Медведев А. Трио (быль)

photosight.ru

Жили они в Луганске. Учились в 10 классе, участвовали в школьной самодеятельности, она – пела в хоре, он играл на аккордеоне. Жизнь прекрасна! Впереди свобода от школы, от опеки родителей, работа или учёба в техникуме или институте!

И… наступило 22 июня 1941 года. Завод, где работали их родители эвакуировали в г. Фрунзе (Столицу Киргизстана). Василь и Оксана (так их звали) пошли добровольцами на фронт.

Она после курсов служила санитарным инструктором, он – артиллеристом.

Бои, отступление, окружение, выход из него и снова бои, бои и бои. В январе 1942 года Оксана и Василь случайно встретились в санитарном поезде уже под Москвой.  Затем их, как тяжело раненных, перевели в госпиталь в город Новосибирск. Оба инвалида, оба без ног, оба с не проходящей тоской в глазах — как жить дальше без ног? Им молодым 19 летним, без специальности? 

Время лечит! – говорит пословица.

Действительно, когда они стали самостоятельно передвигаться на колясках, они увидели ещё страшнее чем они инвалидов – без рук и ног! Появилась некоторая «живинка» в глазах Василя, однажды он увидел аккордеон, оставшийся от умершего от ран лейтенанта. С разрешения главного врача, Василь взял в руки аккордеон, и …полились мелодии военных лет. «Катюша». «На позицию девушка провожала бойца. Темной ночью простились на ступеньках крыльца…» —  неожиданно пропела Оксана. Так родилось их «ТРИО» — Василь, Оксана и аккордеон! После окончания песни раздалась овация! Да ещё и какая! Хлопали ладоши, стучали костыли, у некоторых на глазах были слезы. Главврач – Галина Остаповна (она была в это время в палате) сказала

— Никакой выписки вам из госпиталя не будет!  Будете давать концерты по палатам – они лечат лучше любых лекарств! 

Через некоторое время запел и Василь. У него оказался «баритон» Его репертуар составляли песни Бернеса. Начал он с песни «Шаланды полные кефали…» Оксана пела песни Руслановой, Клавдии Шульженко. На этих концертах часто присутствовал и лейтенант, у которого не было кистей рук. Как оказалось, он был преподаватель музыки по классу «Аккордеон». Звали его Леонид Павлович, он как же неплохо пел, пел он старинные романсы. Любителям Василю, и Оксане Леонид Павлович начал преподавать «Теорию музыки», вокал, он хотел их подготовить для сдачи экзаменов в музыкальном училище.  Передвигаться на инвалидных колясках было тяжело и неудобно. «Ходячий раненный» Иван Семёнович, пожилой сибиряк – крепыш, смастерил им по лёгкой передвижной колясочке на подшипниках, которые были удобны для передвижения по палатам и ступенькам лестницы. Однажды Оксана заметила, что Василь старается залезть на ящик высотой около метра

  — Зачем тебе это надо? спросила она.

Василь внимательно посмотрел на неё. Неожиданно сказал

— Давай, Оксанка, поженимся да махнём к себе на завод в город Фрунзе?

Они никогда не касались этой темы, словно боялись спугнуть, объединявшую их любовь.

Оксана заплакала.

— Василь, родной мой, ребёночек нам нужен! Что же это мы как пустоцветы живём!  Василий обнял Оксану

— Будет, все будет у нас! Давай к родителям перебираться — внука им подарим. У нас уже есть в руках «хлеб» — наше «Трио».

На том и порешили. Только сначала надо было научиться взбираться на подножку вагона поезда. Объявили своё решение   главврачу Галин Остаповне, получили ее благословление.

Сыграли свадьбу в госпитале. Все раненные и медперсонал радовались, что ТАКАЯ пара нашла своё счастье у них в госпитале, вопреки своей инвалидности, вопреки своей судьбы. От имени госпиталя на свадьбе им подарили аккордеон.

Весной их проводили. В вагон они «зашли» (если можно так сказать) сами.

ВПЕРЕД К РОДИТЕЛЯМ!

Состав был, как тогда говорили.»  Пятьсот-весёлый». Что это означает никто не знал, но название прижилось. Этот поезд останавливался на каждом полустанке, пропуская то военный госпиталь в Среднюю Азию, то составы с военной техникой и солдатами на Запад, на фронт. Разговоры в поезде, как правило, шли о войне, о фронтах, кто и на каком фронте служит или служил, на каком фронте муж, брат, отец. Страна стала «на дыбы», ощетинилась штыками и пушками – почти все фронты застыли в ожидании больших перемен.  Однажды Василь взял в руки аккордеон и… запел!

Почти час длился импровизированный концерт Василя и Оксаны. Все пассажиры вагона, затаив дыхание, слушали исполнителей. Весть об «артистах» облетела весь состав. Начали приходить слушатели из других вагонов послушать необычных артистов. Постепенно стали наши артисты, по просьбе пассажиров из других вагонов, давать концерты по всему составу. Передвигаться из вагона в вагон и носить инструмент им помогали сами пассажиры и проводники. Чтобы не отвлекаться их стали и кормить, предлагая самое лучшее – кто кусочек сала, кто консервы, кто и кусочек колбасы.  День за днём, неделю за неделю двигался «пятьсот – весёлый» в сторону Средней Азии. Прибыли, наконец, и к Аральскому морю. В поезде появилась солёная и сушёная рыба. Пустыня окружала двухколейный путь со всех сторон, деревянные щиты отгораживали путь от песка как в Сибири зимой от снега. Как же здесь люди живут, крестились старушки.

Ни травинки, ни деревца, стоят вдали какие-то кривые столбики и называются они (как говорят проводники) саксаул – отличное топливо в пустыне!  Глядя на этот печальный пустынный пейзаж стали люди рассказывать о своих местах, где они жили до войны. Грустное это было повествование – треть России оккупировано фашистами. Сибирь и Урал стали промышленными центрами. Карточная система снабжения продуктами выматывали силы и нервы, работа «все для фронта» выматывала физически. Однако люди не роптали – на фронте было ещё хуже! Наконец прибыли во Фрунзе, вся пассажирская бригада тепло попрощались с Василем и Оксаной.

— Будет плохо дома – приходите на вокзал, любая бригада вас возьмёт к себе. Будете радовать и бригаду, и пассажиров, питанием и обмундированием вас обеспечим. Напутствовали их проводники.

Выкатили из вокзала на «своих ногах». Огляделись – прямо от вокзала идёт бульвар, засаженный дубом, платаном и клёнами. Прямая асфальтированная дорога струится с двух сторон бульвара.

Подошёл милиционер, поинтересовался «кто они и к кому приехали». На нищих не похожи, на шпионов так же не похожи …, пригласил их в милицию, аккордеон нёс сам милиционер. В милиции расспросили, проверили документы. Примерно через час посадили их в кабриолет (были тогда такие в милиции «разъездные кобылы»!) и поехали они, как сказал сопровождающий их милиционер, на Луганский патронный завод.

ВСТРЕЧА С ЗАВОДЧАНАМИ.

Возле проходной их уже ждала небольшая  группа рабочих и инженеров. Это были те, кто лично знали родителей Василя и Оксаны, здесь же оказалась и соседка Оксаны по лестничной клетке в их доме в Луганске. Был и рабочий, который знал отца Василя и знал самого Василя с малых лет. Родителей Оксаны и Василя среди встречающих не было! На вопрос Оксаны

— Где же родители? Оксанкина соседка тётя Валя заплакала, знакомый рабочий закурил и отвёл глаза.

— Да где же они, где? Снова задала вопрос Оксана.

Пожилой рабочий, который оказался парторгом завода заговорил:

— Нет, дети, Ваших родителей, не доехали они до Фрунзе. Состав, в котором они ехали из Луганска, разбомбили фашисты возле станции Валуйки. Погибло много рабочих, их детей и жён. Там же в степи их и похоронили в Братской могиле, имена всех погибших у нас есть. После победы сделаем им памятник, все имена будут навечно вписаны в историю завода. Сейчас давайте мы отвезём вас в общежитие завода, вам уже выделили там комнату.

Грустное было это новоселье. Вечером, во главе с парторгом, пришли знакомые их родителей, пассажиры того злополучного поезда. Каждый принёс с собой что-нибудь из еды, кто хлеба, кто сала или колбасы. Нашлась у парторга и бутылка спирта. Полилась застольная беседа как бомбили и обстреливали состав, как самолёты на бреющем полете гонялись за женщинами и детьми и расстреливали их из пулемётов. Женщины плакали, мужчины курили одну цигарку за другой. Парторг спросил, почему они возят с собой аккордеон. Пришлось рассказать о госпитале, о поезде. Ну, улыбнулся Иван Ильич (парторг) – будете у нас в клубе самодеятельностью руководить, будете получать военный паек, завод то у нас военный! Комната у вас есть, даст Бог, крестным буду у ваших детишек.

— Так ты же «Ильич» коммунист! Какой из тебя крестный? Иван Ильич махнул рукой и улыбнулся.

— Обживайтесь, через пару дней приглашу вас к себе, поговорим о самодеятельности.

Когда все разошлись, Оксана зарыдала

— Есть ли Бог на этом свете? Почему, почему так несправедливо? Ведь девчонкой сама ушла на фронт, осталась калекой без ног! Господи! Почему ты ещё и родителей забрал моих? Почему? За что?

Василь молча курил, не утешал – пусть выплачется, пускай слезами горе вытечет – легче станет.  Они легли спать, Оксана во сне все еще плакала и всхлипывала, наконец, успокоилась.  Василь не спал, курил одну цигарку за другой. Все думал и думал

— Какой из меня руководитель самодеятельности? Моя специальность — наводчик орудия! Не мог он себя представить руководителем без специального образования, без опыта работы с людьми.

Наконец уснул и он.

На следующий день неожиданно пришло решение. Они пошли к парторгу и тут Василь выложил свою идею. Надо было найти лейтенанта, который занимался с ними в госпитале, пригласить его на завод, и он станет руководить самодеятельностью. Сейчас же ни Василь, ни Оксана не смогут работать на заводе —  знакомые будут напоминать им о смерти родителей и в это время петь на сцене они не смогут. Иван Ильич внимательно посмотрел на них и сказал

— Что же делать будем, ребятки? Вы же наши – Луганские! Как на жизнь зарабатывать будете?

— На хлеб это просто, будем по поездам работать, нас приглашали. Мы же не нищие! Люди это понимают. Песни мы им поем, одни радуются, другие плачут и радуются одновременно. Слезами горе их уходит. Однажды бабуля попросила спеть    любимую песню своего погибшего сына.

   Взяв аккордеон в руки, Василь запел «Ридна маты моя – ты ночей не доспала! Ты водила меня, край села у поля…» Оборвав песню Василий продолжил.

   — Помнишь, Оксана, как просветлело лицо старушки, а слезы текли из ее глаз и текли …  

—  Вот и встретилась с сыночком, детки. Спасибо вам, мои родненькие. А слезы текли из ее глаз и текли. Это были невыплаканные слезы облегчения, слезы памяти …

— Вспомни, Оксана, как слепой дедок попросил спеть ему «Бродягу»?

Василь запел «Бежал бродяга с Сахалина…» Василь оборвал песню

— Будем работать в поездах, Иван Ильич! Здесь, не сможем мы петь!

— Добро, будете представлять коллектив нашего клуба. Я выдам документ, если кто -либо потребует его, то покажете, сделают запрос на завод – я подтвержу. Попрошу только об одном — сделайте один концерт в нашем клубе, люди просят вас, сделайте его для нас луганчан. Концерт будет посвящён погибшим заводчанам и их семей при бомбёжке возле Валуйков. Там (он указал вверх) ваши родители вас услышат, порадуются и благословят.

Концерт прошёл с огромным успехом. Почти все женщины плакали, лица мужчин были суровые. Звучали   песни на украинском и на русском языках, даже одну песню исполнили на киргизском языке – выучили, когда ехали во Фрунзе. Через день они уезжали. Попросили, чтобы их никто не провожал. Однако на вокзале они увидели Ивана Ильича, который беседовал с бригадиром поезда. Как позже выяснилось, парторг договорился с бригадиром, что он регулярно будет сообщать о работе артистов на завод. Подошёл Иван Ильич, обнял их, поцеловал

— Будет тяжело – приезжайте на завод. Завод —  ваш дом, помните это. Были его прощальные слова.

Так они и ездили по маршрутам Средняя Азия – Москва — Средняя Азия. Затем их попросили на поезд Москва – Владивосток –Москва. Так длилось до Дня победы. Когда праздновали День Победы Василь заметил, что Оксана как-то внимательно смотрит на него, неожиданно, как бы без причины, улыбается.

— Что с тобой, Оксанка?

— Василёк (так она звала в мину душевной близости), у нас будет ребёночек! Радости их не было границ!

Встал вопрос «Что делать?» Написали на завод Ивану Ильичу письмо, которое быстро было доставлено ближайшим поездом во Фрунзе.

Дней через десять пришла телеграмма «Приезжайте. Работой и жилплощадью обеспечим. Ждём».

К их приезду им выделили квартиру на первом этаже нового дома, заводские умельцы сделали лёгкую алюминиевую инвалидную коляску с различными приспособлениями, для облегчения насущных проблем матери и ребёнка, сделали «пандус» (как сейчас говорят) для въезда в подъезд. На вокзале их встретил старый приятель —  лейтенант, который стал руководителем заводского клуба и Иван Ильич. К Новому году у них появился крепенький мальчуган, которого назвали Егоркой.

ПОСЛЕСЛОВИЕ    СО СЧАСТЛИВЫМ КОНЦОМ.

Незаметно пролетели два послевоенных года. Трудно было ответить лучше или хуже жили люди после войны. Наступил сорок седьмой год – год очередного голода. Правда это не был голод, как в Украине или Поволжье после Гражданской войны, но продуктов всегда не хватало. Люди не роптали – понимали, что стране надо выжить. Целые «продотряды» «командировались» в сельскую местность – менять вещи на продукты. На день рождения Егорки в гости к нашему герою неожиданно пришли Иван Ильич и Леонид Павлович – безрукий лейтенант, которого нашёл Иван Ильич и пригласил на завод руководителем заводского клуба.

После скромного застолья начался разговор о цели прибытия гостей.  Василь и Оксана понимали, что день рождения был только поводом серьёзного разговора.

— Тут такое дело, ребятки…Не знаю с чего и начать. В общем, вы далеко от дома не отлучайтесь, всегда находитесь на глазах наших рабочих. Вас все знают, когда нужно помогут.

—  Ты не «темни» Иван Ильич говори, что случилось? Перебил его Василий.

— Значит, так, хлопцы, неофициально поступило указание инвалидов «утюжников» из города убирать. Вступил в разговор Леонид Павлович и продолжил

—  Не желают вас видеть на улицах некоторые «генералы – победители «Уже поступило указание создавать специальные интернаты, куда и будут, таких как мы определять!  Лицо Леонида Павловича побледнело, желваки на скулах как сжались так, казалось, и останутся навсегда.

— Не нужны, оказались мы государству – победителю. Нет от нас проку – одни убытки. Вот они (он кивнул головой в потолок) и решили таких спрятать подальше. «С глаз долой — из сердца вон»!»

  Иван Ильич достал из кармана два документа – специально сделанные для них с подписями Директора завода (генерала) и Первого секретаря Киргизской ССР. В которых, и Василию и Оксане разрешалось свободно перемещаться с ребенком по всей Киргизской Республике.

— Большего пока мы сделать с генералом не смогли. Этого вам документ на перемещение по республике, который будет действителен пока существует завод.

Ночью ни Оксана, ни Василий долго не могли заснуть.

  — Ты счастлив? – вдруг спросила Оксана Василия. Василь долго молчал, тяжело вздохнув, он ответил-

Скажи – окончилась война?

Все люди счастливы? А ты?

Скажу тебе, что вся страна больна,

Когда без ног и рук твои сыны!

Когда в далёких и специальных лагерях,

Без должного вниманья и забот,

Они спивались на глазах.

Так может ли быть счастлив наш народ?

В эту ночь простой парень – инвалид стал поэтом.

ДЛЯ СПРАВКИ. За время Войны были демобилизованы из Красной Армии инвалиды труда и войны в количестве ДВА миллиона ПЯТЬСОТ СЕМЬДЕСЯТ ШЕСТЬ тысяч, в том числе ЧЕТЫРЕСТА ПЯТЬДЕСЯТ тысяч одноруких, одноногих и без верхних или нижних конечностей. Без обеих рук и ног статистики не было. Таких отправляли на остров Валаам, где в бывшем монастыре был создан специальный интернат. Остальных отправляли в интернат на Соловки.

Специальным Указом Президиума Верховного Совета СССР от 23 июля пятьдесят первого года «О мерах борьбы с антиобщественными, паразитирующими элементами»

Во втором полугодии пятьдесят первого года было расселено более ста семи тысяч инвалидов

В пятьдесят втором году – более ста пятидесяти шести тысяч,

В пятьдесят третьем году – более ста восьмидесяти двух тысяч. В том числе 70 процентов – Инвалидов войны и труда.

(Интересующихся, отправляю к книге Евгения Кузнецова «Валаамская тетрадь»)

                                                            Валерий Медведев.29 апреля 2021 года.

4 комментария

Оставить комментарий
  1. Здравствуйте, автор. По этой теме есть и другие мнения см.статью https://vg-news.ru/n/113715

    1. Я с вами согласен, как и согласен с тем, что инвалиды войны в середине 50-х годов резко исчезли с улиц городов.

  2. Александр

    Имеется ввиду тема написанная «для справки». В остальном очень душевный и трогательный получился рассказ.

    1. Я понял. Не знаю про Валаам. Но знаю, что из Питера и Москвы выселяли. Куда не знаю. Хотя у меня были родственники безногие. НО носили протезы и не видно было. НО на тележках без обеих ног с медалями За отвагу, орденами Славы на груди, я видел, просящих милостыню на улицах Питера.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.