Кают-компания. Были и байки плавсостава. Супружеский долг и воинский долг — что важнее?

kloomba.com

Перед вечерним чаем в каюту старпома зашел замполит, или как его называли на корабле «большой зам»:

— Николай Михайлович. Хочу с тобой посоветоваться – начал он с порога.

— В чем проблема? – удивился старпом, застегивая перед большим зеркалом кремовую рубашку.

Он не привык, что замполит с ним советуется по каким-либо вопросам. Ну разве, что с командиром посоветуется, а с ним, таких случаев он не мог припомнить.

— Понимаешь вот эти рассказы Михалыча на вечернем чае – замполит нервно почесал голову – как бы тебе это правильно сказать. В общем, как мне кажется, разлагают молодых офицеров, неокрепших в психологическом смысле и морально неготовым к таким флотским откровениям. Вот отрастет за пару лет у них панцирь восприятия флотской действительности, тогда наверно можно. Понимаешь они как девочки перед первой любовью и хотят все попробовать и в то же время бояться еще.

— Зам ты прямо Цецерон какой. Я восхищен тобой. Ты скажи просто, что на некоторые сложные вопросы флотской службы, с точки зрения восприятия, ты не хочешь говорить и боишься их поднимать. Тебе, что лучше будет, если они об этом будут говорить без тебя в каютах, на боевых постах, на перекурах на баке. Так ты им на глазах хоть можешь высказать свою абсолютно правильную точку зрения. А когда нет они же такое еще нафантазируют.

Старпом незаметно усмехнулся уголками рта, воспользовавшись тем, что зам подошел к иллюминатору и что-то разглядывал на палубе.

— Я это понимаю, но в таком тоне рассказывать о годковщине с которой мы все принципиально боремся здесь каждый день, каждый час, каждую минуту — нельзя. Нельзя э то обсасывать, как это делает Михалыч.

Зам подошел к старпому и заглянул ему в глаза. Старпом сразу сделал серьезное выражение лица.

— Ты прав, как всегда зам, как право все политуправление эскадры проводя на кораблях линию партии и правительства СССР, но замалчивать такие моменты мы не можем, мне кажется. Пусть офицеры лучше поспорят между собой, собьют запал непонятливости, чем будут обсуждать это в каютах, когда нас с тобой не будет рядом.

Старпом вдруг нервно закурил сигарету, как это он делал всегда, когда нервничал. Дым видимо попал в глаза, и он сощурился.

— А может ты зам хочешь рассказывать свои поучительные истории офицерам или провести еще одну политинформацию о заботе партии и правительства о ВМФ и офицерах, когда они порой по полгода не видят берега и родных?

Зам отрицательно покачал головой, но все же добавил:

— Я дам команду заму БЧ-5 и комсоргу подготовить интересные темы и поднять их на вечернем чае, если тебя это устроит.

Старпом усмехнулся, видимо представляя, как это будет выглядеть.

— Главное, чтобы не получилась очередная политинформация по надоевшей всем теме.

— Ладно старпом. Пойдем чай пить – старпом хлопнул замполита по плечу и направился к двери.

Зам посмотрел на свое плечо, по которому хлопнул старпом, но ничего не сказал и пошел за старпомом.

Офицеры, обеспечивающей смены и не несколько человек не сошедших на берег, уже сидели за столом и ждали, когда вестовые начнут разносить кашу и чай. Шел неторопливый разговор на разных концах стола.

Старпом и замполит сели за свой стол. Вестовой тут же поставил им тарелки с кашей и стаканы с чаем.

Как всегда, общие внимание офицеров занимал капитан-лейтенант Михалыч. Он о чем-то горячо спорил с усатым капитан-лейтенантом из механиков.

— Товарищи офицеры, пожалуйста ведите себя тише за столом – попросил старпом.

Шум в кают-компании сразу стих и все обратили внимание на начавших вечерний моцион старпома и замполита.

— Надо вести себя скромнее и помнить, что вы не в хлеву товарищи офицеры, а офицеры передовой социалистической страны в центре корабельной культуры – добавил, замполит усмехаясь — вот объясните мне, как вас взять с визитом на прием за границей?

— А что мы куда-то идем? – спросил заинтересовано усатый, как запорожец, капитан-лейтенант

— А если и идем или к нам придут иностранцы, а вы здесь галдите, как стая ворон – сказал старпом.

Он-то знал, что пока корабль никуда с визитами не собирается.

— А жаль – вдруг сказал Михалыч – людей бы посмотрели, себя бы показали.

— Вас страшно показывать товарищи офицеры. Вы даже вилки и ложки не умеете держать, как это принято в приличном обществе — усмехнулся старпом.

— Мы, что дворяне какие или князья? — усмехнулся Михалыч – мы дети крестьян и рабочих и нам необязательно уметь падеграсы танцевать и тремя ложками, вилками и ножами есть.

— А вот вы не правы – покраснел замполит – мы тоже должны уметь на дипломатическом уровне делать все это не хуже их — этих князей. Так нас учит партия.

— Ладно тихо товарищи – перебил всех старпом – все, все. Брек – сказал он увидев, что Михалыч хочет чего-то ответить – наш уважаемый замполит проведет с вами всеми занятия и научит правильно пользоваться вилками, ложками, ножами и танцевать этот как вы сказали? – спросил он у Михалыча.

— Падеграс – усмехнулся он

– Да, да именно Падеграс. А сейчас Михалыч лучше расскажите какую-нибудь интересную и поучительную историю. Нам всем интересно вас послушать. Есть у вас сегодня, что-нибудб в загашнике?

— Есть конечно, всегда есть – опять усмехнулся Михалыч – если разрешите, то расскажу – сказал он и посмотрел на замполита.

Замполит увидев, что вся кают-компания на него смотрит, махнул рукой – мол рассказывай — и принялся за свою кашу.

Михалыч немного подумал, видимо раздумывая, как правильнее преподнести офицерам свой рассказ и начал:

— Это случилось на одном крейсере на Дальнем Востоке. В БЧ-5 там служил молодой лейтенант на должности заместителя командира дивизиона движения по политчасти. Хороший, коммуникабельный парень, замполит не мог на него нарадоваться. Матросы его уважали.

— Вы специально? В пику мне про офицера-политработника какую-то хотите похабель рассказать? – поднял голову замполит.

— Нет ну что вы? Это реальный случай, произошедший с офицером.

— Зам чего ты завелся – успокоил замполита старпом – слов из песни не выкинешь ведь. Ну политработник и что? У вас, что дерьма не бывает? Помнишь на крейсере замполит убил жену и ее любовника.

— Бывает, — покачал головой замполит — но не надо при всех рассказывать об этом – сказал он вроде примирительным тоном.

— Ладно. Пусть будет не политработник, а командир машинно-котельной группы – примирил всех Михалыч.

Капитан-лейтенант с пышными усами смеялся почти откровенно, слушая эту перепалку. Остальные офицеры тоже ухмылялись, но с опаской поглядывали на замполита.

Все понимали, что ссориться с партией не совсем хорошо. А здесь получалось на грани.

— Ладно, если не политработник, то рассказывайте – разрешил Михалычу замполит.

— Так вот этот пусть командир машинно-котельной группы сошел, после долгого сидения на корабле и сдачи положенных зачетов к жене – продолжил Михалыч – И все было бы хорошо, если бы он вовремя вернулся, в положенное время, на корабль. Корабль в море собирался на выход, а командира машинно-котельной группы нет. Ситуация сложная. Сами понимаете, что надо докладывать наверх командованию. До выхода оставалось некоторое время, и командир принял решение отправить к нему домой командира дивизиона движения и заместителя командира боевой части пять и выяснить, что случилось с офицером. Надо разобраться с ситуацией и купировать ее. Ведь неявка офицера на корабль с берега, тем более на выход в море — это ЧП.

— Надо доложить, если ты не можешь вовремя прибыть на корабль – вставил свои пять копеек замполит — все может быть, но командование должно знать обстановку.

— Не доложил этот офицер – продолжил Михалыч — и это было странным. Крейсер стоял на рейде в бухте Стрелок – напротив острова Путятинаи сообщение было с ним только катерами и баркасами.

— А ты откуда все это знаешь? – вдруг спросил старпом усмехаясь.

— Я же ТОВВМУ имени Макарова закончил. С тех краев я сам – сказал Михалыч – так вот дал, в честь такого события отправленным офицерам, командир свой катер. Сошли они в бухту Абрек на причал. Там ждал их УАЗик, заказанный у комбрига командиром. поехали в Тихас, где жили многие офицеры.

— Куда, куда – переспросил замполит.

Старпом только покачал головой, чтобы замполит не видел, выпив полстакана чая.

— Так на местном сленге называют поселок Тихоокеанский – Тихас — пояснил Михалыч — Приехали на улицу Усатого, где лейтенант получил квартиру.

— Как это лейтенант получил квартиру? Где это видано, чтобы лейтенанту дали квартиру – возмутился усатый капитан-лейтенант. Ну старлей понятно, а чтобы лейтенанту дали квартиру не помню.

Михалыч только покачал головой и тихо шепнул ему на ухо:

— Понимаешь он условно командир машинно-котельной группы, а на деле замполит дивизиона. А политработникам квартиры даются, сам знаешь в первую очередь.

— Извини вспомнил – покачал головой усатый капитан-лейтенант – тогда нормально. Правда ничего нормального нет, но нормально – усмехнулся он.

— Так вот приехали, поднялись на этаж и звонят в дверь квартиры и ее открывает дамочка такая здоровая с шестым размером бюста. И шо вам здесь надо – спросила она грубым голосом. Лейтенант Филимоненко здесь живет? – спросил командир дивизиона, косясь на ее полуоткрытые в разрезе халата формы. Здесь и что? – отвечает она, помахивая каким-то кухонным предметом перед носом офицеров. Он где сейчас? – спрашивает командир дивизиона. Дома он, а что? – отвечает она. Так мы в море выходим сегодня – говорит строгим тоном замполит БЧ-5 – он должен быть на корабле. Она презрительно окинула его взглядом. Внезапно за ее спиной они увидели фигуру лейтенанта в одних трусах. Филимоненко одевайтесь сейчас едем на корабль – крикнул командир дивизиона. Я ему соберусь – внезапно завелась дамочка, отчего ее груди почти совсем вылезли из разреза халатика – он целый месяц не был дома. Пусть теперь выполняет свой супружеский долг за пропущенные дни. Лейтенант сразу поник и спрятался в комнате.

— Ситуация — протянул замполит – а как же служба, присяга, воинский долг?

— А вот так – вдруг рассмеялся усатый капитан-лейтенант – супружеский долг оказывается тоже надо выполнять. И он не менее важный, чем воинский долг. А как же иначе?

— Вы мне тут офицеров не разлагайте – вскипел старпом – воинский долг важнее всех других.

— Видимо дамочка думала и понимала это иначе — встрял в разговор старпом

— Так вот эта дамочка – жена лейтенанта – продолжил Михалыч – сказала, что отобрала у своего мужа штаны и пока он не выполнит супружеский долг – пусть забудет о воинском долге. Но нам надо же на корабль. Мы в море выходим на боевую подготовку. А потом он придет и выполнит все, что надо – попытался договориться замполит БЧ-5. И потом он же вчерашнюю ночь был же с вами. — Вот и выполнил свой долг за одну ночь, а пропущенные дни как? – спросила усмехаясь дамочка, глядя на замполита – вы что ли за него будете выполнять супружеский долг? Замполит окинул ее и отказался, сказав, что у него есть своя жена. Лейтенант выглянул из комнаты и жалким голосом доложил, что рад бы немедленно отправиться на корабль, но жена отобрала штаны и не отдает.

— Ситуация нарочно не придумаешь – внезапно опять начал заводится замполит – и что дальше? Даже интересно стало. Представил, что так бы моя жена так же поступила? Да я бы ей такое сказал, что навек запомнила. Развелся бы к черту — лицо замполита покраснело.

— Любил он ее — рассмеялся капитан-лейтенант с усами — мы механики все такие. Служба трудная, а вот женщин и цветы мы любим.

Лица офицеров кают-компании были разгоряченными. Все смотрели в рот Михалычу, желая дослушать интересную историю до конца.

— Дальше было все просто. Замполит попытался войти в квартиру силой, мимо нее и видимо помочь своему лейтенанту и тут же получил по голове скалкой, которая была у дамочки в руке. Вон отсюда – закричала она и скажите своему командиру, что я терпеть ваши безобразия не желаю. Не пойдет он сегодня в море и все. И штаны ему не отдам. У вас там есть заместительство в конце концов.

Из комнаты опять за ее спиной выглянул лейтенант и только развел руки – мол что я могу сделать?

— Так и ударила замполита? — строго переспросил замполит – надо милицию вызывать и силой его на корабль забирать.

— Закрыла она дверь, только замки щелкнули перед носом офицеров. звонили они, звонили, так им никто больше не открыл. У дамочки свой интерес и свое понимание ситуации.

— Так это же чистое дезертирство командира машинно-котельной группы – покачал головой замполит – надо прокуратуру привлекать, судить надо.

— Дезертирство, это если трое суток прогулял по закону – усмехнулся Михалыч – а так на ее жилплощадь посягать не имеют права без решения прокуратуры. А корабль в море уходит. Вернулись они на корабль. Командир их выслушал, осмотрел боевую шишку, полученную замполитом БЧ-5 и сказал замполиту корабля и командиру БЧ-5 – если не прибудет через три дня, возбудить уголовное дело по факту дезертирства. Я за лейтенантом бегать не буду. Играйте приготовление. Дайте связь – доложу о лейтенанте комбригу.

— И доложил? – спросил замполит.

— Доложил.

— И как потом его наказали? Нерадивый офицер. Вот вам товарищи офицеры пример. Оказывается жену тоже надо воспитывать — замполит поучительно поднял указательный палец вверх.

— А как могут наказать политработника? – спросил с усмешкой Михалыч.

— Вы же сказали, что он не политработник, а командир машинно-котельной группы – вдруг возмутился замполит.

— Ах да. Извините. Забыл – засуетился притворно Михалыч – наказали выговором в приказе командира, но через два дня он прибыл на службу. Дезертирства не получилось, как не притягивали. Знал законы лейтенант хорошо

— И как он служил там дальше? – спросил строго старпом.

— Списали его на другой корабль, потом еще на один и в конце концов ушел служить в политотдел, вернее в техупр — рассмеялся Михалыч – извините перепутал и посмотрел с виноватым видом на замполита.

— Все на построение – скомандовал старпом.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *