Блытов В. Кузя. Первый блин комом

Выступление отряда Кузьма назначил на пять часов утра. В четыре часов утра подъем. На лугу, где стоял разведвзвод Осиповича, уже дымились только костры,  палатки были убраны, исчезли все кони с луга.

Ушли с утра пораньше – сказал Кузьме Носов, подсоединяя рожок с патронами к десантному автомату, который он получил вчера для себя и Кузьмы.

— Всем надеть бронежилеты и каски-сферы – приказал по колонне Кузьма – каски и бронежилеты не снимать. подсоединить рожки к автоматам

У КПП уже стояли милицейские УАЗики. Старший лейтенант Федоров и лейтенант Морозов доложили Кузьме о готовности сопровождать колонну.

Кузьма обговорил с милиционерами позывные. Возглавляющий колонну милиционер получил позывной «Восток-1», а замыкающий «Восток-2». Попрощаться с отрядом вышло несколько офицеров Ускова и он сам лично подошел к Кузьме.

Счастливо вам. Возвращайтесь живыми и с победой.

Они обнялись с Лихошерстом, Мироновым, Суворовым, Волковым, Семеновым.

— Спасибо и вам всего доброго и хорошего – жали им руки убывающие.

Кузьма с Носовым пожали руки провожающим офицерам.

 

Колонна по команде из штабного БТР «Гвоздика» медленно двинулась вперед.

Движение колонны осуществлялось по принципу – три часа движения – пятнадцать минут перерыв. Питание осуществлялось сухим пайком прямо на маршруте. Пройдя Краснодар, колонна вышла вдоль Кубани к знакомому по засаде городу Кропоткину. На мосту через Кубань осуществлялся досмотр всех машин милицейским патрулем. На той стороне стол военный пост ВАИ. У поста колонну остановил старший лейтенант в бронежилете и каске с надписью ВАИ. Кузьма спрыгнул со своего БТР-а и подошел, надевая черную шапочку, к старшему лейтенанту.

— В чем проблема?

— Ваши документы товарищ подполковник и документы, маршрутные листы на колонну, списки вооружения! Количество бойцов, стволов, орудий, минометов, БТР-ов.

— Вы что не предупреждены о прохождении колонны?

К ним подошел Носов

— В чем проблема Кузьма Степанович?

— Да вот старший лейтенант осуществляет досмотр. Хочет знать количество бойцов и вооружения, вооружение отряда и обязательно маршрут нашего движения.

— Старлей ты, что на Дудаева работаешь, если задаешь такие вопросы, которые тебя не касаются – задал, прямой вопрос Носов – кто надо тот все знает. Позвони, узнай у командования. Наверняка твои получили все данные о нашей колонне.

Тот побагровел и вытащил из кобуры пистолет:

— Товарищ майор оружие на землю. Пост к бою!

Из-за бетонных плит показалось три автомата и дуло пулемета направленое на Кузьму и Носова.

Старший лейтенант милиции Федотов, было попытавшийся подойти к ним, дипломатично отошел в сторону и пошел к своим — пусть военные разбираются между собой.

— Старлей, ты что одурел – спокойно спросил Кузьма – Немедленно прекрати концерт. Тебе, о нашей колонне, что не сообщили? Немедленно запроси свое командование по связи. А человек, на которого ты направляешь свое оружие, между прочим, майор ФСБ Николай Николаевич Носов. Николай Николаевич покажи ему свое удостоверение. 

Вдоль трассы двигались гражданские машины. В сторону моста двигались люди. Все смотрели с улыбками на конфликт между военными.

Николай Николаевич достал свое удостоверение и показал.

Видимо поняв всю комичность ситуации, старлей, после некоторых раздумий, убрал пистолет в кобуру.

К Кузьме подошел майор Семенов

— Товарищ подполковник мы долго будем здесь стоять?

— Сейчас решим вопросы и пойдем дальше — и уже, обращаясь к старлею спросил – Вы сообщите своему командованию мы передовой отряд войсковой части 15035 идем на границу Ингушетии и Чечни в станицу Ассиновскую, по приказанию высшего командования.

— Сейчас приедет комендант Кропоткина подполковник Ваксельбаум и он решит, что с вами делать дальше.

Подошли два милиционера охранявшие мост к сопровождающему колонну старлею милиции и о чем-то стали спорить. Старлей показывал им документы и что-то пытался доказать.

Через полчаса показалась со стороны города черная Волга. Она переехала мост и подъехала к месту встречи. Из нее выскочил энергичный и низкорослый подполковник с большим и мясистым носом

— Что здесь происходит?

Старший лейтенант принял строевую стойку и доложил, приложив руку к козырьку:

— Товарищ подполковник старший лейтенант Никифоров, я им говорю, что без вашего приказания не могу пропустить, а они настаивают.

— Так в чем дело господа? Вам, что неясно – низким фальцетом спросил он — сейчас запрашиваем по вашему поводу Ростов – штаб округа. Мы имеем предписание проверять, все колонны, особенно воинские. Если все нормально пойдете дальше.

— А вы запросите Москву или ближе Краснодар. Мы идем по приказу из Москвы. Ростов может не знать – подумав, сказал Кузьма – Или давайте я свяжу вас с нашим командованием, и вам все объяснят.

— Лучше товарищ подполковник проедем ко мне в комендатуру и оттуда свяжемся – предложил подполковник.

Носов посмотрел на часы

Пожалуй лучше я съезжу в Кропоткин и свяжусь со своими из «конторы», а ты Кузьма будь здесь и жди. Если, что я выйду на связь и он показал личную радиостанцию. Режут они нас без ножа. У нас же каждый час на вес золота.

— Это точно Николай Николаевич.

Носов сел в «Волгу» к подполковнику и развернувшись, они уехали в сторону города.

Кузьма пошел к своему БТР-у и дал команду перекусить. Бойцы высыпали из машин и БТР-ов на обочине разложили импровизированный завтрак. У машин остались вооруженные часовые, охранять боевую технику. Семенов и Миронов прошли мимо колонны и проверили состояние бойцов и техники. Бойцы на обочине расположились на завтрак, расстелив брезент н земле, повытаскивали на него сухой паек.

 Прошел час – бойцы пообедали и расположились на молоденькой траве или броне БТР-ов отдыхать, некоторые разделись, подставляя свои белые телеса теплому весеннему солнышку. Кузьма посматривал в сторону города и на часы. Носов не появлялся, как впрочем, и убывший с ним подполковник, комендант Кропоткина.

Кузьма Степанович – пора наверно подмогу Николаю Николаевичу высылатьвремя вышло —  предложил, глядя на часы Семенов.

Кузьма направился к блок-посту. На него сразу навели автомат.

— Эй, сынок – позови старлея – крикнул Кузьма, присаживаясь на траву.

— Мне не велено с вами разговаривать, до выяснения обстановки – крикнул минут через пять старлей, из-за бетонных блоков. Видимо он что-то запрашивал по рации.

К Кузьме подошел Суворов и тихо сказал:

— Я тут сел на их волну. Они Николая Николаевича арестовали и сейчас собираются силами танкового полка блокировать нас. Полк уже на марше из станицы Ищерской. Они просто тянут время. Нас хотят разоружить.

— Ничего себе – вскочил присевший Кузьма – нам только не хватает, вступить в бой со своими. Значит так Ваня, выходишь на связь с Науменко и докладываешь обстановку. Семенову скажешь, что бы предупредил бойцов, чтобы были с оружием и не расслаблялись, сферы и бронники надеть. Первому отделению во главе с Павленко скрытно окружить блок пост и разоружить солдат. Мне нужна их рация и связь с этим Ваксельбаумом.

— Эй, старлей, я не буду с тобой разговаривать, но ты послушай меня. Мне только нужна связь с моим майором. Что-то здесь не так, ты чувствуешь? Тебя одного бросили против нашей колонны. Подумай.

— Чего думать я выполняю приказ – раздалось из-за каменных блоков и мелькнули слова старлея надевшего каску.

— Выполняешь, так выполняй, только штаны не разорви от усердия! – плюнул со злости со злости Кузьма.

— Науменко на связи – подбежал к Кузьме Суворов. Связь в штабной машине.

Кузьма быстрым шагом направился к штабной машине.

— Кузьма Степанович, тут недоразумение произошло какое-то. Кто-то влез в наши линии управления и приказал коменданту любыми средствами задержать вас. Теперь прошла команда выдвинуть против вас танковый полк из Ищерской. Сейчас разбираемся. Все коменданты предупреждены, какой-то вражиной, что чеченские террористы идут, по маршруту вашего движения и даны ваши данные – раздался сквозь шумы голос Науменко – не вздумай стрелять. Я еду — ждите.

— Понятно. Они у меня Носова арестовали.

— Я выезжаю к вам с представителями ФСБ. Если есть возможность, продолжайте движение – мы разберемся со всеми проблемами. Носов догонит вас в Моздоке. Будьте постоянно на связи.

— Суворов, быть на постоянной связи с Науменко.

В БТР к Кузьме заглянул мрачный Павленко:

— Мы этих там, того разоружили. Можете идти, послухать, шо они там про нас по рации балакают. Оказывается мы чеченский террористический отряд, пробивающийся в Чечню.

— Совсем одурели. Ладно, пойдем Павленко на этот блок пост, посмотрим, что у них там к чему.

На земле между бетонными надолбами, валялись связанные солдаты, сержант, прапорщик и старлей. Оружие было аккуратно сложено у бетонного блока.

— Семенов – двигай колонну вперед, — приказал Кузьма — кроме штабного БТР-а – и уже тихо на ухо Семенову – но не сразу на Моздок, а идти к Григориполисской станицы и вдоль Кубани и далее ждете нас у Старой станицы, не заходя в нее. Наша задача не встретиться с этим танковым полком. Там и ждите нас с Носовым. Если будут изменения, указания передам по связи. Суворова оставляю с собой. Ваша задача как можно раньше уйти с трассы.

— Есть двигать колонну дальше.

— Связь со мной по рации поддерживать постоянно.

Павленко и третье отделение осталось с Кузьмой.

— Всем «Гвоздика» идем на Армавир – раздался громкая команда Семенова.

Через пару минут колонна проследовала мимо блок поста и мелькнули тормозные огоньки замыкающего милицейского УАЗ-ика. Дым от выхлопов БТР-ов и прохождения машин долго стоял в воздухе вокруг дороги.

Командирский БТР подъехал к блок посту.

— Какой у тебя позывной? – поднял Кузьма старлея на ноги.

— Ваших, все равно, перехватят в Армавире. Там танковый полк вышел из Ищерской, он уже на связь выходил – ответил тот, улыбаясь.

— Назови свой позывной? Давай говори, говори, если не хочешь, чтобы я тебя немного пощекотал.

— Не скажу – уперся старлей.

— «Жернов» я «Кубань» раздалось внезапно в наушниках радиостанции, стоявшей на специальном столике.

Павленко схватил рацию и ответил:

— «Кубань» я «Жернов» на связи.

— Как там эти «чехи»? Стоят? Не буянят? Нам надо еще сорок минут. Крути им дурку. Мы этого тут расколем.

— Стоят как миленькие – передал Павленко, глядя на Кузьму. Бойцы на руках перетаскивали захваченных солдат в укрытие. Всего было захвачено три солдата и младший сержант, толстый прапорщик и старлей. Напуганные солдатики делали все, что им прикажут.

Кузьма, молча кивнул головой, как бы одобряя действия своих казаков:

Павленко передай, что ты сказал подполковнику, что их майор уже выехал сюда и они теперь ждут его.

— Молодец Никифоров, так держать – можешь дырку для очередного звания и для награды колоть – раздался голос из рации – мы сейчас этих чеченов, будем брать. Это отряд Ахмеда Барукаева – они идут на помощь Бамуту.

— Вот так Никифоров и ничего не надо у тебя узнавать. Все так рассказали. Не знал, что я Ахмед Барукаев – насмешливо сказал Кузьма, поправляя снаряжение – а что действительно похож?

— Сейчас танковый полк придет, тогда посмеетесь – пробурчал Никифоров.

Кузьма посмотрел на часы. Прошло пятнадцать минут, как ушел отряд.

— Рано, еще – подумал он.

— Товарищ подполковник, а может мы в Кропоткин сходим, за товарищем майором – предложил Микола Павленко.

— Сейчас вместе пойдем на БТР-е. Грузите Никифорова в БТР и оружие солдат заодно на всякий случай. Гордиенко и Меркурьев остаетесь на блок посту – скомандовал Кузьма

Кузьма направился к милиционерам, смотревшим с моста за всеми  развитиями событий. К нему присоединился Суворов.

— Суворов, у тебя здесь друзей из ментов нет? – на ходу спросил Кузьма.

— Нет, отсюда никого нет вроде знакомых.

Проходя мимо БТР-а Кузьма скомандовал механику-водителю:

— Деревянко  разворачивай БТР и выдвигайся назад на мост.

Кузьма вышел на мост. Милиционеры ждали его, один направил на него свой автомат.

— Здорово ребята – протянул Кузьма руку, старшему наряда по званию капитану.

Тот пожал руку Кузьме и заулыбался:

— А я вас узнал товарищ подполковник. Вы тогда брали эту машину чеченскую, когда у нас Берестенко с должности сняли. Только, по моему, вы были тогда полковником. Может ошибаюсь, ночь было. То-то смотрю знакомая нашивка «Тамань». А эти говорят нам «чехи» идут. Накурились дури, наверно.

— Вот и я говорю, дураки они. Не разбираясь, остановили, а мы на задание шли. Сроки все нам рвут.

— Привет капитан – сказал Суворов, присмотревшись поближе к капитан – по моему, твоя фамилия Петров, а имя, Саня?

— Здорово Иван, не узнал тебя – обрадовался капитан  — мы с ним на задании были по конопле. Ты же со станицы Переславской по-моему?

— Был со станицы, а теперь вот в армии – улыбнулся Иван – да, опустите вы стволы, свои мы. Нам бы надо своего майора освободить.

— Так, этот придурок Ваксельбаум его держит на гауптвахте, там караул вооруженный стоит – с серьезным лицом ответил капитан..

— А сам, где Ваксельбаум находится?

— Сам наверно в комендатуре сидит. Там рация у него, оттуда он дурные приказания и раздает.

— Слушай Саня покажи нам, где эта чертова комендатура, и где гауптвахта – предложил Кузьма.

— Не вопрос, только вот машину не могу у ребят забрать.

— Так мы не на машине, а на БТР-е – похлопал Кузьма рукой по броне – быстро домчим. Ну что братья на броню.

Втроем они быстро запрыгнули на броню и БТР помчался в город.

— Семкин, остаешься за меня – крикнул издалека Саня Петров одному из остающихся милиционеров.

— А вы кто, все-таки? Армия или менты? – спросил Саня Петров, усаживаясь на броне рядом с Суворовым.

— Армия, скорее флот — морская пехота – сквозь шум двигателя БТР-а, крикнул Суворов.

— То, то вижу у вас форма, скорее флотская. Черные шапочки, тельняшки и желтые якоря на рукавах.

БТР выехал на улицу, где показал Петров, находилась комендатура. На скорости БТР подлетел к комендатуре. Кузьма, приказал Суворову выйти на связь с Науменко и доложить обстановку, а сам направился в комендатуру.

Часовой у входа отдал Кузьме честь. В комендатуре творилась неразбериха. Солдаты комендантского взвода бегали с оружием, бронежилетами и прочей амуницией. Какой-то капитан пытался их построить.

— Где кабинет коменданта – спросил Кузьма, поймав за рукав, пробегавшего мимо солдата.

— Самый, последний по коридору, отпустите, пожалуйста, товарищ подполковник – попросил солдатик – а то капитан накажет.

— Ладно, беги – улыбнулся Кузьма и отпустил солдатика.

Дверь кабинета открылась и оттуда выплыла дородная женщина с кучей бумаг в руках.

— Подполковник сейчас очень занят. Уезжает на дело. У нас тут чеченские боевики орудуют – доверчиво сказала она Кузьме, который видимо ей приглянулся.

— Меня примет, меня он ждет – улыбнулся Кузьма и открыл дверь.

Надо было видеть, как изменилось лицо, подполковника Ваксельбаума, когда он увидел Кузьму и как покраснел его огромный нос.

— Взять его – закричал он двум солдатам связистам, копошившихся около радиостанций, стоявших в углу, а сам пытался вытащить из кобуры пистолет.

Кузьма играючи отобрал у солдат, так и не успевших снять, автоматы и положил солдат легкими ударами на пол. Держа оба автомата за дуло одной рукой, Кузьма поставил их в угол и другой рукой обезоружил подполковника, с трудом вытащившего свой пистолет из кобуры.

— Ну, что у вас тут товарищ подполковник? Рассказывайте – приказал он, садясь на стул напротив подполковника и кладя все отобранный пистолет Макарова на стол перед собой.

У дверей коменданта, заняли позицию, Павленко и Люлька, вошедшие за Кузьмой по пятам.

Что рассказывать? – мне позвонил из штаба округа полковник Николаев, ведающий работой комендатур, и сказал, что через нас будет прорываться банда Ахмеда Барукаева на десяти БТР-ах и шести машинах с минометами, орудиями, сопровождаемые милицейским нарядом – вытирая пот платком со лба рассказывал подполковник  Ваксельбаум – а у меня здесь сил нет, один комендантский взвод. Полковник Николаев сказал, что скоро подойдет танковый полк из Ищерской или Моздока. Главная задача задержать и что документы будут самые, что ни на есть чистые и правильные тоже сказал. «Тамань» называется

— Где мой начальник штаба, майор Носов? – спросил, поморщившись, Кузьма – у тебя никаких мыслей не появилось, что мой начальник штаба – представитель ФСБ?

— Он арестован и находиться, под надежным караулом.

Звони начальнику караула и прикажи срочно доставить в твой кабинет.

Подполковник быстро схватил телефон и стал звонить начальнику караула:

— Быстро задержанного Носова доставить ко мне – пробормотал он дрожащим, от волнения голосом.

— С документами и оружием доставить – приказал Кузьма.

— Так они у меня здесь в сейфе – испуганно сказал подполковник Ваксельбаум.

Его маленькие глазки испугано бегали на Кузьму и на пол. Оба солдата испугано с пола смотрели то на Кузьму, то на грозных Павленко с Люлькой застывших в дверях.

— Давай тогда все мне. А вы не бойтесь, ничего вам не будет – сказал он, обращаясь к солдатам, а затем, обернувшись к полковнику, достававшему из сейфа документы и пистолет Носова, спросил – как же ты подполковник поверил такой дезе. Мы что похожи на чеченов? Уточнил бы у командования.

— Так они документы любые делают сейчас – немного осмелел Ваксельбаум, поняв, что сейчас его убивать не будут – а потом чеченцы, они тоже светлые есть и по-русски здорово говорят.

— А позвонить в краевую ФСБ и проверить данные на Носова слабо? Звони-ка прямо при мне этому Николаеву, я пожалуй с ним поговорю.

Подполковник снял трубку телефона оперативной связи и попросил соединить со штабом округа. Там попросил соединить его с полковником Николаевым.

— А он же с женой уехал две недели назад в санаторий в Сочи на Черное море – раздался голос телефонистки.

Ваксельбаум сидел, как ударенный, по голове, чем-то тяжелым:

— Как же? Так я его голос знаю. Он звонил не по телефонной, а по оперативной связи и даже про жену спросил, как ее здоровье.

— Это говорит о том, что звонил вам, хорошо знавший вас и Николаева человек, ну вы  разбирайтесь, а у меня задание, которое с помощью вас хотел сорвать этот лжениколаев – сказал, нахмурившись Кузьма — я сейчас забираю Носова. Скоро здесь будет полковник Науменко с заместителем начальника ФСБ края – все это им и расскажите. Лучше пишите все, что произошло в письменном виде. Старшего лейтенанта Никифорова мы оставим вам здесь на его посту – хороший нормальный парень. Выполнял ваши приказы, как положено офицеру.

В дверь постучали. Микола Павленко открыл дверь и посмотрел.

— Товарищ подполковник, майора Носова привели – доложил он Кузьме.

Давайте его сюда – приказал Кузьма.

В кабинет коменданта старший лейтенант с повязкой начальника караула ввел Носова. Нос и губа Носова были разбиты. Он поднял голову и с удивлением увидел Кузьму, спокойно беседующего с комендантом.

— Начкар свободен – приказал Кузьма, и комендант кивнул головой.

Начкар повернувшись через левое плечо, вышел строевым шагом. Носов покачал головой.

— Николай Николаевич – вот твои документы и твое оружие – давай быстрее бери все и пойдем догонять своих на Армавир. Они чего пытали тебя?

— Да выколачивали признание, что мы чеченский отряд.

— Ну, ну подполковник – угрожающе сказал Кузьма – Это, что такое?

Это не я, это мой заместитель майор Гамаюнов – испуганно зашептал комендант.

— Значит, так. Твой пистолет я запираю в твоем сейфе, как и магазины твоих солдатиков – с этими словами он разоружил автоматы, валявшиеся в углу, взял пистолет коменданта и гарнитуру от радиостанции и запер все это в сейфе — ключ и рацию этот я отдам твоему старшему лейтенанту Никифорову на блок-посту. Пойдем Николай Николаевич.

Люлька подвесил рацию на плечо. Кузьма пошел на выход, его сопровождал Николай Николаевич и Павленко с Люлькой.

— Всё закончилось. Все в БТР – коротко скомандовал Кузьма, и туда запрыгнули беседовавшие между собой сидевшие на скамейке старший лейтенант Суворов и капитан Петров.

— В тесноте, да не в обиде – пошутил Петров, пододвигая уже развязанного Никифорова.

БТР, обдав комендатуру облачком дыма, развернулся и понесся назад к Кубани.

На мосту, попрощавшись с Кузьмой и Суворовым и пожав всем руки, сошел капитан Петров.

У блок-поста, ссадили лейтенанта Никифорова. На БТР запрыгнули, охранявшие, захваченных солдат Гордиенко и Меркурьев.

Кузьма отдал Никифорову ключ от сейфа и его пистолет:

— Отдашь коменданту и развяжи солдат старлей и не ругай их. Мы спецназ флота – это наша работа.

Никифоров соскочил с БТР-а и долго смотрел вслед ему. Пыль дороги струилась, из под колес БТР-а. Встречные машины, испуганно жались к обочине.

У Старой станицы отставший БТР ждал весь отряд. Кузьма собрал на короткое совещание всех офицеров.

Враг явно знает о нашем движении и максимально старается помешать. Если такое твориться с каждой колонной, то бардак даже в дальнем тылу, а что делается в ближнем от войны. Но это-то нам надо учитывать при нашем дальнейшем движении. По машинам!

Командирский БТР опять занял свое место в строю. Суворов и Носов пересели в свои БТР-ы.

Всем Гвоздику исполнить – раздался по рации слегка искаженный голос Кузьмы.

— Тагир-1, я Кобзарь – раздался по рации закрытой специальной аппаратурой ЗАС голос Науменко. Как дела у Вас? Вы где?

— Идем по плану. Ваксельбаум у себя. Говорит, что ему приказал нас задержать некто полковник Николаев из штаба округа. А Николаев две недели уже в санатории, так во всяком случае сказали на его рабочем месте. Кто-то знает о нас и дает дезу. Проверьте информацию о том, что нас приказано перехватить танковому полку из Моздока или Ищерской.

— С полком все решено. Он действительно вышел по приказанию якобы оперативного дежурного округа из Моздока, теперь возвращается на исходные позиции. Им приказал перехватить вас некто полковник Жиркин из штаба округа. А там такого, представь себе, нет совсем. Вот такие тут пироги и пышки. Ладно, разберемся здесь, а вам ни пуха ни пера. Вперед по плану, нагоняйте график.

— К черту! —  под дружный смех казаков ответил Кузьма 

Отряд двинулся дальше.

Идем на Сенгелевское, Темнолесскую, Янкуль – проинструктировал Кузьма, сопровождавших колонну милиционеров и возглавляющего колонну Семенова.

Есть на Сенгелевское, – козырнул Федотов и побежал к началу колонны.

— Есть на Сенгелевское  – козырнул Морозов и побежал к концу колонны.

 

К вечеру колонна вошла в Моздок. Расположились в открытом поле в районе аэропорта, где их ожидало несколько топливозаправщиков, заказанных заранее Сыркиным, не без помощи Науменко.

Кузьма поблагодарил милиционеров из службы сопровождения Федотову и Морозову. Пожав руки, офицерам они уехали представляться своему командованию в Моздоке.

Повара начали приготовление пищи в полевых кухнях. Кузьма и Носов уехали на штабном БТР-е к коменданту Моздока для решения проблем с дальнейшим движением.

Семенов руководил разбитием палаток и организацией. БТР-ы встали как бы в круг  вокруг разбитых палаток и машин, построенных в один ряд, организовывая защиту лагеря. Возле каждого БТР-а Семенов выставил от каждого отделения часового.

Начмед и начальник тыла после ужина направились также в город в тыл для получения каких-то лекарств и необходимого имущества и продовольствия на одном из ЗИЛ-ов. С ними поехали несколько человек наполнять канистры водой.

 

Комендант Моздока – высокий и усталый усатый майор уже собирался домой, как появились Кузьма и Носов. Вздохнув, комендант внимательно изучил документы Кузьмы.

Пока он изучал документы, Кузьма увидел, что в кабинете стоит большой аквариум с рыбками и подошел понаблюдать за их спокойной жизнью. Жизнь была за стеклом не совсем спокойная. Видимо недавно вылупившегося малька съела какая-то большая красная рыба с удлинением на хвосте в его нижней части.

Ты смотри Николай Николаевич. Жрут друг друга.

— Все как у людей – отозвался думавший о чем-то Николай Николаевич.

Наконец комендант изучил документы. Посмотрел на карте место размещения отряда:

 — Ну что сказать? Передвижение по территории Чечни возможно только в составе воинских колонн с сопровождением милиции. Вы идете, судя по документам к Бамуту для блокирования границы между Чечней и Ингушетией? Молодцы, что не стали заходить в город и встали в степи. Меньше проблем.

— Нет, нам сначала надо в Грозный. Там нас ждет другая колонна, которая уже прошла раньше, а потом мы выйдем в назначенный район.

— Понятно. Милицейское сопровождение я вам дам до Ханкалы. Как пойдете по трассе Ростов – Баку или вдоль Терека? Вдоль Терека безопаснее – там бывшие казачьи станицы и живет много русских.

— Скорее всего, пойдем по трассе «Ростов – Баку». Такое у нас предписание.

— Тогда я вам сейчас оформлю документы до Ханкалы. А там сейчас располагается штаб группировки и вам оформят все документы далее. Только мне надо переговорить со своим руководством. Извините. Порядок есть порядок.

— Хорошо. Согласовывайте – Кузьма прошелся по комнате.

Майор почесал затылок и начал звонить своему командованию.

— Вы говорите четыре ЗИЛ-130 у вас, а если я вам дам две МТЛБТТ для буксировки минометов и боезапаса. Проходимость лучше, да и бронезащита есть. А мне здесь нужны, кровь из носа, грузовые машины, лучше конечно КАМАЗ-ы, но и  ЗИЛ-130 тоже неплохо.

— А восемь МТЛБТ найдешь? Я бы тебе и «Уралы» заодно бы оставил. И если есть один или пара  топливозаправщиков дай нам их. А то не дай Господь, в степи или в горах встанем, у нас только два.

Майор почесал затылок и согласился

— Ладно, чего с вами сделаешь? Забирай четыре МТЛБ! Но топливозаправщик только один лишний, больше дать не смогу!

— Тогда я своего зампотеха направлю к тебе. Он проверит состояние твоих машин. Если подойдут махнём не глядя, как на фронте говорят. А то дашь такое «Г», что никому и не надо.

— По рукам! Нормальные у меня МТЛБ. Потом спасибо скажешь.

Кузьма из БТР-а вышел на связь с отрядом и проинструктировал Миронова о получении МТЛБ и передаче машин ЗИЛ-130-х местному автобатальону.

— Да, Сергей, посмотри внимательно, какие по качеству МТЛБТ. Надо проверить. Они по качеству вроде, как проходимее наших?

— Я думаю, что да – задумался Миронов

Вот гони сюда машины с шоферами, бери Варганова и проверяй эти МТЛБТ и заправщик. Заправщик примешь, и  сразу заправляй у них по самую крышку.

 

После коменданта Кузьма с Носовым поехали в отдел районного местного ФСБ.

При входе Носов показал удостоверение, его пропустили. Кузьма остался ждать при входе. Через пять минут Носов вышел с пропуском для Кузьмы.

В кабинете, куда его привел Носов сидел немолодой человек, по виду кавказец. При входе Кузьмы и Носова он встал и вышел из-за стола их встречать:

— Арсен Александрович Гицоев – полковник, начальник отдела ФСБ Моздокского района. Назначен сверху, куратором ваших действий в равнинной Чечне.

— Кузьма Гусаченко – пожал ему руку Кузьма – Командир специального  батальона морской пехоты Черноморского флота «Тамань».

— Ладно, врать – заулыбался Гицоев — я знаю, кто вы. Мне уже звонили из Краснодара. Да и с Николаем Николаевичем, мы не в первый раз встречаемся. Я получил указания оказать вам максимальную помощь.

— Тогда сразу к делу. К сожалению и противник уже много знает о нас. Провокация в Кропоткине подтвердила это. Я думаю, что нам надо запутать вероятного противника. Поэтому мы с Николаем Николаевичем продумали маршрут движения. Официально мы идем через Карабулак и все должны так думать, и пусть нас там ждут и встречают с цветами. А на деле мы пойдем нашим берегом Терека через степи, а в Червленной через Терек и далее на Грозный и Ханкалу. Но об этом пока знаем только мы и теперь вы.

— Бог в помощь! Мы через своих людей обязательно дадим им дезу о вашем движении. Но в казачьих станицах  много их разведчиков, там много чеченцев живет. И в первом же заходе в Савельевскую или Ищерскую вы проколитесь и ваш маршрут станет известным.

— Мы пойдем через Червленую, а так по степи, похоже там спокойнее?

— Там у них есть тоже разведчики – закурил хорошие сигареты Гицоев – степь мы извините, не контролируем, сил не хватает на все. В этой степи тоже неспокойно, по нашим данным, там базируется несколько отрядов настоящих бандитов, которые делают набеги на наши колонны и терроризируют местное население.

— У нас там тоже будут свои разведчики, постараемся следов не оставить – слегка поморщился Кузьма – куда не пойдешь везде их силы и разведка. А мы где? Где наши силы и территории, на которых можно чувствовать себя спокойно.

Гицоев заметил, что Кузьма поморщился, погасил сигарету и разогнал облако дыма рукой:

— Извините Кузьма, что не спросил, можно ли курить в вашем присутствии. А спокойно можно чувствовать только в Ханкале, и то с ограничениями.

— Ничего, Арсен курите, вы у себя в кабинете – сказал Кузьма, покраснев, что его мимика вызвала такую реакцию.

— Необходимости нет особой. Дурная привычка – надо отвыкать и – затем сразу перешел к делу —  нам нужно продумать операцию прикрытия. У нас тут формируется сейчас колонна в Ханкалу. Восемь  БТР-ов, 10 заправщиков и 4 танка. Мы пустим его под вашим видом. У вас есть свои опознавательные знаки?

— Да вот — показал Кузьма — на нашивку «Тамань», черные вязанные шапочки, штаты морской пехоты и тельники.

— Хорошо. Очень хорошо – обрадовался Гицоев – Черные шапочки мы им подберем, знаки «Тамань» намалюем, насчет остального не гарантируем. На всех машинах и заправщиках напишем «Тамань» в прямоугольниках синим на красном фоне.

— Да еще у нас было шесть машин. Сейчас мы меняем их на 6 МТЛБТ и пару заправщиков.

— Еще есть предложение. Разбейте отряд на две части – задумался Гицоев – обозначьте место встречи. И пустите их через станицы.

— Понятно – так и сделаем – сказал твердо Кузьма.

Еще долго обсуждали возможности дезинформации противника.

В конце беседы в кабинет вошел невысокий светловолосый человек с большими черными усами.

Знакомьтесь – атаман Моздокского отдела Терского казачьего войска казачий полковник Максимов.

— Понятно – заулыбался Кузьма, залюбовавшись статным черноусым казаком – войсковой старшина Кубанского казачьего войска Гусаченко Кузьма.

Максимов радостно пожал руку Кузьме

— Иван Петрович. Вам помощь от нас нужна? Мне звонил Науменко и предупредил о вас. Я бывший работник органов и поэтому имею хорошие связи. Братьям всегда, чем можем, тем поможем. У нас многие ушли в батальоне имени генерала Ермолова. Но люди еще есть, сердца ожесточены тем беспределом, который твориться в казачьих станицах Чечни.

— Мы не можем взять всех, кто хочет. Пойдут еще отряды с Кубани и Дона. Может, будет и решение. У нас есть проводники из станиц Червленой и Ассиновской, но нам нужен проводник по степной части Чечни и нужны альпинисты с хорошей подготовкой.

Максимов задумался

Есть из тех краев человек, проведет, куда вам надо, но он калмык Александр Эриндженов. Степь знает, как свои пять пальцев. Вызывать его?

— Мы как уйдем из степи, отпустим его, не будем задерживать.

— Да он сам не уйдет. У него в степи есть кровники, в армию рвется. Если берете его в отряд. Лучше его вам не найти проводника в степи. Он сейчас здесь. Позвать его? Насчет альпиниста подумаю, есть один человек, но надо посоветоваться, спросить его, помозговать малек.

 

В лагере все стояли и рассматривали пригнанные МТЛБТ. Все бойцы собрались вокруг и разглядывая, расспрашивали шоферов. С Кузьмой и Носовым приехал Саша Эриндженов, худенький как мальчик с чумазым раскосым лицом. Он резко выделялся своим ростом среди рослых морпехов.

Шел вкусный дым из двух полевых кухонь, горели костры. В районе БТР-ов выделялись часовые с оружием и в касках.

Старший лейтенант Сыркин подошел к Кузьме и доложил по вопросам снабжения:

— Дмитрий Владиславович у нас новый боец. Одень его и поставь на довольствие – показал он на Эриндженова.

Понял, сделаем – ответил Сыркин.

Аркадий Николаевич – приказал Кузьма майору Семенову — собери офицеров в районе командирского БТР-а

Через пару минут, в районе командирского БТР-а, собрались все офицеры. Чумазый от масла в своем неизменном танковом комбинезоне, вытирал руки ветошью Миронов.

Кузьма посмотрел на карту, вышел вперед и тихо сказал:

— Товарищи офицеры – пойдем двумя колоннами. Первая колонная три БТР-а – Тагир-1, Артур-5, Артур-4 и одна МТЛБТ – Гроза-1 с минометным расчетом – поведу я. Вторая группа БТР-ов со всеми МТЛБТ и заправщиками и всеми «Уралами» пойдет севернее. Старший на переходе майор Носов. Задача моего подразделения максимально отвлекать внимание боевиков и встретиться с отрядом капитан-лейтенанта Осиповича. Маршрут движения первой колонны – строго на север через хутор Графский и от развалин МТС поворот на Дымкин хутор. От Дымкина хутора до Семенова кургана —  и обращаясь, крикнул Эриндженову, сидевшему безучастно в стороне — Александр иди ка сюда. Ты Дымкин хутор знаешь и Семенов курган?

— Да знаю – размазывая грязь под носом, доложил Эриндженов – и Семенов курган тоже знаю и дорогу туда.

— Пойдешь на 1-ом БТР-е с майором Семеновым. Покажешь, как лучше мимо населенных пунктов туда пройти.

Хорошо понял с Семеновым пойду, покажу  – согласился тот, посмотрев на майора Семенова.

— Вы уходите в 3 часа ночи и движетесь таким образом, чтобы засветло свернуть в сторону Чечни.

— Мы снимаемся, когда придет милицейское сопровождение, и идем до границы Чечни. А сейчас все на молитву. Ваше слово святой отец – обратился Кузьма к отцу Михаилу.

Бойцы обнажили головы, и отец Михаил вышел вперед и начал читать молитву.

 

Кузьма подозвал к себе главного старшину 3-его взвода Громова

— Володя возьми пару людей. Пройдешь по большому кругу – приблизительно километр от нас и посмотришь, никто за нами не следит? Посмотришь все сопки. Если кого заметишь – доставишь к нам.

— Понял. Разрешите выполнять?

— Давай – вздохнул Кузьма, видимо что-то вспомнив, ударил слегка по плечу Громова.

 

После молитвы отец Михаил подошел к Эриндженову и спросил:

— Православный ты или магометянин?

— Православный – тихо ответил Александр – но калмыки в основном буддисты. Хотя, если честно я в Бога не верю, а верю в степных духов.

— Язычник что ли?

— Да нет наверно у меня своя вера. Верю в хорошее, но не получается хорошо. Пока все плохо – родители погибли, братья погибли. Пришли ногайцы из отряда Бакса, на наш хутор и перебили всех, кто не хотел идти с ними. Меня тогда на хуторе не было, я отару пас в степи и когда вернулся, то были одни мертвые. А всех женщин, сестер еще и изнасиловали. Пришел в Моздок, стал в армию проситься отомстить. А меня не брали. Вот взял ваш командир. Теперь я буду служить у вас.

— Ну, и слава Богу – перекрестил отец Михаил Александра – если нужда заставит, обращайся ко мне не стесняйся.

 

Когда стемнело Громов с двумя бойцами, неслышно удалился в сторону города. Уже и видимость была не очень хорошая. Через километр разведчики повернули в сторону и стали обходить лагерь по большому кругу. Спустя два часа они незаметно вернулись в лагерь.

Громов пошел к палатке Кузьмы докладывать, что никто за лагерем не следит. Кузьма уже приспнул сидя за столом, когда в палатку протиснулся Громов, потряс Кузьму за плечо и доложил, что ничего подозрительного не обнаружено.

— Иди, спи. В полтретьего, вставать – удовлетворенно сказал ему Кузьма – хотя и на своей земле, но сюрпризов можно ждать всяких.

 

Ровно в полтретьего, командиры и старшины начали будить бойцов. Нехотя просыпаясь, бойцы приводили себя в порядок.

Было весьма прохладно. Через 30 минут весь лагерь был свернут и построившись в походную колонну в главе которой было три БТР-а, в середине стали МТЛБТ, а замыкали колонну два БТР-а.

Колонна была готова двинуться вперед, и ждали лишь команду Кузьмы.

Семенов, отец Михаил и Носов подошли к Кузьме для последнего инструктажа. Где-то на горизонте начинало слегка светлеть.

— С Богом. Связь каждые полчаса связь с моим БТР-ом. Обо всех непредвиденных обстоятельствах докладывать сразу.

По очереди офицеры пожали руку Кузьме и побежали к своим БТР-ам.

Отец Михаил перекрестил Кузьму и тоже побежал в свой медицинский БТР, куда был приписан. Ветер развевал его черную бороду.

В эфире раздалась команда «Гвоздика» и медленно колонна двинулась на север.

Через полчаса колонна растаяла в степи. На месте лагеря остались три БТР-а и МТБЛТ с минометом и 45 мм. орудием.

— Выставить охранение, остальным отдыхать – скомандовал Кузьма и полез в свою палатку.

 

Утром связист доложил Кузьме, что колонна выходила на связь регулярно и «Тагир-2» докладывал, что замечаний по движению колонны нет.

Кузьма умылся. Казаки уже разложили сухой паек и завтракали. У БТР-ов маячили часовые.

К восьми часам на «Ниве» догнал колонну атаман Моздокского отдела Максимов с ним был среднего роста крепкий мужчина лет 32-х.

— Познакомься Кузьма – это Кравчук Павел Александрович. Он житель станицы Нестеровской в прошлом терский казак. Семья погибла от  рук боевиков. Сам случайно остался жив. Хочет идти с вами. Понимает по-чеченски, хорошо знает местность в чеченских горах. Работал инструктором у альпинистов. Облазил все Кавказские горы и ту и эту стороны. Знает лично многих полевых командиров. Возьмешь?

— А Павел Александрович, сам как относиться к тому, что бы пойти с нами?

Кравчук помолчал немного и затем спокойно сказал:

— Пойду с вами!

— Ну, тогда твой БТР – вот тот. Звание армейское есть?

— Капитан запаса.

— А почему не в армии? – потягиваясь, спросил Кузьма.

— А то, что в армии те, кто не нужен, а кого надо, не берут. Он тут одного полполковника в военкомате послал подальше. Ну, ты сам военный, понимаешь как – объяснял Максимов, — так теперь к военкомату подойти невозможно.

Кравчук пошел, к указанному Кузьмой БТР-у.

— А что делать, если с ним что случиться? Погибнет, если не дай Господь? Как все это провести? – спросил Кузьма Максимова.

— Ты же сам просил проводников и альпиниста – опешив, ответил Максимов – и потом не с тобой он так с другими уйдет. Начал уже свой партизанский отряд собрать, еле остановили.

— Хорошо – согласен. Будем решать с моим командованием. Все будет нормально – улыбнулся Кузьма – беру с собой. Но один уговор никакой самостоятельности. И запомни, с пленными мы не воюем. А вопрос денежного довольствия я решу по связи с полковником Науменко. Воинское звание капитан восстанавливается. Идешь помощником во взвод разведки к капитан-лейтенанту Осиповичу. Ему понадобится твоя профессиональная помощь.

Максимов пожал Кузьме и Кравчуку руки

— Давай Павло, ни  пуха тебе ни пера и тебе Кузьма.

Кравчук угрюмо промолчал, а Кузьма про себя послал Максимова к черту

Через пару минут «Нива» атамана скрылась за ближайшим курганом.

В девять часов колонна из трех БТР-ов и одного МТЛБТ начала движение к Моздоку. На перекрестке дорог в районе поселка Троицкого колонну ждали два милицейских УАЗ-ика.

— Товарищ подполковник капитан Воронихин. А где ваша колонна? Нам сказали, что будет колонна из 20 машин.

— Ошиблись наверно. Идем на Галюгаевскую – спокойно ответил Кузьма.

— А у меня команда, вас до Средних Ачалуков провести.

— Изменились обстановка. Колонна ушла к Краснодару, а мы пройдем до Галюгаевской и будем там ждать подхода основных сил полка.

— Я должен доложить начальству своему.

— Капитан пока не надо ничего докладывать. Приедем из Галюгаевской все доложишь, если нормально дойдем. Прошу тебя. Сам знаешь, от вас утечка идет большая. А я за все отвечу.

Капитан улыбнулся:

— Так не только от нас и из ваших штабов. Пойдем мы по дороге на Галюгаевскую, и все равно сразу станет известно в штабе Дудаева. Как не прячься подполковник, все равно они контролируют всю территорию и на подходах к ней.

— Капитан второго ранга – улыбнулся Кузьма — это даже хорошо, что утечка будет. Все трогаем.

И милицейские машины, встав в начале и в конце колонны, повели колонну к станице Галюгаевской. На развилке дорог поворота на Галюгаевскую, Кузьма внезапно отпустил милицейское сопровождение.

— Спасибо капитан и всего вам доброго и хорошего.

— И вам не хворать и не кашлять – пожелал капитан Воронихин Кузьме и его отряду – там, дальше на границе с Чечней – серьезный блок пост и проверка.

— А мы туда и идем – лениво потягиваясь и зевая, сказал Кузьма.

Едва милицейские машины ушли в сторону Моздока, Кузьма стал оглядываться по сторонам. Он обошел вокруг БТР-ов, оглядел заросли кустарника.

— Неужели, не дошли еще? – подумал он, оглядывая с тоской окрестности – может что-то случилось?

Внезапно из-за одного из холмов поднялась фигурка в форме и черной шапочке и каске-сфере и когда она приблизилась, Кузьма узнал Осиповича.

— Здорово Михаил Юрьевич! Ну, как дошел?

— Дошел, слава Богу, но вас ждали долго.

— Знаю я, перехватили нас у Кропоткина. Но это другой разговор. Где разведчики и кони?

— Отошли немного на север за холмы к каналу – там и ждут. А где остальная колонна? Где Миронов, отец Михаил и другие?

— Все нормально! Идем на север северным путем к Семенову Кургану. Там они нас будут ждать.

— Тогда трогаем – улыбнулся Кузьма, и они с Осиповичем заскочили на броню первого БТР-а

БТР-ы обдав дорогу дымком, резко свернули на север на степную дорогу. Через несколько минут ничего не напоминало о том, что здесь прошел маленький отряд.

Конный отряд разведчиков ожидал у канала Наурско-Шелковской ветки. Радости не было конца при встрече бойцов отряда со своими разведчиками.

Разведчики Осиповича, с удобством расположились на берегу и пожирали сухпаи, кони паслись на заброшенном поле, на другой стороне канала. Вдоль канала тянулись поля бахчевых. На некоторых работали местные жители, видимо со станицы Галюгаевской.

—  А ты говорил скрытность – а сами светитесь, упрекнул Кузьма Осиповича.

Да это люди с окрестных хуторов работают. Говорят, что чечены их сильно обижают. Делают набеги, грабят. Нас встретили, как долгожданных защитников. Говорят, давно ждали, но армия сюда не заходит, колонны идут вдоль Терека по трассам, а их милиция сама боится боевиков, как смерти. А чечены по степи шастают на УАЗах и «Нивах» – грабят хутора, угоняют скот, убивают людей. Там полно уже полностью пустых хуторов, заброшенных кошар, бывших МТС.

Подошел старик в рваной поддевке и джинсах заправленных в сапоги

Товарищ подполковник, — поглядев на погоны Кузьмы — вы к нам надолго или как? – в его глазах стояли слезы – жить стало невмоготу, каждый день наезжают. Девок, всех перепортили, казаков, кто сопротивлялся, всех перестреляли.

— А вы с какого хутора? – спросил, нахмурившись Кузьма.

— С хутора Советского, а рядом у нас был хутор — Ленинский путь был, так все жители снялись и ушли за Ставрополь – новый хутор ставить. Невмоготу стало жить. Совсем со свету сжили. Может, и мы скоро за ними уйдем. А так сажаем бахчу, как и ранее, а кому она достанется, того и не знаем.

— Здесь же Ставропольский край — Россия. Куда милиция смотрит?

— А никуда, она не смотрит – в глазах старика стояли слезы – ментов они первых и отстреливают, если что. При их появлении менты первые и бегут. А армия – старик махнул рукой — армия-то она где? В Грозном воюет, а эти здесь паскудничают. Бандюки поднабирались со всех тюрем, как Грозный взяли – они к нам подались. Здесь безопаснее для них. Армия она в стороне, ей не до нас.

— А оружие у вас есть обороняться?

— Так все охотничьи ружья что были, отобрали чечены, еще в 1994 году, как специально. Потом менты потребовали сдать, то, что осталось. Да и что сделаешь с этими пукалками против их автоматов, гранатометов и пулеметов?

Осипович присел на корточки:

— А ты дед не знаешь, кто из полевых командиров здесь у вас появляется.

— Так как не знать. Знают все здесь этого зверя Умара Алаудинова. Они в хуторе Дальнем выгоне в Чечне  обосновались и ходят к нам в гости.

— А на Дальнем выгоне, как живут люди?

— Да, никак и не живут – всех порешили, кого не порешили, в горы угнали еще в девяностто третьем годе в рабство. Если кто и остался, так с ними теперь.

— С ними сотрудничают?

— Да если можно сказать сотрудничает. Девок, они оставили. Те им готовят жратву и заодно утешают.

— Это как, утешают?

— Да просто утешают в постели или встояка. Не видел, боюсь ошибиться. Хотя до постели они их не допустят. Так в кустах сильничают, как звери.

А когда они приезжают? – спросил Осипович.

— Ну, как когда, к вечеру ближе и приезжают, а когда и днем бывает.

— А дорогу на этот хутор Дальний выгон как проехать ты знаешь? – Осипович привстал и хищно улыбнулся.

— Так чего знаю – испугался старик – По той стороне канала дорога ведет прямо на хутор Дальний выгон. Сначала будет хутор Бахчевой, потом бывший Ленинский путь, с сожженными домами, а затем и Дальний выгон, в аккурат на берегу канала и стоит.

— А мост там есть? И сколько их там? – спросил Кузьма достав карту.

— Нет, моста нет, — покачал головой старик — ближайший мост у нас здесь, а тот, что у бывшей МТС еще прошлом годе сгорел и никак не восстановят. Да, и времена какие? Кому он теперь нужен? Дальний от нас мост там где Кречетово гнездо. Там тоже бандюки сидят, а следующий мост уже в Шелковском районе. А так на этом хуторе Дальнем выгоне, человек наверно 50 бандитов.

 

— Кузьма мы сходим на хутор? А? Ну не могу я так уйти  – вопросительно посмотрел на Кузьму с блестящими глазами Осипович.

Кузьма подумал:

Значит так, я пойду с вами на БТР-е — приняв решение, крикнул – Суворов веди эти три машины к Семенову кургану, а мы с Осиповичем здесь прогуляемся налегке. Ждите нас к вечеру – располагайтесь на ночеву и смотрите внимательней. Здесь уже по степи банды «чехов» шастают, чтобы служба была на высоте. Костры не жечь.

Кузьма и сам не заметил, как стал привыкать к армейскому жаргону.

— На конь! — скомандовал Осипович.

И разведчики, услышав команду, побежали по мосту к коням.

— Мирошенко с запасными конями вслед за БТР-ами идешь.

Мирошенко с обидой посмотрел на него.

— Чего Беслан так смотришь? – обиделся внезапно Осипович – БТР-ы пойдут без охранения, а здесь боевиков полно. Будешь охранять.

— Так мы минная разведка – впереди должны итить – обиженно сказал Мирошенко, поглаживая по голове подбежавшего Есаула.

Пока так пойдем, а дальше посмотрим —  ответил Осипович

Кузьма подумал и тоже сел на коня. Вперед ускакали в дальнее охранение первое отделение разведчиков. За ними метрах в ста шел командный БТР. Слева в дальнем охранении метрах в 100 шло второе отделение разведчиков, и сзади ехали остальные разведчики и последними не спеша ехали Кузьма с Осиповичем.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *