чтобы никто не утащил.
               — Неужели так и сказали: «ветерану войны»? 
               — Я пытался объяснить, что ты не ветеран, но они и слушать не стали, — ответил Геннадий Михайлович. 
            Понятно. Меня «охмуряет» военторг в лице его начальника  майора Абрамова.        Накануне состоялось заседание комиссии по распределению дефицитных товаров, в которую когда-то начальник гарнизона города Корсакова включил меня. Я же химик, меня во все комиссии включают. Штурман рулит, артиллерист стреляет, минёр минирует, а химик – химичит.
            Только вот «химичить» у меня как раз и не получается — совесть не позволяет.
             Вчера меня вызвал начальник политотдела капитан 2 ранга Лихоносов и предложил подписать решение комиссии по продаже дефицитных холодильников известной советской марки «ЗИЛ» в количестве пяти штук. 
            — Мы тут посовещались и решили распределить холодильники следующим образом, — деловито сказал начпо, — начальнику военторга, мне, пропагандисту Вежину, замначпо Карпенко и тебе, Юрий Васильевич. 
            В конце 80-х годов на Сахалине еще не было японских холодильников.  Вообще никаких не было. Всё было в жутком дефиците. Мой старый холодильник «Бирюса»  уже давно был на свалке. Продукты хранили в таком хитром шкафчике под подоконником. Зимой в нём холодно, а летом жарко.
            «ЗИЛы»  прибыли к нам с Большой земли и их давно ждут два ветерана Великой Отечественной войны, принимавших участие в разгроме Японии и изгнании японцев с Сахалина и Курильских островов. Остальные три  – для передовых офицеров нашей бригады ОВРа.
           — Виктор Михайлович, а как же ветераны и призеры Главкома по стрельбе?  — говорю начальнику политотдела. – Они ведь уже ждут холодильники, я им сказал, что как придут, то оповещу. 
            — Тебя, кто за язык тянул? Скажешь, что ждём, мол, вот – вот должны прибыть, — разозлилась моя комиссия, — бери дефицит. пока не передумали! 
           Не смог я взять, отказался. Как, думаю, в глаза буду смотреть ребятам?..
           … И вот припёрли мне ЗИЛ прямо к дверям. Сосед смотрит как-то… неодобрительно. Ещё бы, в  липовых «ветеранах войны» числюсь.
           — Геннадий Михайлович, это мне по ошибке принесли, должны были ветеранам и перепутали.
            — Да, нет Юра, они назвали полностью фамилию, имя отчество. Так что все верно,-  отвечает мне сосед, — давай открывай двери, я помогу затащить. 
           Не стоять же холодильнику на лестничной площадке? Затащили в квартиру. Думаю,  ладно,  завтра разберусь с комиссией, верну вещь заслуженным людям. 
            Пришла с работы жена.
            — Ой! Откуда это чудо? Это же ЗИЛ – самый лучший на свете холодильник! – воскликнула супруга, — как тебе удалось его раздобыть? 
            Пришла со школы дочь.
            — Вот это да! Новый холодильник! Настоящий современный ЗИЛ! Папа! Он же сам размораживается, у тети Вали такой.     
             Почему бы такому не быть у тети Вали? Мама дочкиной одноклассницы – заведующая гастрономом и такой холодильник положен ей по статусу,   
  а я простой флотский офицер и своим ратным трудом такую вещь ещё не заслужил. 
             —  Привезли мне его без спроса, как члену «дефицитной» комиссии, — объясняю домочадцам, — себе политотдел взял и мне выделили, чтобы шум не поднимал. А вообще холодильники предназначены ветеранам войны и передовым офицерам. Завтра отвезу обратно
            — Ничего не знаю, ты тоже передовой! Из морей не вылазишь! Дома почти не бываешь! Не отдам холодильник! – жена загородила его телом, как будто я уже его забираю. На глазах у неё появились слёзы.
            Я открыл дверцу, погладил безупречно эмалированную поверхность. Он был такой хороший! Такой приятный на ощупь!  Я включил холодильник, и он тихонько зажурчал, что-то напевая. Домашние влюблено смотрели на него. Эх, думаю, подвинься, совесть!   
            — Хорошо, загружайте продукты в холодильник, – сказал я жене и дочери, — пусть пока у нас поживёт. 
          Через месяц с небольшим паром Ванино-Холмск  привез для нашей бригады охраны водного района девять «ЗИЛов», и на этот раз они попали  по назначению.  Правда, жадный начпо ещё один себе хапнул. Для тёщи.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *