Сафаров А. Хождение по мукам

Граф Алексей Толстой не имеет к моему рассказу никакого отношения. Разве что в его романе офицер царской армии Рощин, после развала Империи, долго и мучительно искал понимания происходящего. Но стоило ли доживать до двадцать первого века, чтобы не превзойти наших дедов в изобретательности?! Судите сами.

Лет двадцать пять назад я решил, что меня уже ничем не удивишь. Погорячился я. Давно известно, что после увольнения в запас у людей военных появляется множество болезней. Пока служат – все здоровы, и делятся на живых и мёртвых, а стоит уйти в запас, и начинается: всё что раньше переносилось на ногах рвётся наружу. Так случилось и у меня. Появление некоторых симптомов странной болезни, вызвало трёхлетний спор между кардиологом и невропатологом о том чьим пациентом я являюсь. Каждый полагал что не его. Разрешился спор инфарктом.

— Вот видите – сказал невропатолог, с торжествующей улыбкой – я была права.

Не буду утомлять вас подробностями, отлежал я в госпитале, выжил, и продолжил существование на пенсию в семь тысяч рублей, под торжественные заявления демократических властей о заботе о пенсионерах и особом положении военнослужащих в нашей стране. А спустя пять лет, попался я на глаза терапевту нашей военной поликлиники. Случайно попался. Хотел физиопроцедуры на коленный сустав, где деформирующий артроз вылез, попринимать, а меня к терапевту отправили, чтобы, значит, убедиться, что они на сердце не повлияют.

— Вы почему инвалидность не оформили говорит терапевт- Вы у нас единственный такой!

— Мне никто не говорил- отвечаю- а я действую по указанию врача. Да и о какой инвалидности Вы говорите, когда на мой робкий вопрос о путёвке в санаторий для реабилитации на меня только руками замахали и поведали, что военнослужащим теперь никакой реабилитации не положено, а путёвка в санаторий после инфаркта канула в лету вместе со всеми льготами военных пенсионеров при монетизации льгот, гражданским монетизировали, а военным ликвидировали.

— Ступайте в госпиталь и узнайте у начальника кардиологического отделения когда вас могут положить на обследование. В медкнижку я Вам всё записала.   И пошел я в госпиталь, который, кстати говоря, расположен с поликлиникой на одной территории, но по причине конкуренции между начальниками, соединяющая их дверь закрыта и больные ходят в обход.

На КПП госпиталя антитеррористический барьер: если идёшь в аптеку, то для пропуска на территорию рецепта достаточно, а если ложиться или в отделение на консультацию, то нужен пропуск из поликлиники, который на КПП отбирают, выписывают другой и только потом пропускают.

— Вы сходите в поликлинику и узнайте чего хочет пославший Вас врач — выслушав меня, сказала милая женщина- начальник кардиологического отделения – У нас очередная реорганизация и скоро из оборудования останется только клизма.

Министр обороны хочет территорию госпиталя продать, центр города, земля дорогая. Этот раз решил, то обязательно продаст, а где будут лечиться пенсионеры ему наплевать. У нас уже всех военных врачей на гражданских заменили, да и мы на временных штатах.

Сгонял я в поликлинику, уточнил формулировки, выписал новый пропуск, миновал КПП и говорю начальнику отделения:

— Терапевт настаивает на госпитализации. Клизма мне не нужна, а остальное попробуем успеть пока не продали.

Короче, через две недели лёг я в госпиталь, и стали меня обследовать. А в отделении одни инвалиды и солдаты срочной службы. Просто удивительно как много восемнадцатилетних сердечников, некоторые всю службу в госпитале проводят. И вид у них грозный, НАТО при виде их разбежится от страха или вымрет от смеха. По крайней мере я таких здоровяков раньше не встречал. Особенно один: ростом метр тридцать с бараньим весом, головой с мой кулак и в белых кальсонах. Просто «Армия Трясогузки». А когда он в бушлате и подпоясанным появился, я с койки упал, так ослабел от смеха. Интересно, какой дурак придумал ремень поверх бушлата носить? Это, я вам скажу, зрелище не для слабонервных: просто бегемот в балетной пачке из американского мультфильма, а не русский воин.

А инвалиды принялись меня пугать. Говорят, что на Медико-социальной экспертизе спрашивают сам ли ты пришел или тебя принесли, и если пришел сам, то группу инвалидности не дают; такие им указания дали. А еще группу нужно каждый год подтверждать в течение пяти лет, и лучше их там подмазать.

— Не дождутся!- сказал я коллегам – Жил я без их инвалидности и дальше проживу!

Обследование шло нормально пока на меня прибор Холтера не навесили. Это такая штуковина, которая давление в течение суток измеряет и записывает. Облепили меня датчиками и велели три раза за день на четвёртый этаж хирургического отделения в быстром темпе и без остановок подняться.

Двое нас таких в забеге участие приняли. Утром рванули в первый раз. Халаты в госпитале длинные как кавалерийские шинели, мой напарник запутался в полах, упал и нос разбил, а у меня все датчики отклеились, вспотел я сильно. Прихожу к медсестре, показываю и говорю, что хорошо бы их закрепить заново, потому, что мне еще два забега предстоит.

А у неё пластыря нет. Коллеги по палате сгоняли в магазин за скотчем и, сверяясь с тем у которого датчики не отвалились, взялись за реставрацию и обмотали меня скотчем как египетскую мумию. До забега у меня болело только правое колено, а после к нему присоединилось левое. В обед мы еще раз пробежались, и стало ясно, что третьего забега не будет, ноги больше нескольких шагов делать отказывались, и скотч в магазине закончился.

Выписался я из госпиталя и отнёс результаты обследования в поликлинику.

— Теперь пойдите в госпиталь сказала врач-терапевт, внимательно ознакомившись с результатами- в пульмонологическое отделение, это там же, но этажом выше, пусть начальник отделения своё заключение напишет.

— А что пока я в госпитале лежал этого сделать нельзя было? – интересуюсь.

— Так положено- говорит.

Сходил.

— Вы в трубку (забыл её название) дули?- спрашивает пульманолог.

— Дул.

— А ингалятором Вам брызгали в горло?

— Нет.

— Идите в поликлинику, пусть брызнут и снова дуньте.

— А что сразу было нельзя?

— Так положено.

Сходил. Брызнули. Дунул. Миновал в очередной раз антитеррористический кордон, и запись пульманолога получил.

— Нужно еще заключение хирурга, кардиолога и офтальмолога – просвещает она дилетанта – Потом я общее заключение напишу, а хирург и старший терапевт подпишут.

Но офтальмолог у нас на больничном, а старший терапевт бывает только до десяти утра.

Похромал я к хирургу. Он свою часть моих болезней на бумаге изложил без проблем,

А я робко так спрашиваю:

— Может Вы заодно и подпись свою поставите, чтобы я лишний раз в очереди к Вам на приём не стоял?

— Нет!- говорит- Только когда все записи будут.

Выздоровления офтальмолога я ждал неделю. За это время терапевт много чего обо мне написала , и отправила снова к хирургу, чтобы он указал мой рост и вес.

— А Вы что сами не можете? Я свой рост и вес знаю.

— Так положено- ответили мне и я отправился в очередь к хирургу.

Мои данные отличались от измеренных медсестрой в кабинете хирурга только в весе и всего на полкило.

Старшего терапевта отловил, получил вторую подпись хирурга и наконец сдал документы в ВТЭК поликлиники.

— Приходи через неделю — сказал человек, занимающийся оформлением бумаг – Нужно еще печати поставить, и проинструктировать что дальше делать.

Наконец всё готово и меня направляют на Медико-социальную экспертизу при Кардиологическом центре.

В коридоре человек пятнадцать покорно ожидают решения своей участи. С большинством и без экспертизы всё ясно. Правда безруких и безногих в очереди нет.

Говорят раньше и такие каждый год освидетельствование проходили, доказывали что у них новая конечность не выросла, и только благодаря Владимиру Владимировичу Путину им теперь этого делать не нужно. 

— А разве рубец на сердце после инфаркта со временем проходит — проявляю в очередной раз наивность.- Или с возрастом человек становится здоровей? Логично было бы устанавливать группу инвалидности бессрочно по тем болезням которые по определению не проходят! Неужели ВВП сам до этого не додумался?!

— Скажите спасибо что хоть этих от лишних мучений избавили- на меня смотрят как на новорожденного.

Говорю СПАСИБО.

Два часа ничего не происходит. Наконец выходит из кабинета врач и сообщает, что мне необходимо в дополнение к документам принести снимок грудной клетки и заверенные врачом ежедневные замеры давления в течение десяти дней, и сделать это до пятнадцатого января.

— Так ведь до Нового года осталось семь рабочих дней, а после праздника всего пять.- удивляюсь- Как же быть?

Мне говорят что это мои проблемы.

Тот же вопрос я задал терапевту в поликлинике и добавил:

— Вы же знаете, что мне ходить трудно и больно. Что же вы все меня так гоняете?

