Плахов Н. Раки псковские

yandex.ru

Эпиграф

Сообщение от РИА «Новости» в интернете от 19.06.2021 г.: «COVID-19 приводит к потере серого вещества мозга, предупреждают британские специалисты. Это может быть причиной потери обоняния и вкуса, и прочих неврологических симптомов. Организм способен адаптироваться к изменениям, и симптомы пройдут, однако сама ткань мозга уже не восстановится. Исследователи использовали данные из британского хранилища медицинской и генетической информации UK Biobank. Они отобрали результаты обследований 394 человек, переболевших коронавирусом и делавших МРТ мозга как до болезни, так и после, и сравнили с результатами не переболевшей контрольной группы из 388 человек. Они выявили значительную потерю плотности и объема серого вещества в нескольких областях мозга — парагиппокампальной извилине, связанной с кодированием памяти, латеральной орбитофронтальной коре, участвующей в принятии решений, и островковой доле, играющей роль в образовании эмоций. «Наши результаты показывают потерю серого вещества в лимбических областях коры головного мозга, непосредственно связанных с первичной обонятельной и вкусовой системой», — пишут авторы работы. Более выраженные изменения наблюдались в левом полушарии».

Комментарий к эпиграфу

Считаю, что британские учёные, как всегда, совершенно правы! Уже практически 2 года вирус гуляет по стране. Очень жаль, что влияют на нас два обстоятельства: первое то, что «умная» часть вещества мозга серая! (Видимо, от недообразования!). Второе – COVID-19 приводит к потере серого вещества. Я переболел ковидом с 21.11 по 12.12.2020 г.  в лёгкой форме. Было существенное понижение запаха, скорее, его извращение, а вкус терялся слабо. Но осложнение после болезни оказалось серьёзным – я начал писа́ть, т.е. стал графоманом. Бритучёные выявили более выраженные изменения в левом полушарии, т.е. страдает логика. А мы, Русучёные, знаем, что ничто не исчезает бесследно – должна быть компенсация! (добиться её, конечно, сложно, а иногда и невозможно). Правое, «художественное», полушарие, начинает замещать левое и выполнять ведущую роль! Видимо на меня повлияло ещё одно обстоятельство – у серого цвета, как стало известно в последнее время, много оттенков! Вашему вниманию представляю результат «серого» осложнения. Не обессудьте!

Прелюдия

В кинокомедии  Леонида Гайдая «Иван Васильевич меняет профессию» по ходу сюжета подручный царя Ивана Грозного, дьяк Феофан, приглашает лжецаря Ивана IV и лжекнязя Милославского к обильно накрытому столу. Он артистично знакомит собравшихся на пир гостей с блюдами, ставшими для людей той поры обыденными, привычными:  икрой чёрной, икрой красной. Но также и редким лакомством — «икрой заморской, баклажанной» в виде драгоценного яства, порция которого показана в фильме размером со столовую ложку, что на зрителей производило неизгладимый эффект саркастического отношения к советской действительности.

Но была и ещё одна закуска, запавшая в душу зрителям – большое блюдо, с горкой нагруженное варёными раками. «Раки псковские», — вещал Феофан. Многих, в том числе и меня занимал вопрос: «Почему дьяк подчеркнул происхождение этих членистоногих, что в них такого и чем они отличаются от непско́вских?». Видимо, Михаил Булгаков знал этот секрет, раз ввёл такое название в сюжет. Может быть, псковские раки были элитой среди речных лобстеров, подаваемые только царю да представителям высшего света?

В начале 60-х годов прошлого столетия я с мальчишками ловил этих монстров, не псковских, в заповедной реке Ворскле. Вода в водоёмах ещё не была  отравлена химикатами и всякими отбросами квазицивилизации. Повальная химизация и «кукуризация» сельского хозяйства начались немного позже.

После окончания шестого класса я и почти все мои одноклассники во главе с увлечённым историей, любимым учителем, нашим классным руководителем, Виктором Николаевичем, ушли в поход по Белгородской области.

Отвлечение от темы: на второй день похода проходили мимо одного довольно большого села. Жарко, солнце печёт – решили сделать привал. Расположились на обочине. Рядом, на небольшом поле ребята деревенские играют в футбол. Взрослые в полях, трудодни зарабатывают. Увидев «городских» походников, сельские с ухмылкой предложили партию «плей-офф». А куда деваться, контакт! Мы, конечно, проиграли … Зато выиграли в отношениях – один из единичных зрителей, довольно пожилой хромой мужчина, привёл нас к колодцу, где мы ополоснулись, напились холодной ключевой воды и набрали её в запас. А потом он спросил: «Хотите посмотреть на результаты боёв?» Он оказался бойцом партизанского отряда, и в одном из боёв был ранен, вот и хромота. Конечно, мы согласились, несмотря на усталость. Ведь целью нашего похода было пройти по местам битв в Великую Отечественную войну, записать воспоминания жителей, собрать материал для школьного музея. Старожил повёл отряд пионеров в лес по узенькой тропинке. Углубившись в густую чащу, мы подошли к небольшой полянке. Девчонки взвизгнули, когда увидели на кустах скелеты, а на траве лежащие черепа. Зрелище было угнетающее. В сыром полумраке белели человеческие кости, стояла гробовая тишина … «Кто это? За что их так? Почему не захоронены?» —  раздавались вопросы. «За всё! Немцы это …, — ответил проводник, —  в засаду нашу попали».

Молча наши члены дружины вернулись в село. Виктор Николаевич за время нашего перехода собрал сельских старожилов и записывал их воспоминания.  Ближе к вечеру, отойдя от села на тройку километров, мы остановились на ночлег у края леса.

В походе мы пешком прошли от Белгорода до города Грайворон (это около ста километров) и далее до заповедника «Лес-на-Ворскле», у границы которого разбили лагерь на берегу реки. Красота, тишина и благодать! Недалеко от берега туристическая стоянка и пара-тройка лодок-фо́фанов на воде. Речка с кубышками и лилиями, тихая, тёплая, обрывистые берега с вековыми дубами, липами и соснами. Девочки в лодочке, мальцы на вёслах… Это настоящий отдых – и для тела, и для души! Какие Мальдивы, какие Канары, какой Кипр – и зачем? Разве что поглазеть!

Но каши и супы с консервами порядком надоели за предыдущие дни, хотелось чего-нибудь свежего, может быть и дичи. В попутных  магазинах изобилия не было, как и изобильного запаса денег у путешественников.

«Подножный корм, леди и джентльмены!» 

И мы приняли решение добывать его с помощью добытчиков. Мудрый учитель поставил задачу участия в добровольческом движении. Мальчишки загорелись, и были разбиты на две группы: одной предназначалось ловить рыбу с лодки удочками, а второй — добывать раков у обрывистых берегов. Я, попросившись (впервые же за раками!), вошёл во вторую группу.

Задача была простая: заходишь в воду, опускаешь «руку в реку» на полметра-метр и шаришь ею по «стенке» в поисках норки. Запускаешь в норку руку – «рак за руку грека цап!». А ты тащишь его (рака, то есть), принося в жертву чудовищу свои пальцы –  сильными клешнями раки часто прокусывали юную кожу до крови (несчастные родители — ведь инфекция, глисты, кровотечение…!). Главным было — не дрейфить, и как можно быстрее скинуть добычу в кошёлку. Зато вечером на костре в котелках готовилась уха, и отваривались раки.  Чистый воздух, чистая река, чистая почва и трава – можно бегать, кувыркаться, купаться и «всасывать» в свой организм солнечные лучи, поднимая иммунитет! Так вырастали школьники — стройные, мускулистые, умные и подвижные, смелые и умелые, а также строились и запускались ракеты, перекрывался Енисей, возникали города, ГЭСы и АЭСы, не было смельчаков на нас нападать и даже дышать в  нашу сторону изысканным перегаром!

 Это потом придумали для школьников ЕГЭ, ЗОЖ, тренды и бренды …

 «Вау!, он же с лодки упадёт – как её качает! Пусть лучше идёт на детскую площадку …».

«Ой-ой!, она-то, она! В лесу, да на траве – ужас! Там же клещи, комары, мухи, слепни, осы, … кузнечики запиликают, дятлы задолбают, сойки заклюют — уж лучше с ой-ой-фоном в тенёчке посидит …».

Кстати, природа, правда, стала агрессивнее, точнее её факторы. В первую очередь климатические и биологические. Активизировалась вулканическая деятельность, резко меняется погода, участились наводнения, цунами. Более разрушительными оказываются тайфуны, циклоны … Животный и растительный мир катастрофически теряет численность видового состава, но зато появляются монстры, а оставшиеся виды приобретают новые, прежде всего вредоносные, свойства.

А организм человеческий, наоборот, ослабел …

Не ответ ли это матушки-природы на неразумное поведение человека? Химизация, асептика, стерилизация, дезинфекция, дератизация и дезинсекция, фармацевтика, синтетика, наконец, вторжение в геном — генмодификация. А результат? Появление устойчивых вредных видов, обратный удар по геному человека, обрушение иммунитета. «Пластик» вместо натуральных продуктов питания! Отсюда и новые инфекции, онкология, аллергии, нарушения обмена веществ … и, конечно же, кошмар века – коронавирус! Уже и раков в природе не найдёшь – а где им жить, в мусоре? Что-то разошёлся я – желчь, наверное, давит, … а всё потому, что давно раков не ловил и не ел! А креветки и рыба из дружественных «водоёмов» и рисовых полей – Боже упаси!

Астаколог

Астакология – раздел зоологии, изучающий ракообразных, в частности, широкопалых раков (почему-то в интернете не нашёл понятия «астакология», скоро и про зоологию забудут). Но в природе ещё остались такие учёные – астакологи. С одним из них свела меня судьба, и сразу раки стали мне гораздо ближе.

Сначала интересный факт о территории. У моих сослуживцев Игоря и Юрия «фазенды» находились в Псковской области, в одной из деревень на речке Ситня. Живописное место! Как, впрочем, и вся область. В августе 1999-го года побывали у них с женой по приглашению. 90-е годы были лихие – сёла и деревни пустели, дома продавались за бесценок.

Перестройка косила людей нещадно, проходясь серпом не только по помидорам, но и по душам, которые либо бежали в города, либо прямиком летели на небо. Готовый дом с огородом и садом можно было довольно легко приобрести – были бы «мани»!  Сёла и деревни стали наполняться «дачниками», как их дразнили оставшиеся местные.

Это было похоже на обратный откат орудия при стрельбе. Одни, сельчане, заполняли города, часто не находя работу и создавая физическое и психическое урбанистическое напряжение в стране. А сугубо городским становилось нечем дышать, и они устремились «в поля». Садоводства, «раздаваемые» городским работникам, не всех удовлетворяли и были практически непригодными  для отдыха.

Отличие деревни от садоводства: Деревня, село – естественный порядок в удобном для жизни месте. Садоводство – искусственное упорядочивание естества в неудобном месте (часто в болоте), символ кладбища для живых (из собственного опыта).

После посещения деревни наших друзей потянуло «на природу»,  захотелось войти в число «дачников».

В 2001 г. произошло знакомство с замечательным человеком, старшим научным сотрудником Научно-исследовательского института робототехники и технической кибернетики Валерием Павловичем. Это было делом случая, т.е. «сверху». Но пояснить надо «снизу», по порядку.

Заводилой по части раководства был мой сослуживец и старший товарищ, Алексей Алексеевич. В период службы на подводной лодке начальником ея медицинской службы он отличился тем, что прооперировал сам себя по случаю острого аппендицита во время длительного похода. Тем самым предотвратил возвращение корабля в базу, т.е. срыв боевой службы, за что был награждён орденом «Красной Звезды». Этот увлекающийся, дотошный человек южного темперамента, родом из Донецка, загорелся идеей разведением раков.

 В период всеобщего дефицита его кипучий темперамент направил подчинённый разум на развёртывание бурной деятельности по открытию микрофермы по выращиванию раков в собственном огородике. Это стало бы экзотическим направлением развития садоводства. Времена были экономически суровые  – последствия дефолта, неизбежная инфляция и поиск дополнительных средств существования. Однажды ему попалась книга «Разведение раков» того самого Валерия Павловича – В.П., а дотошность и человеколюбие привели Алексея Алексеевича к самому автору. Сей «приво́д» завершился поездкой втроём на видавшей виды «пятёрке» тальятинских «Жигулей» А.А. в первомайские праздники.

Конечным пунктом оказалась живописная и оригинальная в своём роде деревня Глушь Яммской волости: едешь от Гдова к Пскову, проезжаешь городок Ямм, ещё 10 км вдоль леса и по правую сторону у дороги остановка рейсового автобуса «Гдов – Псков». Задумываешься: «А чё это в такой глуши, на краю леса остановка?». А табличка у остановки сообщает – «деревня Глушь». В.П. диктует А.А.: «У остановки сворачивай направо, на «песчанку». А.А. в недоумении: «А где дорога? Лес же!». «А ничё!». Вот диктатор! На самом деле – если всмотреться, то видны следы протекторов в сторону леса – поехали! C заднего сидения было интересно наблюдать за двумя исследователями: как у Пушкина «…лёд и пламень!». «Пламень» за рулём неумолкаемо что-то рассказывал, расспрашивал, выдавал своё мнение, а «Лёд» хмуро, но с энтузиазмом, посапывал справа от него.

Проехали всего метров 50 – 70, и за стеной перелеска открылся простор, застроенный сельскими домиками, домами и баньками. Холмистое, можно сказать, дюновое пространство, белый речной песок, сосны и берег живописного озера Берёзно, которое протокой соединялось с озером Орлово. Ещё метров 70 и выехали на самый береговой край – поместье астаколога с мировым именем! Участок оказался размером с три сотки, на котором стояла типовая сельская рубленая баня 5х3 метра, к западной, озёрной стороны которой В.П. пристроил комнатушку 2х3 м. Место моё было определено в ней. Хозяин со старшим товарищем-водилой разместились в основном жилище. Оно состояло из прихожей (она же и кухня с плиткой, малым холодильником «Саратов» и рукомойником) – 1,5х3 м и комнаткой с двумя панцирными кроватями, печкой, шкафом и столом со стульями – 3х3 м.

А позвал нас В.П. не просто на променад, а поработать – хотите разводить раков? – нужна не теория, а практика. Практиканты были обязаны, проинструктированы и вооружены лопатами и кирками для создания яслей, в которых должны помещаться икряные самки уникальных доледниковых сокровищ с целью выплода своего потомства и дальнейшего развития молоди престижных членистоногих.

С южной стороны «усадьбы» протекал ручеёк,  впадавший в озеро метрах в 10 от домика. В летнее время он пересыхал – вот его русло и надо было расширить, чтобы образовать затоку достаточной глубины. Она заполнялась водой из озера. Описывать кирочно-лопаточный процесс можно бесконечно, как и просмотр того, как люди работают. Главное, что дело за два дня было закончено. А В.П. тоже не терял время – он же специалист. Сев в лодку (здесь в каждом дворе они были, а то и по две), он прошёлся по водной глади, расставляя раколовки с поплавками. Раколовки были красивые, подаренные коллегами из Швеции. Первый день ушёл на их постановку, а на второй день ранним утром хозяин собрал улов и рассортировал добычу: самки с икрой в один таз – это в ясли, самцов и разных недорослей – в другой – это назад, в озеро, на волю. Несколько крупных экземпляров оставил для гостей.

Речные лобстеры 

Вспомните роман Александра Дюма «Десять лет спустя», особенно сюжет, когда тюремщик уговаривал Железную маску есть: «Вот, марнские раки, такие большие как омары!» Имелись ввиду обычные широкопалые раки. В теперешнее время при их улове широкопалые раки достигают до двадцати сантиметров в длину (а узкопалые – до 15 сантиметров) и являются наиболее мясистыми и массивными. Есть сведения, о том, что в прошлом при улове встречались широкопалые раки около 27 сантиметров и даже длинной 33 сантиметра. Это соответствует товарным размерам крупных морских ракообразных: норвежского и европейского лангуста и омара, которые поступают в продажу под названием лобстер. Давно большие по размерам, словно омары, широкопалые раки были доминирующим видом практически во всех водоемах Европы, а их более мелкие собратья ютились где-то по закуткам. Но, начиная с середины XIX века, когда начался бурный рост промышленности, а соответственно и загрязнение окружающей среды, более выносливые, стойкие и неприхотливые раки узкопалого вида начали потихоньку вытеснять широкопалых раков. Раки между собой скрещивались, гибриды вымирали и таким образом постепенно в водоемах остались преимущественно раки узкопалого вида. На сегодняшний день, раки широкопалого вида водятся только в чистых водоемах Балтики и в некоторых озерах Карелии.

Так что, правильно организованный бизнес по разведению раков может поспособствовать спасению такого редкого вида, который еще является ценным источником белка.

Ближе к вечеру В.П. решил провести экскурсию и ознакомить нас с деревней и её жителями. Прошлись вдоль берега – престижная «первая линия», у «прибоя». Выделялись два дома, они же были самыми большими в Глуши. Первым соседом оказался пожилой эстонец. Он поприветствовал нас, завязался разговор. Из беседы мы узнали, что русские есть захватчики, оккупанты, в том числе и его родных земель.

— Эстонию захватили, что ли? – так она на другом берегу Чудского озера, — возмутился А.А., — а это же Псковщина!

— Эстония и здесь была, я вот коренной житель – это земля наших предков! Остальные местные эстонцы давно разбежались. Приходиться к родственникам в Эстонию ездить теперь. Но уж очень редко …

— А эстонский-то знаешь? – спросил А.А., расслышав в его словах лёгкий акцент.

— Забывать начал, с кем говорить-то?

Видимо, Рюрик виноват — ведь земли эти были отданы его спутнику – Трувору. Слава «норманистам», отвели вину от славян! Вот пусть эстонцы и разбираются с «германоидами» (правда, эстонационалистам надо напомнить, что в конце первого тысячелетия нашей эры Эстонии не было, а земля чудская состояла во владениях Господина Великого Новгорода). Таллинна тоже не было – было укреплённое поселение на холме, т.е. Вышгороде, называвшееся Колывань в честь народного героя эстонского эпоса Калевипоэга. И жила здесь чудь со словенами новгородскими в мире и согласии, торговали на путях водных, богатели! А вот чего не поделили? Бог им судья! Ну и позвали Рюрика … А потом ливонцы, датчане, шведы, немцы, СССР …).

Далее, совсем близко к воде стоял, отличавшийся от всех остальных сельских построек довольно просторный дом под красной металлической крышей.

— Это достопримечательность деревни, — произнёс В.П. – имение госпожи Жанны Прохоренко, народной артистки театра и кино. Тут часто собирается мосфильмовский бомонд, известные артисты и режиссёры мелькают. Уж они-то знают о псковских раках не только из кино.

Далее деревню составляли небольшие рубленые избы и избушки, двумя шеренгами протянувшиеся вдоль единственной улочки. Особого впечатления они не производили, поэтому мы решили, что лучше  порыбачить на вечерней зорьке – душа А.А. рвалась на волю, он же удочки с собой взял, да и у В.П. они были.

Вышли в озеро. В.П. на вёслах совершил ознакомительный круг, подходя к протоке, соединявшей оба озера, но в неё не пошли – поздно. Остановились на середине Берёзно. Добычей стали несколько плотвичек, пара окуньков и, к радости будущего раковода Алексеича, им была поймана молодая щука 60-ти см. Щуку обернули крапивой, поместили в холодильник, а остальной улов в кастрюлю.

Уже после заката сели за стол, А.А. достал из холодильника запотевшую ёмкость, В.П. косо на неё посмотрел и отказался от пробы. Видимо, ему хватило одного её вида – он разговорился, вскочив на любимого конька, который унёс его в просторы астакологии. Начал свой экскурс с вопроса. На стене комнатки висела копия иллюстрации, как потом оказалось, из путеводителя по Псковщине издания 19 века. Картинка изображала какого-то лодочника, управлявшего дощанником, который был погружен в воду по самую кромку бортов. Мужичок еле помещался на корме, а вся лодка была нагружена горой чего-то непонятного происхождения.

— Можете сказать, что изображено на картине? – загадочно произнёс В.П.

— Крестьянин накосил сена и переправляет стог к своему двору, — родилось как-то одновременно в головах гостей.

— Почти все, кто тут бывал, так и говорят. На самом деле это гора раков …псковских, которых ловили в этих краях и поставляли в столицу, т.е. в СПб, в Москву, Псков и другие крупные города, а также заграницу. Вот так – возами. Богатый край был на этих «голубчиков»!

— Чем эти псковские отличаются от остальных? — спросил я.

В.П. отвечать не стал, подошёл к холодильнику, достал кастрюлю, открыл крышку и … Ба! Вот это невидаль! Большие, чёрные как смоль, с внушительными клешнями, они были уж точно в 1,5 раза, а то и поболе, крупнее привычных для нас речных экземпляров, продаваемых на рынках и в магазинах … иногда. «Да уж, голой рукой такого из норки и брать-то страшно – точно прокусит, … разве что только в перчатках» — подумал я, вспомнив свою встречу с их южными сородичами в детстве. Почуя неладное, арестанты, несмотря на закоченевшее в холодильнике состояние, начали проявлять активность и агрессивность, размахивая своим оружием. Но вскоре все они стали спокойными, красными и вкусными. Многие  агрессоры заканчивают свои  выступления таким образом.

Википедия

Широкопалый речной рак (лат.Astacus astacus) — вид десятиногих ракообразных из инфраотряда Astacidea. Распространён в пресных водоёмах на всей территории Европы. Естественная популяция резко сокращается в конце XIX и начале XX века, и в Европе почти полностью уничтожена чумой раков. Начиная со второй половины XX века, широкопалых раков вытесняет из естественных местообитаний другой вид пресноводных раков — завезённый из Нового Света и устойчивый к болезни американский сигнальный рак (Pacifastacus leniusculus). Длина тела широкопалого рака может достигать 25 см и более. Окраска варьирует в зависимости от местообитания от зеленовато-бурой до иссиня-коричневой. Тело состоит из двух основных отделов (тагм) — головогруди, или цефалоторакса, и брюшка (плеона, абдомена). Со спинной стороны головогрудь покрыта массивным карапаксом, несущим на переднем конце острый вырост — рострум. На поверхности карапакса имеется поперечный шейный шов и две продольные сердечно-жаберные бороздки. Боковые части карапакса — бранхиостегиты — отграничивают лежащую под карапаксом жаберную полость. К последнему сегменту брюшка крепится анальная лопасть — тельсон. По бокам от рострума располагается две пары чувствительных усиков — антенны I и антенны II— и пара фасеточных глаз на подвижных стебельках. Ротовой аппарат состоит из шести пар конечностей: мандибул(верхних челюстей), двух пар максилл (нижних челюстей) и трёх пар максиллипед (ногочелюстей). Переон (грудь), как и у других десятиногих раков, состоит из восьми сегментов и несёт восемь пар конечностей — три пары вошедших в состав ротового аппарата ногочелюстей и пять пар переопод (торакопод). Первая пара переопод (хелипеды) отличается большими размерами и несёт клешни, более крупные у самцов. Остальные четыре функционируют в качестве ходильных ног; первые две пары несут небольшие клешни, используемые для очистки тела и захвата пищи. От внешней стороны ногочелюстей и грудных ног в полость под карапаксом отходят преобразованные в ветвистые жабры эпиподиты. Плеон состоит из шести отчётливо различимых сегментов и анальной лопасти — тельсона. У самок этот отдел тела шире, чем у самцов. Конечности первого сегмента у самцов преобразованы в копулятивный орган, а у самок частично редуцированы. Следующие четыре несут плавательные конечности — плеоподы (у самцов и конечности второго сегмента видоизменены). На последнем сегменте расположены уроподы и тельсон, образуя похожий на раскрытый веер хвостовой плавник. Желудок состоит из двух отделов: кардиального и пилорического. В первом пища перемалывается обызвествлёнными хитиновыми зубцами, а во втором дифференцируется с помощью сложного фильтрующего аппарата. При этом слишком крупные пищевые частицы исключаются из пищеварения, а прошедшие через фильтр поступают в пищеварительную железу — сложную систему выростов средней кишки, где происходит собственно переваривание и всасывание. Непереваренные остатки выводятся наружу через анальное отверстие, расположенное на тельсоне. Кровеносная система у речного рака незамкнутая. Растворенный в воде кислород проникает через жабры в кровь, а накопившийся в крови углекислый газ через жабры выводится наружу. Нервная система состоит из окологлоточного нервного кольца и брюшной нервной цепочки. Среда обитания: пресная чистая вода —  реки, озёра, пруды, быстрые или проточные ручьи (глубиной 3—5 м и с впадинами до 7—45 м). Летом вода должна прогреваться до 16—22 °C. Раки очень чувствительны к загрязнению воды, поэтому места, где они водятся, говорят об экологической чистоте этих водоёмов. Питание раков: Растительная (до 90 %) и мясная пища (моллюскичервинасекомые и их личинкиголовастикипадаль). Летом речной рак питается водорослями и свежими водными растениями (рдестэлодеякрапивакувшинкахвощ), зимой — опавшими листьями. За один прием пищи самка съедает больше, чем самец, но и ест она реже. Речной рак ищет пищу, не отходя далеко от норы, если же корма недостаточно, может мигрировать на 100—250 м. Питается растительной пищей, а также мёртвыми и живыми животными. Активен в сумерки и ночью (днем раки скрываются под камнями или в норах, вырытых на дне либо у берегов под корнями деревьев). Запах пищи раки чувствуют на большом расстоянии, особенно если трупы лягушек, рыб и других животных начали разлагаться. Как и другие падальщики, речные раки нередко могут являться переносчиками опасных для человека заболеваний, таких как: тиф и гепатит группы А. Охотится речной рак ночью. Днём прячется в укрытиях (под камнями, корнями деревьев, в норах или любых предметах, лежащих на дне), которые охраняет от других раков. Роет норы, длина которых может достигать 35—120 см. Летом живёт в мелкой воде, зимой перебирается на глубину, где грунт крепкий, глинистый или песчаный. Встречаются случаи каннибализма. Вопреки расхожему мнению, передвигается рак в естественной среде вполне обычным образом — головой вперед, а вовсе не пятясь назад. Пятиться он может на суше, например, пойманный и положенный на землю рак будет пятиться, пытаясь скрыться. А вот плавают раки действительно задом наперёд, загребая хвостовой пластиной. В случае опасности с помощью хвостового плавника взмучивает ил или резким движением уплывает прочь. В конфликтных ситуациях между самцом и самкой, всегда доминирует самец. Если же встретились два самца, то обычно побеждает более крупный. Размножение и развитие. У раков половое размножение. В начале осени самец становится более агрессивным и подвижным, нападает на приближающуюся особь даже из норы. Увидев самку, он начинает преследование, и если догоняет, то хватает её за клешни и переворачивает. Самец должен быть крупнее самки, иначе она может вырваться. Самец переносит сперматофоры на брюшко самки и оставляет её. За один сезон он может оплодотворить до трех самок. Примерно через две недели самка выметывает 20-200 яиц, которые вынашивает на брюшке. Половое созревание: самцы — 3 года, самки — 4. Беременность/инкубация: зависит от температуры воды. Продолжительность жизни: 20-25 лет. Потомство: новорожденные рачки достигают в длину до 2 мм. Первые 10-12 суток они остаются под брюшком у самки, а затем переходят к самостоятельному существованию. В этом возрасте их длина около 10 мм, вес 20-25 мг. В первое лето рачки линяют пять раз, длина их увеличивается вдвое, а масса в шесть раз. На следующий год они вырастут до 3,5 см, и будут весить около 1,7 г, полиняв за это время шесть раз. Рост молодых речных раков происходит неравномерно. На четвертый год жизни раки вырастают примерно до 9 см, с этого момента они линяют два раза в год. Количество и сроки линек сильно зависят от температуры и питания. Речной рак употребляется в пищу. Письменные свидетельства употребления широкопалого речного рака в пищу появляются уже в средние века, когда он считался деликатесом в среде шведской аристократии. В течение XVII и XVIII веков употребление этих раков в пищу стало общепринятым среди всех слоёв населения, не в последнюю очередь из-за их обилия. В скандинавских традициях блюда из раков занимают важное место. В иудаизме раки запрещены в пищу евреям, как не соответствующие критериям для кошерных животных.

За ужином В.П. развернул нам картину жизни этих речных лобстеров. Рассказал о том, как они сохранились в некоторых уголках преимущественно северо-восточной Европы с доледникового периода. А Псковщина является одним из главных сохранённых ещё, довольно чистых и не очень заселённых уголков нашей Родины, если, конечно, разнородный бомонд и технократы  не ринутся на её просторы.

Трапезу мы закончили в темноте, стали готовиться ко сну, я ушёл в свою пристройку. День прошёл на ура!

На следующее утро мне надо было собираться в дорогу – дела.

Встал в своей каморке рано, собрал вещи в сумку. Соратники готовились уже на рыбалку, мы быстро попили чай и они стали прощаться со мной. В.П. достал из холодильника щуку и передал под одобрительные взгляды А.А. мне. Оказывается, они с вечера договорились о подарке. Меня это тронуло, но никаких моих отказов они категорически не приняли. «С Богом!».

И пошёл я на остановку рейсового автобуса, который отправлялся во Псков рано утром. Уже на выходе из деревни встретил попутчиц, две старушки-веселушки в платочках (хотя лет им было, по-видимому, не более пятидесяти пяти-шестидесяти) с корзинками шли пытать счастие на остановку. С шутками и прибаутками они стали меня допрашивать о смысле жизни и надеждах на лучшее будущее в смысле партнёрских отношений между полами.

— А что в корзинках несёте? Неужели к автобусу – продавать? Наверное, коровку с утро подоили?

— Какую коровку? Уже сил нет козу держать, не то, что коровку!

— Да видно, корзины-то не в тягость.

— Конечно, лекарство не тяжёлое.

— Что за лекарство?

— О, милок, тебе, пожалуй, рановато ещё его принимать!

— От головы, что ли?

— Ха-ха-ха! От головы?  Хи-хи-хи! Для головки! …  Это мужичкам постарше требуется. Но ты тоже можешь прочувствовать … Сморчки это – вчерась по лесу набрали, самое время им сейчас. Бери, сынок, недорого. В городе-то за такую цену не возьмёшь. А вкууусные…!

— Знаю, осторожно с ними надо.

— Да чё там – невелика наука: отмочить вначале, сменив воду раза четыре за сутки, потом отварить, ну, а затем уж пожарить с маслицем… Ну, бери уж!

— Спасибо, хозяюшки, взял бы, да не довезу – мне ещё до Питера добираться.

На том и расстались. Проехал я на автобусе до Пскова.  Всё было рассчитано в расписании – железнодорожный вокзал и автовокзал рядом. Электричка отходила вскоре, но только к ночи добрался я до СПб.

Однако на этом с Глушью  не расстался. В августе того же года состоялась вторая поездка к широкопалым. Темой заинтересовался мой однокурсник и сослуживец, заядлый охотник и рыболов Геннадий. Решили в один из выходных махнуть в Глушь. Я созвонился с В.П. – он как раз «отдыхал» в своём «поместье». Алексеич находился в отпуске на  родине (да, тогда ещё было мирное время …!). В конце августа накануне выходных, т.е. в пятницу пораньше, Гена забрал меня с супругой в свою внедорожную кобылку «Ниву» белой масти. На «высокой» скорости, насколько позволяло состояние дорог «нулевых» лет 21 века к ночи были у хозяина «ракового корпуса» в Глуши.

Поутру, пока шли утренние моционы, я, увидев плачевное состояние огородика хозяина, решил навести порядок. После короткого завтрака благодарный хозяин посадил трёх путешественников в свою лодку и прокатил по озеру с заходом через протоку в озеро Орлово, показал «Остров Любви», куда любили наведываться представители столичной богемы, обуянные романтикой пасторальных просторов, а затем высадил на северной «орловской» стороне. Вооружив нас вёдрами и корзинами, пожелал нам обильной добычи, а сам засел в лодке с удочкой неподалёку от берега.

Берег оказался девственным, давненько я такого не видел. Заросший вековым лесом, он представлял собой место, в которое, похоже, не ступала нога человека. Насколько чиста была природа! Конечно люди, хоть и редко, явно приходили сюда, но никаких свидетельств, следов посещения, не было видно – нетронутый край — заповедник!

Огромные, матёрые сосны и ели стояли, упираясь в небо, под ними — буйный травостой, кустарники, беломошные участки на взгорках. Никаких порубок, бурелома – тишь и благодать! Светило солнышко, стыдливо прикрываясь иногда проходящими облачками, пели птицы, а чуть подальше от уреза воды ни ветерка, ни плеска волн – вот в такие края и бежали от огня, меча и плети предки наши, разметавшись по просторам будущей России (теперь-то и бежать некуда …).

Правда, подспудно возникала мысль – в такой глуши ведь и волки, и медведи могут ходить, а уж йети – как пить дать! Вон под кустиком куча какая-то непонятного происхождения. Даже бывалый охотник Гена не может определить – точно йети!

Но зов лесного урожая  понёс ноги вглубь леса. И недаром: по такому заповеднику бродить одно удовольствие! За какой-то час-полтора трое грибоягодников набрали полные корзины подосиновиков, белых и маслят, а также наполнили отборной брусникой два 12-литровых ведра.

 Счастливчики вернулись на берег так быстро, что хозяин наш удивился, а у него-то не клеилось, т.е. не клевало. Видимо, шаббат под водой! На обратном пути В.П. отвёз нас в «лисятник», неподалёку от его участка, на восточном берегу Берёзно. Тёмный преимущественно берёзовый лесок у воды, мшистый низкий берег с пышными можжевельниками между берёз. А во мху целые кланы лисичек разных возрастов и размеров! Конечно, мимо мы не прошли! А астаколог в это время занимался своей астакологией – опустошал расставленные с вечера раколовки. Забрав нас из «лисятника», через пять минут причалил к родному берегу. День удался! А вечер-то уже  занимался зарёю.

С брусникой решили не возиться – дома скоро будем, там и переберём. А грибы надо было разобрать сразу, втроём справились быстро. В.П. ушёл в свою любимую тему – с упоением разворачивал балладу о широкопалых. Рассказал о том, что народ наш потерял в своём здоровье слишком много: среда замусорена, отношения между людьми становятся всё более первобытными, суета и бессмысленность существования и т.д. и т.п. А раки причём?

Дело в том, что крестьяне в прошлом употребляли их в большом количестве. В 70 – 80-х годах ХХ века японские учёные провели эксперименты и доказали пользу хитина в повышении иммунитета а также в борьбе с холестеринемией и перекисным окислением липидов в клетках организма. То есть – ешь ракообразных – будешь здоровым и проживёшь долго, как и японцы, что они  и делают, особенно в о́круге Окинава. А ведь и у нас в сёлах раньше супы из раков варили, даже просто одни панцири полезно отваривать и пить бульон, особенно детям и старикам: и биологически активные вещества получаешь, и кальций.

В Скандинавии издавна тоже активно этим занимались – понятно, земельки-то кот наплакал, да и холодно, урожая никакого, а иммунитет нужен – как супостатам по европам черепа топорами крушить? Вот в Швеции даже «Праздник рака» остался – молодцы! Правда, раков широкопалых не осталось, либо поголовье резко уменьшилось. В начале 90-х мы  помогали им, да и себе тоже кое-кто.

Хозяин рассказал, что в Ямме есть аэродром подскока для военной авиации. Отставной его начальник организовал аферу (в 90-е на фоне «ваучеризации» был негласный призыв на примере первых лет советской власти – это такая национальная игра – «Грабь награбленное», т.е. первичный капитализм). Вот народ по озёрам и собирал «псковских лобстеров», укладывая их в контейнеры с влажным мхом-сфагнумом (в таком плену раки оставались жизнеспособными до пяти дней, а в холодильнике и того больше).

 Резвые «добровольцы», разъезжая по сёлам, собирали контейнеры в грузовик, везли на аэродром и сдавали опытному «лётчику». Старенький «кукурузник», стоя под парами, загружался товаром – «От винта!» — полетели в Швецию на «Праздник рака». Шведы платили хорошо и валютой. И ведь трасса была куплена, надо понимать! А может, врёт В.П., но класс — как в Чикаго!

Астаколог за ужином показал нам приёмы использования раков в цирковых представлениях, например, ставил лобстера на голову, т.е. на рострум, и тот замирал, распростёрши свои клешни в упоре – гипноз! Это же их расставлять по простору можно – не убегут! Кроме того научил также правилам культурного обращения с «красным другом», т. е. уже приготовленным раком — его разделки и поедания. Этому его итальянские гурманы научили.

А ещё он посетовал на то, что не может выехать на съёзд астакологов во Флоренцию в сентябре.  Получил приглашение, ведь международная, там много будет друзей и знакомых … Организаторы обещали поселить, накормить и обогреть – всё бесплатно, только прилети …

— А где я деньги на билеты туда и обратно возьму? – очень уж дорогие они. На семью-то не хватает.

В.П. был известен своими достижениями не только в СССР! Вот он, например, похвастался, как была им решена проблема в робототехнике: по достаточно дорогому заказу в его институте был изготовлен робот, который должен был подать стакан с напитком человеку, например, больному. Рука робота всё делала правильно, но прилагаемое ею усилие либо не удерживало, либо раздавливало стакан тонкого стекла – как ни крути!

А астаколог справился с такой задачей! Он применил принцип природной прозорливости дозированного усилия клешни рака – обратная связь тактильного ощущения с размером усилия по удержанию добычи или нежному любовному удержанию невесты (всё-таки ботаникам и зоологам близки пасторальные чувства!). В основе изобретения лежал принцип ощущения предмета с помощью чувствительных волосков, расположенных на поверхности клешни, передачи информации о предмете в мозговой центр, а далее этот центр, как и все центры, выдавал «когнитивную» команду по применению адекватного усилия, прилагаемого к предмету. Всё и получилось. Рука робота «обросла» чувствительными «волосками» — ура – ура! Сэр, получите патент!

Московский гость

Увлёкшись рассказами на любимую тему, В.П. неожиданно сморщился и замотал головой. Я, было, подумал, что с ним что-то неладное, но хозяин привстал и, глядя в окошко, приглушённым голосом промолвил: «Ну вот, принесла нелёгкая! … Московский гость пожаловал — сейчас раков просить будет».

И точно, в дверь постучали.

— Заходите, не заперто, — крикнул В.П.

На пороге появился мужчина. Средних лет, высокий симпатичный, похожий на артиста императорских театров. Его внешность выражала сытое столичное высокородство. «Видимо, среди киношников продулся в преферанс, и, отрабатывая повинность, был послан соратниками выполнить миссию добычи лобстеров у раковода» — мелькнула у меня мысль. На минуту лицо москвича выразило смущение – не ожидал увидеть у В.П. гостей, тем более даму. Но только на минуту, далее проявилась активная московская позиция, возможно отработанная сценой. Глаза засветились добротой, он любезно поздоровался, протянув пухленькую руку мужской части аудитории, и чмокнув длань представительнице женского пола (как-то сурово я, с ехидцей).

Бархатным голосом, с артистичным достоинством в лучших сценических традициях произнёс тираду «за здравие» всех присутствующих, начав с дамы и закончив обращением к хозяину с просьбой найти возможность презентовать, не бесплатно, конечно, несколько экземпляров редких уникальных представителей местной фауны.

— Не ради поглощения, но с целью демонстрации некоторым неверующим высоким гостям из Союза кинематографистов, которые жаждут удостовериться в наличии таковых.

 Ведь подкованный льстец оказался! Взгляд его лежал в тарелке с рачьей аристократически обработанной «шелухой», рот растянулся в лёгкой усмешке. В.П. с кислой миной встал, подошёл к холодильнику и, достав  коробку, показал её гостю. На дне красовалась оставшаяся почему-то пара «чернецов», тут же расставивших в «зверином» экстазе свои клешни.

У меня сразу закралось подозрение, что раковод, исходя из своего опыта,  специально для таких случаев заготавливает подобный «реверанс».

— Вот, последние,  больше нет. Возьмите, пожалуйста, пусть убедятся товарищи — произнёс он.

— Жаль, — уже с раздражением ответил москвич, протянув какую-то купюру, — столько ловушек по озеру собирали.

Ну что тут скажешь!

Это был намёк на присутствие скаредности и отсутствие доброжелательности у специалиста-астаколога.

— Денег никаких  не надо – не возьму, — отрезал В.П.

Забрав скудные остатки добычи, гость, сухо попрощавшись сквозь зубы, нырнул в дверной проём на выход.

— Столишные думают, что тут рынок краснокнижных видов, хапуги гламурные, — сорвался В.П., — пусть в кино на пластмассовых любуются, всё у них пластик, и душа тоже. Всю Россию под себя подмяли, варягов из себя строят … А на самом деле в болото страну тянут – хозяева́ жизни! А все их сюжеты – пошлые и кроваво-стрельные, мыльные – из Голливуда растут. Ничего своего, всё слизано и надиктовано. За «Оскар» готовы продаться, ради того, чтобы собственный народ развратить.

Разошёлся хозяин, накипело, видать!

Кто хочет знать, почему в России не любят москвичей, пусть задаст себе вопрос – почему в мире не любят русских?

Мистическая  феерия

Феерия (в литературе) — использование волшебных элементов для раскрытия полноты сюжета, основной мысли текста. Используется во многих произведениях…(Википедия).

Вот с такой ворчливой аурой мы приблизились к вечернему чаю, а затем и на покой собрались. Томление дня привело к быстрому похрапыванию двух учёных, которое было слышно нам через стену уже знакомой мне коморки.

Среди ночи я услышал какой-то шорох, открыл глаза, и к своему ужасу увидел, как в почти полной темноте из угла комнатушки выползало что-то тёмное, страшное, бесформенное … По коже пробежала дрожь, сердце в трепете забилось! Постепенно масса росла и приобрела, наконец, знакомый образ – «Московский гость»! Наверное, мстить пришёл!

Вместо рук у него простирались в стороны две огромные клешни, а под носом торчали метровые рачьи усы. Страх окутал моё сознание – из угла за «гостем» потянулись «сопровождающие лица» — видимо, стражники. Облепив его со всех сторон, они грозно вращали рачьими глазами и размахивали длинными усами, а своими клешнями прикрывали роскошное тело хозяина – на всякий случай.

— Как спится? —  нежный тенорок разлился по пространству коморки, — совесть не мучает?

Зубы мои никак не разжимались, язык прилип к нёбу. Да и о чём говорить?

— А ведь тут, на Псковщине, хозяева мы, хоть и москвичи!  Предки наши ещё с доледникового периода регион осваивали. Они, конечно, покрупнее были («куда уж покрупнее?» – пронеслось у меня в мозгах), — намучились они потом от холода ледника, обмельчали. Спасибо тевтонцам!

— Каким тевтонцам? – с трудом промямлил я.

— При Александре Невском которые приходили. Думали малым числом Русь взять. А мы-то тевтонской падалью напитались – вкусные, пухлые мужички были – да и подросли, расплодились, по чистым водам расселились. Вот бы ещё пришли!

«Всё-таки москвичи – настоящие патриоты, и обосновать умеют ловко!» — подумалось мне.

— Милорд, теперь таких тевтонцев не найти, они сами падалью питаются, да ещё табаком и наркотиками балуются – явно невкусные, — осмелев, произнёс я.

— Да, были времена, а сейчас и погурманить некем, местные-то людишки все спились – гадость несусветная. Вот и вы, приезжие, тоже несъедобные, от вас нашими соплеменниками варёными несёт. Не стыдно? Единственно кого мы любим-уважаем, так это Палыча. Если и наберёт кого-нибудь из наших собратьев-простаков, так немного, не как в прежние времена, не жадничает. А им поделом – не лезь в ярмо за приманкой! Значит, хорошее дело Палыч делает – народ рачий от дурней освобождает. А главное – о нашем потомстве печётся – слава Палычу!

— А сами-то, почему не множитесь? – совсем потеряв страх, спросил я.

— Так негде же? Нам чистая да холодная вода нужна, причём определённого состава. А вы хуже людоедов – всю природу  зас(ори)ли и не хотите не то что для нас, а даже для себя самих её сохранить! Вот я и пришёл сказать тебе об этом, чтобы ты в культурную столицу передал мысль мою, а Палычу спасибо сказал.

— Милорд, можно вопрос?

— Спрашивай.

— А как Вы без рук обходитесь?

— В нас проникли гены тевтонцев. Руки нам не нужны, а клешни в самый раз. Ведь задача наша  — властвовать, хватать и наказывать!

Видение тут же исчезло.

Я проснулся в поту, в тесной коморке было душно.

Перед глазами ещё стоял «москвич» с клешнями, а по позвоночнику бежал холодок. Ни с того, ни с сего, но в сознание проникла глупая мысль: « А ведь в Думе нашей таких патриотов и не хватает!». Это, наверное, от избытка углекислого газа в пристройке. Томление духа.

 Я вышел на воздух. Местность заливал свет полной луны, гладь озера отражала его,  усиливая волшебство предосенней ночи. Её очарование уничтожал многозвонный писк комаров, накинувшихся на горячее влажное тело. Пришлось ретироваться. Наутро мы покидали прелестную Глушь, тепло распрощавшись с хозяином-учёным.

Послесловие

Спрашивается: почему на прилавках наших красуется «импорт» из рисовых полей ушлых соседей? Да ещё за бешеные цены! То, что им это выгодно, несомненно. То, что перекупщикам выгодно – тоже! Вреден или полезен этот продукт? – вопрос.

А вот то, что отечественные уникальные лобстеры могут быть произведены и быть достойной заменой импорту – уже не вопрос, а экономическая проблема. Пока же широкопалые вытеснены узкопалой мелюзгой, потому что её легче выращивать. А почему бы псковскую «широкопалость» не развить? Может быть страх в том, что ракофермеры будут гонять самолёты в Швецию, да и обогатяться … Проблема! Для кого? Ах, да …, забыл!

Проблема-то есть: «Нам чистая да холодная вода нужна, причём определённого состава!» — слова «москвича» же. А где столько такой воды взять? Зас(ори)ли природу-то!

Всё!

1 комментарий

Оставить комментарий
  1. Николай Сергеевич

    Интересно, познавательно. Такой рассказчик — украшение любой мужской компании.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *