Прядкин С. Еще раз о корабельном ЗРК «Оса-М», неисчерпаемом, как атом, и не только о нём

kchf.ru

С этим зенитным ракетным комплексом в советском Военно-Морском Флоте связаны эмоции по всей шкале человеческих чувств от самых возвышенных до самых печальных многих сотен и, пожалуй, тысяч корабельных офицеров, и, прежде всего тех, кто его эксплуатировал. С ним связано большое количество сравнений, эпитетов и метафор  полной смысловой разнонаправленности, как  флотских юмористов, так  и совсем не являющимся таковыми. И даже посвящены стишки из смеси технических терминов, флотского сленга  и ненормативной лексики, но зато точно отображавшие сущность проблемы. «Переживший» все остальные  корабельные ЗРК первого поколения по сроку службы, очень компактный, что позволило устанавливать его даже на кораблях сравнительно не большого водоизмещения, но и очень сложный в эксплуатации, особенно в неблагоприятных погодных условиях,  довольно простой в боевой работе, но  не выдерживающий никакой критики с точки зрения  эргономики. А еще хотел бы упомянуть, что данный комплекс явился высшей ступенью развития отечественной инженерии по созданию электромеханических и аналоговых устройств в области корабельного зенитного ракетного оружия, хотя и подвергшийся бесчисленным доработкам  с целью улучшения его эксплуатационных характеристик, заметим, в подавляющем числе случаев за счет бюджетных средств из кошелька ВМФ. И при всем при этом, пожалуй, именно он открыл широкую дорогу и стал первой ступенькой на командирский мостик  многим и многим  офицерам наших надводных кораблей. Потому что, начиная с семидесятых годов и по настоящее время через этот корабельный зенитный ракетный комплекс самообороны «Оса-М» и его модификации прошло в своей службе огромное количество  выпускников  Черноморского ВВМУ имени П.С.Нахимова и Балтийского Военно-Морского института имени Ф.Ф.Ушакова. А еще и выпускники некоторых ВУЗов, подготовленные на соответствующих военных кафедрах.  Ведь на кораблях нашего флота были установлены более трехсот  комплексов этого корабельного оружия! Как на самых мощных тяжелых атомных ракетных и авианесущих крейсерах, так и на малых противолодочных и малых ракетных кораблях.  Не обошла  стороной этого корабельного оружия и моя флотская служба. Мне довелось в различных должностях много раз выполнять зенитные ракетные стрельбы этим комплексом оружия самому и принимать непосредственное участие в одиночных и совместных стрельбах по различным воздушным целям в процессе боевой подготовки. Какие-то из них уже стерлись в моей памяти, но были и такие, которые своими, скажем так,  нештатными ситуациями оставили зарубки в памяти  на всю жизнь.

13 апреля 1987 года корабельная поисково-ударная группа (КПУГ)  77 бригады противолодочных кораблей Кольской Флотилии разнородных сил Северного флота в составе трех малых противолодочных кораблей 1124М проекта  «МПК-139», «МПК-142» и «МПК-190» вышла в полигоны боевой подготовки  для выполнения  совместной зенитной ракетной стрельбы по трем летящим со сверхзвуковой скоростью ракетам-мишеням  с минимальным интервалом подлета в узком секторе: двум РМ-6, запускаемым с двух атомных подводных лодок 675 проекта и летящих на высоте 50 метров и одной РМ-35, запускаемой береговым ракетным полком с полуострова Рыбачий, летящей на высоте 400 метров на фоне тактического учения по противовоздушной обороне соединения кораблей на переходе морем.

МПК пр. 1124М в Екатерининской гавани, г. Полярный. На причале видна машина технического обслуживания с юстировочной аппаратурой на телескопической вышке. Довольно частая картина, наблюдаемая в местах базирования кораблей, вооруженных ЗРК «Оса-М» и его модификаций (фото из интернета)

Эти ракеты-мишени, весящие по несколько тонн каждая, как и все остальные ракеты-мишени других типов, используемые в отечественном Военно-Морском флоте в целях противовоздушной  подготовки надводных кораблей, были переделаны соответственно из  боевых противокорабельных крылатых ракет П-6 и П-35 путем замены фугасно-кумулятивной боевой части на габаритно-весовой заместитель и  отключения системы самонаведения и всегда запускаемые их носителями   по отражающими  атаку  надводными кораблям в дуэльной ситуации.

Старт противокорабельной крылатой ракеты П-6 с атомной
подводной лодки 675 проекта (фото из интернета).
Старт противокорабельной крылатой ракеты П-35 с береговой пусковой установки (фото из интернета).

.

В таком масштабном боевом упражнении на большой части акватории Баренцева моря с привлечением значительных разнородных сил и средств были задействованы многие органы управления флота и участвующих соединений различных уровней, требующие высокой организации взаимодействия по выполняемым мероприятиям, времени и месту действия. Но особо хотел бы отметить, что наиболее важную роль в успешном выполнении этого сложного боевого упражнения играет личный состав кораблей КПУГ – ведь стреляет-то весь корабль, при этом качественная подготовка материальной части и, прежде всего, огневых средств ПВО кораблей и их боевых расчетов является решающей. Ведь эти корабли-трудяги вооружены только одним ЗРК и больше никакой дублирующей равноценной замены в случае входа его из строя или иного отказа от боевой работы не имеют. А в случае ее успешного выполнения — честь и хвала всем ее участникам. Мне, как старшему офицеру Управления ракетно-артиллерийского вооружения (УРАВ) СФ, курировавшему на Северном флоте эксплуатацию и подготовку к боевому применению ЗРК «Оса-М» всех модификаций, довелось принять участие в допуске этих кораблей к стрельбе и наблюдать ее непосредственно на выходе в море на «МПК-139» в присутствии руководителя учения — Командующего Кольской флотилией разнородных сил вице-адмирала Игоря Владимировича Касатонова.

Итак, корабли КПУГ пришли в район проведения учения по противовоздушной обороне соединения кораблей на переходе море, кульминационным моментом которого являлось выполнение совместной зенитной ракетной стрельбы.   Погода нам вполне благоприятствовала, что в Баренцевом море в это время бывает весьма нечасто: низкая плотная облачность и небольшая зыбь. Уже вечерело, стояли длинные северные апрельские сумерки. В двадцати километрах юго-восточнее нашей КПУГ идёт корабельная ударная группа (КУГ) малых ракетных кораблей 55 отдельной бригады ракетных катеров, которая   приготовились к выполнению зенитной ракетной стрельбы по двум летящим с околозвуковой скоростью ракетам-мишеням РМ-15, запускаемым с ракетного катера. 

Старт противокорабельной крылатой ракеты П-15 с ракетного катера проекта 1241 (фото из интернета)

По траектории их полета, слегка покачиваясь на темной свинцового цвета волне, параллельным курсом в кильватерном строю следуют наши корабли: головным – «МПК-142», средним – «МПК-139» и концевым «МПК-190» с задачей уничтожения в случае прорыва какой-либо из этих ракет-мишеней. После отражения атак условного воздушного противника, сымитированных налетами нескольких пар истребительной авиации электронными пусками зенитных ракет и их условными обстрелами корабельной артиллерией, а также постановкой пассивных электронных помех, все участвующие в стрельбе и обеспечивающие силы приведены в боевую готовность номер 1.

Наконец, на левом траверзе наблюдаем, что нижняя кромка облаков за горизонтом высветилась бледными оранжево-красными всполохами, очевидно, от разрывов боевых частей зенитных ракет и артиллерийских снарядов. И через некоторое время от них приходят едва слышные раскаты отдалённого грома.   Похоже, наши товарищи по оружию лихие катерники ни зенитных ракет, ни артиллерийских снарядов не жалели. И вдруг на фоне этих облаков из-за уже начинающей темнеть сумеречной кромки горизонта появилась светящаяся красная точка, которая, постепенно увеличиваясь в своем размере, прижимаясь к поверхности воды, быстро приближается к строю наших кораблей. Одновременно слышно, как на ходовой пост корабля с поста воздушной обстановки поступил доклад о внезапно появившейся воздушной цели с этого направления.  Теперь стало ясно, что эта светящаяся точка — не что иное, как одна из ракет-мишеней, прорвавшаяся через огненный барьер зенитных огневых средств малых ракетных кораблей, и мы наблюдаем за ее полетом по свечению реактивной струи работающего жидкостного ракетного двигателя. И в этот момент с идущего головным «МПК-142» стартует зенитная управляемая ракета, которая устремилась на перехват этой воздушной цели.

Пуск зенитной ракеты ЗРК «Оса-М» с малого противолодочного корабля проекта 1124.

Вот, оставив в темнеющем небе по траектории своего полета шлейф серого дыма, зенитная ракета подлетает к своей жертве, следует яркая оранжево-розовая вспышка взрыва ее боевой части, и только что видимая нами светящаяся точка превращается в падающий на воду большой огненный ком.  А следом приходит надсадный и резкий, как удар, звук самого взрыва. Ракета-мишень поражена! Самое красивое завораживающее зрелище и лучшая музыка для ушей тех, кто причастен к зенитной ракетной подготовке, признаюсь я вам!  Вскоре с «МПК-142» поступил   доклад командира корабля, что выполнена стрельба одной зенитной ракетой по ракете-мишени на самооборону, поскольку эта низколетящая воздушная цель опасно летела на корабль с малыми курсовым параметром и подлетным временем. Но не успели присутствующие и наблюдавшие за стрельбой на левом крыле сигнального мостика «МПК-139» возрадоваться успеху впереди идущего корабля, как вдруг, с него же, буквально через несколько секунд, еще не закончившийся доклад его командира прервал старт еще одной зенитной ракеты, которая полетела в том же направлении, что и предыдущая.  «Куда он стреляет? В воздухе никаких воздушных целей не наблюдается!» — ошеломил буквально всех один и тот же вопрос, включая и вице-адмирала И.В.Касатонова. А зенитная ракета, пролетев довольно большую дистанцию, без срабатывания боевой части приводнилась.  Такой успех, и такой конфуз, связанный с несанкционированным пуском зенитной ракеты!  Запросили командира «МПК-142»: доложить обстоятельства происшедшего. И, через некоторое время прошел доклад, что ракета стартовала с левой направляющей пусковой установки самопроизвольно, причина старта не понятна.  После чего руководитель учения вице-адмирал И.В. Касатонов уже задал вопрос мне, как представителю УРАВ СФ:

— Какие будут Ваши соображения?

Но что я мог доложить ему чего-либо путного, наблюдая ту же картину, что и он сам, находясь рядом с ним и совершенно не представляя обстановки, которая происходила в центральном посту ЗРК «МПК-142»? Докладываю:

— Товарищ Командующий, будем разбираться по приходу в базу.

Такое же мнение высказал, и Начальник отдела РАВ флотилии капитан 1 ранга Г.В.Славников. Возможно, кто-либо другой из флотских военачальников (а мне такие известны) в подобной ситуации принял бы решение отменить предстоящую ракетную стрельбу наших кораблей. Но только не вице-адмирал И. В. Касатонов, деятельность которого на выходе в море, как мне неоднократно довелось лично наблюдать, абсолютно всегда была заточена на безусловное и успешное выполнение спланированных боевых упражнений и других мероприятий боевой подготовки. Поэтому, без тени сомнения он, взяв на себя всю меру ответственности, принимает решение и отдает приказание на выполнение зенитной ракетной стрельбы малыми противолодочными кораблями КПУГ.

Теперь уже по плану нашей зенитной ракетной стрельбы корабли обеих тактических групп поменялись местами: КПУГ малых противолодочных кораблей в кильватерном строю в том же порядке занял район выполнения своего боевого упражнения, а КУГ малых ракетных кораблей — у нас «за спиной» в 20 километрах севернее с учебной боевой задачей уничтожения ракет-мишеней в случае, если они не будут сбиты нашими кораблями.   Опять стреляющие корабли и силы обеспечения приведены в боевую готовность номер 1, и руководитель учения отдал приказание на запуск ракет-мишеней.  Вскоре поступили доклады от командиров подводных лодок и с КП БРАВ, что все три ракеты-мишени в воздухе. И через некоторое время на левом крыле сигнального мостика стали отчетливо слышны доклады флагманского специалиста ракетного оружия бригады капитана 3 ранга П.С.Скрипникова на ходовой пост командиру КПУГ капитану 1 ранга В.В.Хуторному об обнаруженных радиолокационными средствами корабля воздушных целях и произведенном целераспределении. Но визуально из-за большой дистанции они не наблюдаются, а истекающие газы из сопел их турбореактивных двигателей при полете на такой высоте никаких следов не оставляют.  Наконец наступил кульминационный момент, когда со всех трех кораблей, одна за другой стартуют зенитные управляемые ракеты, каждая навстречу своей цели. А следом открыли плотный огонь корабельные артиллерийские комплексы и трассы их снарядов яркими огоньками потянулись к своим жертвам. В воздухе стоит рев улетающих к целям ракет и частые, похожие на мощные удары кувалдой по железной кровле крыши дома, звуки выстрелов 76-мм артиллерийских установок, к которым примешивается дробный гул очередей 30-мм высокоскорострельных их «младших собратьев».    Яркие вспышки подрывов боевых частей зенитных ракет на фоне трасс артиллерийских снарядов, отдающиеся всполохом в низких облаках —  и только тогда ракеты-мишени становятся видимыми в объятиях пламени от своего горения. Вскоре от этих взрывов доходят мощные удары по ушным перепонкам.  Зрелищная картина учебного противовоздушного боя! Вот на левом остром курсовом угле корабля вывалилась из низких облаков горящая ракета-мишень РМ-35, которая, беспомощно кувыркаясь, падает в воду, подняв целый фонтан воды и брызг.  Однако, на левом траверзе, несмотря на огневое воздействие зенитных ракет и артиллерии, одна за другой продолжают свой стремительный полет две горящие ракеты-мишени РМ-6. Как же низко они летят! На кораблях этого проекта сигнальный мостик корабля расположен на высоте примерно 8 метров от ватерлинии, но зрительно кажется, что их полет над водой по высоте происходит вровень с ним. Не долетая километра три, одна из ракет-мишеней на полной скорости врезается в воду.  А на другой ракете-мишени, которая  на излете визуально уходила за корму концевого «МПК-190», вдруг прекратился пожар, и она, резко повернув влево, уже в полной тишине на огромной скорости по снижающейся траектории,  с креном на левую сторону так, что было отчетливо  видно входное отверстие  воздухозаборника ее турбореактивного двигателя и, как говорится, все заклепки на ее планере, пронеслась вдоль строя кораблей буквально в полутора-двух кабельтовых от нас, чиркнула по воде  левой консолью крыла и, разваливаясь на отдельные фрагменты, метров 100-150 прокувыркалась по ее поверхности, высоко поднимая за собой дорожку водяных брызг. Завораживающее зрелище! Итак, зенитная ракетная стрельба выполнена успешно, все вошедшие в зону поражения зенитными огневыми средствами ракеты-мишени уничтожены. А моряки, замечу, в душе люди весьма суеверные, ещё бы и добавили, что сегодня колесо Фортуны всё же повернулось в нашу сторону.  По той причине, что это был понедельник 13 числа, а у моряков издревле такое сочетание считается особенно несчастливым.  Все получилось замечательно, личный состав трех кораблей и их боевые расчёты ЗРК и ЗАК сработали четко и точно, как швейцарские часы. Но вот по какой причине самопроизвольно стартовала зенитная ракета с «МПК-142»? Большой вопрос!

Хотел бы отметить, что на флоте факт несанкционированного пуска зенитной ракеты сам по себе являлся грубейшим нарушением правил эксплуатации и боевого использования зенитного ракетного комплекса, за что виновные в этом аварийном происшествии с оружием всегда очень строго наказывались.  Подобный случай случился и в моей службе в должности флагманского специалиста ракетного оружия 10 бригады противолодочных кораблей в августе 1982 года. «Хозяйство» у меня было большое и очень хлопотное. И, как говорится, за все в ответе.

Корабли 10 бригады противолодочных кораблей почти в полном сборе у 8 причала в Североморске. Так и хочется добавить слова из знаменитой морской песни: «…готовятся к бою орудия в ряд, на солнце зловеще сверкая».
Североморск, июль-август, 1982 г.

Тогда корабли соединения готовились к очередной предстоящей на следующий день совместной зенитной ракетной стрельбе. А на СКР «Задорный» из-за невнимательности личного состава носовой зенитной ракетной батареи при работе с пусковой установкой произошла, в общем-то, не самая сложная поломка в ее надпалубной части, однако для устранения неисправности, требующая демонтажа блоков предстартовой подготовки в ее верхней части.  Помню, я проинструктировал личный расчет батареи по проведению ремонта, а руководителю работы командиру БЧ-2 капитану 3 ранга Ю.И.Бондареву, отмечу, офицеру с большим опытом эксплуатации ЗРК, приказал после ее окончания и опробования работоспособности пусковой установки, провести в обязательном порядке штатную проверку цепей пуска ракет, о чем лично доложить мне.  Сам же убыл на стоящий на другом причале СКР «Ленинградский комсомолец», где тоже на одном из ЗРК возникла неисправность, над которой «бились» «лучшие умы» по данному комплексу. В районе 23 часов получил доклад от Бондарева, сделанный им лично, что материальная часть ведена в строй, проверены во всех режимах работа пусковой установки и исправность цепей пуска ракет.  А на следующий день на выходе в море, при окончательном приготовлении к стрельбе, одна из ракет самопроизвольно стартовала.  Как выяснилось при расследовании этого аварийного происшествия с оружием, причиной несанкционированного пуска ракеты послужило то, что после устранения неисправности пусковой установки, личный состав батареи при подсоединении электрических кабелей перепутал местами два кабеля, чего, к слову, несколько неудачная конструкция устройства вполне позволяла это сделать.  Штатная проверка цепей пуска не проводилось, а командир БЧ-2 Бондарев, что говорится, «на голубом глазу» произвел мне ложный доклад, которому я и поверил. По той причине, что этот корабль был лучшим на соединении по зенитной ракетной подготовке, а мне и в голову не могло прийти, что будет допущена такая безответственность и такой обман. Но что было, то было, и пусть это останется на совести Бондарева. Ну, а на следующий день в море, при подаче электрического напряжения при окончательной подготовке к стрельбе, произошло попадание электрического напряжения переменного тока на пиропатрон запуска двигателя ракеты.  Хорошо, что в конструкцию пусковой установки ее разработчиками была заложена т.н. «защита от дурака», предусматривающая подачу напряжения на поджиг пиропатрона двигателя только в пределах безопасных углов наведения пусковой установки. Иначе его срабатывание произошло бы в ракетном погребе, что привело бы к тяжелым последствиям. А ещё, можно сказать, нам повезло, что по траектории полета несанкционированно пущенной ракеты не находилось ни одного корабля или судна. Был очень серьезный разбор этого аварийного происшествия с оружием, а я за неудовлетворительный контроль за техническим состоянием ракетно-артиллерийского вооружения и личным составом БЧ-2 кораблей бригады получил на всю катушку «фитиль» в приказе от Командующего Кольской флотилии. К слову, как помню, никто из моих непосредственных и прямых начальников меня особенно и не ругал. Как говорится, получил свое и служи дальше, исправляйся, работай над указанными недоработками и снимай образцовой службой заработанное взыскание.  Зато по такому случаю весьма активизировались «целители наших заблудших душ», ведь им только дай повод!  Помню, на партийной конференции Кольской флотилии, повесткой дня которой была профилактика предотвращения аварийности с оружием и техническими средствами, на которой  разве что только самый ленивый среди  них не «лягнул» меня с высокой трибуны в своем порыве критики с каким-то садистским удовольствием: «…а вот на соединении, где флагманский специалист ракетного оружия коммунист…» и т.д., и т.п. Ну, а наш заместитель командира бригады по политической части В.П. Яблонский настоял, чтобы мне вдогонку еще «влепили» и партийное взыскание.  И никого из них не интересовало, как можно было проконтролировать в полном объеме все это ракетно-артиллерийское хозяйство на кораблях соединения при чрезвычайно напряжённой боевой подготовке. Памятуя, что в том учебном году боевой подготовки кораблями соединения было выполнено, как никогда, большое количество ракетных и артиллерийских стрельб, подавляющее большинство которых заслужили высокие оценки. А корабли, буквально, как на флоте говорят, «не вылезали из моря». Хотя с себя я вины и ответственности за это аварийное происшествие ни в коей мере не снимал, руководствуясь мудростью наших пословиц: «Назвался груздем, полезай в кузов!», или «Доверяй, но проверяй!». Или еще, как говорят моряки — «На флоте бабочек не ловят!».  К этой истории хотелось бы еще добавить, что, через много лет, уже служа в должности начальника военного представительства на заводе-изготовителе систем управления этих самых ЗРК «Оса-М» и всех его модификаций, я внес предложение применить разные типоразъемы в подключении этих злосчастных кабелей в цепях старта ракет с целью исключения повторения подобной ситуации. Но не нашел понимания ни у промышленности, ни у компетентного флотского начальства с единственным аргументом  против —  пусть личный состав соблюдает инструкции по эксплуатации.  Конечно, формально они правы. Но если бы эти инструкции состояли из одной-двух брошюрок!  Так ведь, имеющим отношение к эксплуатации данного ЗРК и знающему эту тему люду хорошо известно, каким «гроссбуховским многотомьем» являются эти инструкции, досконально и в полном объёме разобраться в которых могут лишь опытные специалисты со специальным профильным образованием, не стесненные корабельным распорядком дня и несением службы корабельных нарядов!

Но вернусь к своему повествованию. Около пяти часов утра корабли вернулись в базу – Екатерининскую гавань города Полярный.  А уже на шесть часов утра вице-адмирал И.В.Касатонов назначил предварительный разбор стрельбы. На бегу я «заскочил» в центральный пост ЗРК «Оса-МА» «МПК-142», а там помощник флагманского артиллериста дивизии по ракетному оружию капитан-лейтенант Алексей Мудрый и командир БЧ-2 лейтенант Николай Бабак на мой вопрос: по какой причине у них произошел несанкционированный пуск ракеты, как были установлены органы управления коммутациями, что наблюдали на контрольных транспарантах и т.п. только недоуменно развели руками и лихорадочно «ломали голову», что через 15 минут им докладывать. Поэтому что-либо выяснить у них мне было решительно не возможно. Ровно в шесть часов утра все участники служебного совещания собрались в одном из помещений береговой базы 5 бригады тральщиков, и Командующей флотилии вице-адмирал И.В.Касатонов начал предварительный разбор совместной зенитной ракетной стрельбы.  Коротко заслушал доклады командиров кораблей и командира КПУГ, после чего потребовал доклада от командира БЧ-2 «МПК-142» лейтенанта Н.И.Бабака по поводу несанкционированного пуска. Однако, и надо отдать ему должное, как ни старался четко и по-военному этот молодой офицер, доложить все свои действия и действия боевого расчета ЗРК, объяснить причину несанкционированного пуска он не смог. А я из его доклада для себя отметил, что действовал боевой расчет и лично он сам в строгом соответствии с руководящими документами. Вспоминая то служебное совещание, проводимое вице-адмиралом И.В. Касатоновым, хотел бы отметить, что, неоднократно, присутствуя на разборах мероприятий боевой подготовки и проверок соединений кораблей под его руководством, в отличие от некоторых больших флотских военачальников, лично я никогда не слышал от него ни одного грубого выражения. Но зато провинившихся по службе он умел отчитать в сдержанной манере, но не без гнева в интонациях голоса, с виртуозной иронией и красноречиво так, что, думаю, те запоминали адмиральский «разнос» на всю жизнь. Так произошло и на этот раз, когда он объявил лейтенанту, что виновный в таком аварийном происшествии с оружием офицер совершенно не достоин должности командира БЧ-2 боевого корабля и пригоден разве что (я запомнил дословно) «командовать взводом караульных собак на Новой Земле». И тут мне на память пришла   своя история с несанкционированным пуском на СКР «Задорный», за которую вице-адмирал   И.В.Касатонов меня когда-то наказал. Но там причина была в неисполнительности и безответственности командира БЧ-2 и личного состава носовой ЗРБ и грубом нарушении инструкции по эксплуатации. А в данном случае нарушений руководящих документов в действиях лейтенанта Бабака лично я не усмотрел.  Поэтому я решил немедленно заступиться на молодого офицера, ведь причина, по которой самопроизвольно улетела ракета, еще не установлена, и нам, специалистам, предстоит во всем внимательно разобраться и выяснить причину несанкционированного пуска. И, испросив разрешения на слово, доложил вице-адмиралу И.В.Касатонову свои соображения, при этом добавив, что, вообще то, победителей не судят, все же командир БЧ-2 «МПК-142» свою учебно-боевую задачу успешно выполнил и поразил две ракеты-мишени. Примечательно, что в отличие от некоторых других больших флотских военачальников, И.В.Касатонов, даже уже имея собственное мнение по обсуждаемому вопросу, всегда прислушивался к докладам флотских и флагманских специалистов, проявляя к ним неподдельное внимание и уважая их мнение. Ценил он военных специалистов!  И, если он находил их доводы убедительными, то всегда принимал решение в соответствии с ними. Поэтому, выслушав мой доклад и предложения, он согласился со мной, спросив при этом, какой нам понадобится срок для выяснения причины несанкционированного пуска и потребовал от начальника отдела ОРАВ флотилии Г.В.Славникова обязательного доклада лично ему о результатах работы, что тоже было характерным в стиле работы адмирала.

Сразу же после совещания была создана рабочая группа, которая немедленно приступила к выяснению причины самопроизвольного старта ракеты. Отличительной особенностью этой стрельбы было то, что командир БЧ-2 выполнил штатную операцию по дозарядке пусковой установки, что в реальной обстановке выполнения практических стрельб на Северном флоте выполнялось крайне редко, поскольку, в соответствии с руководящими документами, по скоростным учебным воздушным целям практически всегда, как в боевой обстановке, выполняли пуски серией из двух ракет.  А в данной ситуации боевым расчетом ЗРК «МПК-142» после обстрела прорвавшейся первой ракеты-мишени был осуществлён перенос огня по следующей воздушной цели — второй ракете-мишени РМ-15, предназначенной для КУГ малых ракетных кораблей. Однако после взятия ее на автоматическое сопровождение ЗРК «МПК-142», через несколько секунд эта ракета-мишень была сбита малыми ракетными кораблями и упала в воду перед ними.  При такой дальности до «МПК-142» пуск ЗУР с него полностью исключался, но, тем не менее, самопроизвольный старт левой ракеты произошел. Необычная ситуация на стрельбе!  От этой «печки» и «начали плясать», разбираясь в очень сложных схемах цепей старта.  Вспомнилось, как когда-то еще в бытность командира носовой ЗРБ на БПК (с 03.08.1977г. – СКР) «Достойный» мне довелось, правда, по несколько иным причинам буквально ковыряться в них, насыщенных многоконтактными реле, переключателями и кнопками.  И на этот раз после нескольких дней «ползания» по схемным «простыням», все же нашли причину несанкционированного старта, которая оказалась в схемной ошибке, которая проявилась в реализовавшихся конкретных условиях данной стрельбы и подлежит классификации как конструктивный дефект. И этот, говоря сленгом специалистов «хомут», проявился, считай, через семнадцать лет интенсивной эксплуатации данного ЗРК на всех наших флотах!  Воистину, наша поговорка, что корабельная «Оса» неисчерпаема, как атом, еще раз нашла свое подтверждение. К слову, выставленная флотом претензия заводу-изготовителю системы управления ЗРК, последовавшая после этого случая несанкционированного пуска по поводу допущенной схемной ошибки, последним были принята и на всех вооружённым этим комплексом кораблях были сделаны соответствующие доработки. А из лейтенанта Николая Ивановича Бабака, насколько мне известно, вырос достойный морской офицер, о каких говорят, что на таких наш флот держится.

В пятницу 17 апреля я, довольный результатом стрельбы и выяснения причины несанкционированного пуска зенитной ракеты по причине конструктивного дефекта, прибыл на службу в УРАВ СФ в Мурманск. И был буквально ошарашен известием, что накануне на Тихоокеанском флоте во время выполнения зенитной ракетной стрельбы погиб МРК «Муссон» и большая часть его экипажа. Информация была чрезвычайно скудной. Было известно, что после обстрела зенитным ракетным комплексом «Оса-МА» этого корабля ракеты-мишени, запущенной с ракетного катера, она снизилась на траектории полета и попала в его надстройку, произведя   катастрофические разрушения, и вызвав объемный пожар. В результате чего несколько десятков человек личного состава погибло, а корабль затонул. Невольно вспомнилась наша пораженная ракета-мишень РМ-6, которая в неуправляемом полете пронеслась в непосредственной близости вдоль строя кораблей буквально в нескольких метрах над поверхностью воды. Ведь с нами могло случиться то же самое! Признаюсь, неоднократно наблюдая неуправляемый полет пораженных ЗРК ракет-мишеней и их падение в воду в непосредственной близости от стреляющего корабля, до этого трагического случая мне и в голову никогда не приходило, что вот так может произойти.  Но, что случилось с МРК «Муссон», уже назад никак не отыграешь. Погиб корабль и погибли моряки, честно выполнившие свой воинский долг и светлая им память в наших сердцах! На Северном флоте при всей скудности информации обсуждалось две возможных причины произошедшей катастрофы —  неэффективное поражение ракеты-мишени и она, осуществляя неуправляемый полет, случайно попала в корабль. Или срабатывание головки самонаведения, которая по какой-то причине оказалась не отключенной при подготовке на технической ракетной базе перед выдачей ее на ракетный катер. Получилось так, что для включения в доклад Командующему Северным флотом адмиралу И.М.Капитанцу материала на эту тему, мне было поручено оценить технический аспект возможности не отключения головки самонаведения на технической ракетной базе. При этом из-за все той же скудности информации мы исходили из того, что она была радиолокационной, как получившей наибольшее распространение при доработке боевой ракеты в ракету-мишень. Это была тема, как говорится, не моего профиля, но начальник УРАВ СФ капитан 1 ранга В.Б.Яровенко иногда специально практиковал подобные поручения, чтобы рассмотреть проблему «свежим взглядом».   Поэтому, вникнув в технологию доработки боевой ракеты под ракету-мишень и организацию контроля за ней, оформления технической документации, я пришел к выводу, что такая ситуация должна быть полностью исключена, что и было доложено. 

В мае того же года в Кронштадте проводились учебные сборы ведущих специалистов зенитного ракетного оружия ВМФ.  Признаюсь, информация о катастрофе МРК «Муссон», произошедшая при выполнении этим кораблем   зенитной ракетной стрельбы, доведенная до участников сборов Заместителем Начальника УРАВ ВМФ контр-адмиралом В.Т.Ященко и которую мы с нетерпением ожидали, особой ясности совершенно не прибавила. У нас осталось больше вопросов, чем ответов.

Фото на память участников сборов флотских специалистов ЗРК ВМФ в 128 Школе оружия в Кронштадте 15-16 мая 1987 года. В первом ряду слева направо:1-й — А.И.Борисов, 5-й – Б.П.Ревенков, 6-й – В.В.Дерябин, 7-й – Ю.М.Рассказов, 8-й – С.П.Теглев, 11-й – О.А.Казанцев, 12-й – В.Б.Яровенко , 13-й – Ю.П.Рыбак. Во втором ряду слева направо: 1-й – В.М.Умников, 3-й – В.А.Янович, 4-й – А.Г.Заяц, 5-й – Д.Ф.Трофименко, 6-й – И.В.Калашников, 8-й – Г.В.Славников, 15-й – И.И.Дубов, 16-й – В.И. Гринченко. В третьем ряду слева направо: 2-й – С.С.Прядкин, 3-й – Ю.В.Алимов, 5-й В.В.Дибров, 6-й – В.Н. Хромцов, 8-й – Н.С.Швагер, 13-й А.Мирущенко, 15-й И.Д.Моисеенко.

 Согласно плану этих сборов, после информации контр-адмирала В.Т.Ященко, следующим следовал мой доклад с анализом опытовой зенитной ракетной стрельбы на Северном флоте практически тех же самых выше описанных в этом рассказе кораблей по двум ракетам-мишеням РМ-120, выполненной 2 апреля того же 1987 года, запущенных по ордеру кораблей с малого ракетного корабля 1234 проекта.

Старт противокорабельной крылатой ракеты П-120
«Малахит» с малого ракетного корабля (фото из интернета).

Отличительной особенностью такой ракеты-мишени с твердотопливным маршевым двигателем, летящей с околозвуковой скоростью на малой, всего 60 метров от поверхности воды высоте, является высокая механическая прочность ее планера, поскольку ею так же были вооружены и атомные ракетные подводные лодки проекта 670М, осуществляющие подводный старт этими ракетами с достаточно большой глубины. Кроме того, ПКР П-120 «Малахит» обладает высокой устойчивостью к возгоранию после поражения и из-за этих трех факторов она является весьма «крепким орешком» для ЗРК самообороны «Оса-М(МА)».  В ходе выполнения этой стрельбы кораблями обе ракеты-мишени были сбиты, однако было израсходовано большое количество зенитных ракет, многократно превышающее нормативный расход, установленный руководящими документами для проведения практических зенитных ракетных стрельб. Такой большой перерасход зенитных ракет произошел  потому, что, благодаря прозорливости руководителя стрельбы  Командующего Кольской Флотилии вице-адмирала И.В.Касатонова в построении ордера стреляющих кораблей и в принятом им решении управления этими силами, все они имели возможность не только потренировать свои боевые расчеты средств ПВО по  ракетам-мишеням РМ-120, но и были, обязаны обстрелять зенитными ракетами  и артиллерией эти опасно летящие воздушные цели в порядке самообороны своего корабля в строгом соответствии с требованиями руководящих документов и, таким образом, максимально обеспечить безопасность выполнения всего боевого упражнения. Что всеми кораблями и было выполнено. Тем не менее, после моего доклада с трибуны этих сборов, мне все же пришлось выслушать крайне нелицеприятную критику от руководства ВМФ в самых гневных и раздраженных тонах за большой перерасход боезапаса. Очевидно, под впечатлением от гибели МРК «Муссон», который выполнил стрельбу всего двумя положенными по нормам расхода зенитными ракетами.   А я еще тогда на трибуне подумал: «Да, мы израсходовали много зенитных ракет, но зато выполнили учебную боевую задачу, мощным огневым воздействием «приводнив» обе опасно летящие воздушные цели на безопасном расстоянии до кораблей».

Послесловие

Стоило ли было вообще возмущаться на тех сборах специалистов ЗРК в Кронштадте флотскому руководству большим перерасходом зенитных ракет на ракетных стрельбах, если их огромные запасы для ЗРК «Оса-М» и его модификаций впоследствии утилизировались, и, надо полагать, порой самым варварским способом?  Поскольку они остались невостребованными после, а иначе и не назовешь, как организованного высшим руководством нашего флота, уничтожения отечественного корабельного состава, как говорится, без всякого Цусимского сражения в лихолетье 90-х годов, когда было продано за бесценок на слом, в основном, иностранным коммерческим структурам огромное количество   кораблей, даже не выслуживших и половины срока своей эксплуатации.  Не обошла стороной злая судьба и представленных в рассказе малых противолодочных кораблей проекта 1124М, к слову являвшегося, по оценкам корабелов и военных моряков, очень удачным в своем классе. Так, «МПК-139» прослужил в боевом составе Военно-Морского Флота 21 год, «МПК-142» —  всего 14 лет, а «МПК-190», являвшийся самым новым среди них в постройке — и того меньше, всего-то 12 лет».

Ничем не оправданное, если не сказать больше, граничащее с преступлением деяние, именуемое предательством! Остается только надеяться, что история все же осудит виновных в этой трагедии нашего флота и вынесет свой вердикт, а наш Флот будет восстановлен на современной научно-технической базе до уровня, обеспечивающего решение всех возложенных на него задач по защите государственных интересов и безопасности нашей Родины в Мировом океане.

1 комментарий

Оставить комментарий
  1. Никита Трофимов

    Как непосредственный участник множества ракетных стрельб, до сих пор вспоминаю каждую из них с восхищением и трепетом. При этом до должности помощника командира был лишён возможности лично наблюдать пуски ЗУР и поражение ракето-мишеней. За два года комбатства я отстрелял 18 ЗУР. Какое счастливое было время. Спасибо уважаемому Сергею Прядкину за хорошие воспоминания. Мы, «осиные» комбаты и командиры ракетно-артиллерийских БЧ Кольской флотилии, его очень сильно боялись и в то же время очень уважали. Уважали — за высочайшие знания и опыт, боялись — по той же причине. Необычайно выдержанный и справедливый офицер! А мы, по сравнению с ним, были щеглами неоперившимися. Уважаемый Сергей, здоровья Вам и благополучия! И очень хочется, учитывая Ваш яркий литературный талант, читать и читать Ваши новые рассказы о той службе, которая до сих пор не отпускает нас.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.