За тех, кто в море!

Литературные произведения военных моряков и членов их семей. Общественное межрегиональное движение военных моряков и членов их семей "Союз ветеранов боевых служб ВМФ"

Блытов В. После вахты. Китайский надлом


«Боинг-767» мягко коснулся покрытия взлетной полосы и побежал, сбрасывая скорость по ровной как стекло бетонке. Антон Ершов — ведущий менеджер московского холдинга «Металлургия Индастриз» глубоко вздохнул, и покосился на симпатичную стюардессу, прошедшую по проходу к выходу:
— Как она, каждый день летает. Здесь каждую посадку сердце так поджимает, что не знаешь, как скрыть волнение. А она вот тебе – летает, каждый день взлетает и садиться. А вообще – здравствуй Китай! Посадочная полоса ровненькая – не такая как у нас со стыками, где каждый стык всеми внутренностями чувствуешь, пока самолет пробегает по полосе.
Самолет включил все двигатели на реверс, и немного наклонившись вперед, резко сбросил скорость. В иллюминатор было видно, как впереди на рулежной дорожке самолет ожидает ярко раскрашенная машина обслуживания, на крыше которой светилось яркое табло на английском языке – «Следуйте за мной!», а на боку какие-то непонятные иероглифы. И подчиняясь указаниям машины, самолет уже сбросив посадочную скорость свернул с полосы на рулежную дорожку. Где-то стороны слышался далекий рев других самолетов, то ли взлетающих, то ли садившихся. А иллюминатор была видна вторая посадочная полоса, на которой взлетали другие ярко раскрашенные самолеты.
— Уважаемые пассажиры! Наш самолет произвел посадку в аэропорту Бейджинг Кэпитал Аэропорт – центральном аэропорту города Пекина. До полной остановки двигателей прошу всех пассажиров соблюдать порядок и оставаться на своих местах. К выходу вас пригласят – сделал объявление по трансляции старший стюард на русском, английском и китайском языках.
Тем не менее, пассажиры, абсолютно не подчиняясь указаниям стюарда, начали вставать в проходах, доставать из закрытых ящиков наверху свои вещи и одежду, создавая в проходах сумятицу и толчею. Антон поморщился – не любил он так спешить – уж лучше подождать, дождаться, пока тебя пригласят на выход. Да и куда так спешить?
Видимо, зараженный общей паникой, мужчина, по виду китаец, сидевший у самого иллюминатора, и не сказавший за весь полет ни одного слова, молча закрыл книгу, которую читал, положил ее в коричневый кожаный портфель и жестами стал показывать Антону, что пора вставать, даже несколько раз толкнул в плечо и привстав стал протискиваться на выход мимо сидящего Антона.
Антон пытался сказать, что самолет еще не занял своего места у терминала и надо сидеть, тем не менее, был вынужден уступить энергичным жестам и толчкам. Узкий проход не давал возможности сразу пропустить так спешившего мужчину, и пришлось попросить встать пожилую китаянку, сидевшую у самого центрального прохода, который был и так забит собирающимися на выход пассажирами.
Замолкли двигатели самолета. В окна иллюминатора было видно, как к самолету присосалась змея подвижного закрытого переходного терминала, соединившего самолет со зданием аэровокзала.
Мужчина, продолжал толкать в плечо Антона, требуя уступить ему проход. Было видно, как толпа пассажиров хлынула в узкий выход из самолета. Китаянка с Антоном вышли в проход, сразу создав пробку, чем вызвали неудовольствие пробивавшихся сзади к выходу пассажиров.
Наконец беспокойный пассажир выскочил в проход, больно ударив Антона по колену своим портфелем, и расталкивая руками всех шедших перед ним энергично двинулся на выход. Антон и китаянка переглянулись между собой и заулыбались:
— Он осень спесыт – с улыбкой, медленно подбирая слова по-русски, сказала китаянка.
— Ну, спешит – так спешит, значит ему, нельзя мешать – ответил, улыбаясь, Антон, и достал из верхнего багажного отделения ноутбук и небольшой кожаный портфель с личными вещами.
Из самолета они с китаянкой выходили практически последними, пропустив всех шедших перед ними. На выходе Антон попрощался с симпатичной стюардессой, пожелав, ей счастливого обратного полета и старшим стюардом, что-то сверявшим по своим бумагам.
В терминале их ожидали сотрудники аэропорта, которые сразу после их выхода перекрыли калитку дверей терминала.
Терминал привел их к общему досмотровому залу, где виднелись несколько проходов с надписями «таможенный досмотр» на английском и китайском языках.
— Совсем стали англичанами, а где надпись на русском языке? – пробрюзжал про себя Антон, вспомнив о надписях и объявлениях на китайском языке в аэропорту Домодедово.
Для граждан Китая был четыре прохода, для остальных граждан других стран два прохода.
Антон достал из внутреннего кармана пиджака свой паспорт гражданина России и вежливо пропустил пожилую китаянку в китайскую очередь, встал в очередь для не граждан Китая.
Когда подошла его очередь, он подал свой паспорт и приглашение. В окошке вежливая симпатичная девушка в униформе пограничного контроля и улыбающимися немного раскосыми глазами, внимательно посмотрела паспорт, перелистала несколько страниц, сверила фотографию с личностью Антона, проверила его какие-то данные по своему компьютеру, затем внимательно прочитала приглашение китайской компании и улыбнувшись, поставила печать и сказала по-русски:
— Все нормально Антон Сергеевич. Поздравляем вас с прибытием в Китай. Проходите в общий зал — там вас уже ждут!
Сразу за проходом стоял низенький столик, на который мужчина в специальной униформе видимо таможенника попросил Антона поставить все его вещи на стол.
Антон поставил ноутбук и портфель
— Сто вы висете с собой?
— Да так – это ноутбук, а это личные вещи – Антон потянулся, чтобы открыть портфель, но таможенник его остановил жестом:
— Не надо!
Боковым зрением Антон увидел, как несколько таможенников или пограничников вели под руки в
какую-то боковую комнату того мужчину с портфелем, который сидел в самолете рядом с Антоном, и так спешил на выход.
Один из них сзади нес его коричневый портфель.
— Наверно у него, что-то не в порядке с документами или ввозил что-то не положенное – подумал Антон, проходя в общий зал. Внезапно почувствовал, как кто-то берет его под руку.
Он повернулся, и увидел китайца в строгом темном костюме с красным в крапинку галстуком.
— Господин Ершов? – спросил тот, на чисто русском языке.
— Да Ершов Антон Сергеевич — удивился Антон такому чистому произношению китайца.
— Ван Цзиньчжоу – вежливо представился тот – Представитель фирмы «Далянь Индастриз ГМБХ». Встречаю Вас по поручению Президента компании. Давайте ваши вещи.
— Очень рад – ответил Антон и пожал протянутую ему руку – Но вещи не тяжелые я сам донесу.
— Нет, нет вы наш уважаемый гость – решительно сказал китаец и забрал из рук Антона ноутбук – сейчас мы идем в машину, сейчас мы с вами проедем в отель «Шангри-Ла».
Через открывающиеся двери они прошли на стоянку машин. Ван вышел немного с тротуара и жестом подозвал, большую, черную Тайоту, стоявшую на стоянке, которая сразу подъехала к ним.
Открыв перед Антоном дверь – он представил шофера:
— Ли Чжунтао – ваш шофер – представил шофера Ван-Цзиньчжоу — Он понимает и говорит по-русски. Мы его вам специально подобрали.
Когда они уселись в машине Ван впереди, а Антон на гостевом месте сзади. Ван повернувшись, в пол оборота назад сказал, глядя Антону в глаза:
— Номер люкс Антон Сергеевич в отеле «Шангри-Ла» вам забронирован, Вот вам ваш мобильный телефон, там есть мой номер и номер Ли Чжунтао и вы всегда сможете мне или ему позвонить. Наши имена написаны по-английски.
Ван протянул Антону новенький мобильный телефон марки «Сименс».
Антон поблагодарил Вана:
– Спасибо, постараюсь вас не беспокоить лишний раз.
— Ну что вы. Это наша обязанность – заулыбался Ван, показав маленькие и кривоватые зубки — Встреча с нашим Президентом компании будет завтра, после обеда в 14 часов. Поэтому сегодняшний день и завтрашнее утро вы отдыхаете, а мы вас обеспечиваем. Если вы не возражаете, то мы завтра можем съездить и посмотреть на Великую китайскую стену, посетить другие интересные для вас достопримечательности Пекина. Сегодня шофер Ли Чжунтао с машиной в вашем распоряжении и будет находиться у отеля.
— Спасибо, но сегодня я наверно буду отдыхать — ответил Антон.
Машина неслась по широкой автостраде, ведущей от аэропорта к городу. Хорошо, освещенная автострада, по которой неслись вполне современные европейские и японские автомобили, показывала современный европейский уровень, достигнутый китайским государством за относительно небольшой период. Машины неслись в несколько рядов. Все ряды были отлично освещены.
— Чубайса нет на вас – подумал Антон, вспомнив главу РАО ЕС России и улыбнулся — Если бы у нас все было так, а то отъедешь от Москвы и уже не проехать – грязь колдобины, хотя возможно у них подальше от Пекина тоже самое, а может даже и хуже.
Машин было много, но пробок не было видно. Никто не нарушал правила, не втискивался, не гудел.
На всех перекрестках стояли китайские полицейские в специальной форме с белыми нарукавниками и зорко следили за потоками машин.
— Ван, а откуда вы так хорошо говорите по-русски. Практически без акцента.
Ван повернулся к Антону, и улыбаясь сказал:
— Я вырос в Харбине вместе с русскими детьми и язык общения у нас был русский, потом закончил институт иностранных языков, по русской филологии. Немного работал в Москве в торговой миссии, где совершенствовал свой язык.
— Спасибо Ван понятно — сказал Антон, а сам подумал — Наверно кадровый разведчик, специализировавшийся по России.
Ван рассказывал о каких-то пролетавших мимо окон автомобиля достопримечательностях, сквозь легкую дрему Антон слышал:
— Там — запретный город Гугун, если проехать туда будет великая китайская стена, вот там центр и площадь Тяньаньмынь, здесь — гробницы императоров династии Мин, а там летний сад Июхань, ламаистский храм Юнхегун, вот здесь рынок Яболу, где вы можете встретить многих своих соотечественников, привозящих товары их Хабаровска и Владивостока. Русских в Пекине очень много.
Немного о китайском языке: Нимен хао или Ни хао – здравствуйте, Хао – ответное здравствуйте, Цзай дянь – до свидания, Хао цзилэ – очень хорошо, Цинн цзо – спасибо.
— Ни хао. Цзинь цзо – повторял Антон незнакомые слова и сам подумал, что китайский язык очень сложный для запоминания и освоения.
Мимо пролетали, то современные многоэтажные дома, то строения древней китайской архитектуры с удивительными китайскими крышами и многоярусными постройками. Вполне по-европейски одетые китайцы – в костюмах и современных платьях и юбках спешили по своим делам. На улицах, как и в любой азиатской стране было много велосипедистов – все тоже куда-то спешили.
Подремывая, Антон стал вспоминать инструктаж Генерального директора холдинга «Металлургия Индастриз» Владимира Моисеевича Ольшанского.
— Внимательно изучи, что они от нас хотят. Это их приглашение и оно было для нас внезапным. Видимо мы сможем с ними очень хорошо заработать. Фирма их мне непонятна, возможно, какая-то маска их технической разведки, но их Президента Джан Мина я хорошо знаю по Приморью. Тот еще лис. Скорее всего, ищут выходы на наши военные технологии. Сейчас это у них модно. И мы наверно это им дадим, но за хорошие деньги. Смотри Антон внимательнее и все запоминай, что говорят, где принимают, как принимают. Ты наш первый посол – с первого раза тебе ничего не скажут открыто. Видимо будут крутить вокруг и около, возможно постараются тебя завербовать – не стесняйся – соглашайся. Но ничего, пока не подписывай. Возможно, постараются тебя как-то дискредитировать – подбросят наркотики, подложат деваху. Не бойся. Это в их китайском стиле — потом в полиции предложат сотрудничество. Чего ждать от этих китайцев, каких восточных каверз я не знаю. Но что они будут я почти уверен, поэтому особо не обольщайся на их гостеприимность и улыбки. Они очень хотят встречаться на своем поле – возможно, что это правильно, но это и настораживает. Недаром встреча назначена не в Москве, а в Пекине. Будь нашими глазами и ушами в их логове. Я носом чую, что там будут хорошие деньги. Через тебя мы все узнаем более подробно. Записывать ничего не дадут, хотя попробовать можно — возьми на всякий случай с собой хороший диктофон и постарайся записывать открыто, если разрешат. Переводчика тебе специально не даю – пусть предоставляют своих – это тоже хорошо. Когда ты один – тебе больше доверия.
В это время машина остановилась у шикарного отеля с китайскими иероглифами и английскими надписями «Шангри-Ла».
— Ну, вот Антон Сергеевич мы и приехали. Мы постарались подобрать для вас не очень шикарный, но вполне приемлемый отель в европейском стиле, как любят ваши представители из России.
Антон вышел из машины и Ли почти силой взял у него из рук портфель и ноутбук. Антон и Ван вошли в двери отеля, где им улыбался услужливый швейцар. Сзади шел с вещами Ли.
Ван сразу направился к рецепшен. Сидевшая на высоком стуле симпатичная девушка с высокой и очень аккуратной прической, увидев Вана, сразу заулыбалась, и что-то приветливо сказала по-китайски. Ван ответил ей, и взял протянутую ему магнитную карточку.
— Это ключ от номера люкс, президентского номера люкс – проинформировал он Антона.
Номер состоял из четырех комнат – гостиной, двух спален, кабинета, ванны и туалета. Тяжелые шторы, закрывавшие окна видимо перекрывали любые звуки с улицы, и от этого Антона сразу потянуло в сон.
Антон потянулся, чисто по-мальчишески подошел к окну, раздвинул шторы за красивыми под красное дерево стеклопакетами, и увидел за окнами маленькую улочку, по которой тихо проезжали в одну сторону машины и сновали юркие велосипедисты. Где-то на углу чем-то торговал китаец в национальной одежде с длинной косой. И тут Антон почувствовал усталость от перелета, посмотрел на часы:
— Батюшки светы, поспать бы после такого перелета – 8 часов в воздухе – Он виновато посмотрел на Вана — У нас уже утро, а я еще не ложился. Ван — можно я все же буду вас так называть? Мне так легче, и проще.
Ван вышел из ванны, где проверял работу сантехники, отряхнув руки от воды, внимательно посмотрел на Антона, немного о чем-то подумал, а потом заулыбался
— Меня в детстве, ваши русские ребята из Харбина называли просто Ваней, и я на них совсем не обижался. Какие у нас планы? Вы хотите пообедать? К вашим услугам в отеле ресторан с удобной вам европейской кухней. Можно погулять по городу и затем поужинать.
— А поспать сейчас можно? Я очень устал от этого перелета, и хотелось бы просто отдохнуть, а потом я мог бы пойти погулять немного по району. Это возможно? – Антон рухнул в приятно принявшее его тело кожаное кресло.
— Вы, Антон приглашены на четыре дня, и в наших планах есть культурная программа – осмотр Пекина и поездка к морю на Далянские верфи. Поэтому сегодняшний день и вечер — ваши. Отдыхайте пока, как хотите. Ли в вашем распоряжении, он будет ждать ваших распоряжений рядом с отелем.
Ван подошел к двери, приоткрыл ее, а затем видимо на что-то решился добавил:
— Если вам нужна женщина или у вас есть другие пристрастия, то на столе альбом, где вы можете найти, то что интересует мужчину. В вашем телефоне есть номер мадам Аниты – она русская и вы будете обеспеченным на весь вечер и всю ночь. В баре, в этом шкафу есть русская водка, армянский коньяк, шотландское виски, французское вино и шампанское. В холодильнике есть закуски и овощи. Если что понадобиться – здесь кнопка вызова горничной. За все заплачено. Ваши командировочные деньги на расходы здесь лежат в этом кошельке на журнальном столике – Ван улыбнулся своими кривоватыми зубами, подошел к столу и положил пухлый кошелек на стол, и повернувшись направился к выходу. Уже в дверях он повернулся, как-то хитровато улыбнулся, помахал рукой и тихонько закрыл за собой дверь.
Антон огляделся – номер шикарный. На журнальном столике лежал и смотрел на него толстый кошелек, оставленный Ванном, немного в стороне лежал толстый журнал с фотографиями девочек. Ноги устали, казалось, что он не способен сделать больше ни шагу. Несколько минут он сидел в кресле, вытянув ноги. Потом открыл кошелек, посмотрел на китайские деньги.
— Юани! Интересные деньги. Надо бы предупредить Наташу и маму, что нормально долетел.
Звонить наверно дороговато – пошлю СМС – он положил кошелек в карман пиджака и достал из пристегнутого к ремню кожаного чехольчика свой мобильный телефон типа Нокиа. Открыв крышку, убедился, что зона покрытия работает нормально, и набрав СМС, отправил сообщение циркуляром маме и Наташе.
Через минуту телефон призывно дзинькнул, ответным СМС.
— Любим, целуем, ждем. Наташа и Павлик – с волнением прочитал Антон.
— Все-таки большое достижение — мобильная связь — подумал Антон радостно потянулся, и встав направился в большую спальную комнату. Там царил некий полумрак. Он подошел к шикарной двуспальной кровати, уголок одеяла, который был, слегка отогнут, как бы призывно, словно в ожидании его тела.
— Ну, ну в душ и спать минуток 300.
Сильное тело Антона наслаждалось струями воды, которые как бы массировали его уставшие за этот день тело. Вода била по голове, смывая остатки шампуня, и быстро сливалась в сливное отверстие.
— Наслаждение! Нет, очень жаль, что нельзя было взять Наташу и Павлика. Как бы им было интересно здесь.
Он растер свое посвежевшее тело пушистым полотенцем с нарисованными танцующими журавлями, и накинув яркий махровый халат, вышел в гостиную комнату.
У столика стояла девушка европейского типа, которая скромно опустила голову.
— Ни Хао! Вы кто? — спросил по-русски, обалдевший от внезапного явления, Антон и затем быстро повторил свой вопрос на английском языке.
— Хао! Меня зовут Ольга! – на чисто русском языке ответило явление — Меня прислала к вам мадам Анита. Вы долго не звонили и мы не знаем, когда вы нас вызовите. Русские всегда кого-то вызывают. А вы молчали. Но если вы хотите китаянку, то можете выбрать по каталогу, там даже есть прайс-лист на наши услуги.
— Я, Ольга, извините, ничего пока не заказывал – от волнения, заикаясь, ответил Антон, садясь в кресло – У меня не было в планах.
— Ну, так измените свои планы и закажите девушку. Все наши соотечественники это здесь делают. Это принято. Не обижайте нас, и дайте тоже немного заработать бедным русским девушкам – с улыбкой ответила Ольга.
— Симпатичная девушка – подумал Антон – И чего ей в России не сидится. Могла бы работать нормально, воспитывать детей, жить счастливо с мужем. А так, тут ублажает похоть разных мужчин.
Нехорошо как-то это. А где-то ее ждут наверно родители.
— Виски, водку, сигареты – спросила девушка, и как хозяйка направилась к бару.
Она вела себя, как хозяйка и Антон невольно подумал, что она здесь бывала уже неоднократно.
— Да, я не курю. А пить не хочется. Я спать хочу – доверчиво ответил Антон, запахивая полы халата, из под которого, выглядывали его несуразные для такого случая немного волосатые ноги.
Если честно, то ему было приятно пообщаться с соотечественницей и заодно узнать, что же привело сюда эту девушку.
Ольга это заметила, и заулыбалась. Быстро поставила на стол два бокала, бутылку открытого шотландского виски, тарелку с яблоками, которые сама ловко нарезала острым ножиком на дольки. Взяла со столика пачку сигарет, а из холодильника тарелочку с кусочками льда. После этого уселась напротив, аккуратно положив ногу на ногу — А я закурю с вашего разрешения – она подвинулся к себе пепельницу, достала, слегка размяла ее маленькими пальчиками с выделяющимся красным маникюром, и затем вставив ее в маленький и красивый ротик, очерченный красными ярко напомаженными губами, призывно посмотрела на Антона.
А затем наклонившись немного к нему, почти полностью обнажив свои небольшие грудки, вылезавшие наружу из узкой и широко открытой блузки. Бюстгальтера на ней не было.
Антона бросило в жар, он засуетился, схватил лежавшую на столе зажигалку и чиркнул перед ее лицом с маленьким прямым носиком. Ольга выдохнула дым прямо Антону в лицо, от чего он еще больше смутился.
На Антона изучающее, смотрели серые и очень внимательные глаза. Она откинулась в кресле, от чего маленькие, но довольно плотные грудки со слегка розовыми сосками исчезли в разрезе блузки, зато нога, откровенно закинутая на ногу и задранная повыше короткая юбка, призывали Антона заглянуть в пространство между ног.
Ольга затянулась, выпустила клубок дыма:
— Все клиент поплыл. Даю слово, что он уже не думает обо сне, а мечтает посмотреть, что у меня есть под юбкой – она потянулась как кошка немного вверх еще больше распахнув маленькую «калиточку» между ног для обзора того, что внутри.
Антон стыдливо отвел взгляд в сторону.
— Что скажешь Антон – спросила она, еще раз затягиваясь дымом, и затем красиво отставила руку с сигаретой немного в сторону – Вы будете смотреть каталог? Или мы проведем время с вами?
Она подвинула толстый журнал с фотографиями девочек поближе к Антону. Антон даже залюбовался ей:
— Умеет же преподнести себя. Наверно это целая наука в салоне мадам Аниты, как сильнее раздразнить мужчину.
Ольга поставила перед Антоном бокал с налитым виски, куда она бросила несколько льдинок:
— Антон? Ты принял решение и если ты не против, то я помогу тебе сегодня уснуть.
— Нет, Оля спасибо. Не надо. Дай мне, пожалуйста отдохнуть одному, а потом я подумаю и обязательно вызову тебя – ответил твердо Антон, отодвигая от себя бокал с виски.
— А может, тогда за встречу на чужой земле, на брудершафт и я пойду – ее глаза заискрились какой-то хитринкой, и она подняла свой бокал, ноги ее еще призывнее раздвинулись – Ну давай решайся, немного виски и …..
Она завела руку за голову, что-то сзади щелкнуло и собранные в пук светлые волосы, внезапно рассыпались по плечам.
Антон стыдливо отвел глаза, от ее ног и твердо сказал:
— Нет, Оля. Извини, но тебе придется уйти. Я хочу сильно спать. Давай в следующий раз.
Она немного отпила еще виски. Ее зрачки сузились, хитринка исчезла, и из кресла встав, она устало сказала:
— Ну, спать, так спать Антон. Если нужен мальчик, китаянка или брюнетка – каталог в твоем распоряжении. Моя визитка с телефоном у тебя на столе – она бросила визитку на стол, еще раз отпила уже стоя немного виски, и затем, погасив в пепельнице сигарету, быстро вышла из номера, красиво двигая в движении ногами.
— Красивая девчонка — с сожалением подумал Антон — И чего она здесь делает? Черт, побери! Неужели в России для нее не нашлось бы нормальной работы. Но я-то поплыл ведь при всех моих принципах!
Оторопелый от происшедшего Антон еще немного посидел в кресле, посмотрел, как небольшой дымок от затушенной сигареты поднимается к люстре, посмотрел на остатки ярко красной помады на бокале Ольги. Затем, быстро встав, закрыл входную дверь на несколько оборотов. Спать совсем, больше не хотелось.
Антон достал ноутбук, открыл его и включил. Ноутбук быстро запустился и уже через несколько секунд, на него с заставки смотрели Наташа с Павликом на руках. Радиоподключение к сети Вай-фай дало сигнал о наличии сигнала. Парольне надо было вводить.
— Новый бук – вспомнил Антон, как Павлик называет ноутбук и заулыбался – Старый бук для Павлика был большой настольный компьютер, на котором Наташа любила по вечерам играть в китайскую игру «Маджонк», а Павлик любил гонять на машине. Он еще обижался, что Антон не дает ему играть на «Новом буке».
— Антошик, привези эту «Маджонку» из Китая – будем с тобой играть по вечерам – просила его перед отъездом Наташа.
Антон отпил из своего бокала немного виски. Голова вдруг сразу потяжелела, работать на компьютере сразу расхотелось, и он закрыл ноутбук, нетвердыми шагами направился в спальню. Глаза смыкались. Через несколько секунд, он спал на кровати, даже не скинув халат. Антон упал прямо на одеяло, не сумев даже залезть под него и широко раскинув ноги в так и не снятых сланцах.
Сон окутал его полностью, и он не слышал, как закрытая на ключ дверь открылась, и несколько китайцев на цыпочках быстро вошли в номер. Один сразу включил ноутбук и стал копировать всю информацию на переносной жесткий диск. Второй, стал внимательно изучать, содержимое кожаного портфеля, а третий у дверей спальни следил за Антоном. Закончив свою работу, они также тихо удалились, подменив бутылку с виски на столе и забрав с собой бокалы, поставив на журнальный столик новые, в которые для вида плеснули из новой бутылки немного виски.
— Странно кто-то помыл бокалы – подумал Антон проснувшись и внимательно разглядывая бокал Ольги, на котором до его сна были явные следы помады, а сейчас они отсутствовали. В двери был вставлен ключ, и по идее никто не мог проникнуть в номер. Антон помылся, побрился, но раздумья не оставляли его.
— Куда девались следы ярко красной помады, ведь не испарились же? – думал Антон, подойдя к окну.
– Наверно все-таки кто-то был в номере, пока я спал. Плохо! Значит, с ноутбука все срисовали, и теперь внимательно где-то изучают.
Но скрывать вроде было нечего, и он быстро успокоился.
Раздался стук в дверь. Антон открыл дверь, за ним стояла в фиолетовом тесно облегающем платье Ольга. Платье так облегало ее фигурку, что даже невооруженным взглядом было видно, что под ним нет никаких трусиков.
Она призывно посмотрела на Антона:
— Ну, что выспался? Сходим в ресторанчик. Здесь есть при гостинице неплохой.
Антону не хотелось никуда идти, и надо было немного посчитать расходные статьи на Липецком комбинате – затратную часть:
— Но игра, есть игра. Заодно можно будет перекусить. Оль подожди, я сейчас переоденусь – Антон прошел в спальню, и скинув халат, стал натягивать трусы.
Внезапно он почувствовал, что его разглядывают. Он повернулся и увидел, что Ольга, стоя в дверях, бесцеремонно его разглядывает и быстро натянул трусы:
— А ты ничего спортивный парень. Хотелось бы в постели посмотреть, чего ты стоишь.
— Оля, выйди, пожалуйста – Антон попытался, взяв ее за плечо, вывести из спальни, но она вывернувшись под его рукой, внезапно прижалась своим телом к его телу и простонала:
— Не мучай меня. Давай перед рестораном полежим немного.
Жар обдал Антона, и он еле нашел в себе силы оттолкнуть ее:
— Иди в ресторан – занимай столик, а я скоро приду.
— Я подожду тебя здесь. Пойдем вместе – капризно ответила Ольга, закуривая сигарету.
— Нет, ты иди, а я оденусь, а то так будет не одеться. Жди меня внизу – Антон выпроводил ее за дверь, а сам бросился к пиджаку, в кармане которого, был мобильный телефон, оставленный ему Ваном. Он быстро нашел номер Ли и набрал его.
— Слусаю Антон – раздался спокойный голос Ли.
— Ли, как скоро ты можешь приехать за мной. Поедем по городу немного проедем.
— Я у выхода из отеля. Мосете выходить.
Антон быстро накинул на себя брюки и пиджак. На скорую руку ополоснул лицо и выскочил из номера. Сдавая ключ на рецепшен, он услышал по-английски:
— Если вам в ресторан, то это там.
Улыбающаяся китаянка со сверкающими в свете ламы, показала рукой куда по ее мнению должен был идти Антон. Но Антон направился к выходу из отеля. У входа в отель стояла машина Ли и он улыбающийся открывал заднюю дверь:
— Осень рад видеть вас. Садитесь.
Антон сел в машину и уже отъезжая он увидел в дверях гостиницы, стоявшую Ольгу у которой было какое-то злое лицо.
— Куда поедем Антон? – спросил Ли, поворачивая на перекрестке.
— Ну, в кафе поужинать наверно
— Так в гостинице есть и ресторан и кафе – удивился Ли.
— Мне хочется в городе с китайским колоритом.
— Тогда едем в старый город. Вы попробуете эксотитеские китайские блюда и наутитесь кусать палоцками.
— Хорошо Ли поехали.
Через некоторое время, Ли остановил машину, и они с Антоном направились пешком в сторону «экзотического» ресторана. Улочка была очень узкой, вдоль домов стояли различные столики, на которых лежали различные товары ручного промысла, начиная от простых и фигурных палочек для еды и заканчивая различными видами драконов и фигурок китайцев в национальных одеждах. Наконец они подошли к ресторану. Ресторан был красочно разукрашен – над его входом светилась огромная реклама в виде красного дракона извергающего периодически пламя.
— Это ресторан «Красный дракон». Сдесь мы будем кусать – проинформировал Антона Ли.
У входа в ресторан их встретил кланяющийся и улыбающийся китаец в красной шелковой китайской одежде с небольшой косичкой. Ли что-то сказал ему и тот пошел впереди, показывая место. В ресторане было довольно много европейцев, и слышалась английская и немецкая речь.
Китаец в национальной китайской одежде и с косичкой привел Антона и ли в небольшой кабинет, который отгораживался от остального зала небольшой ширмой из полосок бамбука, на которой был нарисован Красный дракон. Он что-то сказал Ли и исчез.
Антон и Ли сели в плетеные стулья.
— Сто хотите попробовать из китайской кухни?
— А что вы предложите экзотического? – развалился на стуле Антон, так чтобы был виден зал через небольшую щелку в ширме.
— И них есть лягушачьи лапки. Это осень вкусное писся. Есть шаренные скарпионы, аломатные глибы Сянгу в белом и классном соусе, есть клеветки по шаундуньски, есть клеветки по сычуаньски есть филменое блюдо «битва тигла с длаконом»» — все сделано по ресептам великого китайского кулинала Фу-Си. Каздое китайское блюдо должно обладать тлемя халактеристиками – цветом или видом — сэ, аломатом — сян, вкусом — вэй.
— Ли а что это за блюдо «битва тигра с драконом»?
— Ну это так коворят на самом деле это спесиальное мясо коблы – смеи и коски. Осень вкусно. Все с косурой лимона и укласеное лепестками хлисантемы.
— Ну ладно кошку не надо и кобру тоже. У нас не принято есть кошек, собак, лягушек и змей.
Боюсь что мой желудок не выдержит подобной пищи – понял высказывание Ли Антон.
— Кобла осень даже вкусно и коска и сопака тоже осень нешное мясо – обиделся за китайскую кухню Ли.
— Давай лучше попробуем креветки по сычуаньски и немного китайского вина. Есть же китайское вино?
— У нас есть рисовое вино, есть винократное вино, есть вино «Цюйцзю», «Джиаху».
— А ты сам какое предпочитаешь?
— Мне нелься я са лулем – отвертелся Ли.
— Ну, тогда давай креветки и вино Джиаху.
— Плавильно Джиаху очень длевний лецепт. Ему много тысяч лет – Ли нажал красную кнопку у края стола, и перед ним появился тот же китаец, что и привел их сюда.
Ли что-то говорил ему по-китайски, а тот в ответ кивал головой. Потом опять низко поклонился и скрылся за ширмой.
— Ли а почему он ничего не записывал, а только кивал головой?
— В этом лесторане принято все сапоминать. У него осень холосая память.
Через некоторое время девушка в национальной китайской одежде накрыла стол, поставив тарелки с пищей и какое-то сооружение с горящей внутри свечой. Возле Антона и Ли она положила рядом по две китайских палочки с искусно вырезанными сверху фигурками в виде красных драконов. Вино подали в большом глиняном кувшине и поставили на стол два бокала искустно вырезанных из черного дерева, на которых были хорошо видны вырезанные фигуры с красным драконом.
Антон даже взял в руки эти бокалы и внимательно стал разглядывать их на свет.
— Ли это искусство. Ты посмотри как красиво.
— Да, класиво и осень полезно.
— Ли а что это за сооружение со свечой.
— Это – Ли, уже взял в правую руку палочки начал, быстро есть ими рис – Ну это если нато ласогреть писсю. У нас сидят всегда толко и писся остывает инокта.
Антон обратил внимание на стенки на которых висели черно-белые гравюры с китайскими пейзажами, а откуда-то снизу лилась приятная китайская мелодия. Антон взял в руки палочки и попытался ухватить ими креветку, но ничего не получилось и креветка упала назад в тарелку. Ли громко засмеялся.
— Нато полцки телсать, вот так – и Ли помог Антону взять палочки в руки, как этого требует китайская наука.
Антон взял палочки и с большим напряжением отправил в рот мясо креветки.
— Вот плавильно.
Потихоньку у Антона стало получаться. Но ел он очень напряженно боясь уронить на пол что-либо из пищи.
Внезапно ширма раздвинулась, и к ним в кабинет протиснулся Ван.
— Добрый вечер Антон. Вы выспались? – он еще что-то сказал Ли, и тот быстро положил палочки на тарелку, где была груда недоеденной пищи и поклонившись Антону и Вану у выхода быстро вышел из кабинета.
— Куда это он?
Ван улыбнулся и вежливо разъяснил:
— Пошел проверять машину. Наша корпорация не всегда поощряет совместное питание простых шоферов с менеджерами высшего звена. Он позвонил мне где вы, и я решил разделить с вами сегодняшний ужин
Ван взял кувшин с вином понюхал его:
— «Джунси» – очень хорошее вино. Сделано по древним китайским рецептам. В Америке выпускают вино «Шато Джунси», но мне оно не понравилось. Нет китайского запаха шиповника.
Ван разлили вино по бокалам и чокнувшись они немного выпили.
— За ваш приезд в Китай.
В этот момент в кабинет вошел тот же китаец и что-то спросил у Вана. Тот ему ответил по-китайски. И низко кланяясь, китаец задом быстро вышел из кабинета. Через минуту девушка в национальной китайской одежде тихо забрала тарелку Ли и поставила перед Ванном шикарную тарелку, украшенную какими-то лепестками.
— Я заказал битву тигра с драконом – фирменное блюдо ресторана. Очень вкусно.
— Ван у нас не принято ест кошек, собак, змей и лягушек.
— Это предрассудки Антон. У нас есть своя традиция питания. Пища очень полезная для желудка и очень вкусная и мягкая. Наши кулинары в Москве испытывают известные трудности с приготовлением кошек. Ваши различные организации выступают против еды мяса кошек. И поэтому приходится мясо кошек называть мясом кроликов, хотя кошки гораздо вкуснее кроликов – и Ван громко засмеялся, показав опять свои очень белые, но слегка кривые зубы.
Они сидели в ресторане часов до трех. О деле Ван не сказал ни слова. Потом Ван расплатился за все и Ли отвез их в отель.
В комнате Антона, где ничего не изменилось, кроме разве того, что исчезли бокалы с виски и немного початая бутылка.
Ван попрощался с Антоном за руку, и перед уходом предупредил:
— Завтра с утра в 10 часов осмотр Великой китайской стены, обед в столовой «Далян Индастриз ГМБХ» и в 14 часов у вас встреча с Президентом нашей фирмы господином Джан Мином и ведущими специалистами нашей фирмы.
Антон сразу после его ухода закрыл на ключ дверь, и бросив пиджак и галстук в кожаное белое кресло, направился в ванну принимать душ.
Внезапно раздался тихий стук, а затем призывное царапание в дверь.
— Опять Ольга! – подумал Антон.
Открывать не хотелось, но стук повторился и Антон открыл дверь.
За дверью стояла невысокая брюнетка европейского типа в сильно обтягивающем темно-синем платье и темно синих туфлях на высоких каблуках, черные волосы в стиле Вамп охватывали ее маленькую головку, а веки сверкали темно синими блесками. Антон внимательно осмотрел ее, не понимая, что ей надо и только спросил:
— Вы не ошиблись номером, я собрался принимать душ и ложиться спать
Она бесцеремонно отодвинула его рукой и вошла в комнату.
— Какой, невежливый господин, даже даму не пригласит в комнату, и не предложит присесть, не угостит Шампанским или виски.
Антон, повернувшись обалдело, посмотрел на нее:
— Чего тебе надо. Уже наверно ночь началась?
— Детское время – махнула она рукой, и по хозяйски направилась к бару.
Достав бокалы и бутылку шотландского виски «белая лошадь» она разлила ее в два бокала и уселась в кресло, закинув ногу на ногу, так что у Антона, стоявшего в ступоре у двери даже взмокла спина:
— Ну что Антон давай тогда за знакомство! Или ты не по девочкам, а по мальчикам специалист. Так в коллекции мадам Аниты есть и мальчики. Меня зовут Роза!
— Слушай Роза, а где Ольга? Она же ко мне приходила утром.
— Зачем тебе Ольга, когда с тобой Роза! А это на лишнюю звездочку выше.
Антон подошел к столу, взял в руки бокал, и прошел немного в сторону оперевшись на комод, так что бы находится немного в стороне и не наблюдать разрез между ног Розы. Она тут же отреагировала на его маневр и подвинула кресло так, чтобы разрез был именно перед глазами Антона.
— Слушай Роза, я же задал вопрос, где сейчас Ольга? – Антон ждал ответа и крутил бокал в руках, наблюдая за переливами виски, чтобы не смотреть в сторону привлекательного разреза между ног Розы. А она как назло сняла ногу с ноги, раздвинула из по сильнее и потянулась в кресле, высоко подняла бокал:
— Так мы будем пить за дружбу, любовь или будем разговаривать об этой задаваке Ольге?
— Будем разговаривать об Ольге. Я хочу знать, где Ольга?
— Так как у нее ничего не получилось с VIP клиентом, проживающим в президентском номере мадам Анита завтра отправит ее в матросский бордель в Далянь. Пусть там ублажает прихоти матросов.
Антон почувствовал себя виноватым. Конечно, что Ольга, что Роза – проститутки на службе отеля, тем не менее, простые русские глаза Ольги как заставили почувствовать свою вину, за произошедшее с этой простой девушкой. Он вспомнил ее взгляд, когда радостно сидел в отъезжающей машине с Ли и ему стало стыдно.
— Знаешь, Роза ты умница, ты молодец, но я хочу попросить мадам Аниту вернуть мне Ольгу. Пусть будет Ольга.
У Розы перекосило лицо, и ноги ее сразу сдвинулись. Она поставила бокал с виски на столик:
— Ну, на русских мужиков не угодишь. То ему нравиться, то не нравиться. То сам сбегает от нее, теперь требует вернуть.
— Слушай Роза, а как ты сюда попала? Зачем тебе все это. Ведь в России у тебя наверняка есть родители, братья, сестры? – наконец спросил он то, что его мучило до сих пор.
Роза вытерла появившиеся на глазах слезы:
— Какой ты добрый здесь. А где вы нормальные мужики, там в России? Остались одни пьяницы и бездельники. У нас в Омской области в поселке Черниговка колхоз развалился, никто не хочет работать. С утра мужики ищут, что выпить, потом где поспать, а к вечеру начинают искать, где и с кем опохмелиться. Доярки пока не пропьют получку и весь скот — не успокоятся. Коровы стоят по нескольку дней — не доены и не кормлены, а они пьют. Председатель наш распродал все колхозное имущество и сбежал в Америку. А мужики по кирпичикам разбирают коровники, свинарники и продают кирпичи на дома приезжающим «хачикам». За бутылки водки продают. Я бы их сюда забрала маму и дочку Наталку, а то тоже там сопьется и скурвиться, если раньше не подсядет на наркоту. Ты видел нашу молодежь сельскую? Страшно смотреть на пропитые лица. А здесь все же жизнь надежнее, красивее. А там кому-то надо что государство разваливается. Кто получает в России деньги за водку, табак, пиво и наркоту на которую подсадили молодежь почти всей России? В Кремле и получают, так чего им с этим бороться? Любая нормальная девушка из деревни мечтает чтобы ее забрали оттуда в бордель. Другого нет.
Антон, стоял обалделый, от такой речи девушки. Конечно, во многом она права и он был с ней согласен на все 100. В России распродается сейчас все и вся. А уж кому надо, чтобы наркота, пиво, курево стали атрибутами постоянной жизни школьников начиная с младших классов? По его мнению, без ведома сверху, ничего бы не делается. А эта девальвация рубля, кризис в экономике и ежику понятно, что кто-то наверху хочет поскорее избавиться от стариков – пока еще носителей истинно русской культуры и обычаев, вогнать их в нищету и заставить забыть, те правила жизни, что бабушки передавали по наследству. Да и заселение городов и сел России – ареала расселения русского народа чуждым, нерусским, порой иноверческим исламским элементов – все это неспроста и хорошо продуманная акция. Не в рабочих руках дело. Вон сколько специалистов старших возрастов сидит без работы.
— Ну что сказать тебе Роза. Права ты на все сто. Я служил на авианосце «Брест» и хорошо помню, как его пытались угнать за рубеж со всеми секретами, высокие государственные люди. Как мы ночью выбрасывали эти секреты за борт, что бы, они не достались супостатам – Антон выпил виски и снова налил себе еще один бокал – Несколько человек тогда заплатили за это своими жизнями.
Антон смахнул слезу, вспомнив о тех временах, которые он по ночам гнал из своей памяти и снов.
— Давай помянем их – и он, подняв бокал, выпил его до дна.
Роза сидела, забившись в кресло, как маленький испуганный котенок, подобрав под себя ноги. Глаза ее от слез поплыли темно-синей и черной косметикой, носик захлюпал. Видимо речь Антона, да и собственные воспоминания проняли ее.
— Слушай, Роза, я хочу помочь Ольге. Я не хочу, чтобы она в матросском борделе ублажала различных ублюдков. Если получиться я помогу ей вернуться в Россию.
— Да брось ты Антон. Куда в Россию? А что она будет делать там в своем рыболовецком поселке на берегу Японского моря. Рыбу солить или коптить ее на радость браконьерам и отправлять в Японию? Нет уж здесь ей лучше. Она здесь все же чего-то зарабатывает и даже помогает родственникам там.
— Ладно Роза, тогда просто поговори с мадам Анитой, что я очень хочу чтобы ее вернули мне.
— Хороший ты парень Антон, но дурак! Говоришь «Брест» секреты спасали. Да ваши адмиралы вывезли все и такие баксы получили, что впору жить только в Майями, не обращая на эту страну. А сюда приехал сам продавать что-то. Иначе китайцы вокруг тебя так не вертелись бы?
— Это точно – подумал Антон – Теперь сам приехал продавать секреты, а когда-то вместе с капитан-лейтенантом Герасимовым с Вадимом Завгородним ночью бросали разбитую собственными руками секретную аппаратуру за борт, что бы прохиндеи, типа капитана 1 ранга Литовченко не увели ее в Южную Корею или США. А где теперь этот Литовченко? Адмирал уже в Рособоронэкспорте заседает каким-то крупным начальником. С Ольшанским дружит, вместе на отдых летают во Флориду, вместе на рыбалку летали на Аляску.
Антон развел руками, и обнял заплакавшую Розу:
— Ну, успокойся, успокойся. Не надо. Но поговори с мадам Анитой насчет Ольги. Не хочется, чтобы она в морские бордели – ведь пропадет девчонка! А тебе, кстати, ничего не будет за меня? У меня пойми правильно, любимая жена в Москве, сын Павлуха. А здесь? Я не могу так. Пойми.
Роза всхлипнула:
— Ты не можешь. А мы можем? Ты хотя бы о нас подумай. Вы что мужики, от тебя же и от твоей жены ничего же не убудет, если немного хоть тепла отдашь нам.
Антон смутился.
Роза продолжала:
— А что здесь? Здесь — мы во всех борделях Китая наши девчонки из Сибири, Дальнего Востока, Украины, Молдавии и кто нам здесь поможет, пока вы все нормальные мужики, баксы себе там зарабатываете на распродаже России? Вот и мы хотим заработать себе немного на свои квартирки в нормальных городах – все равно где и чтобы жить нормально могли мы и наши родители и дети. А как иначе?
Антон сконфузился, наклонился и поцеловал ее в щечку:
— Успокойся ты, приведи себя в порядок и скажи своей мадам Аните, что я вас с Ольгой двоих беру на ночь!
Роза с изумлением посмотрела на Антона:
— Это дорого очень.
Антон бросил кошелек, выданный ему Ваном, как бы на командировочные расходы:
— Здесь хватит на двоих? Или этого мало?
Роза схватила кошелек, достала деньги и быстро пересчитала
— Да здесь на несколько ночей хватит. Добрые китайцы к тебе! С чего бы это?
— Да так. Понравился наверно – улыбнулся Антон — давай приведи себя в порядок и иди за Ольгой?
— А ты с двумя справишься? – улыбнулась Роза, и направилась в ванную приводить себя в порядок.
Спустя полчаса Роза пришла к нему в номер вместе с Ольгой. Всю ночь девчонки жаловались ему на свою жизнь, рассказывали о своих проблемах, родителях, детях. И они вместе пили и виски и водку и коньяк. Целовались, девчонки плакали.
Антон рассказывал о Москве, своей жене, сыне, своей службе, своих товарищах. За ночь они выпили бутылку виски, бутылку водки и большую бутылку французского коньяку.
Что было потом, Антон не помнил.
Под утро Ван застал картину, что они трое лежали в одной постели. Фиолетовое платье Ольги валялось рядом темно-синим платьем Розы, нижним бельем девушек и брюками и трусами Антона.
— Антон вставай, — тряс Ван Антона за плечо — вы русские парни очень сильные. Я бы с двумя женщинами не выдержал бы. Мне одной на ночь хватает с избытком.
Девчонки тоже быстро вскочили и побежали приводить себя в порядок.
— Елки – палки уже десять часов – пробормотал Антон, глядя на часы.
— Придется тебе за два дня девушкам платить – съязвил Ван – у них расчетный час закончился в семь часов. Я тебе завтрак заказал в номер. Сейчас принесут.
Антон вышел и расплатился с уходившей Розой и Ольгой.
Ольга улыбнулась и как-то виновато сказала
— Нам сейчас снова на работу.
Обе поцеловали Антона в разные щеки и быстро убежали куда-то вниз по лестнице. Антон пошел мыться, и приводить себя в порядок.
В это время девушки из ресторана быстро накрыли столь на две персоны.
Позавтракав вместе с Ваном, и приведя себя в порядок, они спустились вниз. Антон взял с собой портфель, в котором лежала сувенирная бутылка «Русского стандарта», сделанная в виде Спасской башни Кремля со всеми зубчиками и даже ходящими во все четыре стороны курантами, которые при открытии бутылки отбивали время, предназначенная для Президента китайской фирмы.
Ли ожидал их у начищенной до блеска машины. С улыбкой он открыл заднюю дверь. Антон, поздоровавшись с ним за руку сел в машину.
Полдня Антон и Ван осматривали укрепления тысячелетней Великой Китайской стены. Ван с упоением рассказывал об истории стены, одном из чуде света, о том сколько строителей замуровано в ее стены, о том как доблестные китайские воины отражали набеги монгольских ханов.
Рассказывал Ван, широко размахивая руками, рассказывал, что длина стены составляет 2450 километров, а с крепостными сооружениями – составляет все 6500 километров. Ширина стены такая, что по ней вполне могут проехать в ряд шесть кавалеристов и пройти взвод пехоты.
Великий Мао Цзедун сказал, что тот кто из китайцев не побывал на Великой китайское стене — не настоящий китаец. Стена начала строиться при Императоре Цинь-Шихуанди, строительство стены продолжалось более двух с половиной тысяч лет.
Ван фотографировал Антона на фоне стены, рассказывал о ее истории, а Антон думал об истории простых русских девушек из глубинки, зарабатывающих себе на жизнь в Китае проституцией. Думал о причинах, вызвавших это – о Литовченко, «Бресте», Ольшанском, и настроение его портилось.
— Ван поехали что-нибудь купим для Павлика и Наташи, а то закрутимся еще.
— Ты не хочешь дослушать истории стены при императоре династии Хань ….
— Нет, очень хочу, но ты можешь это рассказать в дороге.
— Антон – русские молодая нация, они не придумали ничего ни пороха, ни шелка, не построили такой стены, поэтому тебе и неинтересно.
— Уважаемый Ван мне очень интересно, хотя ты неправ, по моему, по отношению к русскому народу. У нас тоже есть что посмотреть. Но это чисто риторический спор никуда не ведущий. А у нас осталось мало времени до встречи с вашим руководством. А мы должны еще пообедать ты говорил.
Ван с сожалением посмотрел на часы:
— Да наверно ты прав и нам пора. Кстати сегодня после встречи поедим на Далянские верфи. Посмотришь, как у нас развивается судостроение. Если мы будем работать вместе, то у нас будут очень большие успехи, и мы все заработаем много денег.
В стеклянном кабинете Президента фирмы «Далянь Индастриз ГМБХ» располагавшемся на 30 этаже 40-этажного небоскреба в центре Пекина за столом сидели четыре человека, в том числе Ван и Антон.
Когда все расселись в кожаные кресла вошел небольшого роста Президент фирмы Джан Мин. Все сидевшие за столом почтили его приход вставанием и широко заулыбались.
Джан Мин подошел к Антону, энергично пожал ему руку и сказал по-китайски длинную речь по-китайски.
Антон из всей речи понял только одно Ни хао – здравствуйте и вежливо наклонил голову!
Сидевший рядом Ван тут же перевел всю речь:
— Господин Джан Мин в вашем лице приветствует вашего Президента и его лучшего друга господина Владимира Ольшанского, и желает ему и его фирме процветания и многих лет жизни.
Антон тут же ответил, что Господин Ольшанский передает большой привет своему лучшему другу Джан Мину и желает процветания его фирме и многих лет жизни и передает господину Джан Мину скромный подарок. С этим словами Антон достал из портфеля коробку с сувенирной бутылкой в виде Спасской башни Московского Кремля.
Джан Мин взял коробку, внимательно посмотрел ее на свет, присвистнул, достал из коробки бутылку и аж громко сказал: — ООООООООО и что-то добавил по-китайски.
Ван сразу перевел:
— Господин Джан Мин никогда не видел таких бутылок в продаже.
— Бутылка сделана по специальному заказу господина Ольшанского на заводе «Кристалл». Часы постоянно показывают московское время. Я передам господину Ольшанскому, что подарок вам очень понравился.
Джан Мин опять что-то сказал по-китайски и сел во главе стола.
В этот момент заиграл гимн России и куранты на бутылке и часы пробили девять раз.
Джан Мин, а за ним и все присутствующие зааплодировали. Наконец куранты закончили бой и Джан Мин начал совещание. Антон тут же достал диктофон из портфеля, поставил его на стол и включил:
— Это запись для Господина Ольшанского, если я что-то не так пойму или перевод господина Ван Дзиньчжоу будет не совсем корректен, то господин Ольшанский сможет оценить оттенки и результаты беседы по этой записи.
Джан Мин поморщился после перевода Вана и что-то отрывисто ответил.
Ван заулыбался и перевел Антону:
— Вам будет предоставлен письменный вариант нашей беседы уже переведенный на русский язык. Поэтому уважаемый Господин Джан Мин просит вас выключить и убрать диктофон. Будет лучше, если вы отдадите его пока мне, а я потом верну его вам.
Антон развел руками и подвинул диктофон Вану. Тот тут же выключил его и убрал со стола. Джан Мин начал что-то говорить, обращаясь в основном к Антону. Ван быстро переводил:
— Уважаемый господин Ершов вы знаете, как развивается наша судостроительная промышленность. Какие мы прилагаем силы, чтобы занять первое место в судостроении. Недавно нашей фирмой заложен новый судостроительный завод в дельте реки Янцы – это будет самый крупный в мире. Мы сможем строить суда водоизмещением дот 500 тысяч тонн и более. Особое внимание наше правительство и коммунистическая партия обращают на строительство военно-морского флота. Мы должны и имеем все возможности противостоять агрессивным устремлениям США в зонах наших стратегических интересов. Строительство военных кораблей для Китая на верфях России для нас, если честно говорить — убыточно. За годы развала вы во многом растеряли свой производственный и научный потенциал и построенные для нас корабли уже во многом не отвечают современным военным требованиям. Не имея возможности изготовлять некоторые детали и механизмы для наших кораблей, вы снимаете уже изношенные со своих ремонтирующихся кораблей. Россия может потерять право и возможность считаться великой морской державой к нашему сожалению. Многие ваши корабли давно перешагнули свое двадцатилетие, а новые корабли почему-то вами не закладываются. Вы растеряли многие специальные кадры и производственные мощности судостроения. Мы к вам относимся с уважением и очень сожалеем.
С этими словами Джан Мин сделал вид, что действительно сожалеет, и наклонил голову в сторону Антона, выражая как бы крайнее сожаление.
— Лукавит, подумал Антон. С чего бы им так расстраиваться, когда у нас действительно флота уже почти нет?
— Украина продала нам ваш бывший авианосец «Дмитрий Донской» — продолжил свою речь Джан Мин – мы внимательно изучили его, нас заинтересовали его броневые наборы. Они отличаются большей прочностью по отношению к наборам поясной противоторпедной брони, установленной на купленных у вас авианосцах «Брест», «Азов» и «Смоленск». Мы знаем, что на «Дмитрии Донском» установлена ваша новая разработка — поясная противоторпедная броня. По нашим данным, если «Брест» и «Азов» могли выдержать до 5-6 попаданий торпедами, то «Дмитрий Донской» может выдержать до 11-15 попаданий. Нам известно, что эта броня была разработана в ЦКБ «Изумруд» и изготовлялась для поясных наборов кораблей на Уральском металлургическом комбинате. Корпусная броневая сталь, повышенной прочности. У вас она называется «Панцырь» или условно 10ХСРМ и имеет в своем составе никелевые и титановые сплавы. Вот процентная составляющая этих сплавов нам и неизвестна, как и точная химическая формула. Но никаких документов, к нашему сожалению, по этой броне, нам украинцы не передали, так как их уничтожил самостоятельно ночью в 1-ом отделе, какой-то инженер по фамилии Малинин, который занимался установкой этой брони на «Дмитрий Донской». Его судили в Николаеве, и вроде посадили в тюрьму, но признали ненормальным. Представляете себе даже выпустили на свободу. Нам уже стало известно, что его сразу же вывезли в США американцы. Необходимые нам технические документы безвозвратно пропали, инженер уже работает на промышленность США.
Джан Мин встал и прошелся по комнате и встав за спиной Антона продолжил:
— На строящихся для Китая эсминцах на верфях России, эта поясная броня сейчас почему-то не устанавливается, а ставиться менее прочная, имеющая название «Щит» и имеющая совсем другой менее прочный состав, несмотря на наши договора по этому вопросу. На правительственном уровне нам решить этот вопрос не удается – слишком сильное у вас американское лобби и очень трудно договариваться с вашими чиновниками. Мы вынуждены обратиться, к моему другу Владимиру Ольшанскому, с просьбой оказать нам содействие в получении секрета этой брони, и просим прислать нам необходимую документацию и конструкторов, которые занимались непосредственно изготовлением этой поясной брони. Там мы тоже дополнительно прилагаем в России усилия, что бы достать эти технические документы.
— Но, господин, Джан Мин – это же, военная тайна России. Так сказать российское Ноу Хау и оно стоит наверно больших денег – перебил президента Антон.
— Вот именно поэтому мы и обращаемся к господину Ольшанскому. Мы имеем образцы этой брони с «Дмитрия Донского». Мы ведем переговоры «Рособоронэкспортом» о продаже нам стоящего в развале в бухте «Русалка» вашего атомного ракетного крейсера «Адмирал Грейг», обладающий также подобным броневым поясом. Глава Рособоронэкспорта положительно оценивает эти переговоры и через год – два мы получим этот корабль. Наши специалисты просят пять лет для разгадки тайны брони. Это много. У нас нет такого времени. Одиннадцать атомных авианосцев США бороздят просторы океана и угрожают нам. Они навязывают миру свою идеологию, в том числе и в районах наших стратегических интересов Южно-Китайском море, Японии и Южной Корее. Это у наших границ. Мы разработали судостроительную программу Китая на ближайшие пять-десять лет, она утверждена высшими правительственными органами Китая. По этой программе мы должны до 2020 года построить более 10 атомных авианосцев, 10 атомных ракетных крейсеров, более 40 эскадренных миноносцев и больших противолодочных кораблей, а также до 80 больших, средних и малых десантных и штабных кораблей, более 20 многоцелевых атомных подводных лодок и около 10 подводных лодок с баллистическими ракетами. Нам бы хотелось иметь, на вооружении ВМФ Китая, так называемые у вас экранопланы. Сегодня нас сдерживает секрет вашей поясной брони. От этого зависит безопасность наших кораблей и Китая.
— Ничего себе аппетиты – подумал Антон – интересно, а Россия входит в район стратегических интересов Китая. Наверняка ведь входит. С таким количеством полезных ископаемых и минеральных ресурсов, таким производственно-техническим потенциалом не может не входить. Сейчас все горазды, тащить из России, все, что плохо лежит. А сколько прохиндеев в России готовы продавать все. Нам-то ничего не надо у нас нет теперь врагов – с горечью подумал он.
— Мы, безусловно, — продолжал Джан Мин — добудем секреты поясной противоторпедной брони русских. Но можем потерять на это лет пять. За это время американцы уйдут далеко, нам известно, что они работают, и нам придется их догонять. Малинин у них и другие русские инженеры. И потом кто гарантирует, что кто-то из ваших руководителей не продаст американцам эти секреты. Поэтому мы и хотим как можно быстрее решить вопрос с вашим шефом господином Ольшанском о решении нашей проблемы. Мне хотелось бы знать ваше мнение и мнение господина Ольшанского. Могу сразу сказать, что за решением этой проблемы стоят очень большие деньги. Господин Ольшанский имеет шанс значительно умножить свои богатства, да и вы не останетесь внакладе. Нам известно, что у вас есть семья – жена и сын и организовать свое дело вы наверно были бы не против. С нашей помощью это сделать будет легче. Мы можем вам в этом помочь.
Джан Мин сделал, видимо упор на словах «свое дело» и Ван также акцентировал эти два слова
— Покупают – подумал Антон – Но сейчас их, в принципе, мое мнение интересует слабо. Вот Ольшанский конечно заинтересуется этим предложением.
Джан Мин замолчал и приготовился слушать ответ Антона.
— Спасибо за откровенность – после некоторого раздумья, ответил Антон – Ваше предложение действительно, я думаю, заинтересует господина Ольшанского, нашу фирму и меня лично. Я дословно передам нашу конфиденциальную беседу Владимиру Моисеевичу. Благодарю господа вас за вашу откровенность. Но все что я услышал надо еще хорошо продумать.
— Ну что ж тогда наше совещание я считаю достигло своего результата и теперь вам господин Ершов Господин Ван Дзиньчжоу покажет наши верфи в Даляне. Покажет то, что мы уже достигли и к чему стремимся. Я думаю, что никаких протоколов переговоров мы вам давать не будем, дело слишком конфиденциальное и моему другу господину Ольшанскому вы все передадите на словах. Сами понимаете почему.
После этих слов Ван положил перед Антоном на стол его диктофон.
Джан Мин поклонился всем присутствующим и потом подошел к Антону посмотрел внимательно ему в глаза, энергично потряс ему руку и что-то сказал. Все присутствующие шумно выдохнули из себя воздух.
— Господин Джан Мин надеется на вас, и информирует, что в банке Гонкога на ваше имя будет завтра открыт счет на некоторую сумму, которая значительно увеличиться после решения всех наших проблем. Мы передадим вам карточку от этого счета. Но там будет пока только задаток. Остальное после секрета брони. Это господину Ольшанскому можете не рассказывать. И еще передайте господину Ольшанскому мой персональный подарок. Я знаю, что он собирает восточные виды оружия. В этой коробке мы для него подобрали различные виды старинного китайского оружия эпохи Мин.
Один из присутствующих китайцев положил на стол большую красивую коробку, украшенную иероглифами, которую сразу открыл. На синем шелке блестели богатой отделкой меч и несколько ножей и стилетов, сверкали бриллианты, украшающие ножны и рукоятки.
— Разрешение на вывоз оружия вам оформлено. Коробку вам передаст господин Ван перед посадкой в самолет.
Ван наклонил голову в знак того, что понял.
После этого Джан Мин еще раз поклонился и энергичным спортивным шагом вышел из помещения для заседаний. За ним вышли, сидевшие за столом китайцы. Антон посмотрел внимательно на Вана, тот улыбался. После этого Антон подошел к окну и удивился виду, который открывался перед ним:
— Как красиво Ван. Какой красивый город Пекин!
— Да, Антон – Пекин очень красивый город, но здесь много проблем. Смлишком много машин и скоро дышать будет совсем нечем. У нас много сейчас красивых современных городов, к примеру Шанхай. А Далянь – бывший ваш русский захолустный порт Дальний – вы его не узнаете. Давай собираться в дорогу, нам сегодня надо быть в вашем бывшем Дальнем. Заедем в гостиницу «Шангри-Ла», возьмем твой ноутбук, подарки и прочие вещи. Ночевать будем в Даляне. Сегодня и завтра посмотрим наши верфи, а сегодня, если успеем, посетим ваш бывший авианосец «Брест» — там сейчас интересный музей, казино и есть гостиница. Хочешь переночевать на бывшем советском корабле? Ты хоть раз был на военном корабле?
У Антона вдруг радостно забилось сердце:
— Обижаешь Ван, я три года служил срочную службу на Тихоокеанском флоте.
— Ну, тогда тебе это будет вдвойне интересно. Поехали.
И они быстрым шагом пошли к лифту. Кто-то видимо из людей Ванна, видимо убрал уже со стола подарочную коробку, пока они смотрели в окно.
Тихий коридор гостиницы навевал воспоминания минувшей ночи. Антон быстро собрал свои вещи, сбросил СМС жене и маме, что все нормально, и вышел в коридор. В коридоре он встретил куда-то спешившую Розу.
— Привет Антошик! Ты куда уезжаешь уже?
— Да вот нарезалась командировочка в Далянь. А ты куда?
— А я в шестой номер к господину Джеку Коннели – американцу. У меня работа. А Оля сейчас в двенадцатом номере на 3-м этаже у господина Томагава – японца. Работаем сам понимаешь, что нас кормит и дает нам возможность жить достойно. Ты уж извини я спешу. У нас нельзя опаздывать ни на минуту – и она подошла к номеру шесть тихо постучала маленьким кулачком.
Антон пошел на выход, постоянно оборачиваясь на нее.
Дверь шестого номера открылась и Роза о чем-то разговаривая с постояльцем умудрилась помахать Антону левой рукой.
— Пока, пока. Счастливо вам девочки! – пробормотал Антон, подтянул на плече ноутбук и побежал вниз к машине, где его уже ждали Ван и Ли.
Всю дорогу до Даляня, Антон проспал. Он развалился на заднем сидении и подло храпел всю дорогу, что даже бесстрастный Ван все время морщился. Бессонная ночь давала знать о себе.
— Антон приехали – пора вставать.
Машина стояла прямо на причале у громады авианосца, который бортом стоял у причала.
— «Дмитрий Донской» — прочитал название из больших бронзовых букв на его борту Антон.
— Это «Дмитрий Донской» — наш учебный авианосец. На нем постигают азы полетов наши пилоты. Пойдем, посмотришь. Он уже в стадии достройки.
Корабль блестел свежей покраской, блестела ярким блеском медь. Поручни трапа были, как новые.
На трапе молоденький офицер проверил у Вана документы, и сразу заулыбался. По все трапам, коридорам ходили люди или желтой униформе или в сине-белой военной форме. Они носились по своим делам, не обращая внимания на Антона и Вана.
Они поднялись на полетную палубу. Там стоял новенький, узнаваемый по неповторимым обводам штурмовик фирмы Сухово. Возле него столпились летчики, легко узнаваемые по своим голубым летным комбинезонам. Самолет-то был из последних образцов, которых пока даже нет в российских Вооруженных силах.
— Мы уже начнем полеты скоро и освоим ваши самолеты. Украинцы продали нам корабль с начинкой, и теперь мы по переданным нам документам изучаем ваши секреты.
— Вот черт, — подумал Антон – Мы-то зачем спасали тогда на «Бресте» секреты, если хохлы взяли и все отдали с секретами.
— Ваш премьер-министр сказал, что ему этот корабль не нужен – у России нет врагов и фактически подарил этот авианосец нам. Мы хотели купить еще «Александр Невский» более современный авианосец и атомный, но американцы подсуетились и авианосец был порезан в кратчайшее время, чтобы не достался нам. Я думаю, за всем этим стояли хорошие деньги. Недаром ваш премьер-министр сейчас один из самых богатых людей в мире. У нас если бы кто-то сделал такое, в ущерб обороне Китая, был бы немедленно расстрелян публично на площади и его казнь транслировалась бы по всем каналам. А у вас …..
Антон махнул рукой – мол, не надо продолжать.
Ван понял, что тема неприятна для Антона, и вежливо перешел к другой теме.
— Вы русские бываете очень сентиментальны. На своих верфях, где сегодня строятся супертанкеры мы построим пару десятков таких кораблей, как «Дмитрий Донской». Сейчас мы уже строим корабли охранения и готовим на вашем бывшем авианосце своих летчиков. Когда корабли будут готовы, мы сразу сможем выйти в море и решать боевые задачи. На севере родственная нам фирма строит уже по вашим проектам атомные подводные лодки противокорабельные и ударные с мощными крылатыми и баллистическими ракетами. Если бы не ваша помощь нам трудно было бы раскрутить маховик такой мощной кораблестроительной программы.
Потом они лазили по докам, смотрели строительство супертанкеров.
— Корпусная сталь поступает нам за бесценок с ваших металлургических заводов. Но теперь мы запускаем свои мощности, и скоро будем корабли строить сами.
Антон, обалдело, смотрел на такой размах строительства кораблей. Кое где, мелькали европейские лица, руководящие работой китайцев и даже слышалась русская речь.
— Это специалисты из Николаева, Калининграда, Комсомольска и Петербурга. Там все равно судостроительные мощности стоят, и им никто не будет у вас платить им такие деньги, как платим мы. Мы им помогаем выживать, а они помогают нам создавать китайский флот.
Устав от бесконечного лазания по кораблю Антон устал.
— Ну что устал – весело спросил Ван, видимо он был рад впечатлением произведенным на Антона – теперь на Брест. Переночуем в их гостинице и назад в Пекин.
— Ван только без девочек пожалуйста – попросил Антон – мне этого не надо.
Ван улыбнулся и ответил:
— Видел я как тебе этого не надо.
Антон протер глаза, когда над их машиной нависала громада родного корабля. По спансону полетной палубы, он узнал свой «Брест». Уже было относительно темно, и корабль был расцвечен огнями и освещен прожекторами, на палубе играла веселая музыка, а где-то там выводил знакомую по службе «Зарю» горнист. Антон, аж присел от неожиданности.
— Ну что пошли там лифт ходит или ты хочешь подняться по трапу? Бери ноутбук, и идем повеселимся. Сегодня здесь будет очень весело, и этот вечер мы тоже сможем взять русских девочек – Ван весело подмигнул Антону и заулыбался, показывая кривоватые зубы — на авианосце тоже есть девочки, ты можешь опять отдохнуть.
— Ван я на тебя обижусь – зло сказал Антон.
Антон стоял у трапа своего корабля на котором прослужил два с лишним гоода и молчал от встречи со своим родным кораблем.
— Пойдем Антон – ты чего стоишь? – тянул Антона за руку Ван к лифту – уговорил девочек не будет.
Огромные вырезы в корпус корабля были освещены прожекторами. Широкие трапы вели наверх к лифтам или трапам.
— Да так — смахнул слезу, выступившую вида корабля и мелодии «Зари», Антон.
Они с Ваном поднялись на полетную палубу через разрез в бывшем технологическом вырезе левого трапа, куда ранее выходил сотый коридор, откуда матросы и офицеры ночью бежали на плотике, пригнанном Кузьмой Гусаченко.
На верхней палубе шло веселье. В стороне на небольшой сцене играла веселая музыка, и целая толпа народа радостно танцевала под веселые мелодии.
— Здесь лежали тела Володи Исаева и мичмана Опанасенко, убитых той памятной ночью – вспоминал Антон, и потрогал рукой полетную палубу.
Ван недоуменно посмотрел на него
— Антон пойдем устроимся в гостинице, а потом посмотрим корабль. Чего ты там нашел – доллар?
— Да нет, просто так потрогал. Я же на «Бресте» служил срочную.
— Тогда понятно. Но вы русские очень сентиментальны, и это вас погубит. Нельзя так.
Они поднялись по бывшему командирскому трапу в салон флагмана. Здесь был свой рецепшен. Симпатичная белозубая китаянка в стилизованной морской форме, что-то долго объясняла Вану, тот видимо не соглашался и старался в чем-то убедить ее. Антон отошел в сторону. Внезапно открылась дверь и со стороны командирской каюты, вышел в российской морской форме с кортиком на боку настоящий российский адмирал. Золотые погоны сверкали при свете неоновых ламп.
Ван тоже остолбенел, и замолк на полуслове. А из кресла вскочил, видимо ожидавший адмирала китаец:
— Виктор Александрович – все готово. Место в ресторане для вас заказано.
За адмиралом вышли три человека в гражданских пиджаках, в одном из которых Антон вдруг узнал командира авиационной боевой части «Бреста» майора Архангельского.
Это было каким-то наваждением.
— Товарищ майор, старшина второй статьи Ершов с БЧ-4. Помните – представился ему Антон, широко улыбаясь – вот неожиданная встреча.
Архангельский внимательно посмотрел на Антона, и потом крепок пожал руку и обнял. Адмирал и сопровождавшие его люди с удивлением посмотрели на них.
Архангельский представил Антона контр-адмиралу:
— Товарищ командир – это старшина 2 статьи Ершов из БЧ-4. Это он с Герасимовым – ну помните я вам об этом рассказывал, как мы всем экипажем сидели арестованные в 100 коридоре.
Встреча земляков за рубежом всегда прекрасна, а уж сослуживцев тем более.
— Ну, здравствуй сынок — пожал руку Антону адмирал, и обняв его, прижал к груди – Я адмирал Хетагуров! Для меня все матросы с «Бреста», как родные дети.
Антон, удивился, услышав легендарное имя первого командира авианосца «Брест», которое было у всех на устах, и которого знали все служившие в разные годы на «Бресте».
— Антон Ершов – старшина 2 статьи – пробормотал Антон.
Немолодой, уже наверно под 70 лет, сквозь черные волосы пробивается значительная седина, но глаза по-молодому, сверкают искрами, рассматривал Антона.
— Познакомься Антон. Это Миша Молотков – главный старшина, а это наш бывший начхим Сергей Огнинский – капитан 2 ранга.
Антон пожал руку всем и представился.
— А мы тут мою каюту посмотрели Антон – продолжил адмирал — тужурку капитана 2 ранга Никифорова – последнего командира Бреста передали в дар их музею. Жаль что с ним так. Слышал, как он погиб.
— Никак нет, не слышал, а он погиб?
— Да сбила машина – поморщился Хетагуров – Я помню, как он лейтенантом – штурманом пришел на корабль в Севастополе. Первый экипаж весь прошел через мою каюту и помню каждого. Кстати и его жена Галя тоже умерла странной смертью.
Голос Хетагурова дрогнул, и он смахнул левой рукой слезу.
— Виктор Александрович моя служба безопасности все проверила. Там криминала нет точно. Есть странности, но они укладываются в общий фон – доложил, стоявший рядом невысокого роста, но плотный Миша Молотков. Вот Архангельский тоже занимался и ничего.
— Ладно, потом об этом поговорим. А это познакомься – наш хозяин — директор музея, уважаемый господин Лю Чжитун – он нас пригласил, принимает, и любезно разрешил мне переночевать в моей командирской каюте. А это дорогого стоит.
Молотков, Огнинский и Лю Джи-тун с уважением пожали Антону руку.
— Вот Михаил – командир показал рукой на Мишу Молоткова — президент крупного строительного холдинга в Москве организовал нам поездку, Саша Архангельский один из его замов по общественным делам.
И адмирал по детски, улыбнулся, похлопал Мишу Молоткова по плечу, от чего тот сразу засмущался.
— Да что я, товарищ командир. Сердце позвало сюда, а одному ехать не хочется – вот и предложил съездить всем.
— Начхим, тоже директор крупного торгового предприятия – считай генерал от бизнеса теперь. Так Сережа?
— Так точно товарищ командир. Только генеральских эполетов, мне не носить, слава Богу. Мы, попроще. Но на Брест съездить – это как в свою юность вернуться. Сам бы не надумал, если бы вы не пригласили.
Антон увидел, как в глазах командира снова сверкнула слеза:
— Теперь расскажи Антон какие ветра занесли сюда тебя?
Антон прокашлялся. Машинально он отметил, что Ван напрягся и слишком внимательно слушает их разговар:
— А я здесь по делам работы. Работаю в металлургическом холдинге в Москве. Вот с господином Ван Дзиньчжоу – он показал в сторону Вана — осматривали верфи их компании. У нас с их фирмой совместные планы. На Бресте я здесь случайно, заехали переночевать, но очень хорошо, что мы совпали с вами по времени. Мне очень приятно с вами познакомиться.
Командир и все по очереди пожали вежливо руку Вану, тот сразу заулыбался:
— Мы в ресторан поужинать – в бывшей кают-компании офицеров, а вы тут устраивайтесь, а вечером всех жду тебя в своей каюте. Посидим немного вместе – поговорим. Ван вы же отпустите Антона пообщаться со своими бывшими сослуживцами.
Ван радостно закивал в ответ:
– да конечно товарищ адмирал. Антон если тебе надо встретиться с бывшими сослуживцами это нормально.
Архангельский шепнул на ухо Антону:
— Антон подходи в бар – это где была каюта военного дирижера – помнишь? Пока командир будет ностальгировать, и вы устроитесь — у нас будет минут тридцать переброситься парой слов.
И Антон тихо пожал ему руку.
Им с Ваном досталась каюта на двоих на первой палубе, бывшая каюта авиаполка. Бросив вещи и ноутбук, и наскоро помыв руки и лицо, они направились на полетную палубу, откуда доносилась веселая музыка. Где-то в районе кормы весело отплясывали мужчины и женщины и доносился веселый смех. Из открытых подъемников ангара неслась музыка. Были видны игровые автоматы, вокруг которых толпилась масса людей. Ван потянул Антона в бар:
— Антон пойдем перекусим.
Антон ходил по кораблю, как пьяный. Ему захотелось побыть одному:
— Ты, иди Ван отдыхай сам. Встретимся здесь через час, зайдем поужинать в ресторан в ангаре. А я пока просто поброжу, сам понимаешь больше двух лет я отдал этому кораблю. Может снова своих сослуживцев встречу. Хочу один посмотреть корабль
— Хорошо Антон через час на этом месте. А почему ты не хочешь взять меня с собой к адмиралу? Мне очень понравились твои сослуживцы.
— Ну, понимаешь не совсем удобно, понимаешь Ван. Адмирал пригласил только меня – у нас будут свои разговоры — воспоминания.
— Ты Антон, помни о своих обязательствах перед господином Джан Мином
— Ван я помню хорошо, и все будет нормально.
Антон дружески пожал руку Вану и отправился по трапу наверх.
В ходовой рубке было удивительно тихо. Посетителей почти не было. Где-то сбоку в районе правого визира стоял, видимо гид в стилизованной матросской форме, который сразу оживился, увидев Антона. Но Антон не обратил на гида никакого внимания, его влекло к машинным телеграфам. Обдало чем-то далеко знакомым и давно забытым. Запах того «Бреста» не выветрился с ходовой рубки. Из четырех машинных телеграфов на своем месте был только один. Сверкали блеском площадки, из под открученных телеграфов, когда-то в бухте Русалки, Антоном для Никифорова, Муравьева и Герасимова.
Антон, потрогал рукой площадки, от них исходило некоторое тепло, как бы передаваемое давно замолкшими машинами. Слезы выступили на глазах у Антона:
— Черт побери, как волнительно попасть на свой корабль. Если бы вернуть телеграфы на свои места и вперед на выход в родную бухту Стрелок – пофантазировал немного Антон.
Он потрогал еще раз блестящие площадки из под машинных телеграфов, казалось, что они отдают теплом машинно-котельных отделений. Сейчас раздадутся по телеграфу доклады, звякнут привычным звоном машинные телеграфы и командирское кресло развернется и из него улыбнется своей незабываемой улыбкой командир авианосца Жженов и рявкнет затягиваясь папиросой, держа ее как-бы на выносе руки с широко отставленным мизинцем:
— Ну что Ершов на вахту прибыл – давай становись к пульту командира корабля и не спать мне на вахте.
— Здесь был пост управления кораблем – прервала мысли Антона фразой, сказанной по-английски молоденькая китаянка в матросской форме.
— Спасибо за информацию – поблагодарил ее по-английски вежливо Антон – Но я сам здесь все знаю. Я служил на этом авианосце.
Услышав его ответ, китаянка растаяла в легкой темноте правого борта. На своих местах было место рулевого, пульт командира корабля, пульты громкоговорящей связи.
Антон вышел на сигнальный мостик левого борта. На полетной палубе сверкали огни ночной подсветки. В свете фонарей сверкали силуэты, стоявших на палубе кораблей.
Вечером в каюте командира корабля собралась вся пятерка бывших брестцев. Стол командира, был накрыт изысканными для Китая закусками – мелко нарезанные колбаса, сыр, ветчина, открытые консервы, вырезка, нарезанная ломтиками красная рыба, на столе стояла литровая бутылка коньяка «Метакса», бутылка «Столичной» водки, аккуратно нарезанный черный хлеб.
— Все из России привезли, а то здесь накормят червяками, улитками или лягушками – пояснил командир – Начхим – разливай!
— Есть товарищ командир – улыбнувшись бодро ответил Сергей Огнинский и начал разливать по бокалам коньяк.
— Антон я понимаю, что у тебя здесь дело. Я слышал о твоем шефе Ольшанском и понимаю, что если ты здесь от имени его компании, значит китайцев что-то заинтересовало из нашего вооружения. Это так и говорить ты нам об этом не можешь?
Антон, опустив голову кивнул головой.
— Ладно, не будем о плохом. Будешь в Питере, милости прошу ко мне на Васильевский, третья линия 25 квартира 6. Но ответь на один вопрос. Ты был сегодня на «Герое поля Куликова»?
Видимо командир не хотел называть полное название корабля, а немного говорил иносказательно, понимая, что их скорее всего прослушивают, а возможно и просматривают.
Антон опять кивнул головой.
— Тогда по твоему визиту мне все понятно. Можешь ничего и не говорить. Поэтому никаких разговоров о деле. Будем просто пить и рассказывать об историях нашего «Бреста». Под тост каждый из вас рассказывает историю о «Бресте» и наших сослуживцах. А потом поднимаем за них свои бокалы. Ночь длинная, а спать все равно здесь не придется. Принято?
— Принято – дружно ответили все присутствующие.
Все дружно подняли свои рюмки.
— За Россию друзья, за флот и его возрождение и наши корабли. Пусть наш флот будет, хотя очень жаль, что не нам выводить корабли в море и восстанавливать его.

Самолет оторвался от взлетной полосы аэропорта Бейджинг Кэпитал Аэропорт. Позади в Китае остались Джан Мин, Ван, Ли, Роза, Ольга и сослуживцы с «Бреста», которые должны улететь только завтра. Впереди Москва, Наташа, Павлик и шеф Ольшанский.
Сколько всего на него нахлынуло сразу. Но на душе было не совсем хорошо. Слишком большой надлом произошел в ней после посещения «Бреста» и встречи с командиром и сослуживцами.
Антон сидел и смотрел в иллюминатор на убегающую куда-то вниз землю и думал:
— А за державу все же очень обидно, как в том фильме из далекого детства «Белое солнце пустыни» и вещие слова таможенника Верещагина.

1 Comment

Add a Comment
  1. Гатауллин Д.У.

    👍👍👍👋

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

За тех, кто в море © 2018 | Оставляя комментарий на сайте или используя форму обратной связи, вы соглашаетесь с правилами обработки персональных данных Frontier Theme