Степанов М. За буйки заплывать разрешается! Предложение, от которого невозможно отказаться

Прошло три дня, как Феликс попал в госпиталь. Каждый день после обеда к Феликсу приезжала Элина. Два раза привозила с собой маленькую Настю. После той страшной ночи Настя стала как-то ближе Феликсу. Обнимала при встрече и прощании, прижималась всем тельцем, шептала на ухо разные слова. Элина рассказывала, что живёт там же в санатории, но хочет уехать в Питер, что пруд без Феликса для неё на пруд, что отдых как-то поблёк и потерял свою привлекательность.

Феликс слушал её и впервые в жизни наверно млел от такого внимания. В Калининграде у него осталась бывшая жена Галина, которая ни разу не навестила в госпитале, когда он лежал с двухсторонним воспалением лёгких, и врачи вообще сильно сомневались выживет он или нет. Приходили друзья, родители, сослуживцы, вообще посторонние люди. Жена ни разу не пришла и даже не поинтересовалась его здоровьем.

После этого Феликс и принял окончательное решение с ней развестись. Их ничего не связывало, детей совместных не было. Единственное небольшая двухкомнатная квартира в Балтийске, в старой «хрущёбе» с одной проходной комнате, которая никак не делилась ни при каких разделах. Поэтому на суде Феликс сказал, что имущественных претензий к жене не имеет. Жил на корабле, квартирой официально по документам был обеспечен, на новую претендовать не мог, но и продолжать жить в одной квартире с Галиной не хотел, тем более, что она показательно привела к себе сразу после развода на ночь к себе мужика и попросила Феликса лечь на кухне. После этого он ушёл жить на корабль окончательно.

Теперь же вставал вопрос по Элине и Насте. Везти их к себе было некуда, на получение квартиры он не претендовал ни при каких условиях. Эти мысли мучали его все эти три дня. Что он может предложить Элине и Насте? Уходить на гражданку, искать возможность заработать там на квартиру, как это сделали многие его сослуживцы? Благо сейчас это можно просто сделать.

Лечащий врач подполковник медицинской службы и бывший сослуживец по кораблю Перстнёв Аркадий Семёнович или просто Аркаша сказал, что лежать ему придётся ещё три дня — ждать пока зарастут швы. Заодно он понаблюдает за здоровьем Феликса. Каждый раз расспрашивал Феликса про Элину – слишком яркой и заметной она была женщиной и каждый её приход в госпиталь вызывал неподдельный интерес у врачей и даже больных.

Вот и сегодня Феликс задумчиво смотрел в окно своей палаты, расположенной на третьем этаже, отделения полевой хирургии. За окном раскинулась леса, какие перелески, протекала какая-то река или канал. По широкой далёкой трассе неслись автомобили.

Товарищ по палате капитан Бочкарёв Дима, откуда-то с Урала, получивший сквозную рану в ногу в Чечне, пытался расспрашивать Феликса об Элине, Насте, службе, ране, но когда понял, что ничего от Феликса него не добьётся, то отстал от него.

Изредка они играли в шахматы, которые были единственным досугом в госпитале и в которых не хватало двух белых и одной чёрной пешки. Но играли. Феликс играл неплохо и всегда выигрывал, а капитан Дима злился, каждый раз требовал реванша и опять проигрывал.

Сегодня Феликс с тоской смотрел в окно и думал свои тяжёлые думы, которые мучали его с момента того вечера в комнате Элины. Он понимал, что как мужчина, офицер – он обязан жениться. Тем более, что она ему очень нравилась. Но как? Куда вести её и Настю, если у самого нет никакой реальной перспективы ни в службе, ни в семейной жизни.

— Может в Чечню уйти добровольцем? – думал он, разглядывая большой двор перед главным корпусом госпиталя.

Внизу подъехала белая «Волга» из которой вышли папа Элины, Элина и выскочила Настя, которая сразу запрыгала на одной ножке выложенной большой плитке.

Феликсу от их вида даже стало плохо. Видимо предстоит объяснение с отцом, а он всё хотел рассказать сам только Элине, поделится с ней своими проблемами.

— Дима не погуляешь? – попросил он вежливо своего сожителя по палате.

Дима посмотрел на него, усмехнулся криво, но ничего не сказав, схватил костыли запрыгал на выход.

— Пойду в холле посмотрю телевизор – сказал он от двери и одобряюще улыбнулся Феликсу.

Видимо он чувствовал, что Феликса мучают какие-то тяжёлые мысли и не понимал, что может мучать майора, когда у него такая красивая жена и дочка. Феликс его не вводил в курс дела «своей семьи».

В палату ворвались, не вошли, а буквально ворвались Элина и Настя. Настя, увидев Феликса радостно взвизгнула и с разбегу прыгнула ему на руки, обняла и прижалась к нему.

— Феликс я тебя люблю – прошептала она ему на ухо.

— Я тебя тоже – счастливо улыбнулся Феликс, прижав её к себе.

Элина подошла и поцеловала его в губы

— Ну привет, как ты здесь? – улыбнулась она.

Феликс сел вместе с Настией на руках на свою постель.

— Да вроде хорошо, но надоело все уже, хочется на свободу с чистой совестью.

— А нам как этого хочется – улыбнулась Элина и начала деловито выкладывать на маленький столик привезённые продукты и фрукты.

— Это тебе апельсины, это огурчики, это помидорчики, здесь варёная картошка с котлетками, небось вас здесь кормят не очень, это варёные яички – улыбалась она Феликсу.

— А папа где? – спросил Феликс с улыбкой спуская Настю на пол.

— Он пошёл договариваться к начальнику госпиталя, чтобы тебя перевели на домашний режим – ответила с улыбкой Элина и тут как бы виновато вытерла помаду со щеки Феликса.

— Феликс, а где большой Саня? – вдруг спросила Настя, игравшая с маленьким плюшевым мишкой на кровати Феликса и внимательно посмотревшая на Феликса своими голубыми и пытливыми глазками.

— Саня? – переспросил Феликс.

Он понимал, что врать ребёнку нельзя. А Саню он не видел и не слышал с момента операции в посёлке. Как-то больничные процедуры и думы отвлекали его от мыслей о Сане, и он почти забыл о нём. Вернее, не забыл, а отложил это в дальние уголки памяти. И сейчас ему стало стыдно, ведь Саня и его ребята рисковали жизнями ради него и его счастья.

— Действительно правильно говорят, что устами ребёнка глаголет истина – подумал он.

В голове ребёнка сложилось, что последние дни они все вместе с мамой и дядей Саней. А сейчас его нет и вполне логично, что ребёнок задал такой вопрос. Но отвечать надо правду, и Феликс сказал:

— Настенька я не знаю сейчас где наш Саня. Я надеюсь, что он найдёт время от своей службы и заедет хоть ненадолго.

Элина, сидевшая на стуле вдруг встала, подошла к Феликсу обняла и поцеловала. Это как бы послужило сигналом для Насти, и она вдруг вскочила и тоже обняла своими маленьким ручонками Феликса, и Элину.

— Нам же троим вместе хорошо? Правда? – спросила она.

И Феликс, и Элина заулыбались этой фразе ребёнка. И Феликс вдруг почувствовал на своих губах мягкие и податливые губы Элины. Они звали его и ласкали его, и он почувствовал, что куда -то улетает. Все предыдущие мысли о квартире, проблемах ушли куда-то далеко.

Вдруг дверь открылась и в неё заглянула голова Сани.

— О здесь уже целуются. Здорово.

— Саня закричала Настя и бросилась навстречу Сане уже входившего в палату, и он с разбегу поднял ее на высоту своего огромного роста и подбросил вверх.

Настя счастливо засмеялась, а Элина отпрянув от Феликса платочком вытирала помаду с его губ и щеки. Вслед за Феликсом ввалились в палату все сослуживцы Сани, участвовавшие в операции, майор Протасов и даже Сапсан.

Феликс встал и все дружески пожимали ему руки и обнимали.

Потом все стали дарить Феликсу какие-то овощи, а Арнаут достал бутылку армянского коньяка, и маленькие стаканчик.

— Разрешите товарищ майор? – спросил он с улыбкой Протасова.

— Если немного, то можно – ответил тот слегка поморщившись – не больше 20 грамм. И больному не наливать.

Видимо возлияния, подчинённых не доставляли ему наслаждения.

Настя так и сидела на руках у дяди Сани и обнимала его за шею.

— За тех, кого нет с нами – вдруг сказал Сапсан.

И все собровцы и спецназовцы, взяв свои стаканчики не чокаясь выпили. Феликс знал обычаи и особенности пития на флоте, а вот как пьют и в какой очерёдности у спецназовцев он не знал.

Кровь пилила к щёкам Феликса, он взял шоколадку закусил и посмотрел на Элину. Она тоже выпила и её лицо раскраснелось, и она поглядывала на Феликса с улыбкой.

— Значит так, — выпив коньяк Саня немного покраснел и начал рассказ – мы успели очень даже вовремя. Там было подготовлено к переправке в Турцию четыре девушки. В вилле находились два чеченских шофёры. На вас с Сапсаном они и напоролись, когда попытались покинуть виллу.

Феликс посмотрел на Сапсана и тот с улыбкой лишь развёл руками.

— Очень хорошо подготовленные бойцы, специалисты по рукопашному бою – продолжил Протасов – все давно у нас в разработке. И мне даже удивительно, как ты выстоял в борьбе с одним из них – сказал он обращаясь к Феликсу.

Феликс покраснел, когда увидел, как на него смотрит Элина.

— Это не я – сказал он все же покраснев – это Сапсан помог и Саня. А зачем им нужна была Настя?

Протасов посмотрел на Саню, потом на Элину и как-то уклончиво сказал, что на Настю у них были свои виды.

Раскрылась дверь и в палату вошёл невысокий врач в медицинском халате с вышитыми на кармане красными буквами – «Начальник санатория» и за ним папа Элины в форме полковника медицинской службы.

— Хо да здесь пьют без нас хороший коньяк. А нам с тобой Александр Павлович даже не предлагают. Представляешь, до чего распустились молодые офицеры.

— А ведь должны знать в то ему с улыбкой сказал папа Элины, что выпивка без наблюдающего врача – это просто банальная пьянка, а с врачом – это культурное мероприятие.

И оба они рассмеялись увидев озадаченные лица офицеров, Феликса и Элины.

— Арнаут, давай стаканы.

Арнаут метнулся к большому столу, где стоял графин и два стакана, сбегал в умывальник, помыли и налил коньяка начальнику госпиталя и отцу Элины.

— А вы? – спросил с усмешкой начальник госпиталя возвышавшегося над всеми Саню.

Саня посмотрел на майора Протасова. Тот кивнул незаметно уголками глаз.

— Арнаут разливай – скомандовал Саня.

И довольный Арнаут тут же разлил в остальные стаканы.

— Товарищи спецназовцы. Мне уже доложили, кто у меня здесь на излечении, и кто вы. Александр Павлович, кстати мой однокашник по военно-медицинской академии – он посмотрел на отца Элины — в красках рассказал об освобождении его дочки и внучки и благодаря кому это стало возможным. Я хочу выпить ребята за вас, — лицо его сделалось серьёзным – за тех офицеров, которые ещё не потеряли совесть и честь и благодаря кому ещё держится на ногах наше государство. За вас ребята!

Все подняли свои стаканчики чокнулись и выпили. На столе лежало несколько шоколадок, разломанных Громом и все закусили.

— Хороший, однако коньячок – сказал с усмешкой начальник госпиталя – между первой и второй промежуток небольшой. Знаю я ваши обычаи господа спецназовцы. Не одного штопал в Афгане после специальных операций.

Молчавший до этого майор Протасов вдруг сказал:

— Меня вы штопали Алексей Алексеевич. Помните?

Тот внимательно посмотрел на него, потом усмехнулся и хитро улыбаясь ответил:

— Фамилии вашей не помню, но помню, как вас принесли и помню вашу рану в живот и как вас принесли и сказали, что пока вас не прооперирую никто не уйдёт, а если вы умрёте, то весь госпиталь разгромят. Нет я не испугался, но было немного неприятно. Заштопал я вас тогда, как не беспокоит?

— Нет, все было сделано хорошо.

— Да старались мы, потому что знали из какого переплёта вы вышли. И хотя ваша рана была весьма сложной и печень задета, но мы сделали всё, что могли.

— Итак пьём за то, чтобы больше не было таких ран – предложил отец Элины – пьём за вас ребята.

Все выпили, поставили на столик свои стаканы, закусили разломанным на дольки шоколадом.

— А я не спецназовец – вдруг сказал начальнику госпиталя, слегка захмелевший Феликс – я офицер флота, капитан 3 ранга.

Протасов внимательно посмотрел на Саню Белова, тот лишь пожал плечами, а потом сказал, отдав Настю на руки Элине, единственной сидевшей кроме Феликса на стуле.

— Да я дал за тебя Феликс согласие на переход в нашу структуру. Ты уж извини брат, но я уверен на 100% что ты не откажешься.

— Интересно – подумал Феликс – похоже, без меня — меня женили.

— Создаётся новый отряд специального назначения в рамках ФСБ в Москве. Нам предложили туда перевестись, и мы согласились. Командиром отряда назначен майор Протасов, заместителем я. Ты против что ли? – сделал хитрое лицо Саня.

— Но мне же надо подумать.

Протасов рассмеялся

– Думай, но не долго. С подачи Сани твои документы уже ушли в министерство обороны на перевод к нам.

— Ну мне же надо посоветоваться – он стал искать глазами и найдя ее ласковый и задумчивый взгляд сказал — с Элиной.

— Нашу Элинку и Настю я беру на себя – прогудел сверху Саня.

— Да у меня квартиры нет в Москве и вообще у меня нет квартиры – сказал Феликс, пытаясь все же сначала разобраться сначала с Элиной.

Проблема никуда так и не ушла – подумал он.

— Квартира не проблема. Решим думаю в кратчайшие сроки – жёстко сказал майор Протасов.

— Тогда я – Феликс посмотрел на Элину, и она ласково моргнула ему глазами – тогда я согласен.

— А я что сказал? — заревел Саня – по такому поводу не грех и выпить. За спецназовца Феликса. Как решим? – он посмотрел на Протасова.

— В качестве исключения сегодня разрешаю – ответил тот.

— И они выпили ещё по одному стаканчику.

Папа Элины вдруг сказал:

— Алексей Алексеевич – мой однокашник разрешил сегодня Феликса забрать в санаторий. При условии, что мы там будем его лечить и делать прописанные уколы. Я думаю, что Феликс не против?

Феликс посмотрел на Элину, и та сказала отцу резко:

— Он будет папа жить со мной и с Настей, в моём номере. И я сама буду делать ему уколы.

Отец посмотрел на начальника санатория, тот лишь пожал в ответ плечами – мол видишь какие проблемы у тебя.

— Я скажу, чтобы вам подготовили документы. Это вам отдыхать, а мне ещё сегодня работать надо – сказал начальник санатория и пожав все руки направился на выход.

— Ну брат собирайся – прогудел сверху Саня – поехали к Элине. А я честно рад буду, что мы будем вместе служить. И ты мне будешь делать свой прекрасный массаж. Ради этого стоило все это заварить.

— Саня – сказал спокойно Протасов – нам придётся все же поехать в Москву. Надо осмотреть новую базу, сделать заявки. Ты уж извини Феликс нас. Понимаешь служба. А если бы ты не был ранен, то сейчас бы поехал с нами.

И спецназовцы стали прощаться с Феликсом, с Элиной, с Настей и Александром Павловичем.

Саня обнял сразу вместе обоих Элину и Феликса и сказал тихо на ухо:

— Ребята не тяните со свадьбой. Саня хочет погулять на свадьбе своих друзей.

А потом пожал руку маленькой Насте и серьёзно сказал ей:

— Ты малышка люби их! А Феликс будут любить тебя, как и я.

И девочка обняла нагнувшегося Саню за шею и прошептала ему на ухо: — Я сделаю Саня все, что ты мне сказал.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *