«Воскрес Суворов!» — Непобедимый фельдмаршал Империи из Новороссии. Кавказ (продолжение)

МИЛЬШИН Николай

https://rusvesna.su/news/1625682749

В 1826 г. герой Отечественной войны и Заграничного похода был послан новым императором на Кавказ, где началась война с Персией.

Хотя главнокомандующим Отдельным Кавказским корпусом оставался генерал от инфантерии Алексей Ермолов, но из-за подозрений в связях с декабристами «ангела-хранителя русских войск» (выражение принадлежит Денису Давыдову) командование в начавшихся военных действиях было возложено императором на Паскевича.

Портреты Николая I и И. Ф. Паскевича периода Кавказской кампании

Описание дальнейших событий лучше всего дать в изложении самого Ермолова (писавшего о себе в третьем лице), которого никак нельзя заподозрить в симпатии к Паскевичу:

«В царствование императора Николая 1-го по несогласию с Персиею в определении некоторой части границ без объявления войны наследник Персидской державы Аббас-мирза вторгся с войсками в пределы наши и овладел некоторыми из провинций.

Ермолов отправил против него присланного под главное его начальство генерал-адъютанта Паскевича. Авангард персидский был уже разбит совершенно, взято много пленных, командовавший им ближайший родственник Аббаса-мирзы убит, и город Елисаветполь в руках наших. Вскоре затем генерал-адъютант Паскевич встретил Аббас-мирзу.

Регулярные войска его атаковали стремительно, и опрокинутые столько же стремительно побежали; несколько баталионов сдалось, артиллерия до окончания сражения ушла.

Прибывший в Тифлис начальник Главного штаба его величества генерал-адъютант барон Дибич два месяца был свидетелем распоряжений Ермолова; прибыли сильные подкрепления, начались наступательные действия, и Ермолову объявлено повеление: сдав начальство главнокомандующему генерал-адъютанту Паскевичу, отправиться из края».

Аббас-мирза в военном мундире. Неизвестный персидский художник начала XIX века

Аббас-мирза с 30 000 двинулся на него, но, не смея атаковать сильную русскую позицию в лоб, обошел ее и стал между Красовским и Эчмиадзином, угрожая разгромом почти беззащитной, переполненной больными, русской базе.

Тогда Красовский двинулся 16 августа на персидскую армию, пробился сквозь нее с большими потерями и прикрыл Эчмиадзин. Мы лишились 24 офицеров и 1130 нижних чинов. Это самый большой урон за все войны с Персией. После этого поражения персы отказались от дальнейших попыток к наступлению.

«Взятие Эривани», худ. Франц Рубо

Устроив продовольственную часть, Паскевич приступил к решительным действиям. 19 сентября он взял сильно укрепленный Сердар Аббас, 23-го подступил к Эривани — и 1 октября овладел ею штурмом.

Сердар Аббас нельзя было обложить со всех сторон по условиям местности. Паскевич подверг крепость жестокой бомбардировке, после которой остатки гарнизона бежали. В крепости взято 14 орудий. Из гарнизона в 1500 человек до 650 перебито и 100 взято в плен.

В Эривани взято 48 орудий, 4 знамени и 3000 пленных, в том числе комендант Гассан-хан. Наш урон за всю осаду не свыше 100 человек.

За отличие на приступе 7-й карабинерный полк наименован Эриванским карабинерным, а Паскевич возведен в графское достоинство и награжден орденом Святого Георгия II степени.

Неизвестный художник по оригиналу В. И. Машкова (Мошкова) «Первое свидание графа И.Ф. Паскевича-Эриванского с наследником персидского престола Аббас-Мирзою в Дей-Каргане 7 ноября 1827 года», 1830-е

Взятие Эривани нанесло окончательный удар Персии. В октябре 1827 года русскому оружию покорилась вся северо-западная ее часть. 14 октября был взят Тавриз, и 21-го числа Персия запросила мира.

Мирные переговоры продолжались около четырех месяцев, и мир был подписан в Туркманчае 13 февраля 1828 года ровно в полночь, в момент, признанный персидским астрологом самым благоприятным для его прочности.

Медаль за взятие Эривани

Астролог не ошибся — с тех пор Россия и Персия больше не воевали. По Туркманчайскому миру Персия уступила нам ханства Нахичеванское и Эриванское и уплатила 20 миллионов рублей серебром контрибуции.

Паскевич настаивал на использовании персидской неурядицы — борьбы за шахский престол различных претендентов — и расчленения Персии. Он полагал включить часть персидских земель в число российских владений…

Однако Император Николай Павлович — блюститель порядка и хранитель заветов Священного союза во всех частях света — отказался от подобной «неблагородной» идеи воспользоваться затруднительным положением законного шаха Персии. Великая Екатерина поступила бы иначе».

Едва закончив одну войну на Кавказе, графу Эриванскому пришлось участвовать в новой — на этот раз с Турцией.

Паскевич, как последовательный сторонник наступательных действий, считал бессмысленным сдерживать своими ограниченными силами турок по всему периметру границ. Он предпочел нанести удар по главной крепости Карс, имевшей чрезвычайно важное значение для контроля над Кавказским регионом.

Астролог не ошибся — с тех пор Россия и Персия больше не воевали. По Туркманчайскому миру Персия уступила нам ханства Нахичеванское и Эриванское и уплатила 20 миллионов рублей серебром контрибуции.

Паскевич настаивал на использовании персидской неурядицы — борьбы за шахский престол различных претендентов — и расчленения Персии. Он полагал включить часть персидских земель в число российских владений…

Однако Император Николай Павлович — блюститель порядка и хранитель заветов Священного союза во всех частях света — отказался от подобной «неблагородной» идеи воспользоваться затруднительным положением законного шаха Персии. Великая Екатерина поступила бы иначе».

Едва закончив одну войну на Кавказе, графу Эриванскому пришлось участвовать в новой — на этот раз с Турцией.

Паскевич, как последовательный сторонник наступательных действий, считал бессмысленным сдерживать своими ограниченными силами турок по всему периметру границ. Он предпочел нанести удар по главной крепости Карс, имевшей чрезвычайно важное значение для контроля над Кавказским регионом.

«Штурм крепости Карс 23 июня 1828 года», худ. Я. Суходольский

Когда же турки, в надежде на свои сильные укрепления и большие запасы, отказались — после недолгой осады пошел на штурм и захватил крепость. При этом погибло более 2 тысяч османов, были захвачены 151 орудие, 33 знамени, в то время как Паскевич потерял всего 400 человек.

Граф И. Ф. Паскевич и принц Аббас-Мирза на подписании мирного договора в Туркманчае. В. Машков. Примерно 1828 год

9 августа 1828 г. Паскевич нанес поражение туркам у Ахалциха. Потери противника убитыми и ранеными составили около двух с половиной тысяч, в то время как русские — всего 81 убитый и 339 раненых. В последующем затем штурме крепости полегло более половины 9-тысячного турецкого гарнизона, и османская твердыня пала.

Дальнейшие полководческие действия Паскевича были одним сплошным триумфом.

Неизменно неся совсем небольшие потери (турецкие превышали их многократно), он овладел Ацхуром, Ардаганом, Поти, Баязетом.

«Штурм крепости Ахалцых 15 августа 1828 года», худ. Я. Судохольский

1829 г. стал годом славы Паскевича. В сражениях у Каинлы 19 июня и на следующий день под Милли Дюзе, как это уже стало привычным, турецкие потери более чем в пять раз превышали русские. 27 июня, в годовщину Полтавской победы, Паскевич взял Эрзерум (окруженный двойными крепостными стенами и имевший 62 башни), куда бежали остатки разбитой турецкой армии. Это знаменовало собой окончательную победу на Кавказе, который был теперь навсегда утрачен Портой.

Наместник императора на Кавказе 1827–1829, генерал от инфантерии, с 1829 г. — генерал-фельдмаршал

О том, насколько легендарным в народе стало имя Паскевича после побед над турками, свидетельствует письмо генерал-фельдмаршалу его друга и родственника Александра Грибоедова:

«Вот вам депеша Булгарина об вас, можете себе представить, как это меня радует:

„Граф Паскевич-Эриванский вознесся на высочайшую степень любви народной. Можно ныне смело сказать, что он, победив турок, победил и своих завистников. Общий голос в его пользу.

Генералитет высший, генерал-адъютанты, офицеры, дворянство, чиновники, литераторы, купцы, солдаты и простой народ повторяют хором одно и то же: “Молодец, хват Эриванский! Вот русский генерал! Это суворовские замашки! Воскрес Суворов! Дай ему армию, то верно взял бы Царьград!” и т. п.

Повсюду пьют за здоровье Эриванского: портреты его у всех. Я еще не помню, чтобы который-нибудь из русских генералов дожил до такой славы. Энтузиазм к нему простирается до невероятной степени“».

И жители Тифлиса долгое время с благодарностью вспоминали имя Паскевича, в честь него в городе была названа улица, а крупнейшая и красивейшая площадь города называлась площадью Паскевича-Эриванского.

Генерал-фельдмаршал вернулся на Кавказ уже наместником и при отсутствии серьезной внешней угрозы проводил против непокорных горцев операции локального характера. Надо отметить, что Паскевич был последовательным сторонником исключительно силового замирения Кавказа.

По его мнению, любые попытки действовать иными методами были бы расценены как проявление слабости и в итоге стоили бы большей крови, чем вовремя примененная сила.

Так, например, он приказал полностью сровнять с землей селение Старые Закаталы в ответ на вероломное уничтожение захваченных врасплох близ него во время рубки просеки 400 солдат.

Продолжение следует

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.