Чечельницкий В. (полковник Чечель) Привет из Космоса или сказ про Юркины драки

   «Любовь может обойтись без взаимности, но дружба никогда». (Омар Хайям)

Ранним сентябрьским утром в моей квартире раздался звонок. Звонил мой друг Юрий Лончаков. «Командир, я сейчас в Хьюстоне, через месяц стартую на МКС (Международную космическую станцию). Приглашаю вас с Константином Фроловым меня проводить. Полёт на пол года, а такое зрелище как старт ракеты стоит увидеть хотя бы один раз в жизни». «Погоди — говорю — ты же должен лететь в мае следующего года командиром шестиместного экипажа?» «Салижан списан, я опять лечу из дублёров, как и во втором полёте. В общем, старт 12 октября, жду вас на Бойконуре. Игорь Ларьков тоже будет. (Игорь, как и Юра в  прошлом лётчик моего полка, друг и однокашник космонавта Лончакова.)

    Начали заказывать билеты с Москвы, оказалось, что единственная авиакомпания, которая раньше выполняла рейсы на Бойконур, из-за дороговизны топлива больше туда не летает. Позвонили Юре, хотя понимали как он сейчас занят. Юра замолвил словечко, и нас включили в список пассажиров ТУ-134, вылетавшего крайним с аэродрома Чкаловский меньше чем за сутки до старта, правда, с полной оплатой стоимости билетов. Зато летели, как «короли», трое в хвостовом салоне. Правда, не обошлось без «приключений». Когда после взлёта решили выпить за здоровье космонавтов по рюмке «чая», оказалось, что «ящик с водкой» взяли, а из закуски прихватили один кэтчуп. Пошли «за помощью» в соседний салон. Там тоже оказалось три человека.Ребята с удовольствием откликнулись на нашу просьбу, помочь с «закусью», и мы красиво скоротали три часа полёта.

     Ужинали уже в местном ресторане, где подавали не только еду, но и «восточные танцы». Поэтому засиделись далеко за полночь.Легли в два часа ночи, а в четыре нас уже подняли посмотреть на космонавтов, которые шли на одевание скафандров. Что меня тогда поразило, несмотря на столь ранний подъём, они были свежи, как «маргаритки», чего нельзя было сказать о нас… Затем нам дали два часа поспать и подняли снова, на этот раз для того, чтобы ехать на космодром. Пока ехали, «глазели» во все глаза в предвкушении незабываемого зрелища. Пару раз за окном промелькнули верблюды. «Что-то в этом году «везёт» мне на них» — подумал я, вспомнив верблюда, которого видел среди снегов на высоте около 3000 метров в Домбае, когда катался там на горных лыжах. Как его, «бедолагу», затащили туда канатчики, до сих пор не пойму, наверно, вертолётом — «кергуду» — что в переводе с карачаево-черкесского означает — «шутка». 

    На самом космодроме потолкались среди «народа», посетили музей космонавтики, залезли в «Буран»,который тоже является продолжением музея, посидели в мини столовой, специально предусмотренной, чтобы гости не смотрели яркое зрелище «на пустой желудок»… И тут меня кто-то «продал» Казахстанскому телевидению, что здесь первый командир полка, он же командир экипажа космонавта Лончакова. Т.е. Юра был моим правым лётчиком, когда мы летали с ним на дальнем дозвуковом бомбардировщике-ракетоносце ТУ-16к. Мало того, я был его первым тренером по рукопашному бою. (Сейчас Юра имеет чёрный пояс по айкидо). В общем, подошли трое, представились, и молодая, красивая дикторша сказала: «Мы знаем о Вас всё, отпираться бесполезно, Вы должны нам дать интервью. Но нам не надо фактов, которые уже все знают. Лончаков делает третий полёт, о нём уже много писали, нам нужно, чтобы Вы вспомнили о космонавте что-то оригинальное, чего не знает никто. Тем более, Вы знаете, что Лончаков рос и поступал в лётное училище с Казахстана, поэтому нам крайне важно сделать хороший репортаж.» По их решительному виду я понял, что отпираться бесполезно. С тоской посмотрев на своих друзей Ларькова и Фролова, сидевших за столиком бара, извиняюсь, столовой, я пошёл исполнять эту почётную обязанность, думая над просьбой, рассказать что-то оригинальное.

    Когда вышли на исходную позицию на фоне ракеты, решение пришло само. Здесь я сделаю лирическое отступление, почему именно эти «оригинальные» факты я взял за основу интервью, хотя мог бы привести много других, не менее «оригинальных» фактов, т.к. знал Юру, как «облупленного», когда он был моим правым лётчиком. Дело в том, что я как и Тимур Апакидзе, с которым мне посчастливилось дружить 19 лет, в чине командира полка вёл секцию рукопашного боя. В отличие от Тимура, у которого посещение тренировок для лётного состава было делом обязательным, у меня это было дело сугубо добровольное, в основном, для лейтенантов и матросов. Цели я преследовал сугубо утилитарные. Первых надо было сразу поставить на путь «истинный», а с матросами это мне помогало бороться с неуставными взаимоотношениями, которые нет-нет да и возникали иногда в полку во время смены состава срочной службы, когда «старички» уходили в запас, и молодые сразу становились «дедами.» Причём в борьбе с неуставными взаимоотношениями помогало не только каратэ. Очень много в этом отношении давали командные виды спорта, особенно футбол. Офицеры, прапорщики и матросы стояли плечём к плечу, отстаивая честь полка или эскадрильи, а выполнение общей задачи всегда сближает… В этом плане я особенно благодарен Алексею Игоревичу Сердюку, который в нашем 12 омрап прошёл путь от правого лётчика до комэски, а впоследствии получил звание генерал и служил на многих руководящих должностях, одна из которых — Начальник Центра Морской Авиации России. У Алексея Игоревича был спортивный талант, и он преуспевал практически во всех видах спорта.

    Но вернёмся к нашему главному герою. В 1986 году дня за три до прибытия очередного выпуска лейтенантов лётчиков и штурманов в полк мне позвонил со штаба ВВС БФ полковник Борис Григорьевич Журавель: «Василий Васильевич, к Вам лейтенанты прибудут из училища, обратите внимание на лейтенанта Лончакова». «Что «протеже» чей — нибудь?» — спросил я с неудовольствием. «Да, нет, пацан просто сильно летать хочет.» — «Ладно, разберёмся.»-сказал я и забыл. Командиром полка меня только поставили, и хотя до этого я уже был три года в этом же полку замом, дел было невпроворот. Поэтому я не особенно вникал в просьбу Бориса Григорьевича. Лейтенантов мне представили, пришло их сразу человек 12-14 лётчиков и штурманов, я сказал «пару слов»о том, в какой славный полк они попали и отдал на «откуп» замполиту полка подполковнику Белову. Дмитрий Иосипович пропустил их через комнату Боевой славы и заканчивая рассказ о 12-ом отдельном морском ракетоносном орденов Кутузова и Александра Невского авиационном полку, сказал, что в гарнизоне работает секция рукопашного боя, но не сказал, кто её ведёт.

    Вечером на тренировку из вновь прибывших лейтенантов пришли двое. Лейтенанты Игорь Тульский и Юра Лончаков.Последний оказался «крепким орешком». Как он сам потом говорил, меня он просто не узнал.До этого он видел командира полка несколько минут у меня в кабинете в форме. А тут какой-то «сэнсэй» в кимоно предлагает «поработать», чтобы определить, что он умеет. Короче, после разминки мы с ним «схлестнулись» в конкретном спарринге. Я превосходил его в технике, но сразу понял, что этот пацан не «подарок» и настоящий боец. А Юра где-то через год, признался, когда он узнал, что пытался бить «морду» самому командиру полка, подумал: «Ну всё, прощай карьера…»  Но в целом, как мне повезло, я оценил чуть позже. Юра, как и я был «фанатично» предан восточным единоборствам, в самом хорошем смысле этого слова. В итоге, после основной тренировки, я сажал его в свой командирский УАЗик, мы уезжали на озеро или в лес и там ещё час-полтора продолжали тренировку. Дрались в воде, на песке, на склоне горы, на деревьях и прочем, на что хватало «фантазии». А по субботам я отбирал человек 8-10 офицеров и прапорщиков, сколько могло влезть в машину, из числа тех, кто отличился на тренировке, и мы ехали в баню. Пока она топилась, ещё тренировались, а потом парились, «не взирая на чины и ранги.» В общем, Юра как-то быстро выделился из всей когорты лейтенантов, что пришли в полк осенью 1986 года. Хотя весь их набор был сильным, как лётчики. Прекрасно вписались в полковой коллектив Игорь Дейнека, Игорь Ларьков, Володя Кузнецов и другие пилоты.

    Юру, чтобы он мог много летать, я определил правым лётчиком к молодому командиру отряда Василию Иванову, и около года держал его в «чёрном теле», ничем не выделяя из остальных пилотов. Но когда Василий «усадил» свой ТУ-16 до полосы, я понял, что пора брать «пацана» в свои руки. Перевёл его в свой экипаж и постарался передать максимум лётного опыта, что имел сам, как «Военный лётчик-снайпер». А где-то через месяца три, как мы стали летать в одном экипаже, в одном из полётов почувствовал, что этот пацан, сидящий рядом со мной в правом кресле, близок мне, как никто другой. Несмотря на 18-летнюю разницу в возрасте и званиях, он лейтенант, я полковник — мы думали одинаково, увлечения, склонность к экстриму и прочее… скоро привели к дружбе, которая продолжается и по сей день. А тогда Юра просто поражал меня своей отвагой, если называть вещи своими именами и совершенной нервной системой. При выполнении парашютных прыжков он умудрялся спать за 30 секунд до выброски на боевом курсе. У меня тогда было более 500 прыжков, у Юры 30, но он шёл за мной на выполнение самых рискованных прыжков. Когда я решил приобщить его к горным лыжам, взял с собой на Кавказ в Терскол, Юра, несмотря на отсутствие техники стал спускаться со мной по «чёрным трассам» горы Чегет. Те, кто катается на горных лыжах и бывал в Кабардино-Балкарии в тех краях, по достоинству оценят этот факт. Я бы мог привести ещё много примеров, что нас сближало, но остановлюсь лишь на одном аспекте, который поведал тогда Казахстанскому телевидению. У Юры было обострённое чувство справедливости и он ничего не боялся. Соответственно это часто приводило к уличным дракам. В гарнизоне Остров Псковской области, где мы тогда служили, это было настоящей проблемой. Местная молодёжь никак не могла смириться, что девушки предпочитают ходить к лётчикам и техникам на танцы. В итоге военных пытались бить везде, где представлялась возможность, особенно, когда они ходили в городе поодиночке. А иногда дело доходило до «групповых побоищ» в районе офицерского общежития. Когда мы возвращались с ночных полётов, там бывало собиралось уже по 10-20 и более человек и приходилось конкретно отстаивать своё право «на дорогу домой». Так было и во времена Тимура Апакидзе, так же было и при нас, и никакая милиция не помогала.  Когда по состоянию здоровья отца я перевёлся на юг в 33 Центр Морской Авиации СССР, Юра много лет писал мне письма, где делился как лётчик с лётчиком своими успехами и неудачами в постижении лётного мастерства. А также писал как своему тренеру о своём пути в области восточных единоборств, ничего не утаивая и не приукрашивая. Соответственно, описывал те ситуации, в которые попадал из-за своего «горячего и непримиримого ни с какой подлостью характера. Со временем таких «ситуаций» накопилось много…

    После армии я много лет работал инструктором зимой по горным лыжам, а летом подлётывал на АН-2, бросая парашютистов и иногда прыгая сам, и подрабатывал также инструктором по горному туризму. Соответственно, когда мой ребёнок подрос стал брать его с собой в горный или морской лагерь. Жили всегда в палатке, и сын, как все нормальные дети, просил перед сном рассказать сказку. Когда это происходит месяц, потом второй… фантазия самого эрудированного родителя кончается, а уговорить моего ребёнка слушать одну и ту же сказку второй раз — это был «дохлый номер» — никакие видоизменения сказки не проходили. Потом я стал ему пересказывать любимые книги.Когда же и они кончились, меня «осенило» — я вспомнил про Юрины письма, и появилась тема «Сказ про Юркины драки.» Я все Юрины драки облекал в сказочную форму. Мол, в давние-давние времена жил такой богатырь Юра Лончаков. Летал он на ковре-самолёте и смотрел, где на Земле творится несправедливость, слабых там обижают или другое что-то нехорошее творится. Юра без страха вступал в бой за правое дело и побеждал. А когда его ковёр-самолёт подъизносился, Юра закончил училище, в котором учился первый космонавт планеты Земля Юрий Гагарин. Стал лётчиком, и уже высматривал эту «несправедливость» с самолёта. А потом и этого ему стало мало. Стал Юра космонавтом. Из космоса хорошо Землю видно и «несправедливость» тоже. И потом переходил к описанию Юриных драк. Здесь уже ничего не приукрашивал, называл вещи своими именами, в том числе объяснял на Юрином примере и нюансы техники, т.к. сын тогда уже начал заниматься таэквондо. Моему Васе так нравились эти были-рассказы, что даже когда я все уже их пересказал, он всё просил: «Папа, а сегодня расскажи опять про «Юркины драки», и это несмотря на то, что я их ему уже рассказывал.

    Опишу для примера для примера одну из «сказок». Летит как-то Юра на космическом корабле над своим родным городом Актюбинском, и захотелось ему в кино сходить. Надел он тут же скафандр, выскочил из звездолёта и полетел на родную землю. Приземлился на парашюте, переоделся в брюки, рубашку и стал в очередь в кассу. И вот видит, стоит молодой, здоровый «амбал» ростом под метр восемьдесят и плюёт семечки на пол. А рядом старенькая старушка-уборщица за ним эти семечки на карачках подбирает. А этот «амбал» нагло всё их плюёт. Не стерпел Юра такого «безобразия»…..

    А сейчас я опишу, как это было на самом деле, причём опишу от имени Юры, как это было у него в письме: «Пошли мы с отцом в кино. Стоим в очереди в кассу, сзади стоит молодой казах, лет 28, под 180 ростом и нахально при всех харкает семечки на пол. А рядом старушка-уборщица тут же их убирает. Я поворачиваюсь и спокойно говорю ему, чтобы убрал за собой и вышел вон. Он внаглую опять харкает и посылает меня на … Тут уж во мне пружина лопается. Ударом ладони снизу выбиваю у него кулёк с семечками, подхватываю его и вместе с кульком размазываю всё это по его роже. Захватываю в охапку всеми пальцами его лицо (т.е. получилась «лапа тигра»). Тут же бью носком ноги в голень и не давая опомнится,хватаю его правую руку, загибаю её за спину, другой рукой держу его за волосы. Сразу подскочил отец. Я сказал ему, что всё нормально, и чтобы стоял в очереди в кассу. Вывел этого наглеца на ступеньки. Он даже слова не сказал, только «мычал». Пнул его ногой под зад, он и покатился по ступенькам. Вдруг подлетают к нему два парня, видно дружки. Я не долго думая, прыгаю со ступенек йоко в прыжке и лечу вниз на одного из них. В последний момент тот оступается или  не ожидал, и падает со ступенек. Я пролетаю мимо. Касаюсь земли, делаю кувырок вперёд. Только успел  повернуться в стойку, летит нога. Удар что-то типа «маваши». Я нагибаюсь, нога «свистит» над головой. Недолго думая, сразу бью «маваши» (круговой удар) правой ногой (подъёмом) прямо в лицо, в центр. Как раз удар пришёлся с постановкой его ноги на землю. Удар пришёлся здорово, здесь я уже не боялся, что что-нибудь сломаю. Он отлетел красиво метра на два. И тут же я спиной чувствую, что другой набегает сзади. Я как-то от неожиданности пригибаюсь и сразу вижу его боковым зрением. В этот же момент «выбрасываю», бью правой ногой назад в полусидячем положении, точно попадаю в пах. Вижу как он резко хватается за живот и оседает. И в этот момент получаю удар в плечо. (видно метил в голову, но промазал). Вот здесь я сделал ошибку, что не развернулся сразу к обоим лицом. После этого пинка я, как «ошпаренный» подпрыгнул и тут же, как-то само собой всё получилось, сразу пошёл в разворот на 180 градусов — «микадзуки» в прыжке. Чётко боковым зрением я его увидел и понял, что достану. Удар пришёлся для него совсем неожиданно, с такого неудобного положения. Моё внешнее ребро стало чётко вписываться в скулу. Перед самым ударом я немного приостановил ногу, побоялся,чтобы его не сломать, но всё равно удар получился чётко. На тренировках я отрабатывал этот удар с любых положений. Это один из моих любимых ударов…

   Дома долго спорил с отцом, но доказал, что если все так будут не обращать внимания на хамов и будут держать «язык за зубами», то скоро эти «наглецы» разпоясаются, т.к. будут знать, что им за это ничего не будет…  В общем, когда меня Казахстанское телевидение прижало и попросило что-нибудь оригинальное о космонавте, я вспомнил своего сына: «Пап, расскажи про «Юркины драки». Я немного рассказал, как Юра летал у меня правым лётчиком, а потом вспомнил для них такой эпизод. Дело было зимой. Юра тогда служил в Белоруссии. Пошёл он как-то после полётов вечером собаку прогулять, овчарку Негу. Собака убежала в кусты, а Юра на стадионе стал растяжкой заниматься, чтобы зря времени не терять. Иду мимо два подвыпивших здоровых «бича», и один другому говорит: «Смотри, спортсмен.» А второй отвечает: » Да он не только спортсмен, он ещё и каратист, видишь ногами машет. Ну ты, каратист, мы тебя сейчас проверим, чтобы не выпендривался.» Юра вытащил из кармана нунчаки, с которыми никогда не расставался, положил их на лавку и говорит: «Ладно, мужики, чтобы всё было по честному, я вот это против вас использовать не буду.» Пока мужики тупо начали соображать, что какой-то «шибздик» почему-то нунчаки, которыми он мог их запросто уделать, отложил в сторону. А Юра, не дав им опомниться, говорит: «Мужики, чтобы нам мирно разойтись, делаете сейчас два круга по стадиону, и я вас отпускаю.» Те на него: «Ах, ты, салага…» Юра тут же впиливает одному удар «мая гзри» в живот, тот падает, а второй застыл в «прострации».  Юра подождал пока он «оклемался» и произносит: «Я предлагал вам мирно разойтись. А сейчас  вы уже на целую минуту отвлекли меня от тренировки, поэтому всё равно побежите по два круга. Но поскольку вы меня разозлили, побежите как спортсмены в трусах.» Заставил их раздеться снизу, и они побежали. Но после первого круга тому, который с ударом, стало плохо. Юра тогда второго заставил пробежать три круга. Потом дал возможность им одеться. И отпустил со словами: «Мужики, никогда не мешайте спортсменам тренироваться, а лучше обходите стадионы стороной.» Я, думаю, мужики надолго запомнили Юрин урок…

    «Отстрелявшись» от телевидения, я вернулся к своим друзьям. Вскоре вышел экипаж. Юра доложил председателю государственной комиссии о готовности экипажа к полёту. После чего ребят посадили в автобус и увезли к ракете.

   Сам старт — зрелище, конечно, незабываемое. У меня после их старта возникло ощущение, что Земля «опустела» на трёх человек. А потом полгода от Юры шли письма уже с орбиты. Приведу одно из них, чтобы народ оценил сложность работы космонавта.

   «При стыковке транспортного корабля сорвался автоматический режим. На Земле испугались, корабль совершенно новой серии, никто не знал, как он себя поведёт.Боялись пилотирования в ручном режиме. Но ведь это полный срыв международной космической программы, в которой задействованы страны чуть ли не половины мира! На Земле суетились, орали, матерились… А здесь я просто сказал себе: «Ты же профессионал. Ты должен это сделать.» Спокойно перешёл в ручное управление. По связи сначала орали, потом все замерли, и я спинным мозгом почувствовал, что на меня сейчас смотрят все космические Центры Земли.

    Честно говоря, это профессиональное счастье, когда всё делаешь красиво. Я этого «красавца» подвёл и «впендюрил» в стыковочный конус. После мёртвой тишины ЦУП Москвы просто взорвался овациями. Все генеральные конструкторы поздравляли наперебой, а я просто слушал и ощущал этот миг профессионализма. И думал, ведь это просто наша работа. Вот так, командир…

    «Василич, дорогой учитель и друг,в длительном полёте я многое осмыслил. Я ещё раз ощутил, как прекрасна жизнь во всех её проявлениях. Пусть это будет грустный или неудачный день, ну и что?! Ведь это же день, и ты живёшь в этом удивительном, прекрасном и в то же время жестоком мире. Но в мире, который ты — именно ты — можешь менять каждый день в свою пользу и в пользу тех, кого ты любишь и уважаешь! Как здорово поётся у Визбора: «Как просто, чёрт возьми, стряхнуть с себя болото, до солнца долететь и возвратиться вновь! Вот дом мой, вот авто с разбитым «катафотом», вот старые друзья и вот моя любовь.»

    Я поздравляю всех с днём Космонавтики и желаю ребятам, которые летают, чтобы всё у них проходило штатно! Но поскольку это возможно только теоретически, как сказали братья Райт: «это, если сидеть на заборе и не летать…» то чтобы они всегда находили выход из тех ситуаций, которые может подбросить им космос!

   П.С. Рецензия на «Привет из Космоса или сказ про Юркины драки» (Полковник Чечель)

Прекрасный рассказ и как всегда поучительный. И не только для молодежи.
А Юрий Лончаков действительно является авторитетом в Звездном городке. И драться
на политическом и карьерном поприще он тоже научился неплохо. Жизнь такая. А
учиться он умеет.
С уважением Василий Лесников.

Василий Лесников   12.04.2016 20:26

© Copyright: Полковник Чечель, 2011
Свидетельство о публикации №211041601086 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.