За тех, кто в море!

Литературные произведения военных моряков и членов их семей. Общественное межрегиональное движение военных моряков и членов их семей "Союз ветеранов боевых служб ВМФ"

Блытов В. Черное золото. Стратигема

Стратагема – военная хитрость, вводящая противника в заблуждение. Уловка. Ухищрение.

Командир «Стерегущего» прилег вечером, не раздеваясь на диванчик отдохнуть и моментально провалился.

На корабль вернулись все купавшиеся и на берегу. Остались только три группы, которым Литовченко разрешил заночевать на островах, а с утра продолжить ловлю кораллов и рапан.

Спал командир очень чутко и без снов и поэтому, когда в дверь кто-то постучался, он моментально проснулся и вскочил. Так может просыпаться только военный человек, вскочивший и моментально приведший себя в порядок.

— Входите — крикнул он, протерев глаза и разгладив темно-русые волосы расческой, бывшей всегда у него в нагрудном кармане.

— Расческа и носовой платок всегда должны быть у курсанта при себе – вспомнил он указания бывшего командира курсантской роты капитана 3 ранга Неелова и улыбнулся сам себе.

В походное помещение командира протиснулся мичман Кривошея из БЧ-4. Лицо его было смущенным.

— Что у тебя Валерий Иванович – спросил командир, устало присаживаясь на походный диван.

Связист мог войти к командиру в любое время, ибо поступающая на корабль информация могла быть весьма срочной.

— Товарищ командир в аварийной радиосети получили сигнал СОС от голландского танкера. Вот посмотрите на английском языке, но судя по всему он пишет, что на него напали пираты.

— Вот смотрите корсэр, корсэр. Несколько раз повторено. Ведь корсэр – это пираты?

— Да это так. Написано, что их атакуют пираты. Просят срочно спасти их. А здесь координаты указаны. Ну-ка пройдем в штурманскую рубку, посмотрим где это? – командир почесал лоб.

В штурманской рубке командир взяв транспортир и линейку, нанес на карту, указанные в радиограмме координаты.

— Далековато на обратной стороне островов. Вы вот что Валерий Иванович дайте команду нашим коральщикам, чтобы срочно возвращались на корабль.

— Так у нас связь только в нули часов.

— Дайте три красные ракеты, чтобы срочно возвращались на корабль.

Кривошея убежал выполнять приказание командира.

— Вахтенный офицер срочно Федорчука ко мне на ходовой – продолжал приказывать командир.

Сон моментально прошел. И он, взяв трубку корабельного телефона, позвонил Литовченко:

— Товарищ контр-адмирал получен сигнал СОС от голландского танкера – он посмотрел на бланк радиограммы оставленный Кривошеей и продолжил – «Нюстуд Маерск» называется. Передает на аварийной частоте, что на них напали корсары. Понял, жду вас.

Через несколько минут в ходовую рубку влетел контр-адмирал Литовченко.

— Товарищи офицеры – скомандовал вахтенный офицер старший лейтенант Морозов.

Литовченко от него отмахнулся:

— Показывай где этот «Маерс»?

— «Ньюстуд Маерск» — машинально поправил командир — судя по радиограмме оно здесь – показал он транспортиром на нанесенную на карте точку.

— Сколько до него?

— Тридцать пять миль по карте.

— Это час с лишним хода? – спросил командира Литовченко.

— Так точно, самым полным ровно час с копеечками.

— Снимаемся. Командуйте приготовление.

— Товарищ адмирал у меня на берегу люди. Они выполняют ваше приказание.

— И пусть выполняют, ничего с ними не случиться – жестко ответил адмирал — через сколько они будут на борту, если выйдут сейчас?

— Минимум, через минут через сорок.

— Нет, командир, у меня сорока минут – блеснули огоньками в темноте глаза адмирала.

В это время с сигнального мостика взвились подряд три красные ракеты.

— Это что? – строго спросил адмирал.

— Это отзываем своих людей с берега.

— Отставить. Играйте приготовление. Потом разберемся.

— Вахтенный офицер играйте приготовление – скомандовал командир.

В темноте ходовой рубки светились зеленым огоньками приборы.

— Товарищ командир по вашему приказанию прибыл – доложил прибывший в ходовую рубку Федорчук.

— Александр Николаевич ваши радиометристы не наблюдали здесь движение каких-либо целей – командир показал на карту, где проходил фарватер движения танкеров.

— Давно никого не было. Последний танкер прошел еще засветло.

— Вы не ошибаетесь?

— Никак нет. У меня включена станция дальнего обзора, и все данные докладываются дежурным по БИП мне постоянно.

— Промухали они, проспали – бросил Литовченко из своего кресла.

Федорчук зло бросил взгляд в его сторону, но командир успокоил его, коснувшись руки.

Раздался длинный звонок колоколов громкого боя.

— Боевая тревога. Корабль экстренно к бою и походу приготовить – скомандовал по кораблю вахтенный офицер.

Раздался топот многих ног, несущихся на свои боевые посты по кораблю офицеров, мичманов, старшин и матросов.

По громкоговорящей связи пошли доклады:

— Боевая часть два к бою и походу готова.

— Боевая часть три к бою и походу готова.

Приняв доклады от боевых частей командир доложил адмиралу:

— Товарищ адмирал корабль к бою и походу готов. На борту отсутствуют 28 человек и два медвежонка. На берегу остались три группы ныряльщиков во главе с командиром БЧ-1 старшим лейтенантом Кузьминым, командиром БЧ-4 (боевая часть связи) старшим лейтенантом Кимом и командиром трюмной группы лейтенантом-инженером Потоцким.

— Снимаемся командир. Этот «Маерск» ждет нашей помощи. Времени нет на рассуждения. Кто победит, то и будет прав.

— Боцман выбирать якоря. Механик быть готовым дать ход.

— С якорей сниматься – раздалась по боевой трансляции команда вахтенного офицера.

С бака по громкоговорящей связи раздались шумы шпилей выбирающих якоря.

— Левый якорь встал – доложил боцман минут через десять, а немного спустя — правый якорь встал.

Корабль понесло течением.

Через десять минут боцман доложил, что оба якоря чисты.

— Вахтенный офицер. Малый вперед.

Вахтенный офицер передвинул вперед машинные телеграфы и корабль, двигавшийся по течению начал движение вперед. За кормой белым цветом, в свете тропической ночи забурлил, поток воды, поднимаемый винтами.

— Зам доложи курс – крикнул командир в сторону штурманской рубки, где хозяйничал замполит, имеющий штурманский диплом и заменивший по приказанию командира оставшегося на берегу Кузьмина.

— Курс 33 градуса – доложил замполит и через четырнадцать минут поворот на курс 256 градусов.

— Курс 33 рулевой – скомандовал командир

— Есть курс 33 градуса – доложил рулевой – корабль на курсе – доложил он через две минуты.

— Зам, а ты ведешь себя как настоящий штурман – сиронизировал из темноты ходовой рубки Литовченко.

— А у меня есть штурманский диплом и вообще штурманское дело мне нравиться – ответил замполит и тут же добавил – товарищ командир до поворота на курс 256 градусов осталось 14 минут.

— Есть 14 минут – улыбнувшись, ответил командир и посмотрел в иллюминатор туда, где остались три группы ныряльщиков.

На одном из удаляющихся островов был виден огонь костра, который таял в чёрной тропической ночи.

— Командир БЧ-7 (радиотехнической службы) – командир взял в руки микрофон громкоговорящей связи.

— Есть БИП. Командир БЧ-7 (радиотехнической службы) на связи – раздался ответ Федорчука.

— Быть внимательными, докладывать обо всех надводных целях.

— Есть докладывать обо всех целях.

— Командир БЧ-2 (ракетно-артиллерийская боевая часть) постоянное дежурство на автоматах и орудиях. Возможно столкновение с пиратами – переключил командир пульт ГГС

— Есть товарищ командир. Все люди на местах. Дежурство организовано. Люди стоят на колонках.

В темноте ходовой рубки мирно журчали и светились зелеными огнями приборы. Стояла тишина, и лишь небольшой свет из штурманской рубки, где колдовал над картой замполит, показывал, что жизнь в рубке, все же есть.

Командир, поежившись, сел в свое походное кресло и стал внимательно всматриваться вперед в темноту тропической ночи.

Было 8 часов утра. Рассвело. Корабль уже четвертый час бороздил квадрат, откуда поступил сигнал СОС. Никаких следов танкера и пиратов не было обнаружено.

— Командир БЧ-7 (радиотехнической службы) докладывать обо всех даже самых малоразмерных целях – скомандовал командир, прихлебывая из стакана с серебряным подстаканником и надписью «Стерегущий» крепко заваренный чай.

Глаза командира от бессонной ночи были красноватыми.

— Что думаешь, командир? – спросил из своего кресла, выспавшийся Литовченко.

— А что я могу думать. Разрешите поднять вертолет товарищ адмирал.

— Поднимайте. И обследуйте все, что можно на 50 миль в округе.

— Командир БЧ-6 приготовить вертолет к взлету.

Вахтенный офицер передал команду командиру БЧ-6 (авиационной боевой части).

В дверь ходовой рубки постучали и спросив разрешение вошел старший помощник.

Адмирал тоже прихлебывал свой чай и закусывал печением, принесенным ему вестовым.

Запах хорошего чая разносился по ходовой рубке. Вахтенный офицер разглядывал горизонт в визиры, у рулевой стойки в тропической форме стоял рулевой, внимательно вглядываясь вперед. Из ходовой рубки в боковые иллюминаторы были видны лица сигнальщиков, в бинокли вглядывающиеся в бескрайнее море.

— Что старпом, что думаешь? – тихо спросил командир, подошедшего старпома.

— А что думать? Развели нас. Им надо было вытащить из того района острова Кепуалуан. Они нас вытащили. А вот зачем им это было надо мне непонятно.

Командир почесал подбородок и тихо сказал старпому:

— Мне там казалось, что за нами внимательно наблюдают. И я думаю, что мы сделали грандиозную ошибку, бросив наших ныряльщиков там – он тяжело вздохнул.

Старпом вздохнул тоже.

— Товарищ командир вертолет к взлету готов. Начинаем раскрутку. Прошу курс держать при взлете 23 градуса – доложил командир БЧ-6 (авиационной боевой части).

— Вахтенный офицер на румбе?

— На румбе 29 градусов.

— Курс 23 градуса.

— На румбе 23 градуса – доложил рулевой и его доклад тут же продублировал вахтенный офицер.

— Взлет вертолета разрешаю – скомандовал командир и переключившись на командный пост связи – вывести связь с вертолетом на командирский ВПС (выносной пульт связи).

— Есть вывести связь с вертолетом на ваш ВПС – раздался спокойный голос мичмана Кривошея.

Раздалось шипение рации, выведенной на пульт командира. Через минуту из нее раздался голос руководителя полетов капитана Балуева:

— Бублик 135 я Самокат вам курс 135 градусов обследовать на расстояние 50 миль. О всех целях докладывать немедленно.

— Ну и дурацкие позывные дали вам командир – фыркнул из своего кресла Литовченко – у вас вертолет хоть с вооружением или голый?

— Не все ли равно какие позывные? – пожал плечами командир и улыбнулся и запросил КП командира БЧ-6 — командир БЧ-6 у вас вертолет вооружен?

Немного помолчав, командир БЧ-6 доложил:

— На подвесках пулемет и ракеты НУРС. Мы же на боевой службе товарищ командир.

— Это хорошо ответил адмирал и углубился в разговор, с прибывшим к нему в ходовую рубку, Аталгиреевым.

Два часа вертолет обследовал назначаемые ему квадраты моря. Ничего кроме пустынного моря и серых неласковых волн он не обнаруживал. Периодически он садился на корабль и дозаправлялся.

— Что же случилось? Куда девался этот танкер? – удивлялся адмирал Литовченко, разглядывая в штурманской рубке карту.

— А может, никакого танкера и не было – предположил командир, стоявший рядом – возможно им надо было просто выманить нас, с места нашей якорной стоянки.

— А зачем им это надо было? – удивился адмирал.

— Там мы оставили наших людей. Возможно, именно они им и нужны – высказал командир мысль, мучившую его всю ночь – а вот для зачем, сказать не могу.

— Так выходи с ними на связь немедленно. Что ты медлишь? – рассердился адмирал.

— У них рации маломощные. Не достают. Разрешите направить к ним после полной заправки вертолет.

— Направляй – тихо сказал адмирал.

Через час вертолет облетел оставленные ночью острова и докладывал:

— На одном острове машут нам наши люди, там же вижу и двух медвежат. Рядом с островом вижу в воде затонувший катер.

— А что на других островах? – настороженно спросил командир.

— Больше нигде людей не видно. Вижу у одного острова полузатонувшую шлюпку и все. Разрешите посадку на эти острова для более полного обследования.

— Посадку не разрешаю —  сказал командир – следовать на корабль. Возвращайтесь.

— Командир, а почему не разрешил посадку на остров, где есть люди? – спросил адмирал.

— А если это засада. Мы еще лишимся и вертолета.

— Зам курс на место нашей якорной стоянки.

В ходовой рубке стояла тишина. Лицо командира приняло жесткое выражение.

— Пожалуй, я пойду в каюту – сказал Литовченко – держите меня в курсе дела. Докладывать обо всех изменениях обстановки.

Товарищи офицеры скомандовал вахтенный офицер, когда адмирал подошел к двери.

Хлопнула тяжелая дверь, обтянулись за адмиралом задрайки.

— Товарищи офицеры – выдохнул вахтенный офицер.

— Нагадил, и бежать – громко сказал особист, стоявший у «Визира».

Никто ему ничего не ответил.

— Связисты – постоянно контролировать волну наших ребят – скомандовал командир в командный пост связи.

— Есть. Контролируем, Пока ничего нет — глухо ответил из КПСа Кривошея.

Слухи по кораблю видимо распространялись мгновенно.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

За тех, кто в море © 2018 | Оставляя комментарий на сайте или используя форму обратной связи, вы соглашаетесь с правилами обработки персональных данных Frontier Theme