Лагард А. Конотопская битва

Конотопская битва m.fishki.net

В нынешней Украине с большой помпой праздновалась 350 годовщина Конотопской битвы в которой объединённые с поляками и крымскими татарами, предки украинцев – гетманские казаки наголову разгромили силы Государя всея Руси (русского царя) Алексея Михайловича в которые входили московские стрельцы, поместная дворянская конница, заграничные рейтары, касимовские и казанские татары, запорожские казаки.

Конотопская битва русского отряда князя Семёна Пожарского (дворянская конница и запорожские казаки) с крымскими татарами произошла 27 июня (8 июля) 1659 года, после окончания русско-польской войны 1654-1667 годов благоприятно закончившейся для России Виленским соглашением. Значительная часть земель нынешней Украины, называемой Гетманщиной вместе с городом Киевом перешли под протекторат русского царя.

Но 27 июля (6 августа) 1657 года от инсульта умирает сторонник вхождения Гетманщины и войска Запорожского в состав России Гетман Богдан Хмельницкий. Начинается борьба за его наследство среди казачьей старшины. Часть старшин заявили, что Россия не выполняет свои обязательства по отношению к Гетманщине и войску Запорожскому и порвали присягу русскому царю. Значительная часть казаков и старшины снова перешла на службу Речи Посполитой и польскому королю. Перед смертью Богдан Хмельницкий передал гетманскую булаву своему сыну Юрий Хмельницкому, такое решение отвечало традициям и политическим решениям того времени. Однако сын Богдана Хмельницкого был несовершеннолетним (ему было на это время всего 16 лет).

На Чигиринской Раде в 1657 году казацкая старшина возложила временное исполнение обязанностей Гетмана на личного писаря Богдана Хмельницкого, главу Генеральной канцелярии Левобережной Гетманщины Ивана Евстафьевича Выговского. Иван Евстафьевич Выговской не пользовался уважением казаков левобережных казачьих полков, но находил поддержку казаков правобережных казачьих полков, стоявших за пересмотр соглашений с Россией и Польшей.

Греческий митрополит Михаил Колоссийский пишет о Иване Выговском:

«Гетмана Ивана Выговского заднепровские черкасы любят. А которые по сю сторону Днепра, и те де черкасы и вся чернь ево не любят, а опасаютца того, что он поляк, и чтоб де у него с поляки какова совету не было».

Поляки все же решили сыграть на противоречиях Ивана Выговского и казацкой старшины с Русским государством. В Чигирин (гетманскую резиденцию) зачастили послы польского короля, обещающие массовые льготы жителям Гетманщины и казацкой старшине, признание княжества Русского.

В 1658 году, очарованный польским вниманием, Иван Выговской подписывает с поляками Гадячский мирный договор, согласно которого признается Гетманом княжества Русского, а «Княжество русское» признается равноправным субъектом Речи Посполитой, как Великое княжество Литовское.

Подписав этот договор Иван Выговский ставит Гетманщину практически в состояние войны с Русским царством. Действия Выговского не находят понимания среди значительной части казачества, боровшимся с Речью Посполитой бок о бок с русскими воинами. Открыто против Выговского выступает Войско Запорожское, Полтавский и Миргородский полки.

Конотопская битва liveinternet.ru

Но желая не зависеть и от поляков, и узнав, что польский сейм не утвердил положение о русском княжестве Иван Выговской присягает на верность с землями Гетманщины Крымскому хану Мехмеду IV Гирею с условиями, что тот окажет ему военную помощь против Русского царства и Речи Посполитой.

Крымский хан обрадовался внезапно свалившемуся на его голову такому «подарку». Турецкий султан утвердил оказание Крымом помощи Гетману Ивану Выговскому и теперь подвластной турецкому султану Гетманщине.

Получив значительную помощь от татар Иван Выговской решил с русским царством и казаками, не поддерживающими его, бороться силовым методом.

В августе 1858 года Иван Выговской вместе с правобережными казаками и крымскими татарами дважды неудачно осаждает Киев, сжигает взятую приступом Полтаву.

В пределы Гетманщины вступает русский Белгородский полк под командованием князя Григория Ромодановского.

Узнав об этом Иван Выговской в ноябре 1858 года отправляет послов к Алексею Михайловичу и ложно подтверждает присягу верности, данную Русскому царю. Белгородский полк отходит в пределы Русского царства, а Иван Выговской тут же благополучно забывает обязательства данные Русскому царю

В декабре 1658 года Иван Выговской с татарами и казаками нападает на русский гарнизон в Лохвице и на казаков Ивана Беспалого в Ромнах, грабит окрестные села около Ромны и взятый им город Пирятин. Татары угоняют в Крым большой захваченный полон.

Попытки Русского царя Алексея Михайловича договориться с Иваном Выговским мирным путём не удаётся. Рядом с Выговским постоянно находятся польские и татарские советники, препятствующие ведению любых переговоров.

Русский царь Алексей Михайлович узнаёт, что в начале 1659 года казаки Ивана Выговского под командованием атамана Гришки Гуляницкого входят уже в пределы России и грабят города и села, угоняют в полон мирных жителей (продавая их татарам), сжигают дома и поселения. Из-под Конотопа казачьи и татарские отряды грабят окрестности Путивля, Севска, Рыльска, угоняют в полон жителей, сжигают села, поля, угоняют скот.

25 марта (4 апреля) 1659 года по приказу царя большое русское войско под командованием князя Алексея Трубецкого входит в пределы Гетманщины. Князь Трубецкой имеет предписание от царя не воевать, а склонить Ивана Выговского к миру. Однако Трубецкой понимает, что Выговской под влиянием поляков и татар мириться не захочет.

20 (30) апреля войска князя Трубецкого осаждают Конотоп, где скрываются казаки атамана Гришки Гуляницкого, ходившего грабить русские земли.

21 апреля (1 мая) под Конотоп приходят дополнительно войска князя Фёдора Куракина, князя Ромодановского и гетмана войска Запорожского (бывшего уманского полковника) Ивана Беспалого.

Начинается осада Конотопа. Горожане требуют от Гуляницкого сдать город. Но тот понимает, что придется отвечать жизнь за грабежи русских земель и угнанных жителей сел и деревень.

Гуляницкий пишет гетману Выговскому: «уж и силы нашей не стало: такие тяжкие и добро крепкие до нас всякого дня и ночи приступы и добыванья чинят; уже и в ров вкопались, и воду от нас отняли, и место розными промыслы палят огненными ядрами, а мы пороху и пуль не имеем, чем боронитись; также живности у казаков ничего нет, и конми все опали. Смилуйся, смилуйся, добродей, скоро поспеши, и помочь нам давайте… Мы, тут будучи так в тяжкой беде, можем неделю как мочно боронитися, а дале не можем содержатися, будем здатися».

В это веря на помощь к Выговскому подходят татарские силы во главе с Крымским ханом Мехмед IV Гиреем и польские хоругви.

Полк князя Трубецкого, окольничего Бутурлина с рейтарскими полками и детьми боярскими 12302 человека, полк князя Ромодановского с донскими казаками 7333 человека, полк князя Куракина с казанскими татарами – 4702 человека, полк окольничего князя Пожарского (племянника Дмитрия Пожарского героя войны за Москву) и окольничего князя Львова с касимовскими татарами – 1764 человека, отряд запорожских казаков Ивана Беспалого 6660 человек.

Все русская армия состояла из 28600 человек.

Противоположная сторона Войско крымского хана Мехмеда VI Гирея крымских и ногайских татар, турецких янычар и темрюкских черкесов — порядка 35-40 тысяч человек.

Казацкие правобережные и левобережные полки Гетмана Ивана Выговского (Уманский, Черкасский, Каневский, Кальницкий, Поволоцкий, Белоцерковский, Поднепрянский, Черниговский, Переяславский, Прилуцкий казачьи полки) – 16 тысяч человек.

Польско-литовские и сербско-валашские наёмные хоругви около 3, 5 тысяч человек

Всего в объединённом войске – более 55 тысяч человек.

Теперь численность войска становится не пользу русских войск. Но разведка у русских поставлена плохо и о прибытии крымских татар Мехмеда IV Гирея они не знали.

28 июня (8 июля) татарские немногочисленные отряды под командованием крымского царевича Адиль Гирея атаковали полк князя Трубецкого и получив некоторый отпор сразу отошли за речку Сосновку (Куколку).

Трубецкой отправляет конный сторожевой полк князя Пожарского, казаков Ивана Беспалого во главе с полковниками Григорием Ивановым и Михаилом Козловским преследовать татар, не зная о подходе всего войска татарского. Отряд князя Пожарского и запорожских казаков был порядка 6 тысяч человек.

Увлёкшись преследованием татарского отряда Адиль Гирея Пожарский не заметил, как всё крымское войско отрезало его отряд от основных сил. Его отряд окружило войско значительно превышающее. Татары уничтожают отряд стрелами не встпая в рукопашные схватки. Первым попал под удар рейтарский полк полковника Фанстробеля, шедший последним, который успел дать только один залп, как был почти полностью смят атакующими татарами и уничтожен. Засыпая окружённых русских воинов стрелами татары выбивали всё больше и больше воинов. Защищаться от стрел на открытой местности было нечем. Скоро не раненых в отряде уже не было. Пожарский дал команду попытался пробиться к русскому войску, сам оставшись отвлекать основные силы татар. Прорваться было практически невозможно — поздно. В прорыв пошли казаки гетмана Ивана Беспалого и поместная московская конницаю Татары почти всех уничтожили. Сумел прорваться к своим только сам гетман Иван Беспалый с несколькими казаками и несколько боярских детей из отряда Пожарского.

История донесла до нас несколько имён спасшихся детей боярских: Борис Семенов сын Толстой «по правой щеке и по носу посечён саблею, да по правой руке ниже локтя пострелен из лука», Михайло Степанов сын Голенищев Кутузов (предок великого фельдмаршала М.И. Кутузова) «сечен саблею по обеим щёкам, да по левому плечу, и по левой руке», Иван Ондреев сын Зыбин «по голове посечен саблею да по правому виску от глаза и до уха пострелян из лука».

gorod.cn.ua

Казацкие полки Гетмана Выговского и польские хоругви в этом бое не участвовали, а подошли к переправе через речку Сосновка (Куколка) гораздо позднее, когда татары уже добивали последних русских воинов, оказывавших сопротивление. Поэтому, попавшие в плен были почти все изранены.

Выговский попытался воспользовавшись моментом со своими казацкими и польскими силами сразу форсировать реку Сосновка (Куколка), но на переправе встали спешенные полки, отправленные на помощь Пожарскому, полковника Венедикта Змеева и Андрея Бутурлина. Имея более чем трёхкратное превосходство полки Ивана Выговского не смогли форсировать реку. С подходом татар, зашедших русским с тыла казаки и поляки сумели захватить переправу. Но отряд Змеева смел ускользнуть, а оставшийся прикрывать отступление отряд Бутурлина был уничтожен, а сам Бутурлин попал в плен к татарам.

Теперь 29 июня (9 июля) все русской войско князя Трубецкого оказалось в осаде превосходящими силами татар, гетманских казаков Выговского и поляков под Конотопом. Окружённые немедленно по приказанию воевод поставили «гуляй-город» из телег обоза и вырыли шанцы. Татарские стрелы стали бесполезными против толсто дерева телег. И крымский хан всячески сдерживал своих воинов, чтобы не было лишних потерь в рукопашной схватке, дав возможность полякам и казакам Выговского идти впереди.

В ночь на 30 июня (10 июля) Выговский решился на штурм русского лагеря. Атака закончилась полным провалом. В ходе ночного боя сам Выговский был ранен и погибло много польских рейтаров. Атакующие войска гетмана Выговского и Крымского хана были встречной вылазкой обозлённых на предателей казаков Выговского. Осаждающие были отброшены на 5 вёрст к реке Сосновка (Куколка).

Трубецкой понимал бессмысленность осады Конотопа, когда за спиной стоят более сильные полки вражеского войска, а также понимал, что в сложившейся обстановке надо спасать русские полки и верных казаков.

В ночь на 2 (12) июля русские войска окружив себя «гуляй-городом» — телегами, обитыми поставленными вертикально днищами начали отступление к реке Сейм, за которой начинались русские земли. В проделанные щели стрельцы уничтожали всех желающих приблизиться к двигающемуся «гуляй-городу»

В нескольких километра от Конотопа татары, казаки и польские хоругви Выговского попытались ещё раз напасть на отступающее русское войско. Хотели смять оборону и ворваться в гуляй-город. В просветы между телегами начали стрелять малые орудия стрельцов, кося как траву наступающих. Попытка поляков и казаков Выгодского окончилась неудачей. Потери Выговского и хана составила при этом нападении порядка 6 тысяч человек. Большие осадные орудия Трубецкой был вынужден оставить вместе с ядрами в лагере под Конотопом.

А 4 (14) июля Выговской, и крымский хан узнали, что на помощь войску князя Трубецкого, выступил большой русский отряд из Путивля во главе с князем Григорием Долгоруковым и ждет у реки Сейм. В этот день русские войска уже подошли к довольно полноводной реке Сейм и начали переправу. Выговский, пытавшийся все же помешать переправе, был отбит опять со значительным уроном. Погибли при этом порядка 3000 казаков Выговского и более 600 татар. Теперь их громили с двух сторон из лагеря Трубецкого и из-за реки пушкари князя Долгорукого.

И Выговской и Крымский хан ушли со своими войсками, потеряв надежды нанести ущерб русскому отряду. Крымский хан направился в Крым, пограбив (по своему разумения) села левобережной Гетманщины и угнав большой полон. Трубецкой благополучно переправился через Сейм

10 (20) июля русские войска князя Трубецкого вошли в Путивль.

Крымский хан (ещё в лагере под Конотопом), захвативший большое количество пленных из отряда князя Пожарского, в том числе и самого князя Пожарского и князя Лыкова понимал, что ему надо посеять навек вражду между русскими Гетманщины и России.

По слова писаря Наима Челоби он говорил:

Мы «…должны употребить все старания, чтобы укрепить вражду между россиянами и казаками, и совершенно преградить им путь к примирению; мы должны, не мечтая о богатстве, решиться перерезать их всех…

После этого, по его же словам: перед палатою ханскою отрубили головы всем значительным пленникам, после чего и каждый воин порознь предал мечу доставшихся на его долю пленников.

Погибли или были казнены двое окольничих: С. Р. Пожарский и С. П. Львов, стольник Е. А. Бутурлин, 3 стряпчих: М. Г. Сонин, И. В. Измайлов, Я. Г. Крекшин, 79 дворян московских и 164 жильца. Всего 249 «московских чинов».

Обычно крымские татары высокопоставленных пленников не казнили, а продавали за хорошие деньги или меняли на пленных мурз. Но в этот раз в ставке крымского хана были представители турецкого султана, которые настойчиво рекомендовали хану казнить пленных. Не выполнить эту рекомендацию представителей султана он не мог.

Сотник Нежинского полка Забела, присутствовавший при казни Пожарского, рассказывал князю Трубецкому: «хан росспрашивал окольничего князя Семена Романовича про татарский побой, а какой побой, того неведомо, и околничей де князь Семен Романович хану говорил противно и изменнику Ивашку Выговскому измену иво выговаривал при хане ж. И за то де хан околничего князя Семена Романовича хан велел перед собою стять… а тот плюнул хану в лицо, за что был немедленно казнён».

В результате этого похода по словам князя Трубецкого, докладывавшего государю:

«Всего на конотопском на большом бою и на отводе: полку боярина и воеводы князя Алексея Никитича Трубецкого с товарищи московского чину, городовых дворян и детей боярских, и новокрещенов мурз и крымских татар, и казаков, и рейтарского строю начальных людей и рейтар, драгунов, солдатов и стрельцов побито и в полон поймано 4769 человек». Основные потери пришлись на отряд князя Пожарского. Пал командующий рейтарским полком шотландец Уильям Джонстон. Почти полностью погиб рейтарский полк Анца Георга фон Стробеля (Фанстробеля), потери которого составили 1070 человек, включая полковника, подполковника, майора, 8 ротмистров, 1 капитана, 12 поручиков и прапорщиков. Войско Запорожское, согласно докладу гетмана И. Беспалого, потеряло около 2000 казаков.

Главные потери пришлись на долю кавалерии пехота за все время боёв потеряла всего 89 человек убитыми и пленными. Общие потери армии князя Трубецкого за время отступления к Путивлю составили около 100 человек».

Потери Выговского составили 4 тысячи человек, крымские татары потеряли до 6 тысяч человек.

Поражение армии князя Трубецкого имело огромное психологическое значение для умов жителей Гетманщины. У России осталось там все меньше и меньше сторонников. Потихоньку города левобережья Днепра переходили под руку Ивана Выговского.

И здесь не было бы счастья, да несчастье помогло. Татарское и турецкое присутствие стало постоянным, как и стали постоянными грабежи местного населения татарами и угон мужчин, женщин и детей в полон, а также скота, как добычи. С этого времени наиболее популярной пищей на Гетманщине стало свиное сало. Татары угоняли и забирали весь скот, кроме свиней, которых им по мусульманским обычаям есть не позволялось. Основным животным, разводимым на Гетманщине теперь стали свиньи.

Алексей Михайлович приказал значительно усилить армии в Киеве и на границах Гетманщины и подготовиться к операциям по возвращению Гетманщины под руку русского царя. Всячески поощрялись казаки Гетмана Ивана Беспалого и переходившие казаки с Гетманщины.

Усиление русского войска на границах и постоянные грабежи со стороны крымских татар, привело к изменению мнений населения Гетманщины в сторону России против Ивана Выговского.

На сторону русских переходят со своим левобережными полками полковник Киевский Иван Екимович, полковник Переславский Тимофей Цецюра, полковник Черниговский Аникей Силыч. В своих местах он побили татар и сторонников Выговского. Было уничтожено более 3 тысяч человек. А черниговский полковник Аникей Силыч захватил полковников Юрия и Илью Выговских (родственнков гетмана), майора Зумера со знамёнами их полков и отправил в Москву. Также сторону русских приняли запорожские казаки Ивана Серко. На казацкой Раде в местечке Гармановцы был низложен Иван Выговской и выбран новый Гетман Запорожья и Гетманщины Юрий Хмельницкий – сын Богдана Хмельницкого.

«И знамя и булаву и печать и всякие дела Войсковые у Выговского взяли и отдали Юрью».

В Гармановцах казаками были зарублены послы Выговского, Сулима и Верещака, которые чуть ранее подписали Гадячский договор — соглашение между Выговским и поляками, спровоцировавшее военную кампанию 1659 года.

17 (27) октября 1659 года казацкая Рада в Белой Церкви окончательно утвердила Юрия Хмельницкого (как проводника курса отца на сближение Гетманщины и Запорожья с Россией), а казаки присягнули на вечное подданство России. Выговский сбежал с ближайшими сторонниками в Польшу.

Конотопская битва отряда князя Семёна Пожарского стала первой в серии проигранных русской армией в ходе русско-польской войны битв и сражений.

В итоге война 1654—1667 годов, эпизодом которой явилось битва русского отряда с татарами под Конотопом, закончилась Андрусовским перемирием с поляками, повлёкшим за собой раздел Гетманщины по Днепру на Правобережную и Левобережную. Это было следствием достижения нового баланса сил в регионе и правовым закреплением разделения самой Гетманщины, где к 1663 году закрепилось положение с избранием двух гетманов — пропольского на Правобережье и прорусского на Левобережье.

В память о гибели князя Семёна Пожарского в народе была сложена песня:

За рекою, переправою, 
За деревнею Сосновкою, 
Под Конотопом под городом, 
Под стеною белокаменной, 
На лугах, лугах зеленыех, 
Тут стоят полки царские, 
Все полки государевы, 
Да и роты были дворянские. 
А из далеча-далеча, из чиста поля, 
Из того ли из раздолья широкого, 
Кабы черные вороны табуном табунилися, 
Собирались-съезжались 
Калмыки со башкирцами, 
Напущалися татарове 
На полки государевы. 
Оне спрашивают, татарове, 
Из полков государевых 
Себе сопротивника. 
А из полку государева 
Сопротивника не выбрали 
Не из стрельцов, не из солдат-молодцов. 
Втапоры выезжал Пожарской-князь, 
Князь Семен Романович, 
Он боярин большей словет, 
Пожарской-князь. 
Выезжал он на вылазку 
Сопротив татарина 
И злодея наездника, 
А татарин у себя держит в руках 
Копье вострое, 
А славны Пожарский-князь —

Одну саблю вострую 
Во рученьки правыя. 
Как два ясныя соколы 
В чистом поле слеталися, 
А съезжались в чистом поле 
Пожарской-боярин с татарином. 
Помогай бог князю 
Семену Романовичу Пожарскому! 
Своей саблей вострою 
Он отводил востро копье татарское 
И срубил ему голову, 
Что татарину наезднику. 
А завыли злы татарове поганые: 
Убил у них наездника, 
Что не славного татарина. 
А злы татарове крымские, 
Оне злы да лукавые, 
Подстрелили добра коня 
У Семена Пожарского, 
Падает его окарачь доброй конь. 
Воскричит Пожарской-князь 
Во полки государевы: 
«А и вы, солдаты новобраные, 
Вы стрельцы государевы! 
Подведите мне добра коня, 
Увезите Пожарского, 
Увезите во полки государевы!»
Злы татарове крымские, 
Они злы да лукавые, 
А металися грудою, 
Полонили князя Пожарского, 
Увезли его во свои степи крымские. 
К самому хану Крымскому, 
Деревенской шишиморы. 
Его стал он допрашивать: 
«А и гой еси, Пожарской-князь, 
Князь Семен Романович! 
Послужи мне верою, 
Да ты верою-правдою, 
Заочью не изменою; 
Еще как ты царю служил, 
Да царю своему белому, 
А и так-то ты мне служи, 
Самому хану Крымскому, 
Я ведь буду тебе жаловать 
Златом и серебром, 
Да и женки прелестными, 
И душами красными девицами!» 
Отвечает Пожарской-князь 
Самому хану Крымскому: 
«А и гой еси, Крымской хан, 
Деревенской шишиморы! 
Я бы рад тебе служить, 
Самому хану Крымскому, 
Кабы не скованы мои резвы ноги, 
Не связаны белы руки 
Во чембуры шекловые, 
Кабы мне сабелька вострая, 
Послужил бы тебе верою 
На твоей буйной голове, 
Я срубил тебе буйну голову!» 
Скричит тут Крымской хан, 
Деревенской шишиморы: 
«А и вы, татары поганые! 
Увезите Пожарского на горы высокие, 
Срубите ему голову, 
Изрубите его бело тело 
Во части во мелкие, 
Разбросайте Пожарского 
По далече чисту полю!» 
Кабы черные вороны 
Закричали-загайкали, 
Ухватили татарове 
Князя Семена Пожарского, 
Повезли его татарове 
Они на гору высокую, 
Сказнили татарове 
Князя Семена Пожарского, 
Отрубили буйну голову, 
Иссекли бело тело 
Во части во мелкие, 
Разбросали Пожарского 
По далече чисту полю, 
Они сами уехали 
К самому хану Крымскому. 
Они день-другой не идут, 
Никто не проведает. 
А из полку было государева 
Казаки двоя выбрались, 
Эти двоя казаки-молодцы, 
Они на гору пешком пошли 
И взошли тута на гору высокую, 
И увидели те молодцы 
То ведь тело Пожарского: 
Голова его по собе лежит 
Руки, ноги разбросаны, 
А его бело тело во части изрублено 
И разбросано по раздолью широкому. 
Эти казаки-молодцы его тело собрали 
Да в одно место складовали, 
Они сняли с себя липовой луб 
Да и тут положили его, 
Увязали липовой луб накрепко, 
Понесли его, Пожарского, 
Конотопу ко городу. 
В Конотопе-городе 
Пригодился там епископ быть, 
Собирал он, епископ, попов и дьяконов 
И церковных причетников 
И тем казакам, удалым молодцам, 
Приказал обмыть тело Пожарского, 
И склали его бело тело в домовище дубовое 
И покрыли тою крышкою белодубовою. 
А и тут люди дивовалися, 
Что его тело вместо срасталося. 
Отпевавши надлежащее погребение, 
Бело тело его погребли во сыру землю
И пропели петье вечное 
Тому князю Пожарскому.

На месте казни татарами русских воинов и казаков, в память о погибших казаках, московских стрельцах и иностранных рейтаров, убитых в бою и казнённых татарами была возведена по приказу Гетмана Брюховецкого построена Вознесенская (Сорокосвятская) церковь и поставлен поклонный крест.

Нынешняя пропольская Украина празднует день Конотопской битвы, как день победы объединённых сил западной Европы (украинцев, поляков и крымских татар) над агрессивной Русской империей.

Поклонный крест на месте Конотопской битвы gorod.cn.ua

Написано по материалам Интренета

Волков В. Войны и войска Московского государства, Алгоритм, Москва, 2004

Шамбаров В. Рождение империи или Святая Русь против варварской Европы, Москва, 2011

Шамбаров В. Спасти Украину! Святая Русь против варварской Европы, Москва, 2015

Шефов Н. Битвы России. Издательство АС, Москва, 2002

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *