Козлов А. Палочки для канапе или как происходят международные скандалы

Помощник командира на тральщике – второе лицо после командира. На небольшом корабле, коим и является тральщик, “капитан- лейтенант” чуть ли не самая ключевая фигура. Ведь здесь уже даже лейтенанты рвутся к ручкам телеграфов. Капитан-лейтенант Тюринов – помощник командира тральщика, выполнявшего боевую задачу в РРП (районе рыбного промысла) возле границ Марокко в Южной Атлантике, был вполне сформировавшимся “флотоводцем”. Командир тральщика смело ему доверял как управление судном, так и повседневную организацию.

Но однажды Тюринов подвел-таки командира, учинив чуть ли не международный скандал. Дело было так. Тральщик пришел на очередной  межпоходовый отдых в порт Гвинея. Событие происходило в конце восьмидесятых, тогда это было еще возможно.

Известное дело, командир отбыл в посольство по важным делам, возложив всю организацию досуга на помощника. Помощник, к слову сказать, был веселым человеком, что хоть и не редкое явление на флоте, но заслуживающее все-таки особого внимания. Веселые люди – это действительно генофонд флота. А еще Александр Тюринов любил “побакланить”. Это значит вкусно и сладко поесть. Эту слабость, как правило, поддерживали двое его приятелей: механик и штурман.

Именно они ему и подсказали “грандиозный план”: как можно раскрутить скуповатого баталера продовольственного мичмана Фрумкина на званый обед…      

Вызывает помощник к себе Фрумкина в каюту и озабоченно говорит:

—     Ну, Василий Петрович, влипли мы! Командира нет, и до завтрашнего дня не будет, а к нам французы в гости намылились. Завтра к 14 часам пожалуют.

—     Это те, что на 5 причале стоят? – спрашивает баталер. 

А надо заметить, что действительно на 5 причале, неподалеку от нашего тральщика стоял французский военный корабль, одного класса с нашим. Там же рядом с ним стоял и грузинский танкер “Леселидзе”.

— Да, да Петрович! – подтвердил Тюринов догадку продовольственника, и вновь озаботился. — Что делать будем? Положено фуршет по этикету проводить.

— Все сделаем как надо. Родину не опозорим! — с пафосом ответил Фрумкин.

—     Молодец! – поддержал его хитроватый помощник. — Для начала, Василий, нужно настрогать палочек для канапе. Знаешь, такие маленькие бутерброды подают на стол?

—     Разберемся! – деловито заявил Петрович.

План сработал. “Колеса мнимого фуршета” закрутились с огромной быстротой. Помощник уже сам не рад был, что затеял это безнадежное дело.

Только с палочками для канапе Фрумкин доставал Тюринова полдня. Первые были толщиной с фломастер, на них можно было буханки хлеба целиком накалывать. Только с десятого раза они приобрели презентабельный, “аля-фуршетский” вид.  Не ожидал Тюринов такой прыти и от вестовых кают-компании.
Узнав о событии “международного масштаба”, вестовые достали из загашников свои еще не тронутые, “демебовые” вещи и принялись их перекраивать в соответствии с наступающим моментом. Зайцев в этом случае просто бы отдыхал. Во флотской моде свои вековые традиции и секреты.

Но больше всего удивил помощника заведующий столом в кают-компании молодой групман лейтенант Ваня Молодцов. Поддавшись настроению общей эйфории, Ваня успел сбегать вечером этого же дня на танкер “Леселидзе” (в те времена еще отечественный) и взять там полный комплект красивой, дорогостоящей посуды для дипломатических приемов.

К 14 часам следующего дня стол в кают-компании ломился от яств. Здесь было все: начиная от красной икры и кончая пятизвездочным армянским коньяком!

Причем у помощника уже был заготовлен и ответ Фрумкину на предполагаемое возмущение несостоявшимся фактом международного контакта двух наций: отказались, мол, французы. Но не успели, вполне удовлетворенные организованным мероприятием, помощник, механик и штурман сесть со всеми остальными офицерами, собранными по этому случаю, за стол, как прибегает в кают-компанию перепуганный рассыльный по кораблю и дрожащим голосом докладывает:

—     Товарищ капитан-лейтенант! К борту прибыла французская делегация! …

Оба-на! Тут уже и сам помощник недоуменно переглянулся со своими заговорщиками: механиком и штурманом и как-то глупо заулыбался.

Выбежал перепуганный помощник на причал. А на причале, действительно, стоят какие-то два француза на велосипедах и просят показать дорогу    к своему французскому кораблю.  На ломаном английском объяснил им Тюринов как проехать к 5 причалу и даже красноречиво указал жестом куда им надо, и в каком направлении ехать. И, обрадованный столь необычному и весьма символичному совпадению, спокойно возвратился к праздничному столу.

Каково его было удивление, когда через час на корабль неожиданно заявился сам военный атташе Советского Союза в республике Гвинея Конакри! Причем военный атташе так торопился, что даже командира где-то оставил в посольстве. Оказалось, что прошел доклад ему от соответствующего штатного “агента” танкера “Леселидзе”, что помощник командира тральщика “собственноручно” выгнал с корабля французскую делегацию! А виной всему оказалась инициатива лейтенанта Вани Молодцова со взятием в “аренду” посуды для официальных приемов на танкере “Леселидзе”.

С этого момента тральщик находился под неусыпным оком соответствующих органов, а красноречивый жест помощника французским велосипедистам был воспринят как сигнал к предотвращению международного скандала!

Прокололись, что называется, на пустяке. А так все красиво было задумано! Помощника пожурили. Командира, понятное дело, наказали. Баталеру продовольственному командир объявил за высокую организацию фуршета благодарность. Продукты списали.

А для того, чтобы рационально использовать накопленный опыт “международных приемов” на следующий день военный атташе назначил на корабле настоящий прием французской делегации с рядом стоящего военного корабля. Пригодились-таки палочки для канапе, искусно выточенные накануне!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *