Беляев А. Клинкет

К 45-летию поднятия Военно-морского флага на авианесущем крейсере «Киев

Клинкет (от голл. klinket — заслонка ) — устройство, предназначенное для открытия, закрытия или регулирования потока воды в судовых и забортных системах.

Это случилось на завершающем этапе четвертой боевой службы ТАКР «Киев». 12 апреля 1980 года «Киев», «Адмирал Исаченков» и «Маршал Тимошенко» на полных ходах в строю кильватера форсировали Гибралтар. Атлантика встретила их тёплой, пригожей погодой: нежаркое весен­нее солнце в лёгкой дымке, полный штиль и водная океанская гладь, подобная зеркалу. После перестроения в походный порядок корабли лёгли на курс 330 градусов, имея ход в 12 узлов. Торопиться было некуда. Ближайшие задачи ждали североморцев только за 60-й параллелью.

Быть может для того, чтобы пощекотать нервы «супостату», флаг-штурман походного штаба капитан 3 ранга Савченко проложил маршрут отряда через Кадисский залив. В глубине залива располагалась военно-морская база НАТО – Рота. Все знали, недалеко от этого небольшого испанского городка базировались американские ПЛАРБ, сведённые в 16-ю эскадру ВМС США, а также эскадрилья самолётов базовой патрульной авиации ВМС США «Орион» (Р-3С).

Когда отряд был на подходе к траверзу Роты, ходовой пост крейсера хлестанул обескураживающий доклад ПЭЖ: «Во второй энер­гоотсек поступает забортная вода! Энергоотсек затап­ливает!» После секундной паузы корабль наполнили звонки аврала, после которых по всем линиям боевой трансляции прогремело: «Аварийная тревога! Ос­мотреться по отсекам! Аварийным партиям в энерго­отсек!»

Информация из ПЭЖ (пост энергетики и живучести — КП командира БЧ-5 — главного инженер-механика корабля) командиру, а от него по кораблю, была скудна и неопределённа. Но все без исключения поняли – произошло нечто неординарное. Связанное, быть может, если не с жизнью, то уж точно с боеспособностью крейсера! Энергоотсек — огромное помещение в корабельном чреве высотой с многоэтажный дом. Здесь установлены мощные турбо- и дизельгенераторы, дру­гие жизненно важные механизмы корабля, составляющие энергетический фундамент его боеспособности и живучести.

Время… Для кого-то оно потянулось мучительно медленно, а для кого-то понеслось подобно сверхзвуковому ракетоносцу!

…Шло поэтапное обследование аварийного и смежных отсеков. Постепенно прояснялось, — вода пробивается внутрь корабля через донный клинкет. Течь, поначалу едва заметная, вскоре стала напоминать бурлящий поток, заливающий палубу аварийного помещения. Судя по всему, причиной поступления воды было нарушение герметизации уплотнительных приспособлений клинкета.

То было огромное даже по меркам ТАКР устройство. Более метра в диаметре, оно располагалось в самом днище корабля и, соответственно, подвергалось большому давлению забортной воды. Даже оптимистам было ясно, если не при­нимать экстренных мер, затопление энергоотсека и выход из строя его оборудования станут трагической реальностью. Но корабельный маховик борьбы за живучесть набирал обороты.

В низах под руководством нового корабельного «деда» (корабельный сленг: командир БЧ-5) — капитана 2 ранга Синицы и молодого ещё, но упрямого и ухватистого в деле командира дивизиона живучести старшего лейтенанта Червоного самоотверженно действовал весь личный состав БЧ-5. На самом верху их действия отслеживались и направлялись командиром, ответственным на корабле ЗА ВСЁ. Координация и связь с внешним миром были за комбригом, так же ЗА ВСЁ ответственным на соединении…

Корабли сбросили ход до самого малого. На ТАКР под текущий клинкет начали заводку временных подпор. Это должно было уменьшить ток поступления воды и обеспечить начало работ по осушению отсека. Однако местоположение клинкета для использования этой аварийной арматуры было крайне неудобным. Быстро стало понятно, при их использовании надёжный с точки последующей эксплуатации результат невозможен. Альтернативный путь — цементная заглушка на клинкет. Однако без полного осушения отсека её ставить нельзя!

Пока руководители продумывали варианты устранения протечки, личный состав аварийных партий, действуя слаженно, без су­еты и паники, всё-таки установил на клинкет временные подпоры. И водотечность через клинкет заметно уменьшилась. Опасность заливания токоведущих частей сложнейших боевых механизмов отступила! Однако в понимании того, что этой полумерой ограничиваться нельзя, исподволь вызревал новый замысел: используя водолазов, чем-то законопатить со сто­роны днища корабля приёмную часть клинкета. Но для этого требовалась постановка крейсера на якорь.

…Наверно, Пыков и Скворцов подсознательно благодарили флаг-штурмана, настоявшего на том, чтобы маршрут отряда проходил ближе обычного к береговой черте Испании. Здесь, у Роты, уже на границе территориальных вод глубины и грунт были вполне подходящими для якорной стоянки. Спору нет, — вероятно, соображал в те обжигающие сознание минуты каждый из них, — мес­то это, строго охраняемое, находится в непосредственной близости от тер­риториальных вод Испании. Для советских кораблей оно, образно выражаясь, чрезвычайно кляузное. Можно нарваться на серьёзные неприятности международного масштаба…

Однако выбора не было, и решение командира после недолгих колебаний было утверждено комбригом.

«Киев» встал на якорь с ювелирной точностью. Так, что даже в самом неблагоприятном случае, если внезапно поднимется ветер, от его кормы до территориаль­ных вод останется не менее трех кабельтов. …Обеспечивая аварийные действия флагмана, «Исаченков» и «Тимошенко» кружили рядом, немного мористее, самыми малыми ходами. С них внимательно отслеживались манёвры чужих кораблей.  Испанский фрегат и подошедший ему на смену португальский сторожевик в явном недоумении пристопорили ходы до самых малых. Ждали — что будет дальше.

Легководолазы АСГ БЧ-6 ст.2ст. В.Мохов и матрос С.Попов

Минут через десять после постановки крейсера на якорь над отрядом прожужжал патрульный «Орион». Других признаков внимания со стороны НАТОвской базы не было. Похоже, военно-морское командование Роты не торопилось с выводами. Несомненно, у него были причины для беспокойства, но была и уверенность — Всё под контролем. Никуда не денутся, если что!

…Наконец, барказ с водолазами был спущен на воду и через минуту начались их погружения. Найти среди многих отверстий забортной арматуры днища крейсера аварийный клинкет большой трудности не составило. Это сделала уже первая пара водолазов.

Можно было начинать работу.

Для руководителей её условия выглядели, как минимум, непростыми. Клинкет был как бы утоплен в нише корпуса, и уходящий вовнутрь корабля ток воды мог засосать водолаза. А это серьёзный риск возможной гибели личного состава. Поэтому ещё до посадки в барказ подчинённым капитан-лейтенанта Данилова ( в то время командир группы БЧ-6, в которую входило подразделение легководолазов) об этом было объявлено открыто. Добровольцам предложили сделать шаг вперёд. И вперёд шагнуло всё подразделение!

Отобрали самых опытных и физически крепких моряков. После осмотра места протечки ими же был предложен и возможный способ устранения течи: законопатить клинкет матросскими постельными мат­расами.

Более десятка этих совершенно не аварийных принадлежностей вошло в ту своеобразную «чёрную дыру», прежде чем водотечность клинкета снизилась до уровня, позволяющего начать осушение энергоотсека. После этого уже в энергоотсеке начали ставить на клинкет бетонную заглушку.

Работа была сделана быстро и безупречно. Тяжёлое происшествие, мрачная тень которого задела «Киев» краем своего крыла, было предотвращено! Это был результат чётких, хладнокровных дей­ствий экипажа ТАКР. Прежде всего, моряков из состава аварийных партий, подразделения легководолазов БЧ-6, а также командования БЧ-5.

Пережить в эти тягостные часы всем, ко­нечно, пришлось немало. Когда под воду уходили два водо­лаза, с надеждой и тревогой за их работой следило полторы тысячи моряков и авиаторов, не считая экипажей кораблей охранения! «Адмирал Исаченков» и «Маршал Тимошенко» были оповещены о случившемся и находились в готовности прийти на помощь флагману в любую минуту. Однако дело было сделано, надёжность перехода через океан обеспечена, боеспособность ТАКР и отряда кораблей КСФ не пострадала. Ну, а пять часов на ликвидацию предпосылок к тяжёлому происшествию – потеря, можно считать, плёвая.

Последняя противолодочная акция отряда кораблей во главе с ТАКР «Киев»
на той боевой службе. От острова Ян-Майен до родной базы рукой подать!

…Адмирал Скворцов в горячке того события и по его не остывшим еще следам докладывать «наверх» ничего не стал. Он представил возможный переполох, скажем, на командном пункте Средиземноморс­кой

эскадры или ЦКП ВМФ (центральный командный пункт)! И, понимая, что его докла­д кроме эмоционального взрыва, выражаемого словами — «Киев» тонет!!!», ничего не вызовет, — всю полноту ответственности за последствия взял на себя.

Сделай он такой доклад, пе­реговоров с противоречащими одно другому указаниями «сверху», объяснений и уточнений разного рода хватило бы до постановки ТАКР на родную бочку в главной базе КСФ.

Фрагмент из книги «Краснознаменный «Киев». Хроники авианесущего крейсера»

Post scriptum

Бывший командир АСГ БЧ-6 ныне капитан 2 ранга в отставке В. Данилов
и бывший его подчиненный старшина 1 статьи запаса С. Попов с внуком

Вскоре после возвращения «Киева» из дальнего похода флотская газета «На страже Заполярья» опубликовала небольшую заметку следующего содержания:

Служат Родине матросы

Североморцам сегодняш­него поколения в полной мере присущи такие качес­тва, как мужество и самоотверженность. Это еще раз подтвердили недавние тренировки легководолазов.

Поступила вводная — «прорвало кингстон».

Быс­тро одеты гидрокостюмы, тщательно проверены аква­ланги. Один за другим скрываются в неспокойное море старшина 1 статьи Б. Романов, старшина 2 ста­тьи В. Вертилецкий, стар­ший матрос Г. Литвинов. Спустя некоторое время поступают их первые доклады. Теперь работу можно вести более целенаправленно.

Под воду уходит старшина 2 статьи Владимир Мохов. Для тех, кто обеспечивал безопасность погружения, казалось, что время идет слишком медленно: так дол­го не появлялся легководолаз. Но вот, наконец, он устало поднимается по трапу. Его тут же подхватывают за­ботливые руки товарищей.

—Нашёл «неисправность»,- приподняв маску, докладывает он.

Теперь наступает второй, не менее ответственный этап — завести и установить пластырь.

Под во­ду снова уходит Владимир Мохов и с ним матрос С. Попов. Они уверенно плы­вут к месту «аварии». Но одной пробки оказалось недостаточно. Немного от­дохнув, В. Мохов в С. По­пов вновь скрываются под водой.

Нелегко пришлось им на этот раз. Сильное точение вырывало пластырь из рук, мешал груз, но воины успешно справились с заданием.

—Действия старшины 2 статья В. Мохова и его товарищей можно с полным правом назвать мужественным, — сказал на подведении итогов коман­дир подразделения. Они действовала ре­шительно, грамотно, ини­циативно, сделав все воз­можное для быстрейшего и качественного выполнения поставленной задачи.

***

Простим автору заметки и эзопов язык, и значительные неточности в пересказе события: где это на самом деле было, в какой обстановке и т.д. Не будем исключать и варианта, когда товарищ корреспондент или его первоисточник «военную тайну хранить умеют, потому, что не знают».

Не в этом ведь суть. Главное в том, что самоотверженные действия моряков в том происшествии были достойно отмечены — почетными грамотами, краткосрочными отпусками с выездом на родину.

Ну а капитан-лейтенанту В. Данилову, в частности, были отпущены вольные и невольные прегрешения, испокон веков сопровождающие корабельную службу. В скором времени он получил карт-бланш на перевод к новому месту службы. Вроде бы даже с повышением и поближе к берегу.

3 комментария

Оставить комментарий
  1. Никита Трофимов

    А вот молодцы — и всё! Причём от старшего на борту до матросов и старшин! Вот из таких эпизодов и складывается служба.

  2. Вполне в духе Пыкова и Скворцова

  3. Да, они, наши военморы,такие! Большое уважение. И это, действительно, соль службы. Но и «Спасенье утопающих…»

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.