Цмокун В. Please

Ракетный крейсер «Владивосток» у берегов Мозамбика forums.airbase.ru

Случай, свидетелем которого от начала до конца был только я, иногда   под рюмку рассказываю, но очень редко, да и то — если тема разговора между собравшимися флотскими мужиками вдруг пойдёт параллельным курсом. Главный персонаж, до сих пор при этих воспоминаниях стоящий в полный рост перед глазами, наверное, никогда никому ничего не рассказывает, хотя, надеюсь, жив и здоров.

В общем, дело было так.

 Кажется, шёл 1979год. Ракетный крейсер » Владивосток», на котором я имел честь служить в должности командира зенитной артиллерийской батареи (коротко-» комбат-4″) , выполнял задачи боевой службы в Индийском океане. После тяжёлого месячного перехода от Владивостока, во время которого экипаж, кроме выполнения этих самых задач, был занят ещё и устранением последствий шторма, подаренного нам Нептуном в Японском море, мы прибыли в порт Мопуту (бывший Лоренсу — Маркиш) — столицу дружественного Мозамбика.

Мозамбик тогда только — только перестал быть португальской колонией (думаю, не без помощи СССР) и теперь уже сам помогал освободиться и стать такой-же нищей страной своей соседке — Южной Родезии. 

Приход в Мопуту нашего крейсера, естественно, был одной из военно- политических составляющих этой помощи. Честно говоря, Южная Родезия-то никакой колонией и не была, создали это государство два белых человека, неграм там жилось достаточно хорошо и спокойно.

Бардак начался, когда Англия положила глаз на этот лакомый кусок и предложила свою крышу. Родезия от английской крыши отказалась, и англичане начали дестабилизировать там нормальную, в общем, жизнь. Ну, а наши вожди, конечно, действия проанглийских банд тут-же окрестили » национально-освободительным движением» со всеми вытекающими последствиями.

Господи! Какие дураки сидели в Москве! Не буду сейчас давать никаких моральных оценок себе и своим боевым товарищам — мы знали только то, что знали, считали, что защищаем тут нашу страну и были готовы исполнить свой долг до конца. Но речь сейчас не об этом.

Понятное дело, в Мозамбике в то время присутствовала куча разных высоких военных начальников с московской пропиской и ещё больше простых специалистов-офицеров, в основном- армейских, которые и тащили на себе главный воз обучения и воспитания (причём зачастую- по ходу боевых действий) рабоче-крестьянской мозамбикской армии.

За время стоянки в Мозамбике довелось мне раз посидеть с одним капитаном — танкистом — простым, но, на мой взгляд, абсолютно героическим мужиком. Очень надеюсь, что он уцелел в той ещё одной не нашей войне и дай ему Бог здоровья! Но я отвлёкся.

Так вот, визит в Мозамбик был официальный и батарея моя отстреляла, как положено, на подходе, “салют наций» — 21 залп из пушек -» сорокопяток «.  Пушки не подвели, хоть и были 1942 и 1945 гг изготовления, да и матросы, надо сказать, сработали отлично. Честно говоря, очень любил я эти пушки! Они мне представлялись живыми ветеранами той страшной войны, это такими пушками останавливали в начале войны наступающие немецкие танки… В общем, мы очень бережно к ним относились.

  И вот собирает нас (офицерский состав) после швартовки в кают-компании командир и объявляет, что завтра на корабль прибывает с визитом губернатор то ли округа, то ли провинции и предоставляет слово заместителю по политчасти.

Замполит высоким слогом сообщил, что нам доверено выполнение важной политической задачи и результаты будут известны аж в Москве. Потом ещё поговорил о чём — то пафосном и в конце сказал, что конкретный инструктаж проведёт старший помощник командира.

После этого командир с замом удалились из кают-компании, и старпом произвёл инструктаж. Воспроизвожу по памяти: » В общем, так, товарищи офицеры! Этот папуас приедет не один, а с семьёй, плюс его папуасские генералы, плюс наши местные бездельники из Москвы, кто-то ещё из Политуправления ВМФ и пара мужиков из нашего посольства. Комбат — 4! (Это ко мне.) Вам готовить пушки и салютный расчёт, дадите 19 залпов. Не оплошайте! Далее. После встречи на пирсе всю толпу поведут в кают-компанию, там будет приём. Помощник по снабжению! (Старшему лейтенанту Гене Долгову.) Вечером подвезут для приёма продукты и спиртное. Продукты- в кладовую. Спиртное — ко мне в каюту, а то знаю я вас- опять захотите вместо виски спирт с чаем забодяжить! Зав.столом кают-компании! (Одному из лейтенантов.) Матросов-вестовых завтра из кают-компании убрать, чтобы я не видел, как они пальцы в тарелки с супом макают, пока до стола донесут! Дам Вам двух молодых мичманов!  Командир трюмной группы! (Старшему лейтенанту Мишке Рязанцеву.) Делайте что хотите, но чтобы в центральном коридоре и кают-компании холод был нормальный! Вам ясно? — Мишка с отсутствующим выражением лица устало кивнул.

Полтора месяца тому назад нас выпихнули в море с неисправными холод-машинами, так как заводские специалисты по каким-то причинам не успели их отремонтировать к сроку, а срывать график выхода корабля на боевую службу командование флота не отважилось. Поэтому почти всё время похода, за исключением, пожалуй, вахт в посту энергетики и живучести, Мишка провёл где-то глубоко в чреве корабля, поддерживая в немыслимой жаре вместе со своими узбеками жизнедеятельность холод-машин и температуру, достаточную для охлаждения систем связи и оружия. Кое-что шло на сохранение продовольствия, но уже во вторую очередь. В остальном-же — основным охлаждающим в каютах воздух агрегатом был » рашн кондишн» — кусок фанеры, вставляемый в открытый иллюминатор.

Завершил инструктаж старший помощник такими словами: «И для всех главное: чтобы до момента убытия всей этой шушеры с корабля ни одна б..дь из вашего любимого личного состава по кораблю не шарахалась, как стая обосравшихся бакланов! По ходу движения всей процессии должно быть чисто и пусто! У люков и дверей, ведущих в центральный коридор у кают-компании, будут выставлены ответственные офицеры. Остальным — «добро» сидеть по кубрикам, проверять наличие формы одежды у личного состава или по каютам, заполнять эксплуатационную документацию!»

Кинул взгляд на наши ухмыляющиеся рожи и повторил:» Не завалиться по койкам, а заполнять документацию! Командирам боевых частей — после приёма проверить документацию у своих лейтенантов! Свободны!»

    Мне, как я сначала по глупости подумал, не повезло — исходя из графика вахт я, как, впрочем, и пара других лейтенантов, вместо того, чтобы со всей силой молодого организма припасть к подушке и немного отоспаться, должен был заступить на охрану выделенной мне двери. Дверь соединяла шкафут правого борта (средняя часть верхней палубы) и тамбур центрального коридора, в который выходил наклонный трап из тамбура (скажем так, » предбанника») кают- компании.

После того, как мы встретили салютом прибывший кортеж и губернатора со всей свитой провели в кают-компанию, я прибыл к этой самой двери, через которую пару минут назад прошла вся процессия, закрутил маховик задраивающего устройства, присел на комингс двери (такой высокий металлический порог, который немного выступает над палубой) и расслабился. За дверью была Африка, 35-40 градусов в тени. Холод-машины корабля работали на пределе. Прошло совсем немного времени, и я понял, как мне повезло — ведь я мог-бы сейчас истекать потом в душной каюте, накинув на себя для охлаждения влажную простыню, а я сижу тут, в холодке, в полной тишине и это счастье продлится ещё не меньше полутора часов! Я закрыл глаза, скатал в рулончик и подложил между головой и железом двери свою тропическую пилотку, оставил бодрствовать часть спинного мозга и погрузился в нирвану.

 Прошло какое-то время. Из состояния невесомости меня вывел шум от открывшейся двери кают-компании, звуки голосов выходящих людей и шаги по трапу, который вёл от тамбура кают-компании в центральный коридор. До нижних ступенек трапа от места, где я бдительно осуществлял пропускной режим, было метра три, не больше.   Я встал, раскатал и нацепил пилотку и приготовился проводить дорогих гостей, которые должны были, спустившись по трапу, завернуть ко мне, к выходу на верхнюю палубу. Мне уже было видно, что первыми на нижних ступеньках трапа оказались жена губернатора и две его дочки.

Теперь вынужден попросить прощения у читателей, знакомых с устройством люков и дверей на боевых кораблях, а также с устройством кораблей проекта 1134 » Беркут».  Ребята, пропустите эти строки и читайте дальше. Это небольшое отступление — для непосвящённых.

  Примерно в метре от трапа, по которому спускались люди из кают-компании, в коридоре находился водонепроницаемый люк в столовую команды, естественно, тоже закрытый тяжёлой крышкой. Людей в столовой команды не было, но ещё ниже, под палубой столовой находились посты машинно-котельного отделения и трюмных машинистов. Вот там-то неслась вахта и у сменившихся с вахты матросов, как правило, с ног до головы в мазуте, смазке, поту, путь в матросскую душевую лежал как раз через этот люк. Поднимаясь по трапу и доходя до верхних ступенек, идущий боец крутил штурвал задраивающего устройства и 4 толстые железяки выходили из пазов горловины и сдвигались к центру люка. После этого моряк делал ещё шаг наверх, наклонял голову набок, плечом подпирал тяжёлую крышку люка, которая другой стороной была закреплена на кованых петлях и через две-три ступеньки оказывался на палубе. Если позади тоже кто-то поднимался, то вышедший первым должен был закрепить крышку люка — вставить болтающиеся по бокам две железные штанги в специальные опоры и закрепить их, удерживая крышку люка на плече. Если нужды держать люк открытым не было — моряк, оказавшись наверху, просто скидывал крышку люка с плеча, и она падала с неимоверным грохотом. Даже самые хилые матросы, прибывающие на корабль, через несколько месяцев вполне сносно справлялись с этой операцией — альтернативы не было. Такой-же люк в душевую команды находился в соседнем ответвлении коридора, метрах в трёх, поэтому моряки- кочегары и трюмные в обычном режиме выходили после вахты уже голыми, с зажатыми в руках, приготовленными к стирке трусами, мочалкой, мылом. В комбинезонах в такую жару никто, естественно, не ходил.   

 И вот я со стороны вдруг обнаруживаю, что штурвал на крышке люка перед трапом в кают- компанию провернулся, и крышка начинает медленно подниматься!  Время остановилось! В голове только пронёсся вопрос- отвечаю-ли я за этот люк? Честно тут-же сам себе ответил- не отвечаю, поплотнее встал у вверенной под мою охрану двери, успокоился и решил посмотреть, что будет дальше. А дальше было так:

 1. Согнувшийся, небольшого росточка матросик родом из одной из среднеазиатских республик, как обычно, появился на верхней ступеньке трапа с крышкой люка на плече.

2.В это-же время   супруга губернатора с дочками в первых рядах спускающейся процессии сошли с трапа и остановились перед открывающимся люком, не зная, как его обойти.

3.Матрос начал распрямляться и, подперев крышку люка второй рукой, повернулся по ходу движения и выжал крышку как штангист штангу- до упора, на вытянутых руках- так легче держать.

4. В этот момент он увидел членов губернаторской семьи и всех тех, кто стоял за ними выше по трапу, а они, понятное дело во все глаза глядели на него. Моряка «заклинило», он просто застыл!

Естественно, боец был абсолютно голый и чумазый. Я, стоя сбоку от основных фигур, ощущал себя как-бы в другом измерении, абсолютно не представляя дальнейшего развития событий. Прошло секунд пять или шесть- не знаю, казалось- вечность! А между тем толкучка на трапе вызвала, очевидно, затор в тамбуре кают-компании, наверху. Последним, очевидно, из кают-компании, как хозяин, выходил командир корабля. Протолкнувшись к верхним ступенькам трапа он, естественно, глянул вниз и всё понял. Решение проблемы последовало незамедлительно- я услышал командирский рёв раненного бизона: «Пшёл на херрр!!!» Крик вывел бойца из ступора и последние буквы командирского напутствия слились с грохотом и лязгом упавшей крышки люка. Она захлопнулась над головой матроса, который как будто просто провалился куда-то. После этого наступила тишина. То есть не тишина, как обычно, а Тишина с большой буквы! Все оставались неподвижны. Казалось, было слышно, как ползают тараканы по кабель-трассам! Прошло ещё секунд пять, и в этой тишине я услышал ласковый уже голос командира, обращённый, видимо, к к нашим африканским друзьям: » PLEASE!»

Ну, а дальше что? Да ничего особенного. Я вовремя сообразил, что после того, как вся компания проследовала мимо меня на ют, к трапу, в кают-компании никого, кроме изображавших вестовых молодых мичманов, не осталось. Быстро поднялся туда, хватанул полстакана какого-то виски, закусил парой кусков ветчины из губернаторского угощения и скорей в каюту. Я знал, что до вечера, до заступления на вахту, трогать меня никто не будет и успешно завалился на свою койку, где меня очень скоро сморило от выпитого на голодный желудок и жары. Но часа четыре без перерыва я проспал! В общем, день удался.

Вечером я рассказал друзьям об увиденном, посмеялись. Стали ждать, что скоро соберёт нас начальство в кают-компании, устроят разнос механикам и всё такое. Поэтому, когда на следующий день после завтрака было приказано офицерскому составу, свободному от вахт, опять прибыть в кают — компанию, все мы ожидали оказаться на » разборе полётов», но ошиблись.

Старший помощник объявил нам, что со следующего дня будут организованы экскурсии местного населения по кораблю. Привозить их будут группами, в каждой группе будет по одному революционеру-активисту, который знает португальский и местные африканские наречия, и будет переводить то, что услышит, рабочим и крестьянам своей группы.

Мы поинтересовались, а кто будет водить эти самые экскурсии и рассказывать про корабль на португальском? Старпом вопросу не удивился: «А экскурсоводами назначены лейтенанты ….  …… » и перечислил почти всех командиров групп и батарей, за исключением, наверное, механиков и политработников, естественно.

— «Так мы-же португальского не знаем!»- возмутились мы.

— » А не вопрос!»- ответил старпом. Вчера ребята из посольства принесли на всех русско- португальские военно-морские разговорники, сейчас всем назначенным раздам. День и ночь у вас есть — учите язык!

На следующий день мы водили по обозначенному маршруту мозамбикских крестьян и крестьянок и говорили по-португальски. Я до сих пор помню, как по- португальски “пушка» и “пиво»!

priceguard.ru

Но это уже совсем другая история.

3 комментария

Оставить комментарий
  1. Да, попали ребята… Когда мы были с официальным визитом в Нигерии (кстати, единственный в истории визит туда) — я об этом еще напишу — нам, еще в Средиземке посадили переводчиков, но их, конечно, не хватало. А к нам пожаловало руководство компании, которая торговало в Западной Африке Ладами (кстати, довольно успешно). Все они были, местными. Надо было всего лишь провести экскурсию по кораблю (им не наливали). Кэп «кинул меня под танк». Спасло то, что в Нигерии в ходу был английский, основательно мною позабытый по причине отсутствия необходимости. Тем более специфические военные термины я, можно сказать, вообще не очень знал. Но, видимо, от некоторого стресса слова всплыли из памяти, и я успешно «продулся». В благодарность мне подарили их фирменную красивую зажигалку, которую у меня увели, в первый же вечер после возвращения, в одном из ресторанов любимого Североморска, уже не помню в каком. Извините за жаргонные выражения.

    1. Владимир

      Да, система одна была! А зажигалку, конечно, жаль- была бы память о той истории!

  2. Интересные воспоминания! Видимо, зажигалка была хромированная? С молодости помню фразу: Сороки любят блестящее!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.