К нам в экипаж был назначен командир группы ЗАС лейтенант Миша – выпускник ВВМУРЭ им. А.С. Попова, изобретателя радио. Ему повезло, как немногим выпускникам военно-морских училищ – через несколько дней наша лодка уходила на боевую службу. Для молодого лейтенанта это «Джекпот» — идеальная возможность в кратчайший срок сдать на допуск к самостоятельному управлению заведованием, когда вся материальная часть находится в работе, все специалисты, у которых можно спросить то, что непонятно на месте и неограниченный круглосуточный доступ к секретной документации.
Так уж получилось, что до назначения в наш в экипаж, Миша никогда не был на подводных лодках, ни на училищной практике, ни на стажировке. Он проходил практику на различных типах надводных кораблей, поскольку специальность связиста универсальная – она привязана к радиопередающей и принимающей аппаратуре, где бы она ни стояла. Стажировку Миша проходил на большом противолодочном корабле. Кадры по-своему распорядились Мишиной судьбой, назначив его для дальнейшего прохождения службы на подводную лодку, заткнув клеточку в типовом корабельном расписании нашего экипажа.
В эти несколько дней до автономки Мише предоставили возможность для решения жизненно необходимых бытовых и организационных вопросов – поиском жилья для жены, с которой он приехал на Север, постановке на все виды довольствия в продовольственной и вещевой службах, постановке на партучет в политотделе, предоставлении необходимых документов в отдел кадров.
Сразу после выхода в море, Миша получил от Виктора — командира БЧ-4 зачетные листы по специальности и по устройству корабля и собрался рьяно приступить к изучению корабля и своей материальной части. Командир боевой части приказал ему завести служебную рабочую тетрадь, зарегистрировать ее в секретной части и вести в ней записи по изучению своего заведования. У Миши чистой тетради с собой не было… На обеде в кают-компании Миша задал офицерам вопрос: «Где здесь у вас корабельный ларек?» Подводники даже не рассмеялись – они с удивлением переваривали сказанную Мишей фразу. С ответом не задержался командир турбинной группы Вова по кличке «Граф», обладавший потрясающим чувством юмора. Кличка к нему привязалась еще с училища, когда он утром в понедельник из-за «сушняка» полностью выпивал в учебной аудитории графин воды, стоящий на столе преподавателя. Его так и прозвали – «Графин». Позднее кличку сократили до «Граф», с которой он так и ушел на флот. Так вот, Вова сразу объяснил Мише, как найти корабельный ларек: «Выйдешь из кают-компании, повернешь направо и налево увидишь железную дверь с откидной крышкой-столиком, это и будет корабельный ларек, сопроводив напутствием, что стучаться надо долго.
Место, указанное Графом, было секретной частью. Нештатным секретчиком был инженер группы КИП и А ГЭУ* капитан-лейтенант Саша (племянник известного адмирала – командующего Балтийским флотом и впоследствии начальника военно-морской академии, участника Великой Отечественной войны, кавалера 15(!!!) орденов). Саша по характеру был очень резким, наглым и вспыльчивым человеком, видимо из-за «волосатой лапы» и чувствовал в какой-то мере свою безнаказанность. К слову скажу, что со своими штатными обязанностями и дополнительной нагрузкой он нормально справлялся, впоследствии пройдя все необходимые механические карьерные ступени и став заместителем начальника электромеханической службы флотилии атомных подводных лодок, капитаном 1 ранга.
Граф, зная Сашин характер, естественно с подвохом указал Мише дорогу в «корабельный ларек», Миша долго стучался в окошко секретной части, не обратив никакого внимания на время ее работы, наклеенное на двери за подписью старпома и печатью. Саша, естественно в это время спал, поскольку секретная часть была оборудована из каюты и там было спальное место. Миша долго стучался в железное окошко, пока то не открылось и оттуда не появилась сонная Сашина физиономия: «Ты что, лейтенант, совсем оборзел, не видишь время работы? Что надо?» Миша вежливо извинился и сказал: «Дайте мне, пожалуйста общую тетрадь, два карандаша и ластик». В ответ последовал злобный рык: «Чтоооооооо?», который могли услышать даже акустики подводной лодки супостата, если она за нами в этот момент следила. В ответ Миша был послан в известном направлении с использованием такой нецензурной ненормативной лексики, которую не сказал бы даже боцман, уронив мешок со всем шкиперским имуществом за борт… Миша сначала открыл рот, железное окошко перед его носом захлопнулось, он закрыл рот и с озадаченным видом вернулся в кают-компанию. Офицеры, слышав в коридоре Мишин диалог молча сидели и давились от смеха. «Ну что, купил?» — спросил Мишу Граф, после чего вся кают-компанию почти рухнула со стульев на палубу от смеха. Потом, конечно, в рубке связи командир БЧ-4 объяснил Мише, что на подводной лодке не бывает корабельных ларьков, но эта кличка приклеилась к Мише до конца пребывания в нашем экипаже до его ухода на другую лодку на должность командира боевой части.
При любом вопросе, возникавшем в офицерской среде, особенно если нужно было что-то найти, все посылались к Мише в корабельный ларек, особенно вновь прибывшие лейтенанты. Мишу это всегда бесило, поскольку он уже вырос до капитан-лейтенанта, а «корабельный ларек» так и шел с ним бок о бок по службе. Такая вот непридуманная история…
* КИП и А ГЭУ — контрольно-измерительные приборы и автоматика главной энергетической установки
* БЧ-4 – боевая часть связи
Николай вновь порадовал интересным рассказом. Ждём продолжений.