— А Вы вызовите врача из поликлиники по месту жительства, и пусть он Вам каждый день давление меряет.- посоветовала врач, и я в очередной раз удивился её наивности.

У нас «Скорая помощь» при сильнейшем обострении радикулита приехать отказалась, ограничившись советами по телефону, а участковый врач, при отсутствии высокой температуры и полной неспособности передвигаться, только обругает и уйдёт. А она размечталась, чтобы каждый день давление мереть приходили.

— А снимок грудной клетки им вовсе не нужен!- добавила терапевт, пронаблюдав как меняюсь я в лице от её совета – Думаю, они просто тянут время.

Тоже мнение с недовольством высказали мне рентгенолог и председатель ВТЭК.

В назначенное время, имея при себе снимок грудной клетки и десять заверенных замеров давления (не спрашивайте как мне это удалось), я стоял перед дверью Медико- социальной экспертизы. Стоял три часа. Стоял потому, что все десять сидячих мест были заняты, и слушал мечты женщины-кандидата на продление группы инвалидности.

— Где бы украсть миллион долларов??? Передавали, что какой-то идиот нашел миллион и вернул хозяину. Я бы ни за что не вернула!!! Я же не полная дура! У меня пенсия 8900 рублей, плюс за инвалидность, украсть бы миллион, и мне до конца жизни хватило бы!

Обычно я в очередях разговоров не поддерживаю, а тут не выдержал:

— Что за люди? В советское время мечтали не работать, ссылаясь на то, что государство делает вид что им платит, а они делают вид что работают, теперь мечтают украсть миллион. А между тем пенсия у Вас на три тысячи больше моей, хотя я 28 лет прослужил в ВМФ, а общий трудовой стаж у меня сорок лет.

— Мы в отличии от Вас работали, а Вы за наш счет припеваючи жили!- ехидно парировала дама, и я понял что передо мной типичный образец ельциноида, а я до разговоров с этой породой выродков не опускаюсь. Ныне их власть.

Наконец меня пригласили в кабинет.

— Это мне не нужно.- отбрасывая в сторону снимок грудной клетки и данные о давлении сказала пожилая дама в белом халате- Жалуйтесь, а я послушаю.   — ???   — Жалуйтесь, жалуйтесь, а мы будем решать инвалид Вы или просто у нас время отнимаете.

То ли ей читать документы было лень, то ли она их уже читала, не знаю.

Выслушав краткий перечень моих заболеваний, она предложила мне раздеться, прилечь на кушетку, и, зачем-то стала давить мне на живот.

— Наверное, на беременность проверяет успел подумать я, но улыбнуться не успел: так надавила, что чуть «выкидыш» не случился.

— Одевайтесь и ждите в коридоре.- проигнорировав моё робкое заявление о том, что я к ним попал в основном по причине инфаркта, скомандовала дама, и я не стал спорить.

Примерно через пол часа, другая дама отвела меня в другой кабинет и сообщила, что мне определена третья группа инвалидности сроком на один год, обрадовала тем, что через год мне предстоит пройти всё это снова, и не следует говорить, что последствия инфаркта не проходят, а следует за этот год пролечиться в санатории, а также они рекомендуют не работать по основной специальности (то есть не командовать кораблями), очень удивилась тому, что нам не дают бесплатных путёвок, и согласилась с тем, что платные при моей пенсии мне не по карману.

После этого вручила мне справку о инвалидности, рекомендации по ликвидации последствий заболевания, и сказала, что в двухдневный срок я должен передать эти бумаги в военкомат.

— Сегодня уже конец рабочего дня, завтра и послезавтра выходные, и, вообще, в военкомате приём только по средам.- возразил я – Не успею!

— Ничего страшного.- успокоила дама- Отвезёте в среду.

В военкомате тоже была очередь, но меня там помнили, и, поменяв половину справки об инвалидности на какую-то бумажку, я отправился в Пенсионный фонд по месту жительства.

По указанному адресу фонда не оказалось. К этому времени нога уже нестерпимо болела и я отложил поиски до следующего дня.

Пенсионный фонд был оборудован электронной системой контроля очереди, и я получил талон А048, но были еще С, Н, Е…, буква определяла район, а цифра номер.

Простояв четыре часа (простояв потому, что все сидячие места были заняты страждущими), я, наконец, оказался в кабинке. Просмотрев мои бумаги, оператор поинтересовалась принёс ли я ксерокопию паспорта, пенсионного удостоверения и сберкнижки.

У меня сердце сжалось, сейчас скажут чтобы сделал ксерокопии и потом приходил. Перспектива торчать в очереди еще пол дня мне совсем не улыбалась, тем более что я принёс все документы, а о ксерокопиях никто мне не говорил. Но обошлось.

Через пол часа со мной закончили, сообщив, что прибавка к моей пенсии составит 595 рублей плюс соцпакет примерно в таком же размере от которого я не могу отказаться потому, что это следовало сделать до октября прошлого года.

— Как же это возможно, если в октябре прошлого года я даже не подозревал о том, что получу группу инвалидности? Я же не Вольф Мессинг!

— Таков закон!- посочувствовали мне – Через десять дней придете получать справку для врача, а заодно, возьмёте талончик и напишите заявление об отказе от соцпакета на следующий год, на случай если Вам инвалидность продлят.

— А если не продлят, или я к тому времени помру?

— Значит не судьба! Соцпакет хороший, включает проезд в пригородной электричке и право на получение бесплатных лекарств. У Вас есть дача?

— Нет. И ездить на электричке мне некуда.

— Ну значит как-нибудь просто прокатитесь.

— Не жирно ли будет МПС получить больше шести тысяч если я решу прокатиться раз в год на электричке, или так и не прокачусь???

— Закон есть закон! А бесплатные лекарства, думаю, Вам не помешают.

— Бесплатные лекарства мне по другому закону положено получать в аптеке военного госпиталя, если они есть. А в обычных аптеках бесплатных лекарств не достать, если верить СМИ.

— Согласна с Вами, но ничем помочь не могу.

Поинтересовался я возможностью переадресовки этого пособия по инвалидности Президенту и Премьер-министру в равных долях, чтобы помочь им облегчить транспортную и медицинскую составляющие их расходов, поскольку посчитал его не помощью государства, а подачкой с воровского стола, половину которой по привычке пытаются украсть, но получил отрицательный ответ.

Просто от него отказаться тоже невозможно, думаю потому, что если его нет, то и половину прикарманить не удастся. Зато я понял почему группу только на год дают: не у каждого сил и решимости хватит еще раз через всё это пройти, только у самых настырных, а не пройдут – значит здоровы, и государству экономия.

Главное, конечно, это то, что со справкой об инвалидности я стал чувствовать себя значительно хуже чем до её получения, и с «Холтером» мне уже на четвёртый этаж наверняка не забраться, значит в следующем году буду совсем здоров.

Тут не лишним будет сказать, что за время разгула демократии всё это далеко не первая попытка усложнить нам жизнь и облегчить кошелёк. Должны были бы уже привыкнуть, как в той песенке:   Если вас ударят в глаз,   Вы вначале вскрикните,   Стукнут раз, потом другой,   А потом привыкните!!!

Особенно старались по отношению к военным. Наверное потому, что военная служба и «демократия» в их понимании вещи несовместимые. Начали, как вы быть может помните, с того, что именно армия, с её непомерными аппетитами, делает граждан нашей страны «равными в нищете». Естественно у наиболее тупой части населения, а именно только они и могли верить новой власти, это вызвало стойкую неприязнь к военным и лишение военнослужащих, как действующих так и тех кто был в запасе, всех льгот было встречено бурным одобрением. Даже пострадавшие от гайдаровских реформ 92 года, не скрывали своей радости, считая, что мы и так слишком хорошо жили.

А между тем, лично я потерял тогда всё что заработал за двадцать лет корабельной службы: по причине холостого положения, редких сходов на берег, отсутствия квартиры, равнодушия к спиртному и других подобных причин, у меня не было возможности тратить деньги, и я отдавал их матери, а она, не подозревая того что ждёт нас впереди, клала их на сберкнижку. Таким образом 20 лет на кораблях я прослужил, как говорится, за харчи.

И что самое интересное, Ельцин и Гайдар шарили в моих карманах когда я был в плену у азербайджанских «демократов» (читай бандитов), и поживились тем, что азеры украсть не успели. Рано радовались, и до них новые власти добрались с монетизацией льгот, а нам, наверное чтобы не обиделись на забывчивость, Министра обороны из торгашей посадили. И начал он придумывать как нам поменьше платить. И придумал. Теперь денежное содержание офицера в основном состоит из всевозможных прибавок, позволяющих ему выжить, но не засчитывающихся при начислении пенсии. Таким образом моя, например, пенсия равна части зарплаты уборщицы или охранника. При этом власти не перестают говорить о постоянной заботе о защитниках Отечества.

А на днях, в передаче «Старикам здесь не место» С. Миронов говорил о заботе о пенсионерах, и добавил, что к сожалению не удалось применить валоризацию к военным пенсионерам. К счастью, господин Миронов! Потому, что как только нынешние власти до нас добираются, так наша жизнь существенно ухудшается!!! Как, впрочем, всё к чему они прикасаются.

PS. Вы думали это конец? Я тоже так думал, но оказалось, что просто необходимо зарегистрировать ИПР (Индивидуальную программу реабилитации) в организации со сложным названием что-то вроде « Центр обеспечения социальной поддержки», в простонародном звучании «Собес», иначе скажут, что ты своим здоровьем заниматься не желаешь и потому становишься здоровым автоматически.

И пошел я в этот самый «Центр…». Там мне объяснили сколько и каких ксерокопий нужно сделать и когда принести ( интересно как всё это делалось когда ксероксов не было.) . О том, что везде приходится в очереди постоять, напоминать не буду. Наделал я ксерокопий и в указанное время предстал перед девушкой из Центра.

— Мы включаем Вас в очередь на получение путёвки в реабилитационно-оздоровительный комплекс ( или наоборот: оздоровительно-реабилитационный) «Доблесть» — говорит она – Расположен он в Похвистнево.- и,заметив отсутствие энтузиазма на моём лице, добавляет – У меня очередь на путёвки в пределах области. А если Вы хотите за границу области, то это за соседний столик.

Я сказал что хочу за границу. По телевизору говорят, что теперь отдых и лечение за границей доступны всем. Вот я и хочу. Особенно на море. За соседним столиком выяснилось, что для этого необходима справка формы 70 из поликлиники по месту жительства, в которой раньше мне бывать не приходилось.

Поликлиника встретила меня плакатом «Вход только в бахилах или сменной обуви», грязным полом и длинной очередью в Регистратуру.

Отметив, что в военной поликлинике бахилами не торгуют, а пол всегда чистый, я отправился искать место где можно разменять деньги, ибо требовались пять рублей одной монетой.

Умиление вызвал вид девушки в сапогах на шпильке и в бахилах, порвавшихся ровно через два шага.

— Что же я вам могу написать если я Вас в первый раз вижу? – логично сообщила мне участковый врач лет семидесяти с явными признаками склероза.- Идите в военную поликлинику.

И я с ней согласился, но жизнь сделала меня предусмотрительным и я на всякий случай поинтересовался перспективой заполнения ей этой формы 70 по моей медицинской книжке, если в военной поликлинике мне откажут. Основания для опасений у меня были: когда шесть лет назад я сломал руку на работе, гипс мне наложили, бюллетень выписали, а когда понадобилось заключение о степени тяжести травмы для получения страховки, начальник поликлиники заявил, что у них таких полномочий нет и заверять заключение врача отказался.

Дурные предчувствия нас не обманывают, а если их нет, значит мы чего-то не учли. Гениальный афоризм! А главное правильный!

В военной поликлинике форму 70 не выдавали. Отнёс свою медицинскую книжку по месту жительства, и справку, наконец, заполнили. Оказалось не на том бланке, какой-то серой полосы поперёк листа не хватало. Поскольку бланка с серой полосой в наличии не оказалось, мне велели прийти на следующий день и забрать справку, которую к моему приходу подготовят. Но человек предполагает, а …, справка была не готова.

— Не дома же мне её заполнять?- резонно поведала бабулька, и я с ней опять согласился.   — Идите в 37 кабинет и там меня подождите.- добавила она заполнив бумагу.

37 кабинет это место где ставят печати. Ждал я минут 15, но пробегая мимо, бабулька сообщила что забыла мою справку в кабинете и мне следует вернуться и подождать меня там, после чего я самостоятельно проберусь в заветный 37-ой, где мне печать и поставят.

Выполнив предписанный маневр, я снова оказался под дверью хранителей печати. В кабинете две дамы в белых халатах обсуждали новинку в гардеробе одной из них. Всего пол часа, после чего печать на моей справке появилась без всяких проволочек, и я был направлен в Регистратуру, где следовало добавить к ней штамп поликлиники.

Всего пол дня и справка готова.   В том что раньше называлось «Собесом» выяснилось, что в компьютере данных обо мне нет. В телефонном разговоре с Пенсионным фондом района выяснилось, что сначала мне следует оформить пенсию.

— Какую пенсию?- не смог скрыть я удивления – Я уже пятнадцать лет пенсию от МО получаю.

После такого заявления мы перешли к прямым переговорам с пенсионным отделом, в том смысле, что трубку передали мне и я подробно изложил существующее положение дел.

Теперь кажется всё?! Только бы не сглазить, а то может потребоваться реабилитация по психиатрическому профилю.

Но не подумайте что все эти хождения бесполезны, например мысли о том, что государство просто хочет нас извести, превратились в уверенность.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *