Цмокун В. Про Жору Поволоцкого

wikimapia.org

С Жорой я познакомился в 1985 году, когда прибыл для продолжения службы на ТРБ (техническую ракетную базу), расположенную в тайге, в 9 км от небольшого шахтёрского посёлка Реттиховка и в 250км по прямой к северу от Владивостока. За плечами было уже почти 8 лет корабельной службы, из которых последний год- командиром БЧ-2 на эскадренном миноносце » Вызывающий» («бычком»- так именовались командиры боевых частей на кораблях Флота Российского) выдался особенно трудным в силу разных причин. К теме данного повествования эти причины отношения не имеют, но именно благодаря им, а также красочному описанию начальником ракетно-артиллерийского управления Флота всех прелестей службы на берегу, посреди уссурийской тайги, лимонника, кедровых шишек и элеутерокока и, главное, наличию ожидающей мою семью свободной двухкомнатной квартиры в одном из двух домов гарнизона решение было принято. Кроме того, не последнюю роль сыграла убедительная, завершающая уговоры фраза начальника управления:» … Да и вообще — это же почти рядом с Владивостоком — я на своей «Волге» за три часа доезжаю!»

Ну, короче: в назначенное время к дому, где мы снимали комнату, прибыл огромный КРАЗ. За рулём — матрос, старшим машины- офицер из моего будущего подразделения, тоже капитан- лейтенант, Олег Шалак. Загрузили нехитрое имущество и поехали. Путь занял более пяти часов, за это время Олег, как мог, ознакомил меня с особенностями службы на базе.

Ракетно- техническая база флота — это воинская часть, где производится приёмка корабельных ракет на хранение, периодические проверки этих ракет и выдача их по требованиям флота на корабли, естественно, тоже с проверками состояния перед выдачей. Описываю всё это без опасения выдать военную тайну, так как на месте нашего гарнизона сейчас функционирует женская исправительная колония и, думаю, здорово переделывать нашу часть не пришлось — на плацу так же проводятся вечерние поверки, в жилых помещениях вместо матросов технической и караульной роты живут так же отбывающие срок женщины, штаб, наверное, так и остался штабом, а в цехах подготовки ракет сейчас, наверное, шьют рукавицы для строителей. На крышах цехов и хранилищ так же растут кедры и вкуснейшая земляника, а офицеры, если осенью в конце рабочего дня пройдут от технической зоны до штаба не по дороге, а рядом с ней, всегда принесут домой грибы на всю семью на ужин. О колючке в два ряда по периметру базы уже и говорить не приходится – куда-ж без неё.

Интересно, а корпус настоящей корабельной крылатой ракеты возле нашего дома, в которой играли наши дети (причём и девчонки, и мальчишки) – сохранился?

Но — ближе к теме. Среди офицеров базы, начавших службу в этой части, как правило, лейтенантами после Севастопольского военно-морского училища (кстати, два наших жилых дома так и именовались в почтовом адресе — улица Севастопольская, а окрестные жители называли гарнизон просто -» ТФ «- Тихоокеанский Флот. Вот такие вот в глухой тайге были пафосные названия!). Так вот, офицеры и мичмана части были, в основном, нормальными, адекватными, как сейчас говорят, мужиками, многие — классными специалистами в своём деле, некоторые, насколько я знаю, и сейчас в теме — рад за них. 

Естественно, такая неординарная личность, как капитан — лейтенант Жора Поволоцкий не мог не обратить на себя внимание. Это был добродушный, компанейский офицер, лет тридцати с небольшим, судя по возрасту — всегда своевременно получавший очередные звёздочки на погоны. Особенность-же его выражалась в том, что поручить ему мало-мальски ответственное дело было нельзя, поэтому он, будучи в таком приличном уже звании, дежурным по части не стоял, ездил старшим на школьном автобусе, на угольных самосвалах (до угольного разреза и обратно), в расчёте при проверках ракет всегда работал под присмотром опытных офицеров, личного состава в подчинении не имел и поэтому, естественно, не совершал никаких серьёзных ошибок или проступков, не имел взысканий и числился на хорошем счету.

Понятное дело, немалая часть Жориных обязанностей, таким образом, ложилась на плечи остальных офицеров подразделения, но к Жоре давно привыкли, иногда «подкалывали», но, в общем, за безвредность терпели. Помню, правда, один случай, когда группа товарищей сильно на него обиделась, но через пару дней махнули рукой — » Это ж Жора!» Случай произошёл вечером, когда несколько офицеров после рабочего дня собрались по какому-то поводу и обнаружили, что спиртного явно не хватит. Магазин — в Реттиховке, и ничего туда не ходит, машин у собравшихся не было. Кто-то вспомнил, что сейчас в посёлок пойдёт школьный автобус забирать детей 2 смены, и старшим — Жора, он может купить пару бутылок водки, пока автобус полчаса стоит. К слову сказать, этим автобусом часто ездили и жёны офицеров и мичманов, успевая за полчаса крутнуться по трём магазинчикам посёлка и прикупить то, чего не было в гарнизонной лавке Военторга. Кто-то из жаждущих добавки вышел к автобусу, подошёл к Жоре с намерением дать деньги и объяснить задачу, но в этот момент к автобусу подошла, в числе прочих, жена командира части. Естественно, немедленно были предприняты меры конспирации: офицер протянул Жоре десять рублей, сделал специфическое выражение лица и тоном заговорщика, используя немыслимые оттенки и тембры голоса произнёс: » Жора, купишь для меня 2 «ЭКСТРЫ», понял? 2 «ЭКСТРЫ» — ещё раз с выражением произнёс он, глядя Жоре в глаза. Конспирация заключалась в том, что килограммовая пачка соли по 10 копеек также, как и водка, называлась » Экстра».

Жора принял деньги, пересчитал их и ясным взглядом посмотрел на дающего: » Да, понял, конечно! Куплю!» О финале вы, наверное, уже догадались. По возвращении автобуса Жора с тем-же безмятежным выражением лица вручил потерявшему дар речи сослуживцу две пачки соли общей стоимостью 20 копеек и сказал при этом: » Слушай, там мне надо было ещё купить кое-что по хозяйству, так что сдачу я тебе с получки отдам, ладно?»

Звёздный час Жоры Поволоцкого наступал 2 раза в году, когда часть сдавала курсовые задачи комиссии из ракетно-артиллерийского управления Флота. Процесс проверки состояния базы, производственной деятельности, проверка развёртывания в нескольких десятках километров от места базирования подвижной технической позиции (мероприятие, требующее огромной слаженной работы всех подразделений, как боевых, так и тыла базы) – всё это заканчивалось строевым смотром.

Один из основных элементов строевого смотра части – опрос офицерского состава на предмет знания наизусть статей строевого устава. Понятное дело, любителей знать наизусть эту книжку среди нас было мало. Но каким-то непостижимым образом её знал Жора. Поэтому, когда кто-то из высокого начальства обязательно, хоть и с оттенком иронии, спрашивал командира части:» Ну, а обязанности командира подразделения перед построением и в строю хоть кто-нибудь у тебя знает?» — командир победно выкликал: «Капитан–лейтенант Поволоцкий, доложите статью № 25 строевого Устава!» И Жора выдавал полстраницы текста не переводя дыхания. Начальство умилялось, смотр быстро сворачивался, следовал прощальный ужин, во время которого в «Волги» и «Уазики» загружались «дары тайги», предусмотрительно заготовленные командиром роты охраны и его бойцами – например, кедровые шишки,

лимонник, а бывало, и свининка из не оприходованного, но нормально существующего поголовья свинарника – в общем, «чем бог послал».

Таким образом, Жора, по мнению руководства, вполне оправдывал своё, по большому счёту, никчёмное существование.

И вот как-то раз приходит приказание из Владивостока – написать представление на перевод в военную приёмку одного из заводов по производству ракетной техники (понятное дело – в европейской части страны) на одного из офицеров части. Право выбора оставлялось за командиром. Голубая мечта любого офицера – военная приёмка! Служба – «в пиджаке», гарантированная квартира в городе, никаких тебе нарядов и личного состава…  Мне дважды предлагали- я был реально нужен, но бдительные кадровики, дойдя до графы «национальность», заворачивали моё личное дело назад. Впрочем, сейчас не об этом…

Ясное дело, какой командир захочет отпускать толкового, грамотного, тянущего лямку непростой службы офицера? Естественно, документы в Москву ушли на капитан–лейтенанта Поволоцкого, причём аттестованного в лучшем виде. Через какое — то время состоялся Приказ о назначении, о чём и было доведено до офицерского состава части. «Отходняк» Жора не проставил, но оперативно, за несколько дней, отправил вещи, семью, сдал дела и в определённый день приготовился убыть ночным поездом. В этот день весь личный состав части, стоящий на плацу в ожидании командира для развода по окончании рабочего дня, стал свидетелем интересного явления.

Итак, вся часть, офицеры, мичмана, любимый личный состав стоят на плацу перед штабом. Дежурный по части — в центре плаца, весь превратился в одно большое ухо – слушает, когда хлопнет дверь штаба и выйдут командир с замполитом – надо вовремя крикнуть «Смирно!», встретить и доложить, что часть для развода построена.  Хлопает дверь штаба, все невольно оборачиваются – из двери выбегает Жора и, слетев по ступеням штаба, пыля ботинками, несётся по направлению к КПП, до которого метров 100.  Не успев отвести взгляд от Жориной спины, мы стали свидетелями ещё одного хлопка дверью.

На сей раз его произвёл командир части, кап. 2 ранга Высоцкий, выбежавший вслед за Жорой. В отличие от длинноногого и поджарого Жоры Высоцкий был коротконог и пузат, так что поговорка «Бегущий офицер в мирное время вызывает смех, а в военное – панику» в данном случае была как раз кстати. Бежал он молча и недолго, поняв, что Жору не догонит, после чего, запыхавшись, вышел на плац, принял доклад дежурного и тут-же дал команду разойтись. Незаметно появившийся замполит тоже никак не прокомментировал произошедшее. Жоры на квартире не оказалось, наверное, он на какой-нибудь попутке уехал в посёлок, поближе к станции.

Только через неделю замполит «раскололся».  И вот что мы узнали.

За пять минут до развода, как раз, когда замполит сидел в кабинете командира —  о чём-то не спеша болтали, в дверь кабинета постучали, она приоткрылась и в щель просунулась голова Жоры.

— Чего тебе, Поволоцкий? — спросил командир — Попрощаться пришёл? Документы тебе уже все отдали, вроде-бы?

— Да, товарищ командир, документы все у меня! — ответил Жора. – Только я не попрощаться пришёл. Я пришёл сказать, что зря вы все тут меня считали придурком. Я сегодня уеду, а Вы, товарищ командир, мудак, Вы тут останетесь. Вот это я и хотел сказать!» 

Может быть, Жора и замполиту что–нибудь сказал – кто знает…

— Поволоцкий! Да я тебя … Да ты сейчас… Арестую!!! — заорал командир, пытаясь вылезти из-за стола.

— Да ничего Вы мне не сделаете, товарищ командир! — скороговоркой выпалил Жора – «Вот, и билеты у меня уже на поезд!» — с этими словами он помахал перед носом почти уже выбравшегося из–за стола командира зелёной бумажкой и понёсся по коридору, потом на первый этаж, перескакивая через две ступеньки на лестнице. Командир пустился в погоню. Финал я уже рассказал.

Как резюмировать – не знаю. Но вот так было. Дочь была тогда совсем маленькой, но, может быть помнит дочку Жоры – её, кажется звали Настей, наверное, играли, бывало, вместе.

3 комментария

Оставить комментарий
  1. Будет ли продолжение и окончание? Хотелось бы узнать о дольнейшей судьбе и карьере Жорика.

    1. Владимир

      Ну вот, Вячеслав Вам и ответил за меня. Дальнейших путей Жоры не знаю. Да пусть здоров будет!

  2. Вячеслав

    Довелось служить с Г.И. Поволоцким в военной приёмке, но уже не в той, куда, как пишет автор, он счастливо попал из Приморья. К нам на электротехнический завод в Екатеринбурге его не совсем честно сплавил начальник той ракетной приёмки. Потом, насколько мне известно, его «передали» в какую-то структуру МЧС. Очень «неординарный» офицер 😉

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.