Чечкенёв О. С-178. Гордость и боль

Служба подводника считается одной из опаснейших специальностей на земле. В подводники всегда шли самые отчаянные головы. С того момента, как они ступали на корабль, главным для них становилась способность действовать быстро, автоматически исполняя целый набор заученных движений. Сигнал тревоги мог застать человека в любой миг. В это время надо было сначала выполнить ряд обязательных действий, а затем уже осознать происходящее – так подводник становился частью машины, поведение которой не всегда было понятно даже её создателям – жизнь придумывает иногда невообразимые вещи. С первого своего дня подводники будут тонуть, гореть, блуждать в дыму, задыхаться, падать с ускользающей из-под ног палубы за борт, замерзать в ледяной воде. Они будут проваливаться на глубину, и их тела вода будет рвать на куски вместе с металлом. Смерть для них станет делом обычным, к её присутствию потом привыкают. Кто-то не выдержит и уйдет, но те, что останутся, станут самым надежным человеческим материалом… А.М. Покровский

Трагедия с подводной лодкой С-178 произошла в октябре 1981 года при возвращении в базу с полигона боевой подготовки Тихоокеанского флота. В тёмное время суток её протаранило рефрижераторное судно «Реф-13», находившееся под управлением нетрезвого старпома. В результате тарана лодка была разрезана и мгновенно затонула – погибли 32 подводника. Командир с вахтенными и сигнальщиком в это время находился снаружи — поднялся на ходовой мостик, и во время удара был выброшен за борт и спасён пришедшими на помощь моряками.

Командование экипажем затонувшей лодки и его спасение взял на себя 28-ми летний старпом С.М. Кубынин. Не дождавшись помощи «сверху», в прямом и переносном смысле, старпом на третьи сутки провёл эвакуацию экипажа через торпедные аппараты. Моряки действовали геройски, грамотно, уверенно, на пределе человеческих возможностей. Всего спаслось 27 человек. До сих пор никто в мире не повторил подобную операцию. И вот, спустя сорок лет после трагедии, встретились выжившие Герои!

Слева направо: Старшина I статьи Владимир Усольцев, радиотелеграфист; капитан II ранга Владимир Дайнеко, ЗКПЧ; капитан I ранга Сергей Кубынин, СПК; старшина I статьи Олег Кириченко, торпедист; капитан III ранга Сергей Иванов, командир БЧ-4-РТС

Памятные мероприятия состоялись благодаря кропотливой работе большого слаженного коллектива по замыслу и под общим руководством С.М. Кубынина. Предварительно были проведены переговоры и переписка с государственными и региональными органами власти, командованием флота; оповещены участники памятных мероприятий, продумано их размещение и организация быта; изготовлены памятные знаки и решено много-много разнообразных задач, среди которых все – Главные! Упустить было ничего нельзя. Главная цель мероприятий – воздать должное морякам, ушедшим в иной мир, ради светлой и доброй памяти о них, ради их родственников и друзей, ради современного поколения подводников.

Но обо всём по порядку.

В районе двадцатых чисел июля начали прибывать во Владивосток родственники и друзья моряков, ветераны С-178; ветераны подразделений особого риска. Делегацию ветеранов подразделений особого риска возглавил капитан I ранга Валентин Павлович Полтихин. Из родственников, например, командира отделения рулевых-сигнальщиков, старшего матроса Салиха Хафизова прибыли из Астрахани две сестры и брат! Просто молодцы!

Гости разместились в гостиницах города и на боевом корабле КИК «Маршал Крылов», по распоряжению Командующего ТОФ адмирала Сергея Иосифовича Авакянц.

КИК «Маршал Крылов». Длина корабля 211 метров, водоизмещение 23 800 тонн!

Сергей Иосифович принимал личное участие, и, как говорится, держал руку на пульсе все эти дни, пока проходили памятные мероприятия, за что ему огромное спасибо! В первый день моряки посетили могилу своего командира капитана III ранга Валерия Александровича Маранго. Покоится Валерий Александрович на «Лесном» кладбище.

О командире С-178 Валерии Маранго было сказано много добрых и тёплых слов

На следующий день, 22 июля 2021 г. наш «экипаж» в полном составе, численностью около 30-ти человек на БГК «Юрий Тимофеев» вышел в район боевой подготовки №26, к месту гибели лодки.

На БГК Юрий Тимофеев

Золотой мост. Отдать швартовы! БГК уходит от причала
Во время выхода была низкая облачность, местами стоял густой туман

День был аномально жарким, как впрочем, и все последующие дни. Спасал только морской бриз на палубе, и заранее приобретённая питьевая вода.

Прошли под Русским мостом между берегом и о-вом Русский, вышли за остров Скрыплёва. БГК застопорил ход.

Здесь произошла трагедия осенью 1981 года
Остров Скрыплёва. В точке гибели подводной лодки

Провели митинг. Вспомнили товарищей. Возложили цветы.

Когда венок коснётся воды – он перевернётся, и повернётся лицом к погибшим морякам

Было проведено много больших и малых мероприятий и встреч, рассказано воспоминаний и историй друзьями и родственниками о жизни и службе членов экипажа С-178. Но ещё два мероприятия никак нельзя обойти вниманием.

Первое из них. В пятницу, 23-го июля в средней школе № 60 г. Владивостока была открыта памятная доска героически погибшему Алексею Соколову, который учился в этой школе.

Выступили учителя, школьники, мама Алексея – Мария Тимофеевна. Сергей Михайлович рассказал несколько историй из службы Алексея. Вот один из интересных сюжетов. У Алексея была уникальная память, он играл в шахматы, не глядя на доску. Запоминал все ходы и текущее расположение фигур. При этом никому не проигрывал! Вот такие люди служили на С-178!

Второе мероприятие – торжественная церемония возложения цветов к мемориалу ПЛ С-178 на Морском кладбище г. Владивостока.

Участие приняли действующие моряки-подводники Тихоокеанского флота, военно–морской оркестр, почётный караул. За что им Большое спасибо! Спасибо заместителю командира 19 бригады ПЛ капитану II ранга Роману Анатольевичу Бондарчуку, родственникам моряков, ветеранам экипажа, и всем добрым людям, участвовавшим в памятных мероприятиях. Отдельно слова благодарности хочется сказать командиру КИК «Маршал Крылов» капитану II ранга Дмитрию Александровичу Блинову и личному составу корабля за всестороннюю помощь!

Спустя два месяца, в день катастрофы подводной лодки, 21 октября прошли завершающие памятные мероприятия в п. Малореченском Алуштинского района республики Крым. Была открыта памятная доска в Храме-маяке Святителя Николая Чудотворца. Храм был воздвигнут благодаря усилиям митрополита Лазаря; службу провёл священник Сергий.

На этом можно было бы поставить точку. Не последнюю, а промежуточную, до следующей памятной даты. Но вдруг, как гром среди ясного неба, блогосферу интернета на популярных в среде моряков сайтах, взорвала статья, которая приводится ниже. Не сомневаюсь нисколько, что среди подписавших её моряков много достойных людей. Тем более непонятно. Не берусь никого судить, просто приведу без купюр статью и отзывы моряков.

От себя только хочу добавить, что Центральный совет Союза военных моряков, совместно с участниками тех событий, внимательно и всесторонне проанализировали действия экипажа, и пришли к единодушному мнению об отсутствии в них грубых нарушений. Есть теория, в теории мы все сильны. А есть практика. Она не всегда совпадает с теорией. Флотская солидарность не позволяет нам пройти мимо несправедливости по отношению к старпому.

Считаем своим долгом, ради тех моряков-подводников, которые выходят в море сегодня, и несут боевое дежурство в суровых и опасных условиях, ради последующих поколений, ради живущих ныне родных и близких – восстановить доброе имя командира С-178 и воздать должное героическому экипажу и старшему помощнику, настоящему Герою, выполнившему уникальную в мировой практике операцию по спасению человеческих жизней!

Вторую часть повествования я назвал бы — Ложка дёгтя.

Заместительпредседателя Союза военных моряков

О.В. Чечкенёв

Русский Подплав

18.10.2021

Илья Курганов (выпускник СВВИМУ 1989 г.)

Капитану 1 ранга в отставке Кубынину С.М.

Уважаемый Сергей Михайлович!

К тебе обращается с открытым письмом группа твоих бывших сослуживцев-ветеранов 6-й эскадры подводных лодок Тихоокеанского флота, в состав которой оргштатно входила пл «С-178». Побудительным мотивом, инициирующим наше обращение, послужила передача «Поступок», вышедшая в эфир на канале «Звезда» 03.12.2015 г. Передача посвящена трагедии подводной лодки «С-178». Указанная передача – большой коллективный труд, и было бы странно, если бы в нём не оказалось тех или иных правильных слов и посылов. Но в нашей ситуации важно не только то, что было сказано, но и то, что мы, к сожалению, не услышали, хотя все основания к тому были. Вырванный из контекста всей трагедии эпизод спасения личного состава из затонувшего корабля выглядит с позиции офицера МЧС достойно и производит впечатление на неосведомлённого зрителя. Но ряд фактов, известных нам, как из официального расследования, так и из личного общения в процессе службы с тобой лично и с оставшимися в живых членами экипажа, выпадает из общего благостного сюжета, направленного на твою канонизацию. Выдающийся моряк-кораблестроитель академик А.Н. Крылов в своих трудах отмечал: «Часто истинная причина аварий лежит не в действии неотвратимых сил и непреодолимых сил природы, не в неизбежных случайностях на море, а в непонимании основных свойств и качеств корабля, несоблюдении правил службы и самых простых мер предосторожности, непонимании опасности, в которую корабль ставится, в небрежности, неосторожности, отсутствии предусмотрительности». Теперь, основываясь на сказанном, тезисно попытаемся объяснить, почему наше понимание катастрофы не укладывается в рамки твоей героизации. Итак, о ясных доводах, о простых понятиях, о фактах. Во-первых. Причина гибели пл «С-178» — не в действии неотвратимых сил и непреодолимых сил природы, а в несоблюдении правил службы и самых простых мер предосторожности, не катаклизм природного характера, а рукотворная катастрофа, унесшая жизни тридцати двух ни в чём не повинных молодых ребят и гибель боевого корабля. Во-вторых. Старший помощник командира корабля в соответствии с корабельным уставом отвечает, в том числе, за организацию службы. Малые, но повторяемые неоднократно, послабления к себе и подчинённым вошли у тебя в пагубную привычку и стали самым злейшим препятствием в достижении и поддержании должной организации корабельной службы. Недостаточное понимание этой простой истины стало одной из первопричин трагедии. В-третьих. Специфика службы на пл и её конструкция предъявляют жёсткие требования к организации ГКП на том основании, что поступающие на мостик доклады по обстановке недостаточно оперативны и мало информативны для восприятия, но главное, — не могут проконтролироваться командиром лично. В таких условиях важнейшую роль приобретает качество работы ГКП и эффективность руководства им со стороны старшего помощника командира. СПК не может быть действенным помощником командира корабля в море, если не освоит и не сумеет возглавить работу расчёта ГКП уверенно и надёжно. Расчёт ГКП под твоим руководством должен был выработать перед входом в пролив Босфор Восточный (узкость) и предложить командиру выполнить следующие мероприятия, предусмотренные руководящими документами: — объявить боевую (учебную) тревогу; — усилить зрительное и техническое наблюдение; — запретить смену вахты; — старшему помощнику командира, т.е. тебе лично, приготовить корабль к плаванию в узкости вблизи берегов, в сложных условиях (задраить переборки, загерметезировать корпус), проверить готовность корабля к БЗЖ. Ни одно (!) из указанных мероприятий на корабле не выполнено. На боевом корабле, больше напоминающем по своей организации плохую прогулочную яхту, витал дух беспечности, благодушия, желания привязаться к родному пирсу в кратчайший срок. Команда принимала пищу, развлекалась на мостике, переборочные двери от 2-го до 6-го отсеков настежь, а ты, вместо наведения элементарного порядка и личного несения на мостике пл ходовой вахты в качестве вахтенного офицера, расписывал в каюте суточный наряд. В-четвёртых. Да, юридически за всё и за всех на корабле отвечает только командир, поэтому ты избежал, в отличие от командира, уголовной ответственности, но от ответственности моральной тебя никто не освобождал. Помимо законов юридических есть ещё выработанный столетиями кодекс нравственности в русской и советской армии. Речь идёт, прежде всего, о таких непреходящих ценностях как честь и воинский долг, чувство гордости и стыда, о духе товарищества и взаимной поддержке, о сознании того, что все мы, офицеры – одна семья, соединённые одной и той же задачей и призванием. Таким образом, по нашему глубокому убеждению, безнравственно и не по-офицерски переводить всю вину на командира пл, а себя выставлять «белым и пушистым». Мы обращаемся к твоей офицерской чести, к твоей совести, предлагаем прекратить героизацию собственной личности на фоне трагедии пл «С-178» и посмотреть правде в глаза. А, правда, говоря словами мудрого Главкома ВМФ Горшкова С.Г., такова: «Нет аварийности оправданной и неизбежной. Аварии и условия дл их возникновения создают люди своей неорганизованностью, безответственностью и безграмотностью», т.е. личный состав ГКП и ТЫ, как первый заместитель командира, также как и командир, повинны в гибели 32 моряков и подводной лодки. На пороге вечности пора уже сделать выбор: — или ты признаешь свои указанные выше трагические ошибки, совершённые по перечисленным причинам, угомонишься и перестанешь спекулировать на «горячей» тематике российского подводного флота, оскорблять чувства ветеранов и участников трагедии, попросишь прощения у живых и мёртвых, их родных и близких; — или продолжаешь лепить образ «героя-подводника» в глазах людей малосведущих в нашем ремесле, но будешь, с презрением, отвергнут здравомыслящими профессионалами. И ещё раз о ясных доводах. 1. Отсутствие аварийного запаса пищи, воды и регенерации в отсеках не делает тебе чести, поскольку старший помощник командира корабля обязан знать состояние запасов всех видов и принимать меры к поддержанию их в соответствии с установленными нормами (ст. 190 КУ-78). 2. Организация выхода личного состава из затонувшей пл — твоя прямая обязанность и не более того (ст. 197 КУ-78). 3. Решение о мемориале пл «С-178» на морском кладбище принято Военным Советом ТОФ. Какого-либо влияния на принятие указанного решения капитан-лейтенантом Кубыниным нами не установлено и в решении ВС флота не отражено. 4. Мемориал подвергся набегу вандалов в «лихие 90-е», когда плиты из цветного металла с именами моряков были похищены. Однако, в 2002 году решением Совета клуба моряков-подводников, активным участием его членов, при содействии профильных органов военного управления и архива флота, военно-мемориальной компании и администрации города мемориал был восстановлен. Говорить о какой-то лично своей персональной заслуге в создании и восстановлении мемориала, мягко говоря, не совсем корректно. P.S. Если уж кто действительно достоин самых высоких слов благодарности, кто принял самое действенное участие в спасении людей, кто научил всех, включая тебя лично, правилам пользования водолазным снаряжением и организации выхода из затонувшей пл, кто меньше всего повинен в катастрофе из командного состава корабля, так это незаслуженно забытый командир электромеханической боевой части (БЧ-5) капитан-лейтенант Валерий Зыбин.

С надеждой на взаимопонимание,

капитан 1 ранга в отставке Беляков А.М., капитан 1 ранга в отставке Гилёв Ю.С., капитан 1 ранга в отставке Гнатусин Ф.И., капитан 1 ранга в отставке Гырник А.А., капитан 1 ранга в отставке Дудинский А.И., капитан 1 ранга в отставке Кабанячий С.Н., капитан 1 ранга в отставке Ковава Г.М., капитан 1 ранга в отставке Кравченко В.Г., капитан 1 ранга в отставке Литвиненко И.М., капитан 1 ранга запаса Оржех В.Н., капитан 1 ранга в отставке Парфёнов О.А., капитан 1 ранга в отставке Петренко Г.И., капитан 1 ранга в отставке Римшин Ю.А., капитан 1 ранга в отставке Смоляков В.Д., капитан 1 ранга в отставке Тюрин Р.В., капитан 1 ранга в отставке Широков В.В., капитан 1 ранга в отставке Шулико К.П., капитан 2 ранга в отставке Крокс М.А., капитан 2 ранга в отставке Никифоров Л.В., капитан 2 ранга в отставке Матрос В.М., капитан 2 ранга в отставке Федорищев С.В., капитан 2 ранга в отставке Шугалей И.Ф., подполковник м/с в отставке Каливецкий В.Ю., капитан 3 ранга в отставке Непройкин В.В.

«Это нужно не мертвым, это нужно живым»

Р. Рождественский, «Реквием»

Открытое письмо ветеранам-подводникам 6 эскадры ПЛ ТОФ

Уважаемые ветераны – подводники 6 эскадры пл ТОФ!

Я, Рязанцев Валерий Дмитриевич, вице-адмирал в отставке, обращаюсь к вам после прочтения письма, которое вы написали капитану 1 ранга в отставке С.М. Кубынину, бывшему старшему помощнику командира пл С-178 ТОФ. Письмо написано 18.10.2021 г., накануне 40-летия со дня трагического морского происшествия – столкновения в Японском море пл С-178 с бмрт «Рефрежиратор-13». В результате столкновения подводная лодка затонула, погибли 32 подводника, 27 подводников спасли спасательные силы флота. Не буду распространяться об обстоятельствах этой трагедии, вы их знаете больше, чем я. Как ветеран ТОФ, хочу высказать свое мнении и прокомментировать содержание вашего письма. Вначале я подумал, что в письме вы захотели еще раз выразить соболезнование и сочувствие С.М. Кубынину, а в его лице, оставшимся в живых морякам С-178 и родственникам погибших подводников. Я ошибся. В 40-ю годовщину этой трагедии вы решили цинично и нагло обвинить во всех смертных грехах С.М. Кубынина, мужественного и честного офицера, чудом выжившего в адских условиях подводного плена, принявшего на себя ответственность за спасение оставшихся в живых подводников. Бесцеремонно обращаясь к нему на «ты», словно вы — барин, а Кубынин — холоп, вы утверждаете, что он «морально ответственный за эту катастрофу, что он перевел «всю вину на командира пл, а сам белый и пушистый» , что он «спекулирует на горячей тематике российского подводного флота», что он «оскорбляет чувства ветеранов и участников трагедии» , и еще с десяток подобных придуманных обидных выражений. Своим письмом-пасквилем «утвердили», вечное проклятие С.М. Кубынину за его личное мужество, выдержку и хладнокровие во время аварии и вечный позор за инициативное, эффективное руководство спасением заживо замурованных в прочном корпусе пл живых подводников. Содержание письма унизительно и оскорбительно для капитана 1 ранга С.М. Кубынина. Вы намеренно подбирали злые и обидные выражения в адрес С.М. Кубынина, чтобы побольнее «ударить», задеть честь и достоинство добросовестного, храброго и ответственного офицера. Для вас, ветеранов, С.М. Кубынин не ветеран-подводник, не старший офицер, не товарищ и сослуживец. «…Наше понимание катастрофы не укладывается в рамки твоей героизации». Так вы пытаетесь утвердить собственное мнение, что С.М. Кубынин безответственный, неисполнительный офицер, преступник, «случайно ушедший от ответственности». В подтверждение своих обвинений в адрес старпома С-178 , вы приводите высказывания о причинах аварийности во флоте академика Крылова А.Н. и бывшего главкома ВМФ адмирала флота СССР Горшкова С.Г. Для понимания дальнейших моих рассуждений по поводу вашего письма, приведу эти высказывания здесь. Крылов А.Н.: «Критический разбор покажет, что частая причина аварии лежала не в действии неотвратимых и непреодолимых сил природы, не в «неизбежных случайностях на море», а в непонимании основных свойств и качеств корабля, несоблюдении правил службы и самых простых мер предосторожности, в небрежности, отсутствии предусмотрительности …» Горшков С.Г.: «Нет аварийности оправданной и неизбежной. Аварии и условия для их возникновения создают люди своей неорганизованностью, безответственностью и безграмотностью» Не кажется ли вам, уважаемые ветераны, что эти два выражения разных людей, похожи друг на друга, как две капли воды. Слова разные, а смысл текста похож, как близнецы-братья. Крылов А.Н. сказал эти слова в 20-х годах 20 столетия, а Горшков С.Г. , употребив в своем выражении многозначные слова, сказал их в 70-х годах 20 столетия. Уж слишком похоже на компиляцию выражения академика Крылова А.Н. Это только мое мнение. А теперь небольшой экскурс в историю. 8 ноября 1938 года в шторм, в Татарском проливе погиб недостроенный эсминец «Решительный», который буксировали во Владивосток на достройку. Руководителем буксировки был капитан 3 ранга Горшков С.Г., командир 7 морской бригады эсминцев ТОФ. Для расследования причин катастрофы была создана особая комиссия. В выводах этой комиссии были указаны основные причины гибели эсминца. Их было несколько. Приведу здесь только 6 пункт этих причин: «зазнайство, высокомерие «нам все нипочем», а также военно-морская неграмотность Горшкова, который преступно игнорировал элементарные военно-морские правила крепления буксиров намертво, лишение эсминца якорей, нахождение всех руководителей на эсминце, движение близко к берегу, игнорирование прогнозов погоды». В этой связи задам вам, ветеранам, два вопроса . Первый: «Имел ли моральное право главком ВМФ адмирал флота СССР Горшков С.Г. говорить «мудрые слова» о причинах аварийности в ВМФ, которые вы до сих пор цитируете , имея в своем послужном списке случай гибели эсминца «Решительный» и выводы особой комиссии? Второй: «Всегда ли вы, ветераны, будучи должностными лицами, полностью выполняли требования Корабельного устава ВМФ, требования различных руководств, наставлений, директив по вопросам корабельной службы, а также свои должностные обязанности? На второй вопрос можете не отвечать. По долгу службы, я знал состояние дел на всех флотах в вопросах боевой подготовки и безопасности плавания. Знал, что ни один командир корабля, соединения, объединения любого флота, физически не мог полностью выполнить все требования руководящих документов. Чтобы все выполнить, им бы не хватило и 24 часов ежедневной постоянной работы без сна и отдыха. Моряки плавсостава были «обвехованы» этой массой руководящих документов со всех сторон, как волки флажками при охоте на них. Поэтому моряки всегда были виновными при возникновении различных происшествий с кораблями, судами, боевой техникой, оружием или личным составом. Каждому из нас во время службы, начальники не раз предъявляли претензии о неудовлетворительном исполнении нами своих служебных обязанностей. Нас не один раз за это наказывали. Часто это были несправедливые наказания. С приходом на корабль молодых офицеров, опытные корабельные офицеры заставляли нас выучить самый «мудрый и справедливый устав морской службы», в котором было всего две статьи. Первая статья гласила: «начальник всегда прав». Вторая статья: « Если начальник не прав, руководствуйся статьей номер один». Поэтому мы стойко переносили все несправедливые придирки и претензии. Почему-то, став большим начальником, многие забывают о том, что сами они не святые. Почти у каждого большого начальника в послужном списке были и есть свои «скелеты в шкафу», которых они всячески пытаются забыть и никогда о них вспоминать. Поэтому они никогда не понимали и не старались понять тех, кто ценой своей жизни «успокоил» аварийный ядерный реактор, тех, кто не покинул аварийного отсека и до конца вел там борьбу за живучесть, тех, кто взорвался вместе с кораблем. Своими «мудрыми» высказываниями они переложили всю вину на личный состав кораблей, боялись сказать, что главная причина аварийности в ВМФ-ненадежность боевой техники и эксплуатация ее на пределе возможностей, без качественных ремонтов. Этими высказываниями они защищали себя, обеспечивали себе комфортные условия службы и жизни. В подтверждение своих слов я привел пример гибели эсминца «Решительный». Почему же вы не хотите понять С.М. Кубынина и его товарищей, почему не видите ничего героического в том, что оставшиеся в живых моряки С-178 до конца вели в отсеках борьбу за живучесть и выстояли? Почему вы не можете понять того, что пережили подводники, которые в жутких, экстремальных условиях подводного плена, стоя трое суток в ледяной воде, при недостатке воздуха не струсили, не запаниковали, а, помогая друг другу, выжили, спаслись? Сам отвечу на эти вопросы. Вы не можете понять мужества и героизма подводников С-178, как мертвых, так и живых потому, что ни один из вас не прошел через муки того ада, в котором моряки С-178 оказались не по своей воле. «Сытый, голодному не товарищ». Вот поэтому, вы и пишете такие письма. Если бы вы в письме написали: «Кубынин, извини, но нам сверху не поступали указания ходатайствовать о награждении мертвых и живых подводников С-178. А без таких указаний мы сделать ничего не можем». Так было бы честнее. Вы, убеленные сединами ветераны подводной службы, до сих пор боитесь возразить против заказных указаний трусливых начальников ветеранского движения. Я читал характеристику на командира С-178 капитана 3 ранга Маранго В.А., которую написал комбриг капитан 1 ранга В. Сергиенко. Отмечено только одно положительное качество командира пл – «воинские уставы знает в основном выполняет». Весь остальной текст характеристики сплошной негатив. Сегодня вы решили дать свою «характеристику» старшему помощнику командира С-178 капитан-лейтенанту С.М. Кубынину в виде открытого письма. И в вашей «характеристике» нет ни одного доброго слова в адрес офицера Кубынина. Много же среди вас, ветеранов – подводников, собралось «трусоватых Сергиенковых». Уважаемые ветераны! Вы сами не замечаете в какое смешное и глупое положение ставите себя, предъявляя С.М. Кубынину обвинение в том, что он вместе с расчетом ГКП «не выработал предложения командиру пл на вход в базу»? Где, на каком корабле вы видели, чтобы командир корабля ставил задачу старпому и ГКП на выработку предложений, как командиру входить в базу? Для того, чтобы командиру поступала полная информация о плавании, есть корабельные расписания в которых расписаны действия и обязанности всех должностных лиц корабля по боевой тревоге, по боевой готовности №2 для надводного и подводного положений пл, а так же расписания по различным задачам, которые выполняет корабль (погрузка (выгрузка) оружия, прием топлива, постановка на якорь и пр.) Командир корабля принимает доклады и предложения от должностных лиц корабля по той или иной ситуации и сам принимает решение. В случаях применения оружия, аварийных ситуациях, других случаях, когда объявляется боевая или аварийная тревога, действительно, старший помощник командира вместе с ГКП обязан анализировать обстановку и докладывать командиру обобщенные предложения для принятия решения. В тот роковой для экипажа С-178 день, 21 октября 1981 года, при входе в базу пл не пересекла рубеж повышения боевой готовности, учебно-боевая тревога не объявлялась, плавание происходило по боевой готовности №2 надводное положение. На мостике командир корабля, штурман, вахтенный офицер. Какие предложения командиру пл на вход в базу должен был представить старпом вместе с расчетом ГКП в этой ситуации? Не смешите военных моряков своими нелепыми и «притянутыми к бороде» претензиями к капитану 1 ранга С.М. Кубынину. Командир корабля не новичок на корабле, который не знает, что ему делать, стоя на мостике корабля. Командир корабля не слепой и не глухой, ему не нужен «поводырь» в лице старпома и расчета ГКП для решения задач в обычном плаванье. Тем более, когда командир сам несет командирскую вахту. Я согласен с вами, что часть вины за нарушения подводниками организации службы на пл, за отсутствие в аварийных бачках запаса провизия, лежит на старшем помощнике командира капитан-лейтенанте С.М. Кубынине. Он ее не отрицает, и не перекладывает на командира пл. Не его вина в том, что переборочные двери 4,5,6 отсеков оказались не задраенными. Контролировать состояние переборочных дверей обязаны командиры и старшины отсеков, командиры боевых частей и служб. Да и когда на пл работают дизеля, воздуха из системы вентиляции для их работы недостаточно. Поэтому вакуумируются отсеки, что крайне болезненно и неудобно для личного состава. Из-за этого и открывают переборочные двери, чтобы создать больший приток воздуха к дизелям. При этом, у открытой переборочной двери должен быть выставлен вахтенный, чтобы при необходимости, немедленно задраить дверь. И Кубынин не обязан бесконечно бегать по кораблю, проверять все ли в порядке. Согласно Корабельному уставу ВМФ, старший помощник командира обязан раз в сутки обойти корабль и проверить его содержание, состояние отсеков, несение корабельной вахты и пр. С.М. Кубынин в той трагической ситуации совершил подвиг, на который способен не каждый офицер подплава. Его поступки, действия, которые он предпринимал вместе со своими сослуживцами для спасения живых подводников, заслуживают глубокого уважения и признания его мужества и героизма, как и его боевых товарищей. И нельзя Кубынина оценивать так, как вы — «организация выхода личного состава из затонувшей пл – твоя прямая обязанность». Прямых обязанностей у каждого военного моряка «вагон и маленькая тележка». Но многие начальники их не выполняют, или выполняют спустя рукава. А когда случаются такие тяжелые катастрофы, как с С-178 и ей подобные, начальники совсем эти «прямые обязанности» забывают. Не радостную картину представляют действия спасателей ТОФ. Из-за несогласованных действий спасательных сил флота, плохой технической готовности спасательной подводной лодки БС-486, несколько подводников С178 погибли уже при выходе из затонувшей пл на поверхность. Не отмечена активными действиями по увековечиванию памяти погибших подводников и деятельность командования Приморской флотилии РС, командования ТОФ. Единственным человеком, который после гибели подводников С-178 «стучал» во все двери различных административных органов , вплоть до Администрации Президента РФ, чтобы добиться посмертного награждения погибших подводников С-178 являлся капитан-лейтенант С.М. Кубынин вместе с оставшимися в живых сослуживцами. При этом, для себя он не просил никаких наград. Ни руководство ТОФ, ни ветеранские организации флота не помогали ему, и до сих пор не помогают восстановить справедливость в отношении гибели пл С-178. Главный вопрос, награждение погибших подводников, С.М. Кубынин не смог самостоятельно решить до сих пор, но в других делах он и оставшиеся в живых подводники С178 добились многого. По их инициативе во многих субъектах РФ, в школах , где учились погибшие моряки, открыты памятные доски. В Астраханской, Тюменской, Курганской областях, в Чувашии, в Республике Крым, в Красноярском крае, в Республике Беларусь увековечили память о погибших своих земляках, которые погибли, выполняя священный долг по защите своей Родины. С.М. Кубынин неоднократно посещал в заключении своего командира пл капитана 3 ранга Маранго В.А., чтобы поддержать его морально, Он лично обратился к выжившим морякам пл обратиться к Генеральному прокурору РФ, Президенту РФ с ходатайством о пересмотре уголовного дела своего командира пл, и его реабилитации. С.М. Кубынин предложил командованию ТОФ заложить на Морском кладбище Владивостока Мемориальный комплекс погибшим подводникам, разработал его проект. В этом его поддержал не Военный совет флота, не ветеранская организация ТОФ как вы утверждаете, а только начальник штаба флота вице-адмирал К.С. Сиденко. Ни Совет клуба моряков-подводников, ни «содействие профильных органов военного управления», как вы пишете, ничем не помогли С.М. Кубынину. С.М. Кубынин лично обратился к мэру города Владивосток Ю. М. Копылову с просьбой выделить денежные средства из бюджета города на постройку Мемориала. Деньги нашлись. Спасибо за помощь и поддержку в этом трудном деле бывшему мэру Владивостока Ю.М. Копылову и бывшему начальнику штаба флота адмиралу К.С. Сиденко, а так же всем гражданам, которые поддерживали С.М. Кубынина. Но и здесь вы, ветераны – подводники пытаетесь «укусить» С.М. Кубынина, заявляя ему «говорить о какой-то лично своей персональной заслуге в создании и восстановлении мемориала, мягко говоря, не совсем корректно». А вы, ветераны и члены клуба подводников, что конкретно сделали в этом деле? Возможно, вы и сочинили какую-то бумагу – прошение кому-то? Но бумагой Мемориалы не построишь, нужны материальные и денежные средства. Кто их выделил? Вы, ветераны, обратись хотя бы к кому-либо, чтобы изыскать их? Нет. Вы, ветераны, обратились через СМИ, ТВ к жителям Владивостока пожертвовать на постройку Мемориала кто сколько может? Нет. Вы даже сегодня ничего не предприняли для того, чтобы в средней школе №60 города Владивостока установили памятную доску в память о погибшем на С-178 командире БЧ-3 старшем лейтенанте А. Соколове, бывшем ученике этой школы, золотом медалисте. И вы еще заявляете какие-то претензии к капитану 1 ранга С.М. Кубынину, нагло и по-хамски советуете ему «…угомониться..» , мол «сиди молча и не чирикай». Не хочу давать свою оценку вам и вашей ветеранской организации за открытое письмо к С.М. Кубынину, Бог вам судья. Но совет вам все же дам. Извинитесь перед своим сослуживцем, ветераном ТОФ, честным человеком капитаном 1 ранга С.М. Кубыниным. Такими офицерами, как капитан 1 ранга С.М. Кубынин, гордится Россия, а вы, ветераны-подводники 6 эскадры пл, по чьей-то указке, пытаетесь его очернить и опорочить. Ведь не сами же вы, ветераны, решили вдруг написать открытое письмо Кубынину. Ведь кто-то предложил это сделать и выставить его на всеобщее обозрение. Вы преследовали цель «развенчать лжегероя», а, получается, унизили сами себя. Ваши рассуждения о чести, о воинском долге, гордости и стыде, о духе товарищества и взаимной поддержке, об офицерах, как об одной семье не более, чем пустой звук и лицемерие. Вам не стыдно перед родственниками погибших моряков С-178, у которых не осталось даже простой бумаги от командования флота с выражением соболезнования в связи с героической гибелью их мужа, сына, внука? Вам не стыдно за свое письмо и отвратительное его содержание перед жителями Владивостока, которые всегда сочувствовали морякам-подводникам и переживали за трагедию С-178 и его экипажа? Я уверен, что часть ветеранов, фамилии которых стоят в числе подписантов письма, ни сном, ни духом не знают о его содержании. Организатор этой гнусной акции, в лучшем случае спросил их о том, виновен ли старпом С-178 в гибели подводников С-178. Наверняка они с готовностью ответили: «конечно», не вдаваясь в сущность вопроса. Ведь спрашивал их, я уверен, не рядовой член ветеранской организации. В заключение, предлагаю вам, ветеранам – подводникам ТОФ на общем собрании ветеранской организации еще раз рассмотреть, какую роль сыграл в спасении подводников старпом капитан-лейтенант С.М. Кубынин, командир БЧ-5 капитан-лейтенант В. Зыбин и другие члены экипажа. Открыто проголосовать за поступившие предложения. Если большинство ветеранов положительно оценят их деятельность во время аварии и спасательной операции, выступить с обращением в адрес Верховного Главнокомандующего РФ — Президента РФ, министра обороны РФ с ходатайством ветеранской организации ТОФ о награждении посмертно государственными наградами РФ погибших подводников С-178, К-56, К-429, а также оставшихся в живых членов экипажей этих подводных лодок, которые проявили мужество и героизм во время этой катастрофы. Подводники отдали свои жизни, свое здоровье, выполняя священный долг по защите своего Отечества. Родина обязана, пусть с опозданием, оценить их подвиг. Свою подпись готов поставить первым, ведь я тоже ветеран-подводник ТОФ. Надеюсь на взаимопонимание.

Вице-адмирал в отставке В. Рязанцев

19. 11. 2021 г.

Виктор Блытов

Поддерживаю письмо вице-адмирала. Гибель подводников происходила у нас на глазах. Мы стояли на рейде бухты Патрокл до конца спасательной операции. Чтобы понять, осудить или похвалить Кубынина, надо хотя бы побывать на его месте на аварийной подводной лодке, когда на тебе не только твоя жизнь, но и жизни оставшихся в живых членов экипажа. Причём ситуация такая, что спасения не видно. Так было принято в СССР, что за аварии, происшествия и катастрофы никого и никогда не награждали и не хвалили. И не только на подводных лодках, но и в авиации ВМФ, на надводных кораблях, которые тоже порой гибли и со всеми экипажами. Это и гибель БПК «Отважный» в Севастополе и линкора «Новороссийск» и МРК «Муссон» и ПЛ «Месть» и ПЛ «М-351» и многих других кораблей самолётов и подводных лодок. Но гибель гибели рознь. Все же на «178» был человек, который сделал все, чтобы спасти, оставшихся в живых. И лично я считаю, что это исключительно мужественный человек, благодаря действиям которого были спасены часть людей, и заслуживает не осуждения, а действительно награды. С уважением ко всем Виктор Блытов в далёком прошлом исполняющий обязанности старпома, он же командир БЧ-4 ТАКР «Минск».

Александр Обухов, командир пла капитан 1 ранга

20 лет в атомном флоте и 8 лет командиром, 14 боевых служб из них 5 командиром, дают мне право сказать, что после этого «письма» хотелось вытереть руки и почистить зубы!! А Вам не противно было эту писать этот «пасквиль»?? Для меня на корабле были все равны, от старпома до последнего по боевому расписанию моряка!!! Все должны выполнять свои обязанности, а вот как они их исполняют — это моя обязанность!!! Горе тому командиру и экипажу, где исполнение обязанностей по всем руководящим документам определяет каждый сам!!! Только Командир оценивает работу личного состава!! Поэтому и несёт ответственность за Всё на корабле и за Всех!! Низкая организация ГКП!! Причём здесь спк, да он организатор, а «драть» его за эту организацию должен Командир!! Даже перечислять вашу «бредятину», кто за что отвечает на корабле, это все прописано!! Вот и отвечает за все это «прописанное» только один человек!!! «Первый после Бога» — Командир!! И с него спрос за все промахи в организации службы на корабле!!! «Каков поп, таков приход»!! Не может быть при хорошем командире, плохой спк!! Когда читаешь подписи -«командир пл, командир пл и тд…», появляются сомнения в соответствии слов и дела!!Я встречал таких командиров, которых под любым предлогом не выпускали в море, держали годами в ремонтах, чтобы не дай Бог, что нибудь не натворили в море!! А примеров достаточно!! Вот служит вроде бы неплохо, но не дай Бог выпустить в море, даже с «нянькой» Опасно!!! Вот и в этом «пасквиле» проглядываются такие «командиры», прости Господи!!! Можно сколько угодно приводить правильные слова Макарова, Горшкова про аварийность, но это ничего не даст, если Командир забудет, что он — «Первый после Бога» на борту и Надежда всего экипажа!!! Последнее, как то мой командир дивизии, Герой Советского Союза, Егор Андреевич Томко, говорил нам, молодым командирам пла, «если командир не уверен в подготовке своих подчиненных, ему нечего делать на мостике, так как готовит к плаванию людей и корабль только ОН!!!» Очень жаль, что море вас ничему не научило, так себе морЯки!!!!

Честь имею,

Командир пла, капитан 1 ранга Обухов А.В.

Диментов Андрей Вячеславович

Сергей Михайлович! Я попав на флот, как и все начинающие срочники подводники естественно начал с уопп (полстапервый отряд) и там про вас, а это было не так давно от времени трагедии — 1988, так вот про Вас ходили легенды! Их передавали друг другу шёпотом. Запрещено было обсуждать «громко» такие вещи, хотя до гибели СССР оставалось всего 3 года. Рассказывали, как вы выпускали моряков из погибшей лодки, инструктировали их, а сами ушли последним. Про награждения, значками и присвоения срочникам очередных званий, в условиях, когда люди задыхаются, им холодно, они ничего не ели, а главное многим 18-19 лет и они отчаянно бояться. В этой обстановке ада (которую в принципе большинство представить себе не может) вы сделали не возможное и спасли большинство людей. И об этом говорили друг другу новички/салаги и дембеля, офицеры (не паркетники, а с железа). Это важнее чем ордена, которые лепили себе «паркетные клерки из штабов», как называл их наш вечный торпедист и вечный капитан-лейтенант. Он был человек, который физически не мог переносить не правду, поэтому карьера его закончилась быстро. Но когда грузили боезопас не пьющий и вообще-то очень положительный лейтенант, не мог погрузить и одну торпеду, а морской волк грузил весь боезопас -24 торпеды за 2 часа. Вот такие, настоящие люди всегда считали вас Легендой, а это важнее всех интриг по спасению кресел «начальниками».

Александр Обухов

Я писал про ответственность Командира и не собирался «мериться шириной галифе», уважаемый! Условия обитаемости не оправдание самоустраненности командира от главного, обеспечения неукоснительного выполнения Всеми членами экипажа своих функциональных обязанностей (согласен неживой язык, но правильный). А по живому так — никого на корабле я не «драл» больше всех, чем своих старпомов!! Конечно по-тихонько, в своей каюте, но каждый день!! Напомню — «должное исполнение старпомом своих обязанностей, не предполагает его длительного пребывания на берегу»!! Вот его работа, днём и ночью на корабле с людьми!! Будучи старпомом, я сходил на берег один раз в неделю, с вечера пятницы до обеда субботы, т к командир в субботу любил руководить пхд. Зато за год без командира сдал и Л-1 и Л-2. А своих старпомов каждый выход учил самостоятельному управлению! Четыре командира, из них один Герой России, тому подтверждение!! Но спрашивал за всё!! Вот и все, что хотел сказать. Есть только один человек, который отвечает на корабле за все, один — за Всё!! С него только и спрос, нечего «мутить воду»!!!

В.В.Стефановский

Думаю, что этим умникам, окажись они на грунте, трое суток в холоде, без еды, в темноте, бок о бок с плавающими телами погибших, по пояс в воде, одних сменных штанов было бы недостаточно. А видя бой со стороны, в силу своей личной спеси и врожденной зависти к общественному признанию подвига своего товарища, можно опуститься до клеветы и вульгарного вздора. Забыв про честь и достоинство офицера и звание. Недостатки в организации службы и состоянию материальной части были одни и те же на всех кораблях, на всем флоте и в армии. Но к Кубынину судом никаких претензий не предъявлено. Ни в плане организации службы, ни в содержании корабля. Ни в вопросе его отношения к службе. Какова страна, такой и корабль, такова и организация и службы и жизни. Александр Матросов был разгильдяем и нарушителем дисциплины. Но получил Героя. И никто не возразил. А тут свой товарищ, спасший пол-экипажа, оказавшийся жертвой системы и проявивший настоящий героизм, подвергся обструкции сослуживцев. Пониманию не поддается. Таковы мы. Жаль только, что «такие» оказались и среди подводников. Кто для нас герой? Тот, кто принял смерть за товарища. Кубынин подвергся нечеловеческим испытаниям, спас товарищей и остался жив, хотя об этом менее всего и думал и не рассчитывал. Он и на награды не рассчитывает до сих пор, а борется до последнего, чтобы были увековечены погибшие и отмечены те, кто пройдя все круги ада, были отмечены государством. Не более. Не понимать этого и не поддержать его в исполнении этого долга перед живыми и погибшими, а топить и его это диагноз. Ни чести, ни морали, ни достоинства! Тут, правда, и медицина бессильна. Даже суд к старпому Кубынину никаких претензий не предъявил. На помощь суду пришли «товарищи» черные подводники.

Владимир Стефановский подводник, 80 000 миль под водой в прочном корпусе

г. Севастополь

Сергей Волошнюк

Мой ответ сочинителям из русского подплава Неуважаемые товарищи! В Военно-Морском флоте подводников называют элитой флота. Если это так, то вы подписавшие открытое письмо Сергею Михайловичу Кубынину – его позор. Скажите, как вы, старшие офицеры, могли опуститься до того уровня, чтоб устроить всемирную обструкцию человеку, достойному другого отношения и глубочайшего уважения? Вашему сослуживцу, моряку до мозга костей? Нет сомнения, на любое событие у людей могут взгляды различаться, но опровержения или доказательства должны иметь своё место и время, когда не будет вреда. Разве интернет то место? Вы попытались подорвать авторитет не Кубынина. Вы переступили грань дозволенного. Вы подорвали уважение к ВМФ, на примере которого молодое поколение моряков-офицеров сделает вывод. Разве не могли изложить свои мысли и направить Кубынину в личку интернета, или пригласить в свою организацию и там обо всём договориться? Кубынин — в высшей степени организованный, искренний и понимающий человек. Насколько известно, вы сторонились его. Вам нужен был шум, унижение? Вы, извращая событие, показали, себя в отвратительном свете, пошли худшей традицией, которую поддерживал ваш незабвенный «мудрый» адмирал С.Г. Горшков. Хочу вам напомнить как его «мудрое» руководство, привело в гавань трагедии не только Кубынина с Маранго и полагаю, в этом есть причина бардака, который творился во флоте. И если к кому нужно отнестись и оценить по полной, усадив на лавку правосудия, так это к нему. Всего за восемь месяцев до гибели С-178, после мероприятия, проводившего главкомом, потерпел крушение самолет командующего ТОФ с руководством и командным составом флота. Кто должен был за это ответить? Если вы, командиры, не знали, то информирую – за пять лет до гибели субмарины главком издаёт приказ об оборудовании всех подводных лодок оранжево-проблестковыми огнями-маяками, но распоряжение так и оставалось на бумаге. И воплотили в жизнь только после трагедии. Кто должен был контролировать собственный важнейший приказ? Состояние всей службы войск – это разве только ответственность командующего ТОФ и его штаба? События показали, что на ТОФ она предстала вредителем. Именно они, береговые службы наблюдения и регулирования создали все условия для трагедии. Но стрелки были отведены в другую сторону. Правильно, на Маранго, чётко давая понять всем, как нужно вести расследование. Иначе учиняя настоящее расследование, военная прокуратура гарнизона пошла бы далеко и показала роль каждого. Перед судом стоял бы НШ флота, которому подчинялись все службы, в том числе и неготовая к работе спасательная лодка «Ленок», всплывшая раньше времени, когда на С-178 оставалось ещё 18 человек, а так его следователи даже не допрашивали и не призвали на суд, командир бригады и ещё человек пять по рангу и безответственности. Да, вы правильно пишете, что в Русской и Советской армиях есть ещё выработанный столетиями кодекс нравственности. Но чтил ли его хоть ктонибудь из тех, от кого зависела судьба участников аварии? Вы пройдитесь по всем этапам этой трагедии, прочитайте уголовное дело, оцените поведение командиров, политорганов, писавших месяц до аварии достойные аттестации и характеристики на Маранго, а после аварии человека представили в таком свете, что даже судья в это не поверила. И тогда поймёте уровень нравственности, если мне память не изменяет, некого Сергеева и всей этой зубодробильной системы, которая была направлена против экипажа и его командования, а не определения истинного положения дел служб ТОФ. Горшков знал, что делал. Посадить всех виновников – значит признать флот почти не боеготовым. Отводил беду от себя. И двурушничая, добился не снятия с должности, а присвоения второй звезды Героя Советского Союза в декабре 1982 года, будем полагать, за безаварийное состояние флота, что выглядело насмешкой над здравым смыслом. Любимец Генерального секретаря КПСС умело плёл сети и интриги. Он пожертвовал Маранго, но сохранил систему и себя в ней. Горшков должен был сохранить оставшихся в живых членов экипажа для флота и создать с ними настоящую службу спасения, а его система сделала их изгоями. Кубынин, как честный офицер, бился за командира до последнего, он не предал, не врал, не двурушничал, он спасал людей, помогал и помогает сейчас. Чего не делаете вы, общественная организация, могущая многое решить, но способности оказалось только на пасквиль. Вы рассказываете, как табличку после вандалов восстанавливали на памятнике С-178, а у меня перед глазами лежит на диске видеосюжет, где Кубынин и ещё с ним товарищ сидят в кабинете главы Владивостока и решают все проблемы по созданию памятника героям экипажа на кладбище. Перед глазами документы, его обращения во многие инстанции, города, области и даже другие республики, где убедительно просит отрыть мемориальные доски его матросам, помочь материально их родителям. И многое решилось. Не кто иной, а Кубынин поддерживал до последнего вздоха Валерия Зыбина и материально и психологически. Но вместо обнажения пороков всей системы Горшкова, человека, не любившего офицера, матроса, очень слабо заботившегося об их быте, вы, обрушились на Кубынина. Я много лет слежу в хорошем понимании этого слова за Сергеем Михайловичем. Мы общаемся. И не помню случая, чтоб он вел разговор о своей награде. Его забота обо всём экипаже. О себе лично он никого не просил и не просит. О нём ходатайствуют люди, авторитет которых можно отнести к безупречному. Главком флота Чернавин оказался для вас не авторитет… Но умные люди понимают, вы ступили на путь, который ни чести, ни славы не принесёт. А правда того трагического дня свою дорогу пробьёт. Поэтому советую вам убрать свой труд злопыхателей из сети и чем быстрее, тем больше хоть какой-то совести сохраните.

Честь имею,

Сергей Волошнюк.

Владимир Поликарпов В 1988 Ленок стоял в Дальзаводе, приписанный к 4 бр. Из 51 УОПП тот кто ходил на «гору», где водозапас в караул, особенно её хорошо было видно. Из окна кубрика будущих мотористов окна выходили прямо на кладбище и рубка С -178 была центром «украшения» этого легендарного, но печального места. Шёпотом передавали друг другу «подробности» 1981 года, особенно про церемонию прощания, и КамАЗы с двумя гробами на каждом. Прощание было в уопп. Несколько раз старшИны (это «которые не в милиции, а ст. 2 ст. кто помнит уопп улыбнётся, хотя сейчас не тот случай), — вон пацаны смотрите — видите кап 3 идёт? Это преподаватель в школе мичманов (на территории уопп и построение каждое утро было общее) — он с той самой «Эски», которая погибла в 1981…» Потом, когда осенью пришел на «железо», ставшее родным -Б-164, рассказов стало больше. Особенно механик был осведомлен. Но всё шёпотом. Ну это так вступление. Мой старшина моторной группы — мичман Анатолий Ермолаев, рассказал, что несколько лет прослужил на Ленке. Ушёл после пожара, когда там погибло прилично народу (8?) Филигранно точно не вспомню его рассказы. Про отвратительную организацию службы и тд, «Сбежал» в общем как он горько шутил по этому поводу. Потом в увольнении я познакомился с несколькими такими как я — срочниками, но водолазами с Ленка. Никогда не видел его с АРСами. В общем итог: в моем тогдашнем представлении эта чудо лодка больше была опасна для собственного экипажа. А про спасение ещё кого-то мне представлялось, что привлечь её можно, если только поставить задачу увеличить количество погибших …. Хотя в теории задумано всё было очень логично и грамотно. Что тут не так? Во-первых, она была уже старая, во-вторых всеобщий бардак был везде и на флоте естественно тоже. Свой, особенный, но… Поэтому согласен с тем человеком, который тут написал: гражданским тут не место или по крайней мере их мнение никого не интересует. Кто там не был, никогда и ничего понять не сможет.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.