Богданов И. Сколачивание!

m.fotostrana.ru

12 сентября 1974 года, четверг, 18.00.

Николаев. Береговая база Учебный класс.

Для членов воинского коллектива сплочённость сама по себе — привлекательная цель и ценность, групповое состояние, к которому надо стремиться. Сплочению группы (воинского коллектива) способствует целенаправленная работа по формированию здорового социально-психологического климата, хорошего настроения, корректных уставных взаимоотношений, предупреждению и преодолению конфликтов, соблюдению формы одежды, выполнению распорядка дня, созданию обстановки, когда служба становиться важнее семьи, а работа важнее отдыха с семьёй.

Все офицеры и мичмана первого экипажа тяжёлого авианесущего крейсера «Киев» в 18.00 четверга 12 сентября 1974 года покинули расположение береговой базы и растворились в достопримечательностях гостеприимного —  прекрасного города Николаева! Все кроме офицеров и мичманов БЧ-4.

В учебном классе береговой базы командиром БЧ-4 были собраны все офицеры и мичмана БЧ‑4 для сколачивания коллектива. Нет столы не накрыты, скатертей нет

И зная командира БЧ-4 ни у кого нет никакой уверенности, что они тоже же вовремя покинут расположение береговой базы и растворятся в достопримечательностях прекрасного города Николаева?

Командир БЧ‑4 капитан 2 ранга Сушко Владимир Иосифович неожиданно обнаружил, что запасы любимого клубничного варенья закончились, а все стратегические резервы находятся в НЗ у любимой супруги Аллы Ивановны, в Севастополе на Остряках.

Время с 18.00 четверга 12 сентября 1974 года для Владимира Иосифовича остановилось и померкло. И он решил заняться сколачиванием коллектива БЧ-4.

Одновременно: в главных столицах всех флотов, в их главных ресторанах, главные кадровики — независимо ударили в склянки, в смысле пригубили шампанское по случаю полного укомплектования первого экипажа тяжёлого авианесущего крейсера «Киев» офицерским и мичманским составом.

Главные кадровики флотов подводили итоги выполнения очень важной директивы под кодовым названием: «независимый звон склянок».

В учебном классе береговой базы офицеры и мичмана БЧ‑4 слышали их «независимый звон» в виде белого шума — их ждал другой звон, зависимый.

 Комдивы: Соколов Женя и Ефимов Вова сидели за первым столом, а в центре — старший инженер Семёнов — позже его место будет занимать Роберт Ханов.

За Соколовым ‑ как бы в сидячую колонну: Витя Блытов, Валера Аврамцев, Толя Иванов и дальше в глубину класса — мичмана первого дивизиона и офицеры-операторы ОСНАЗ.

За Семёновам — по центру столов сидели инженеры дивизионов Вова Шакуро и дальше Ваня Богданов.

За Ефимовым сидели Васильев Серёжа, Серёжа Исенко и дальше в глубину класса — мичмана второго дивизиона.

Это были первые итоги сколачивания (сплачивание, скопление, скапливание, создание, образование, накапливание, соединение, формирование, концентрирование, составление, сбивание, организация, собирание, создавание — синонимы сколачивания) первого экипажа БЧ‑4 его командиром ‑ капитаном 2 ранга Сушко Владимиром Иосифовичем.

Обратитесь к Строевому Уставу и увидите, что станет с сидячей рассадкой, если все вдруг встанут.

— Встали…

— Правильно — строй: колонна по три и строго по ранжиру, и, если с песней — с береговой базы — прямо на тяжёлый авианесущий крейсер «Киев».

— На момент происходящих манёвров с сидячим сколачиванием, первый экипаж БЧ‑4 ещё и в глаза не видел тяжёлый авианесущий крейсер «Киев», который на Черноморском заводе аврально оснащали без его первого экипажа, а в главных столицах флота — главные кадровики опрокинули уже не одну — с «независимым коньячным звоном», который слышен был белым шумом в классе береговой базы.

В 18.10, озабоченный отсутствием любимого клубничного варенья из НЗ любимой супруги Аллы Ивановны, оставшейся с НЗ в Севастополе на Остряках, командир БЧ‑4 капитан 2 ранга Сушко Владимир Иосифович вошёл в учебный класс, заполненный белым шумом — сначала от «независимого шампанского звона», потом и от «независимого коньячного звона» из главных столиц флота.

   Конкретной темы для разговора с офицерами и мичманами БЧ‑4 первого экипажа тяжёлого авианесущего крейсера «Киев» у командира БЧ‑4 не было, но главное — ввязаться в бой.

   Форма одежды присутствующих в классе некоторых должностных лиц не соответствует требованиям строевого Устава — как первая очередь в секторе обстрела присутствующих в учебном классе офицеров и мичманов: по версии командира БЧ-4 капитана 2 ранга Сушко Владимира Иосифовича, озабоченного отсутствием любимого клубничного варенья — ровно на 50 минут — растворилась в белом шуме учебного класса.

   С 19.00 строевой Устав плавно перерос в Дисциплинарный – сектор обстрела в чувствительной зоне, присутствующих в учебном классе офицеров и мичманов, когда в главных столицах флота, главные кадровики тоже плавно перешли к «независимому звону «Столичной».

    К 20.00, вся ценная информация Дисциплинарного Устава из уст командира БЧ-4 капитана 2 ранга Сушко Владимира Иосифовича стремительно влетала в левое антенно-фидерное ухо комдива Соколова и со сверхбыстродействующей скоростью вылетала из его правого антенно-фидерного уха в левое фидерное ухо Виктора Блытова и через его правое — транзитом, без всяких изменений, таким же путём от Аврамцева, и затухала в правом ухе Иванова, не доходя до сознания мичманов первого дивизиона и тем более до офицеров-операторов ОСНАЗ (которые вообще не понимали, что они здесь делают, так как в их понимании смысл сплачивания был лишь в грамотном накрывании столов и произнесении красивых тостов).

   В тоже самое время — отмеченная выше информация, тщательно секретилась в канале связи второго дивизиона, начиная с комдива Ефимова: по цепочке к Васильеву — Исенко и рассекречивалась для мичманов второго дивизиона.

   Канал связи по линии инженеров захлебнулся на старшем инженере Семёнове ещё в 18.10, когда в классе стоял белый шум от «шампанского и коньячного независимых звонов», а в 19.00 — он стал для Семёнова просто невыносим, когда у кадровиков включился «независимый «Столичный» звон.

   Сидящий за старшим инженером Семёновам инженер первого дивизиона Володя Шакуро знал о Дисциплинарном Уставе не хуже командира БЧ-4 капитана 2 ранга Сушко Владимира Иосифовича.

   В училище Володя Шакуро был старшиной четвёртого класса и по части формы одежды, с позиции строевого Устава, его не мог отнести к некоторым, командир боевой части БЧ-4 капитан 2 ранга Владимир Иосифович Сушко.

   Инженер второго дивизиона Богданов мысленно был в Эфиопии. Именно12 сентября 1974 года — это очень интересный день. В этот день низложили императора Эфиопии Хайле Селассие первого. А год назад в кают компании эскадренного миноносца «Скрытный» инженер второго дивизиона БЧ -4 Богданов присутствовал на приёме императора, как командир группы радиотелеграфной и ЗАС — свободный от вахты на тот момент. Тогда у императора скатилась счастливая слеза от подарков, опрокинутого в его императорское Величие и его же здоровья — стопаря, и полного отсутствия предчувствия, что именно 12 сентября 1974 года его императорское Величество будет низложено. И именно сегодня его низложили — вот незадача.

   Ровно в 21.00 командир боевой части БЧ-4 капитан 2 ранга Сушко В.И. стремительно перешёл от Дисциплинарного Устава к Уставу Внутренней службы: в сектор обстрела ещё более чувствительной зоны – внутренней, можно сказать, лично-интимно — совершенно не устроенной — бытовой, сидящим в учебном классе офицеров и мичманов БЧ-4 первого экипажа тяжёлого авианесущего крейсера «Киев» и совершенно безразличной — кто ваял этот Устав — к тем, кто сидел в учебном классе береговой базы.

   При полной тишине в учебном классе, задавившей по модулю белый шум, к которому добавился «независимый пивной» звон — от главных кадровиков, с главных столиц флота.

   Последние лучи солнца утонули в Ингуле, и голосистые Николаевские петухи проводили вечернюю зарю, огласили окончание рабочего дня, решительно загнали свои гаремы на насесты и посеяли смуту в семейном общежитии на Садовой -13.

   К этому времени гостеприимный Николаев возвращал слегка весёлый экипаж других боевых частей первого экипажа тяжёлого авианесущего крейсера «Киев», без офицеров и мичманов БЧ-4, которые в это время только приступили к правильному пониманию статей заботливого Устава внутренней службы.

   Первой тревогу забила Света Ефимова — жена комдива Ефимова. Тома Шакуро тихо сидела на балконе в ожидании Володи — пора уже было продолжить играть в подкидного дурака — любимую игру Томы. Наташа Исенко и Оля Иванова направились по Садовой к береговой базе вызволять своих героев, подозревая, что местные «волчицы» утащили их в своё логово.  Шёл четвёртый час сколачивания офицеров и мичманов БЧ-4 первого экипажа тяжёлого авианесущего крейсера «Киев».

   Время приближалось к 22.00 — четверг 12 сентября 1974 года передавал эстафету пятнице 13 сентября, а в учебном классе стояла зловещая тишина.

   В главных столицах флота — главные кадровики снова возвратились к «независимому битью склянок» с помощью шампанского, по случаю полного укомплектования первого экипажа тяжёлого авианесущего крейсера «Киев» офицерским и мичманским составом.

   Старший инженер Семёнов созрел до термоядерного взрыва и заскрежетал зубами.

   Соколову и Ефимову страшно хотелось курить, а мочевой пузырь Толи Иванова -на грани катастрофы — в тротиловом эквиваленте.

   Катастрофа случилась на самом правом фланге второго дивизиона, скорее это был левый фланг второго дивизиона в 22.10 ещё четверга 12 сентября 1974 года.

   Мичман Фещенко Виталий Иванович вскочил без разрешения со своего места, вопреки положениям, выше изученных Уставов, схватил свою форменную фуражку и резко трахнул ею о пол учебного класса.

   И заплакал…  Зарыдал…

 Не берите меня за здесь, но, Виктор Саныч, обращение к Виктору Александровичу Блытову. Почему плачь и рыдания нашего мичмана Фещенко Виталия Ивановича изображены в повествовании о поцелуе мичмана Мищенко Николая Ивановича, который как две капли воды, как братья близнецы- сподобен автором Степановым М. от 24.07.2019 в «Былях и байках плавсостава». Целую Мищенко!???

Наш – реальный, конкретный мичман Фещенко Виталий Иванович — первого экипажа, первого дивизиона боевой части связи БЧ-4, тяжёлого авианесущего крейсера «Киев», в 22.10 четверга 1974 года – плакал.

    У мичмана Фещенко Виталия Ивановича – самый разгар МЕДОВОГО месяца.  

 Скажите, какой всплеск патриотизма мог остановить плач мичмана Фещенко Виталия Ивановича, когда в 22.10 — в разгар медового месяца, он переваривал статьи Уставов в учебном классе, вместе с остальным экипажем БЧ-4 ???

Наш — реальный, конкретный мичман Фещенко Виталий Иванович, больше плакать никогда не будет — не в пример Вашему мичману Мищенко Николаю Ивановичу, который у Вас плакал всегда.

Да, наш — реальный и конкретный мичман Фещенко Виталий Иванович —   целовал, через посредство телеграммы, первого командира, первого экипажа авианесущего крейсера «Киев», капитана первого ранга Соколова Юрия Григорьевича.

И для полного охвата всех флотов — предлагается для ТОФа — Ващенко Петра Ивановича и Балтийского — Кащенко Васыля Ивановича, со всеми достоинствами нашего реального, конкретного Фещенко Виталия Ивановича, бывшего младшего лейтенанта милиции.

    Кащенко Васыля Ивановича или Ващенко Петра Ивановича, это ж не принципиально, отправлять на ТОФ не спешите — туда наши Блытов Виктор Александрович и Исенко Сергей Иванович — на втором и третьем, таких же тяжёлых авианосных крейсерах, только с другими названиями «Минск» и «Новороссийск», пойдут и прихватят ещё не созревшего до уровня ФЕЩЕНКО ВИТАЛИЯ ИВАНОВИЧА,     оставшегося Вашенко или Кащенко, это ж не принципиально, можно до Балтийска пешочком (в смысле — пишки), но в срок — пусть помогают ему его друганы из ментовки, по версии подвигов Мищенко.

   Вот, как раз на этом, отправим легендарного — реального, конкретного мичмана Фещенко Виталия Ивановича, с первого экипажа БЧ-4, первого тяжёлого авианесущего крейсера «Киев» — исполнять обязанности мужа в самый, что ни на есть, разгар МЕДОВОГО месяца.

   А, кто любопытствует о других его подвигах, отправляйтесь в Североморск — к мичману Мищенко — его туда определил Степанов М. от 24.07.2019 в Былях и байках плавсостава. Целую Мищенко!

   Меняйте на Фещенко — Мищенко и зовут его Виталием Ивановичем, а чуб хохляцкий с усами уберите, и будет полный ажур!

    В 22.10, 12 сентября 1974 года в учебном классе береговой базы — командира БЧ-4 первого экипажа тяжёлого авианесущего крейсера «Киев» капитана 2 ранга Сушко Владимира Иосифовича плач мичмана Фещенко Виталия Ивановича слегка заклинит.

   Заклинит до утра 13 сентября 1974 года, когда первые лучи солнца выплывут из Ингула, и голосистые николаевские петухи прогорланят серенаду утренней зари, огласят начало рабочего дня, решительно погонят свои гаремы с насестов занимать свою очередь для приёма своего любимого петушиного царя — готового качественно исполнить его петушиные обязанности согласно неписанному Уставу природы, и посеяли смуту в семейном общежитии на Садовой -13.   

   Первой тревогу забьёт Света Ефимова — жена комдива Ефимова.  В кошельке Светы, в карманах, во всех секретных «заначках» — не обнаружится даже медного запаса. Зарплата комдива Ефимова испарялась на третий день — после торжественного получения зарплаты из рук комдива Ефимова — в семейный бюджет Ефимовых. Комдиву Ефимову выделялось из бюджета строго на партийные взносы и пачку сигарет «Памир» — по цене одиннадцать копеек — пачка сигарет на месяц. Света выдавала комдиву Ефимову лично сигареты «Памир» в пачке от сигарет «Золотая Ява» — как бы, для доведения статусной планки комдива — до флагманской. Света бала уверена, что об этом знает только она и комдив Ефимов. Какая наивность…

   Тома Шакуро будет озабочена этой страшно неудобной, страшно скрипучей — полуторной железякой, под названием кровать. А в холостяцком общежитии стоят двуспальные — пусть железные, пусть скрипучие, но ДВУСПАЛЬНЫЕ!

   Наташу Исенко и Олю Иванову возмутит поведение местных «волчиц» скромных тружениц второго тыла (первый -семейный). Но они ж уже столько экипажей (скромные — второго тыла) новостроящихся боевых кораблей с завода 61 -коммунара и Черноморского завода — с высокими показателями сдали флоту — по программе их второго тыла, хотя и с пониженной социальной ответственностью. В Уставах не прописаны права и обязанности этих скромных, надёжных и безотказных тружениц второго тыла. А надо было прописать, возможно, тогда бы капитан 2 ранга Сушко В.И. не проводил сколачивание своего экипажа БЧ-4 после 18.00. в учебном классе береговой базы.

В 18.00 — сход на берег — святое дело и отсутствие запасов клубничного варенья не должно остановить святое дело!!!

22.10. Все! Сколотились! Ураааааааааааааааааа!

Старший инженер Семёнов, как быстроногая лань, гнал своё 120-и килограммовое тело, чтобы на последней секунде до закрытия — успеть промочить, и тем самым сохранить свои скрипевшие зубы, и мир от термоядерной катастрофы.

Успел промочить и комдив Женя Соколов — он едва успевал за 120-и килограммовым телом Семёнова, подводила дыхалка — много курил. Лена Соколова не ограничивала комдива Соколова одной пачкой «Памира», ах — «Памир» курил комдив Ефимов — в пачке из «Золотой Явы».

Огорчению Вити Блытова не было границ. Запланированное мероприятие по «сколачиванию» с Шурой Шпаком и местными Дульсинеями второго фронта в «Каравелле» уже накрылось «Сколачиванием» — по Сушко в учебном классе береговой базы. Витя был холостым и имел право сколачиваться, где и как хотел, тем более, что исправно платил казне налог за бездетность.

Толя Иванов с огромным наконец облегчением опорожнил мочевой пузырь, находившийся в катастрофически тротиловом эквиваленте.

Все остальные неслись к жёнам на Садовую, проклиная про себя всю военную службу и момент, когда попал на «Киев» в именно в БЧ-4!

В всех главных столицах флотов, в их главных ресторанах, главные кадровики — независимо ударили в склянки, в смысле на посошок — по случаю полного укомплектования первого экипажа тяжёлого авианесущего крейсера «Киев» офицерским и мичманским составом.  Главные кадровики флотов подвели итоги выполнения очень важной директивы под кодовым названием: «независимый звон склянок», а за нас они ещё подведут — не раз, возможно, под другим кодовым — под сколачивание — на тяжёлых авианесущих кораблях «Минск» ,,,,,,и «Кузнецов» и … ВЕЛИКАЯ СТРАНА СССР — было это 46 лет 07 месяцев 23 дня назад — 27 сентября 1974 года в 22.10 — в учебном классе береговой базы. И таких сколачиваний впереди будет ещё много. Каждый раз, когда у кого-то кончиться варение. Знать бы это тогда, то обеспечили бы Сушко на десять лет варением вперёд!

Ресторан «Каравелла» msk.allcafe.ru

А так сочинили даже стих про своего командира – другие холопы или вовсе быдло – один в каюте он жрёт повидло …

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *