Ильин А. Тоже флот или разговоры за чашкой адмиральского чая в доме на Лиговке. Порой бывало и такое начало

armyreporter-ru.livejournal.com

Итак, обременённый двумя шинелями и кучей другого форменного обмундирования, бравый инженер-лейтенант Дима Стабровский, в соответствии с полученным предписанием, прибыл в город Владивосток для дальнейшего прохождения действительной военной службы на Краснознаменном Тихоокеанском флоте.

Судьба и отдел кадров распределили его на должность начальника трюмной группы эскадренного миноносца «Дальневосточный комсомолец» (бывший «Выдержанный») проекта 56.

Корабль заканчивал средний ремонт на одном из судоремонтных заводов ВМФ в городе Владивостоке. А Димке, особенно после первого знакомства с «городскими достопримечательностями, было как-то безразлично, куда его распределят, т.к. кроме шинелей, как уже было замечен ранее, ничего не обременяло.

Но бравурно-лирическое настроение, всецело владевшее молодым парнем, как-то начало улетучиваться с момента прибытия Димы на борт корабля.

Вы все знаете, что внешний вид эсминца на стадии швартовных испытаний, после среднего ремонта, не самый респектабельный.

Настроение лейтенанта Стабровского ещё более упало после того, как он узнал, что жить будет, в компании других пяти лейтенантов, в шестиместной каюте главстаршин, т.к. штатные каюты офицеров находились в ремонте.  

И подумал Дима: «Ну, да где наша не пропадала?» Правда, мучил его один вопрос: «Куда же деть шинели?»

Однако существуют определённые правила для вновь прибывающего к месту службу офицерскому составу. Правила непререкаемые.

Одевается Дмитрий Алексеевич Стабровский во все парадное и идет на доклад, о своём высочайшем прибытии, к начальнику штаба бригады капитану 2 ранга, с интригующей фамилией, Петух, который надо сказать, уже сдавал дела и, непонятные для простого смертного, обязанности.

На докладе, это ж надо, Димка узнал, что дела и обязанности принимать ему не у кого, т.к. его предшественник давно убыл к новому месту службы. А еще, снова это ж надо, он узнал, что командир машинно-котельной группы находится на излечении в госпитале, и выпускник ЛенВВМИУ Стабровский, как механик, должен исполнять и его обязанности.

В довершении к этому… Диме сообщают, что и командира БЧ-5 накануне тоже увезли в госпиталь т.к. он прямо в ПЭЖе (пост энергетики и живучести или боевой пост №1 БЧ-5) потерял сознание.

Единственное, о чем ему забыли сообщить, было только то, что молодой Дмитрий Алексеевич будет ещё и командиром БЧ5 ….

С чувством легкого замешательства пошел Димка по правому шкафуту в корму попытаться понять: «Что такое произошло и что делать?»

И тут открывается дверь в ПЭЖ, и появляется фигура с погонами главного старшины сверхсрочной службы. Фигура спрашивает о том — уж не механик ли «задумчивый» лейтенант с молоточками на погонах?

Впоследствии оказалось, что эта «фигура» была старшиной команды машинистов-турбинистов. Узнав, что «задумчивый» лейтенант новый командир трюмной и еще временно машинно-котельной группы, он с радостным возгласом сдал Димке повязку вахтенного инженер-механика, мотивируя это тем, что несёт вахту уже восемь часов.

И вот, бравый лейтенант, как был в белых перчатках и с кортиком у бедра, заступил на свою первую вахту вахтенного механика.

А установка работает, а до этого Димке на 56-х проектах бывать не приходилось.

Его озабоченность несколько рассеял зашедший в ПЭЖ лейтенант с молоточками на погонах. Им оказался командир электротехнической группы, по сравнению со Стабровским, бывший уже ветераном корабля, т.к. приступил к исполнению своих служебных обязанностей на четверо суток ранее.

А выпуска он того же года. Правда, из училища имени Дзержинского. Но все равно – вместе веселее.                                          

К вечеру, кое-как, выведя установку из действия, направился новый «вахтенный механик» Дима Стабровский в каюту – надо же хоть кортик снять, но не тут-то было….

В дверях появляется рассыльный и ведет молодого лейтенанта к старшему помощнику командира корабля.

И тут старпом задаёт вопрос, который Дмитрия не то, что озадачил, он его шарахнул по голове, как молот, бьет по наковальне: «А почему до сих пор не подан суточный план БЧ-5 на завтра?» …

А далее закрутило «молодца», завертело, только успевай поворачиваться.

Шло время, отдыхать и спать приходилось редко и не помногу. Техника сдавалась, травматизма не было, и кое-какой опыт приобретался.

Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается….

Пришёл светлый праздник 7 ноября. И уже «опытный» лейтенант Стабровский решил в первый раз пойти на «сход» (после 22.00), тем более, что шинели нашли своё законное место в водолазной кладовой.

К концу ноября, перед ходовыми испытаниями прислали нового командира БЧ5, и у Димы на одну должность стало меньше. Ходовые испытания прошли в целом нормально, и ничем особенным ему не запомнились.

Разве, что сдача режима перехода с максимально возможного переднего хода на максимально возможный задний ход.

Это, на 56-х проектах, скажу я вам, непередаваемые ощущения.

Представьте себе — эсминец с 38 узлов переднего хода, как «бешеный жеребец», встает на дыбы и разгоняется назад.

С фундаментов срываются «дельные» вещи, водяной бурун от винтов достигает кормовой трубы, люди валятся с ног.

Перед новым годом, завершив средний ремонт, корабль совершил переход к месту постоянного базирования в бухту «Стрелок», и получил задачу – быть готовым в начале мая выйти на экспериментальную по продолжительности боевую службу в Индийский океан. А эксперимент-то всего ничего – каких-то 12 месяцев «боевая служба», плюс месяц перехода к острову Сокотра (западная часть Индийского океана) и месяц обратно.

Красота! …

И опять всё завертелось и закрутилось для молодого инженера-лейтенанта Дмитрия Стабровского.

Вернулся «Дальневосточный Комсомолец» из Индийского океана только через 14 месяцев, и Димка уже был опытным механиком.

Эминец «Дальневосточный комсомолец» проекта 56 liveinternet.ru

А Шурик Ильин начинал свою службу помощником начальника Отдела кадров 10 Оперативной эскадры, назначая артиллеристов снабженцами на корабли…. Это ему, «по блату», ЗЭМЧ 10-й ОЭСК капитан 2 ранга Масютин устроил.

Правда Шурке повезло – его корабль вернулся из Индийского океана через 8 месяцев, но… сразу ушел еще настолько же, обогатив и Шурика механическим опытом.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.