В последнее воскресенье июля месяца в Севастополе традиционно отмечается День Военно-Морского Флота. В этот день в Севастополе проходит военно-морской парад с участием кораблей Черноморского флота, которые выстраиваются на рейде. Праздник включает в себя торжественный подъём флагов, обход кораблей главнокомандующим, показательные выступления моряков и завершается «звёздным заплывом», парадом яхт и шлюпок, а также водными представлениями.
Серёга Воронов — участник «звёздного заплыва». Три больших десантных корабля проходят по бухте, разворачиваются в районе памятника Затонувшим кораблям и стопорят ход. Открываются аппарели. По ним ровными рядами сходят матросы и плывут в сторону берега под звуки марша.
Вот лучом такой звезды я был поставлен командовать. Плыву первым во главе колонны. За мной моряки тащат три плотика. Плотики держались на спасательных кругах. У меня был центральный луч. Этому соответствовала и агитационная атрибутика. В центре военно-морской флаг, а по бокам портреты двух Ильичей – Владимира и Леонида.
И хлынул дождь. Проливной. После жары всем стоящим зрителям на берегу – это блаженство, а нам не очень-то. Казалось бы, воде дождь не помеха. Струи дождя били об воду и поднимали высокие всплески – бульки. Берег исчез. Ворочаю голову назад – флаг вижу, а моряков – нет. Становлюсь на попа, работаю ногами, как вратарь в водном поло. Вижу берег, на него и держу. Время от времени изображаю поплавок. Естественно на берег все попали, хотя путаница была. Главное никто не утонул. В награду – овации зрителей.
Уже на борту крейсера я обнаружил исчезновение плотика с флагом. Ильичи есть, а флага нет. Агитки – ерунда. Не было спасательного круга. Он висел на борту моего объекта приборки, напротив спасательного плотика. Плотик есть, а круга нет. Нет, так нет. У меня был сходняк, и я сошёл на праздничный берег.
На следующий день, мурлыкая любимую морскую песню «А поутру они проснулись, кругом помятый океан», я прошёл на свой объект приборки – спардек левого борта. Старшина приборки со знаменитой фамилией Овод и четверо матросов уже драили палубу. По носовому трапу поднялся, недавно назначенный, старпом в матросском бушлате с погонами капитана второго ранга Гарамов Юрий Аршакович. Я представился. Он осмотрелся и, направляясь к кормовому трапу, пожелал видеть на переборке спасательный круг. Я пожелал того же самого старшине приборки и пошёл готовить себя к подъёму флага. На вечернем докладе Овод сообщил мне, что круг он не смог добыть. Ну что ж, проверим старпома.
— Овод, крепёж круга снять, спрятать. Место зачистить, замазать. Сделать так, чтобы и следа пребывания круга там не было. Я сам займусь кругом.
На следующий день, насвистывая любимую морскую песню «Шумел прибой, и волны гнулись», я ждал старпома. Встреча состоялась.
— Где круг?
— Какой круг? На правом борту у Сафарова есть, а у меня нет.
Игорь Сафаров – командир приборки правого спардека. Старпом посмотрел на переборку и, не сказав ни слова, перешёл на правый борт. Я срочно начал искать главного боцмана мичмана Белого. Нашёл. Клянётся всеми боевыми подругами, что у него всего два круга и то для парадного трапа при встрече начальников от Командующего флотом и выше.
— Товарищ мичман. Вы почти каждый день заходите ко мне в каюту перед обедом «помыть руки». Я Вам хоть раз отказал? Мы же с Вами соседи по жилью (Я снимал на Северной стороне конуру в частном секторе). Я все расскажу вашей Маше.
Не знаю, что больше на него подействовало: толи лишиться флотской конвертируемой валюты, которая хранилась у меня в двухсотлитровой бочке в КРМе (корабельная радиомастерская), толи нежелание получить взбучку от жены. Минут через пятнадцать круг, завёрнутый в мешковину, лежал на моей койке.
Вечером, дождавшись схода старпома на берег, Овод все восстановил на место.
На следующее утро, напевая любимую морскую песню «Знает только бухта Южная, пляж и синие огни», я ждал старпома.
— Воронов! Ты мне говорил, что круга нет. А он есть! Что это значит.
— Не помню, товарищ капитан 2 ранга. На спардеке стоят две артиллерийские установки («Барс» и «Терция»). Палубу называют артиллерийской. Заведование БЧ-2. Если исчезнет ствол, я тоже должен буду его искать? Пусть скажут спасибо, что за них приборку делает радиотехническая служба.
Гарамов как – то странно взглянул на меня и, не сказав ни слова, исчез в поперечном коридоре. Через два дня моим объектом приборки стал отсек промежуточной палубы. Тепло, уютно. … Но это впереди, а сегодня у меня сход на берег. Есть повод хорошо посидеть.
Повод. Прошли гонки шлюпок в честь дня ФМФ. Призовая шлюпка ПКР «Москва» заняла первое место, обойдя фаворитов гонки с крейсера «Михаил Кутузов», и вечно первых парней из спортроты! Ситуация. Наша шлюпка шла третьей. Впереди спортрота. За ней, впритык — кутузовцы. Мы отстаём метров на десять. Вдруг шлюпка спортсменов резко вильнула и подрезала ушаковцев. До финиша где-то с полкабельтов. Нас никто не достал. Оказалось, что у чемпионов флота сломалась лопасть весла, спортивная, как лопата, в отличии от наших обычных корабельных.
Вёсла на валёк. Проходим мимо зрителей. Овации. Триумф. Награды. Главный судья соревнований комбриг Владимир Христофорович Саакян со словами: «Воронов, оказывается Вы не только умеете угонять чужие катера», поздравил с победой, пожал руку мне и матросам шлюпки.
И пошла гулять моя фамилия по флоту.
Браво, Серёжа! Автоматную площадку правого борта, как объект приборки, помню до сих пор.В памяти фамилии «горячо любимого личного состава» тех лет Без рук, Мельников, Дерябин, Овод, Оборотов, Олефиренко, Пузик, Режим, Домарев. Хорошие были ребята, дай Бог им всего самого доброго.
Сергей Дмитрич!
Твоя фамилия не только гуляет по флоту, но и летает! Такая уж у тебя фамилия «летучая» фамилия!
Здоровья, удачи тебе, дорогой!
Не «лечая»,а «летучая»!!!