Черкашин Н. Сватовство старпома или макароны по-флотски (байка)

«Сухой закон» он и в Африке сухой, но в Арктике, в гарнизонах Крайнего Севера сухость его невыносима. Шибко холодно, однако… Шутка сказать, ближайший винный магазин только в Мурманске, да и то, ничего не привезёшь, на КПП проверят и отберут, потом сделают вид, что выльют в раковину, а в сифон вмонтирована ёмкость. Тем не менее, старший помощник командира подводной лодки капитан-лейтенант Симбирцев, обессушенный, как таранька (обезводочный), провёз и привёз в Полярный целый ящик шампанского и ящик с бутылками «Столичной» Провез в «порядке исключения». И на то были особые основания – свадьба. Нет, не его, а подчинённого ему офицера – «штурманёнка» лейтенанта Мар-Мышкина, командира электронавигационной группы, а по старому – младшего штурмана.

В один прекрасный день полярной ночи, лейтенант Мар-Мышкин попросил у командира подводной лодки «добро» на свадьбу.

— А на «самуправство» сдал? – Поинтересовался командир.

— Так точно – сдал. – И показал зачётный лист на самостоятельное управление вверенным подразделением, а также сложной штурманской матчастью. Командир изучил документ внимательно, словно это было меню из дорогого ресторана. Наконец, изрек:

— «Добро» вам жениться, товарищ лейтенант! Кто невеста-то?

— Заведующая матросской библиотекой Шурочка.

Командир загадочно усмехнулся:

— Кто не знает Шурочку? Шуру знают все… Вы хорошо подумали?

— Так точно!

— С Шурочкой у вас большая «невязка» по возрасту. Она ведь лет на пять старше.

— На четыре года и два месяца.

— Вот! Настоящий штурманский ответ!.. – Командир ещё раз оглядел лейтенанта, как будто видел его впервые или прощался с ним навек. – И штурман-то из вас, чует моё сердце, выйдет неплохой, товарищ Мар-Мышкин. Жаль мне вас отдавать акулам, так сказать, житейского моря. Может, похолостякуешь ещё? Легка шинель холостяку…

— Товарищ командир, мы уже заявление в ЗАГС подали.

— Ну и что? Согласно советскому законодательству, я как командир корабля, как, впрочем, и любой капитан судна дальнего плавания, имею право оформить ваш брак, скрепив его корабельной печатью. Или расторгнуть его. Так что не спеши, подумай…

— Товарищ командир, тут «малый назад» уже не сыграешь. Тут только «полный вперед»… И поскольку «экипаж одна семья», приглашаю лично вас и всех офицеров нашей лодки на наше семейное, так сказать, торжество.

Командир сделал томительную паузу, обозначая глубокое раздумье.

— За исключением, конечно, тех — добавил лейтенант, — кто будет в этот день дежурным по кораблю и обеспечивающим команду.

Приглашение было принято. Офсостав оповещён. Энтузиазм старпома был столь велик, что он вызвался ехать в Мурманск за шампанским (ну не «шило» же молодым в бокал наливать?) и привёз-таки отличное игристое вино, а также «хлебное вино №16» (по старой классификации) марки «Столичная».

Стол накрыли в «Пельменной», снятой на «спецмероприятие». Старпом объявил форму одежды – «парадная с кортиком». Лодочный связист – командир БЧ-4 лейтенант Фёдоров самолично наладил музыку в стереоколонках. И тут, когда уже бутылки были расставлены между тарелок и салатниц, грянул форс-мажор! Нет, не «ветер-раз» и не «боевая тревога». Все было намного хуже: как говорили в старину – «невеста сбежала из-под венца», Шурочка в ЗАГС не пришла, а уехала вместе заезжим артистом флотского театра. Старпом предложил послать в портопункт – пока не ушёл рейсовый катер – группу захвата, и сам вызвался возглавить ее. В группу включил обоих минёров и на всякий случай доктора. Все готовы были немедленно приступить к операции «Невеста», но командир не благословил.

— Что же нам остаётся? – Возмущался старпом. – Пельмени — раскатать, мясо — в исходное, перед бараном — извиниться, а дым в трубу? Таких трудов стоило прорвать кордон с винными ящиками …

Нет, никто не хотел снимать бутылки со стола и расставлять их по ящикам. Страшно было подумать об этом! Да никто об этом и не думал.

— Свадьбу будем играть! – Распорядился командир.

— Оформим потом задним числом, что невеста сбежала из-за стола. – Предложил помощник.

— На пятый день свадьбы только свидетельство о браке спасло невесту от неразберихи. – Вздохнул почему-то механик. Все заулыбались, но единственный, кому было не до смеха – это опозоренный жених лейтенант Мар-Мышкин. Без слез не взглянешь. И у него в глазах тоже стояли слезы. И они вот-вот бы пролились, если бы доктор не успел сунуть ему в рот таблетку какого-то «апофигина», после чего Мар-Мышкин надолго упёр свой потухший взгляд в хрустальное блюдо с оливье. Лейтенант Федоров, он же ещё и начальник РТС – радиотехнической службы, включил магнитофон с песенкой на злобу дня:

Если к другому уходит невеста,

То неизвестно кому повезло…

Старпом, чтобы поднять настроение жениху, объявил о том, что он снимает с него все ранее наложенные взыскания. Однако и это благая весть не заставила его воспрянуть. В углу зала сиротливо ютилась большая коробка с общим подарком — кухонным комбайном «Мечта», а также комплект двуспального постельного белья «Дружба».

— Свадьбу числить! – ещё раз подтвердил командир своё решение к общей радости. – Прошу всех занять места за столом.

И уже ввинтились штопоры в пробки, и уже были сорваны язычки с укупорки «Столичной», когда старпом вдруг провозгласил — «минуту ждать!», и исчез за дверью пельменной. Капитан-лейтенант Симбирцев вышел на улицу и остановил первую встречную девушку.

— Девушка, только вы можете спасти наш экипаж!

Незнакомка широко раскрыла глаза.

— Что случилось?

— Вы не могли бы сыграть роль невесты?!

— Кино снимаете?

— Хуже. Тут такая массовка собралась… Жених есть, а невеста сбежала. Свадьбу не можем по-человечески сыграть. Одного шампанского целый ящик. А невесты нет!

Девушка сначала отказалась. Но старпом пустил вход все своё красноречие и все своё обаяние. И девушка согласилась.

— Хорошо. Но только без права на брачную ночь. А белое платье?

Напротив «Пельменной» стоял универмаг, девушка выбрала хоть и не свадебное, но подходящее к случаю белое платье. Старпом быстро рассчитался:

— Это вам в подарок! – Вручил он свёрток отважной спасительнице.

А затем состоялось явление невесты под восторженные аплодисменты всего свадебного застолья. Лейтенант Мар-Мышкин изумлённо хлопал глазами.

— Узнаешь свою невесту Катю? – Гипнотизерским голосом повторял старпом.

— Уз-узнаю невесту Катю. – Согласился, наконец, штурманёнок, рассмотрев, как следует девушку.

— Горько! – Скомандовал командир.

— Есть «горько!», — Привычно откликнулся лейтенант и приложился к губам «невесты». Поцелуй вышел медленный и вполне натуральный. И со всех концов стола полетели новые заявки на повторение действа… И молодые целовались, а гости пили, и пели (под гитару зама), и произносили проникновенные тосты. В общем, «экипаж одна семья», «на войне, как войне», а на свадьбе, как на свадьбе. Разве что без первой брачной ночи. А впрочем, кто знает: как оно было на самом деле? Старпом потом передал «новобрачным» ключ от своей квартиры и предоставил им возможность пожить в его апартаментах с видом на Екатерининскую гавань пару дней…

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ.

Свадьба с подставной невестой принесла лейтенанту Мар-Мышкину счастье. С лёгкой руки «свата»-старпома они прожил с Катей много-много лет. Да и сейчас ещё живут вместе, готовясь к золотому юбилею.