Травин А. Рота подъем!

  Военкомат… Как много в этом слове для тех, кто понимает о чём я сейчас.Не сказать, что до призыва на военную службу я только и жил мыслями о том, что вот-вот придёт повестка и будет, как в кино: «Аты, баты, шли солдаты». Вовсе нет, ведь невозможно предугадать, когда она окажется у тебя на руках. А на временном отрезке, когда я поступил в университет и закончил его, о призыве на военную службу думать приходилось меньше всего. Хотя после любой сессии существовала вероятность быть отчисленным и в скором времени получить повестку, и примерить на себя военную форму. Но не успел я оглянуться, как закончился последний курс университета. И быть может, это покажется странным, но я стал ждать, когда настанет час Родине послужить. Как-то, возвращаясь с работы, домой (после окончания университета я успел самую малость поработать), по привычке запустил руку в почтовый ящик, проверить, не пришло ли чего. Рука нащупала конверт, а в нем повестка…

   Бдам-с! – как будто что-то прозвенело. Ното был не звонок в дверь у нас в квартире. Это у меня в голове так бумкнуло, когда я увидел повестку в военкомат. Нет, я, конечно, знал, что доля сия меня не минует,это так же неотвратимо, как девчонок, превращающихся в девушек не минуют «критические дни», так и юноша, превращающийся в мужчину не минует цепкие руки наших вооруженных сил. Нет, есть, конечно, маменькины сынки, что при слове «повестка» падают в обморок и пытаются спрятаться под мамину юбку, ноу меня даже и мысли не было, чтобы «откосить» Мужчина должен быть мужчиной. А как им еще стать? Убивать чертей в касках в компьютерных играх из бесконечного пулемета? Ходить на пейнтбол и гордо рассказывать знакомым девушкам, какой ты непревзойденный тактик-вояка и герой – супер-круть? Можно, конечно и так, только вот это больно по-детски. Плюшевый какой-то боец получается. И мужчина какой-тохм…понарошечный, что ли…Слово ненастоящий здесь не употребляю, ибо человек не всегда становится настоящим мужчиной только в армии. В общем, армии я не боялся и твердо решил для себя, что «косить» не буду…И то, что раньше казалось важным и нужным ушло и оказалось совершенно не заслуживающим внимания. Был и стыд на медкомиссии. Ну, кто придумал включать в состав медкомиссии молодых красивых девушек, перед которыми надо дефилировать голышом?! То ли таков «утонченный»армейский юмор. То ли «легкий» военный стриптиз, не поймешь, чего больше. Все это было разбавлено непонятными и смутными  чувствами, как у пассажира вагона, который уезжает из родного города.

   С одной стороны – жалко оставлять такую знакомую жизнь, привычную и обыденную до пресноты, с другой стороны – предчувствие встречи с чем-то новым и неизведанным,вызывающее жуткое любопытство.

   А вагоном в моем случае был автобус, который в день отправки уже фырчал и как будто бы сам ждал, когда его загрузят подзавязку и он тронется в путь. Был пасмурный день, 15 ноября. Шел дождь, и было+5 градусов. Вполне необычно для ноября в Ленинградской области. И так, военкомат.Стояли призывники и люди их провожающие. Последние наставления от отца,причитания мамы. Раздается команда: «В автобус!» Мы все, как один забежали в автобус, каждый занял свое место. Так же, как говорят «лед тронулся», задрожал всем телом и поехал автобус. Начался путь в другой военкомат, находящийся в г. Санкт-Петербург. Все дальше и дальше удалялись огни моего города. Мыслей в голове была уйма, и вместе с ними было и беспокойство, скорее даже неопределенность что ли. Очень хотелось попасть в ВМФ, но по опыту своих знакомых знал, что просить военных в военкомате бесполезно, и во всем нужно было полагаться на судьбу. А пока…пока мы ехали в автобусе, знакомились и ели все домашние припасы, которые так заботливо приготовили наши мамы и бабушки. Схарчить всё не помогли даже те три часа, за которые мы доехали до здания военкомата,который находился (и находится сейчас) на Набережной реки Фонтанка, 90. Выходим и строимся, как полагается. Сдаем вещи и те продукты, которые не успели доесть.Повторная медкомиссия и ожидание…

   Многие ребята, те, которые приехали из других городов области, были уже распределены кто куда. Кто-то в инженерные, а кто и в железнодорожные войска. Многие выходили обескураженные, озабоченно почесывая голову, а другим было все равно. Наш черед настал вечером. Объявляется построение и наступает пауза. Объявляют фамилии тех, кого будут отправлять на флот. Доходит и до меня очередь. Радости не было предела. Ведь моя мечта осуществилась. Дальше было получение формы. Пока «зеленки» (она же «стекляшка»,она же «деревяшка»), по новой моде от Юдашкина. Мне она была великовата, зато с размером обуви угадали. В моем поколении, 45-й размер ноги был довольно редкий и на «гражданке» меня предупреждали, что с этим могут быть проблемы. Но все обошлось. С этого момента и начался мой путь становления, как военнослужащего. От военкомата, нас 44-х человек вели строем до метро «Пушкинская». И вот как раз в метро я испытал необыкновенное чувство. Ведь совсем недавно я был студентом.Ездил до университета и обратно, а сейчас уже разнашиваю берцы – это такие высокие военные ботинки на шнурках, за плечами вещевой мешок, а не папка в руках с отчетами и записями студента, да и одежда резко отличается отгражданской. На фоне всех остальных людей мы, по всей видимости, смотрелись контрастно и необычно. Ответ был прост. Мы были в военной форме. Впрочем, это все роилось лишь в моей голове. Кто из моих новоиспеченных сослуживцев думал также, знать, мне не дано. Но, во всяком случае, с девчонками никто не заигрывал и не пытался познакомиться. Все были серьезные до невозможности,каждый размышлял о чем-то, не отвлекаясь на окружающий мир.

   Но нас объединяло лишь одно. Все мы ехали в метро до станции «Балтийская», чтобы уже оттуда ехать в г. Ломоносов. Доехали буквально за час и с вокзала сели в «ПАЗик», который помчал нас в «17-й флотский экипаж».К слову сказать, когда-то здесь службу начинал и мой дед.

   Когда приехали, был уже поздний вечер. Вещи,те, которые остались от дома, перешерстили. Все «ненужное» военному человеку забрали. Оставили, лишь уставное и без чего все-таки обойтись было нельзя –зубную щетку и бритву. Далее снова построение и «шагом марш» в учебный класс –писать психологические тесты и тесты на профпригодность. На моей памяти, писал я его уже третий раз и каждый раз одно и то же. Тесты пройдены, очередь за флюорограммой. На территории части стоял «КАМАЗ», а там «флюшка». И абсолютно у каждого, кто заходил в этакий импровизированный «кабинет» спрашивали, кто хочет остаться в этой воинской части, у кого какая специальность, образование и тому подобное. Еще на гражданке дед дал мне совет: «Молчи, за умного сойдешь, от службы не бегай, но и на службу не напрашивайся». Я не преминул воспользоваться его советом, отвечал односложно. И только поэтому не остался в этой воинской части, ибо не улыбалась мне перспектива ходить в «сухопутных». После было фотографирование в «фотоателье» по-военному. Было что-то вроде конвейера – все под копирку. Были мы как те два молодца из ларца, одинаковых с лица. Но нас было сорок четыре. Хотя было бы забавней, если бы несколько рот (именно столько было в здании казармы) стояло в такой очереди. Думаю, что никого не удивлю,если скажу, что форма,  которая на фотографии ниже – имитация.

Иными словами накидка, которая застегивалась сзади. Гюйс, тельняшка, а «тельняшкой» был кусок ткани, пришитый с внутренней стороны «формы» – все было единым целым. А низ одежды так и был «зеленкой». Но больше всего, что меня удивило в этой фотографии впоследствии, глаза. В них читался то ли испуг, то ли неопределенность.

   А она как раз и состояла в том, что в тот первый день все еще не было понятно, что будет дальше. И самое интересное – стрижка. Нас не стригли в первые дни. На часах уже было часа два ночи, когда нас повели в баню. Из армейских фильмов, а примером тому может быть фильм «Десант», я примерно представлял, какая она эта армейская баня. Раздевалка, моечное отделение. Но уж никак ни я и ни кто-либо другой не ожидал, что вода будет холодная. Это и была первая «встряска». В принципе я был готов к подобным вещам. И если честно, даже улыбнулся, захотелось запеть песню Злого «Теперь ты в армии нах…».

Ооо-у-оо, теперь ты в армии, нах…

Кругом затылки пацанов

Тебе подобных блестят

И мысль одна на всех снует по ним

Теперь ты в армии, нах…

   Первый день вне дома заканчивался, а по часам уже начался второй. Спать мы ложились в три часа. Давно отбой и вставать нужно было в шесть…Как гром среди ясного неба: «Рота, подъем!» Что? Какой подъем,зачем? – вскакивая с койки, спрашивал я сам себя. Спустя секунды был найден ответ: «Я же в армии, на мне военная форма». Таким было первое пробуждение в армейских стенах. Дальше – больше. Бегом (вообще в армии все нужно делать быстро) до умывальника и в гальюн. И тут, батюшки…Унитазы, как дома. Видели когда-нибудь в гальюне (разве что на подводных лодках) унитаз? Вот и я не видел,и на мгновение стало даже радостно. Но радость длилась недолго, а разочарование было впереди.

— Роте построиться для следования на завтрак!

— Напра-во! На выход шагом марш!

   И все, а это уже не сорок четыре человека, а человек пятьсот идут в столовую для приема пищи. Меню незамысловатое:

-каша гречневая;

-кусок белого хлеба;

-чай.

Если честно, то вполне себе неплохой завтрак. К такому завтраку я был привыкший еще с детского сада. Поели, снова построение. К курилке. Покурили, и каждое подразделение отправилось по своим местам. И такой распорядок дня был ровно сутки, пока не приехали представители из другой воинской части, набиравшие матросов и морскую пехоту для дальнейшего прохождения службы. Вечером 17 ноября выдавали вместо ставшей уже привычной «зеленки», рабочую и парадную одежду моряков. И тут вышел казус. Вместо 45-го мне вынесли 43-й размер обуви.

— Всем все подошло?

— Никак нет, товарищ мичман. Прогары не подошли.

— Примерь…

— Не подходят.

Пауза…

— Что с тобой делать, держи 44-го размера.

— Вроде подошло.

   Потом это «вроде» мне аукнется, но это будет потом. А пока, облачившись в рабочую одежду и прогары (военные ботинки с резинками вместо шнурков и дубовой кожаной подошвой) нашего военно-морского флота, мы стали ждать отправки в другую воинскую часть. Остаток дня прошел относительно спокойно. Но, на следующий день, 18 ноября началась суета.Проверка военной формы – наличие полных комплектов одежды: тельняшек зимних и летних, бескозырок, шапок, нательного белья, пилоток и кокард. Снова повторная медкомиссия и наконец, построение у казармы с последующим ожиданием отправки. Стоим час, стоим два… Вроде бы и недавно завтракали, а животы уже забурчали. Мы – тоже.Появляется запыхавшийся мичман.

— Кому ворчим? Еще мамкины пирожки в брюхе не переварились, а они уже снова жрать хотят!Ну, желудки… Ну, проглоты…

— Да мы ничего, товарищ мичман…

— Ничего?

 -Да, все нормально! И кушать почти не хочется…Холодно немного только…

— Ага!Холодно говорите? И кушать не хочется? Щас поправим! И согреетесь и аппетит заодно нагуляете. Все равно автобус сломался. По направлению к вокзалу, бегом марш! Бежали метров сто. Запыхались. От разгорячившихся тел повалил пар, все же навешано на нас добра было неприлично много. Это не с тощим конспектом торопиться на лекцию.

— Ну что, сынки, согрелись?

— Так точно, тащ мичман!

— Отставить бегом, шагом марш! Шире шаг!

   С вокзала Ломоносова мы ехали до Финляндского, чтобы ехать дальше до Выборга. Всё это время чувство любопытства не покидало меня ни на секунду. До армии этого города в живую я не видел. Интересная у него судьба. Сначала это была русская крепость, в которой правил сын Новгородского посадника по имени Выбор – отсюда и название крепости – Выборг. Затем крепость захватили шведы и почти двести лет там хозяйничали. Они, собственно, и построили там город. Но, как подметил еще Бисмарк: «Русские всегда возвращаются за своим добром». Так, Выборг вернулся обратно в Россию. Затем в неразберихе революции и Гражданской войны Выборг ненадолго стал финским и даже с какого-то перепугу стал именоваться «Вийпури». Впрочем, им он оставался недолго и в 1940 году вернулся обратно в Россию (помните – «русские всегда возвращаются за своим добром»?) и снова стал Выборгом… И вот теперь я шагал по его узким улицам.

   Меня и еще троих человек определили в 9-ю роту, которая располагалась в 210-м военном городке воинской части 60156 (номер части изменен). Нашу роту и называли доблестной, как в одноименном фильме Бондарчука-младшего. Надо отметить, что в военном лексиконе значение слов совершенно другое, чем в гражданском. Если мы слышим «образцовая воинская часть»,то это еще не означает, что это самая лучшая воинская часть. Вовсе даже и наоборот.Солдаты, служащие там замечательно умеют «печатать» шаг и «тянуть носок», бордюры покрашены в белый цвет, а трава в зеленый. А уж как они браво выглядят на парадах… В общем, по мнению проверяющих – образец для подражания. А«доблестная» – это такая часть, которой достается всё самое тяжелое и неприятное, солдатики в ней не отличаются молодцеватой выправкой, радующей генеральский глаз, но зато выносливы, жилисты и вытянут любую задачу, где «образцовые»надорвут пуп и распишутся в собственном бессилии. Отношение к этим двум видам частей соответствующее. «Ну что это за солдат – потный, грязный, пыльный… А руки?! Под ногтями картошку сажать можно, на ладонях мозоли от саперной лопатки и автомата толщиной с лошадиное копыто… Это не солдат, это колхозник какой-то!А это кто – матрос? Бушлат в каком-то сером налете и еще в чем то. Кто сказал,что это соль выступила?! А рожа наглая, красная, с облупившейся кожей чего стоит? Что значит «обветрена»? Откуда? Небось, прячется где-нибудь в трюме, то-то весь в мазуте, да ворованное «шило», то есть спирт, предназначенный для протирки пьет. Сантехник-забулдыга какой-то, а не орел-матрос!

   То ли дело в той же роте почетного караула – хромовые сапожки блестят, пуговки на шинелях генеральского сукна сияют, пряжки на ремнях сверкают, каракулевые шапки лихо, набекрень сидят!А как шагают – земля дрожит!

   Сразу видно – вот это ВОИНЫ! Таких и поощрить не жалко! А этих…хм…уберите куда-нибудь, чтобы глаза мои их больше не видели !…»… Вот в такой ДОБЛЕСТНОЙ роте мне предстояло пробыть полтора месяца. Впереди были наряды на камбузе, на КПП и в автопарке. Хотя тогда я этого не знал. Вся рота состояла из трех взводов – 91-го, 92-го и 93-го. Особое место во взводе занимали «замки» – заместители командиров взводов. Я попал в самый веселый взвод – 93-й и свой номер запомнил на всю жизнь. Этот номер по типу боевых номеров на корабле – «9-93-13». Угораздило же оказаться тринадцатым по счету номером. Отличительной особенностью нашей роты от остальных было водоснабжение. У всех есть горячая вода, у нас нет. Исключение составляла баня,но о ней разговор пойдет чуть позже. Да и вообще, здесь все было иначе, если сравнивать с воинской частью в Ломоносове. Распорядок дня по минутам, зарядка на улице, невзирая на погоду с голым торсом. Даже без тельняшки! Мама дорогая! Хочешь, не хочешь, а машешь руками и ногами как ветряная мельница крыльями. Единственное исключение – понедельник. В понедельник выбивали одеяла от пыли. Закутаешься в одеяло, один нос торчит.Лепота! Но тут надо было держать ухо востро. Внезапно появившийся «любимый»мичман (я вообще заметил, что на военной службе все происходит внезапно и вдруг, специфика, наверное, такая) ласково и заботливо резюмировал: «Тэ-э-экс…Что это за пленные немцы из Сталинградского котла ? Холодно? Понимаю, не май месяц… Котельная топит-топит, а на улице все равно холодно. Наверное, угля маловато… Непорядок… Ты, ты (показывает пальцем на меня), и вы, двое –наряд вне очереди! Будете таскать уголь на котельную! Можете персонально пару лопат закинуть себе в…хм…в топку! Страна не обеднеет, зато вам тепло, а мне –приятно!»

   На прием пищи передвигались только бегом.Днем занятия по плану. Изучение обязанностей дневального, помощника дежурного поКПП, рабочего на камбузе и наконец, помощника дежурного по автопарку. Занятия были у всех трех взводов. И тут необходимо отметить, что наш взвод периодически привлекался на различные работы: уборка снега, таскание угля для котельной итак далее. Особое внимание при уборке снега уделяется кантику. Правильно, чего добру пропадать. И чтобы его не выкидывать, весь снег, в том числе и убранный, утрамбовывается по краям, на плацу или вокруг казармы, образуя по контуру ровный слой снега прямоугольной формы. В общем, в вооруженных силах действует принцип: «Солдат без дела – потенциальный преступник!» А предотвратить ЧП можно лишь применяя стратегему – «Чем бы солдат ни занимался,лишь бы задолбался!»

   Самый веселый наряд – наряд на камбузе.Особенное веселье доставляет, когда из зала доносится крик, на который так и хочется кинуться молотком.

— Зааальный! Принеси ложку! Зааальный, принеси хлеб!

И ты носишься, как ненормальный туда-сюда. И еще одна особенность, которая была именно в нашей роте. Мытье посуды осуществлялось исключительно холодной водой.Как мы успевали мыть посуду, ума не приложу. Но в награду за все труды, весь наряд вечером жарил хлеб в духовке. Бывало даже с сыром. Вот даже сейчас, пока я это все пишу, камбуз 9-й роты до сих пор перед глазами.

   Наряд на КПП… Первый наряд выпал на Новый Год. Стоим на построении, и называют фамилии тех, кто должен был быть изначально в этом наряде. Но поскольку один человек не знал совершенно своих обязанностей, то вновь объявляется построение. Тишина… Каждый ждет, когда назовут его фамилию.

— Матрос Ефимов!

— Я!

— Заступаешь в наряд вместо Орешкина.

— Есть!

   Что могу сказать? Это был самый классный наряд в моей жизни. Новый Год, разрешили и родителям позвонить домой. Но на Новый Год происходят сюрпризы. После 12 ночи я пошел спать. После 12 ночи я пошел спать. Кажется до четырех часов. Почему кажется? Да потому, что злобный генералитет даже в уставы вставил, что «…Всему личному составу, находящемуся в суточном наряде, предоставляется время для отдыха (сна). В независимости, где несет службу в наряде солдат, время отдыха для всех одинаково и составляет не более четырех часов в сутки. Причем во время сна солдатам разрешается спать без обуви, но, не снимая форму и имеющееся у них снаряжение». То есть могут разбудить и раньше. Ясно же сказано – «НЕ БОЛЕЕ»! Как будто не могли написать «НЕ МЕНЕЕ»! Комитета солдатских матерей на них нет! Час сплю, два…смутно слышу какой-то шлепок и отдаленное «А-а-а-а». Кого-то потащили… Какой неинтересный сон, лучше бы что-нибудь про длинноногое и с приятными выпуклостями,а тут – ерунда какая-то. Повернулся на другой бок в поисках более развлекательной программы… Потом оказалось, что это, все же, был не сон…Сменившийся с улицы решил подсушить валенки. Естественно, не снимая их с ног. Два в одном – и ноги греются и валенки сушатся. Рационально мыслящая личность, в общем. Ну и положил ноги на электрический обогреватель, а одной рукой взялся за трубу отопления. Тр-р-рах! И все, как в репортаже с Байконура –«Десять секунд – полёт  нормальный». Ну,на орбиту он, все же не улетел. Но это только потому, что направление неправильное выбрал – надо было в окно, а он в стену! А стена крепкая, в четыре кирпича, на века строено! Вот звук, с которым он в стену влип я и услышал во сне. А отдаленное «А-а-а-а» – это было начало проникновенной речи дежурного, что начиналась с «А-а-а! Сцу…» (самка собаки) и еще что-то про электрический ток, технику безопасности, про то, что стране нужны герои, а мамки рожают… В общем, я заспал. Это мне потом рассказали и показали в лицах. «Электрика» потом звали «Гагарин», но не очень долго. Слишком муторно выговаривать.Сократили до «Гаги». Так он и остался до конца службы «Гагой»… Скучать не приходилось. Весело жили. Впрочем, это еще адмирал Макаров, который Степан Осипович, отметил – «Я  бы давно ушел с флота, если бы на нем не было так весело». И, правда, было очень весело. Порой юмор зашкаливал. Взять хотя бы следующую ситуацию.

    Есть одна веселая и распространенная в учебках вооруженных сил РФ игра, которая называется«взлет-посадка». И научил нас в неё играть… Ну, кто бы сомневался, конечно же,наш «любимый» товарищ мичман. После того, как мы в «надцатый» раз заправили форму, то есть создали на «баночках» (табуретах) у кроватей аккуратные кубики из формы (брюки, затем форменка, затем форменный синий воротник с белым полосками под названием «гюйс», сверху уложен смотанный в рулон ремень под шапкой, да так, чтобы выглядывала только бляха с якорем и звездой), тащ мичман снова построил нас на «взлетке». «Взлетка» – это  пространство между двухъярусными кроватями,по всей длине делящее казарму пополам, на котором проводятся все построения. И задвинул нам такую речь: «Бойцы! У каждого человека должна быть МЕЧТА! А раз я человек (недоверчивый выдох всего строя), то у меня тоже была мечта. Я мечтал служить в ВВС и летать! Но попал на флот, что, вообще-то, тоже неплохо. А так как мечта должна быть осуществлена, ибо неосуществленная мечта ведет к раннему облысению, нервным припадкам и импотенции, то сейчас мы её будем осуществлять! Я не так злобен, как, допустим, зенитчики, которые раз сами не летают, то и другим не дают, поэтому я с вами щедро поделюсь своей мечтой». Кто-то тихо сказал в недрах строя: «Ну, ничего себе, сдалась нам такая «мечта»… «Что? Кто сказал? Молчите, если хотите со мной разговаривать! И вообще, по вашему малолетству у вас не может быть никакой мечты. Набить пузо или повалять в кровати какую-нибудь особу противоположного пола – это не мечта, а физиология! Так вот, мечту я вам сейчас подарю! По команде «Отбой» вы дружно взлетаете и приземляетесь в койки. На все про все – пять секунд! И никаких шевелений! Лежите под одеялами на правом боку, голова на подушке, левая рука на одеяле.Идеал — мумия Тутанхамона». И так…«ОТБОЙ!»

   И только раздалась эта команда, как вся толпа, а это человек 80 или 90, сбивая друг друга с ног, понеслись каждый в свой «кубарь». Кто на первую палубу, а кто на вторую. Я бежал со всех ног, а в голове было только одно: «Хоть бы успеть и не подвести никого под монастырь». «Отбились»,но как выяснилось не все. Все началось заново: построение и те же команды. Раза с четвертого все уже успевали.

   Наш «любимый» товарищ мичман, наконец,сказал: «Теперь вроде бы около дела. Комоды (командиры отделений, их так зовут по созвучности «комот-комод»), еще пару раз и можете прекращать. А я пока пойду в баталерку…хм…чаю попью. Но! Если я услышу, что кто-то еще не спит, а шевелится… Тогда у меня для вас припасена еще одна веселая игра – «Три скрипа» называется. Не советую меня отвлекать от хм..планового употребления…хм..чая!..»

   Прочитали? Весело? Нам тоже было очень весело, аж вся наша планета тряслась от веселья.

   И как я обещал, затрону тему бани. В жизни каждого человека баня занимает особое место. Но в армии она не та, которая на гражданке, на деревне у бабушки или своя собственная. Свою вы топите сами,сколько вам нужно и до сколь угодной температуры. Идёте до нее вальяжно,прихватив с собой эмалированный и начищенный до блеска тазик с набором рыльно-мыльного. А под мышкой любимый веник, со знакомым с детства березовым запахом. В армии резкий контраст… И вот этот резкий контраст и ударил нас по голове, как гаечный ключ на 61 или как ломом по хребтине! Как говорится: «Что пнём о сову, что совою о пень, всё одно – сове больно». Оказывается в баню надо бежать, чудом успев схватить свои рыльно-мыльные, то есть кусок расплетенного пропиленового троса в качестве мочалки и брусок «Звездочки», то есть маленький кусочек мыла с выштампованной посередине звездой, что Родина отжалела своим защитникам от щедрот своих! Но больше всего, что меня удивило в нашей армейской бане –огромная, диаметром в полтора метра, дыра в стене. Видели когда-нибудь такое на гражданке? Нет? Я тоже не видел. И даже не мог представить себе, для чего она служит. Для дополнительной вентиляции, чтобы не закаленные организмы от жары невзначай не сомлели? Хм… Плохая догадка, тут и так довольно хм…свежо, я бы так сказал. А из дыры откровенно сквозит и даже сифонит. Значит для того, чтобы в случае внезапного нападения бойцы не устраивали давку и столпотворение в дверях? Еще один выход? Тут я представил, как бойцы все в соплях и с намыленными попами мчатся на свои боевые посты. Картина мне не понравилась. Значит и эта догадка не годится. Но тут нам объявили, что времени на помывку отведено всего ПЯТЬ минут! А дальше отключат воду! Кто не успел – тот опоздал! Ха! Я бы не удивился, если бы объявили, что через пять минут пустят газ! Какой-нибудь хлорпикрин. Военная мысль не имеет границ! Что такое…пять минут? Песня такая есть, которую исполняла Гурченко в фильме «Карнавальная ночь». Пять минут – это много или мало. А тут, зашел, натер мылом все причиндалы или как мой дед говорит «попу да глаза, да петуха два раза», споласкиваешься и как«новенький»… В общем, с дырой сразу определилось – это был дополнительный стимул, чтобы особо не рассиживались в бане! Если вы думаете, что в «учебке» учат только укладываться спать, мыться за пять минут или таскать уголь и формировать кантики,то вы ошибаетесь. Главное – там учат воинской специальности, которая нужна для прохождения службы. Все сжато, спрессовано и дается в больших объемах. Сколько,например, на «гражданке» учат тракториста, или, по-современному, «механизатора»?Полтора-два года. А в армии через четыре месяца выходит механик-водитель танка.А ведь танк всяко посложнее какого-то там пропашного трактора или бульдозера.Или электрик – на гражданке это опять полтора-два года. А в армии? То-то! В нашей учебке обучали на радиометристов, связистов и электриков штурманских. Дело знакомое, в универе я изучал братскую специальность, так что пошел на занятия по электротехнике с легкой ленцой, мол, ну что они могут мне сказать нового?Как я ошибался! Во-первых, препод сразу ошарашил нас своим вводным словом: «Значит так, сынки! То, чему вас учили в школе, институте и прочих ПТУ – все забыть и наплевать! Там много чему учат, исходя из конъюнктурных моментов. Нам же на всю эту политику и идеологию глубоко насра…кхм…наплевать, мы будем учить только тому,что есть на самом деле и что вам потребуется, а все остальное – от лукавого. Вы военные, а значит, ваше дело не умничать. Для этого есть другие люди, у которых и ума побольше и погон поширше..Как там – «Наше дело стрелять и помирать, а  в кого и за что-то господин полковник знает!» Аудитория немного прибалдела от таких откровений, но удвоила внимание… «Значит так, вам в головы вбили, что ток бежит от минуса к плюсу. Это неправда! Запомните, не отрицательное тянется к положительному,а наоборот, положительное всегда прет к отрицательному. Вот взять вас, например,если у вас есть выбор пойти с девицей на пляж и там глушить пиво или пойти в читальный зал библиотеки, то, что вы выберете?» Аудитория дружно заулыбалась. Препод продолжил: «Вот и я бы выбрал пиво! А электрон не дурнее нас с вами.Поэтому он и бежит от катода к аноду, а не наоборот! Все зашумели. Препод: «Команды п……переговариваться не было! Проверить моё утверждение не просто, а очень просто! При гальванике, какой электрод худеет, а какой полнеет? Правильно,положительный уменьшается, а отрицательный увеличивается! Что непонятно? Кто-нибудь на заводах работал? Есть такие? Тогда пусть те, кто «от станка» объяснят тем, кто«от сохи» что такое гальваника. Слава Богу, что флот у нас рабоче-крестьянский,все мне меньше язык утруждать…»

   А какие перлы он выдавал – закачаешься! «Тэк-с… Что это вы мне путаете, курсант?  Заблудились, как свинья в трех апельсинах! Трудно запомнить, что катод – это плюс, а анод – минус? Хорошо, давай по-другому… Тебя как зовут? Саша? А меня, как ты знаешь, Николай Палыч, то есть Коля. Так вот запомни – Коля, то есть я – всегда ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЙ! А вот Александр, то есть ты – на данный момент ОТРИЦАТЕЛЬНЫЙ!  По-другому – «К» (катод) –  положительный, а «А» (анод) – отрицательный!» До сих пор при полюсовке на работе это вспоминаю и улыбаюсь. Сразу на ум приходит «Коля – положительный»… Или такое: «Ток – зверя сильная и злобная. Поэтому вы должны знать – как отче наш – «Не протягивай руки – не протянешь ноги!», «Что сгорит, то не сгниет!» или «Своих не бьёт! Потому что электрики все по пояс деревянные!» Даже иногда жалею, что не прошел весь курс. Учли, что у меня за плечами университет по специальности «Техническая диагностика» и досрочно перевели на корабль электриком штурманским. Все закончилось быстрее, чем я думал. После Нового Года в нашу роту приехали «покупатели» и нескольких человек, в том числе и меня, отправили продолжить службу на корабле.

   Знаете, какое напутствие я получил от препода? Думаете, что-то типа «Ученого учить –  только портить»? А вот и не угадали! На прощание нашей группе он сказал: «Кхм… Ну и ладно! Нечего на дармовщинку страну объедать. В стране и так с продуктами напряженка. А тут еще вы на шею сели. А в полях народу не хватает с бескрайних гектаров тощие центнеры буханок собирать и на заводах тоже – некому на токарных станках консервные банки вытачивать, чтобы под видом тушенки туда бычьи хвосты запихивать.Да еще и вас забрали из народного хозяйства, что на ладан дышало ибез вас оно вообще скисло. Ладно! На кораблях доучат, если надо. Хлеб даром есть не будете! Вернетесь со службы богатырями и с накопленными силами за работу! Враз забогатеем и будем не только в области балета впереди планеты всей.Удачи вам, ребята, не поминайте лихом!»

   Провожала нас вся, ставшая уже такой родной и привычной 9-я рота. Не было больше сожалений, ведь дальше ожидалось что-тоновое и неизведанное. Мы топали на вокзал. Впереди был Кронштадт…

Продолжение следует…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *