Бойко В. Трагедии северного подплава (продолжение)

Создание и развитие Подплава Северного флота

   Из подводных лодок на Северный морской театр первой была доставлена подводная лодка «Дельфин», построенная накануне Русско-японской войны. «Дельфин» перевезли из Владивостока в Архангельск по железной дороге. В 1915 году из Петрограда в Архангельск прибыли еще две малые подводные лодки. Четвертая подводная лодка — «Святой Георгий» была куплена в Италии. В мае 1917 года она вышла из Генуи и в сентябре прибыла в Архангельск, пройдя свыше 5 000 миль, тем самым совершив один из наиболее дальних переходов в истории русских подводных лодок, совершенных в военное время и при неблагоприятных метеорологических условиях.  

Первая мировая война с особой убедительностью показала огромное значение для России Северного морского театра и необходимость создания здесь достаточно сильного военного флота. Стала также очевидной полная возможность использования в заполярных условиях для ведения боевых действий не только надводных кораблей, но и подводных лодок, а также всех видов оружия, в том числе минного. Успехи в развитии тяжелой промышленности позволили Советскому государству приступить в 1932 году к созданию полноценной военно-морской силы на берегу Северного Ледовитого океана, способной беспрепятственно «защищать великодержавные интересы России в той части земного шара, где это потребуется обстоятельствами». С завершением весной 1933 года основных работ по сооружению Беломоро-Балтийского канала силами советских заключенных советское правительство принимает решение о переводе на Север первых восьми боевых балтийских кораблей, в том числе две большие подводные лодки тип «Д»: Д-1, принятая в состав Балтийского флота осенью 1930 года и давшая литерное обозначение всей серии из шести подводных лодок, и Д-2, принятая в состав БФ в 1931 году.

21 сентября 1933 года в Мурманске собрались все корабли Северной военной флотилии (СВФ), сформированной в июне и состоявшей из Отдельного дивизиона эсминцев и Отдельного дивизиона подводных лодок во главе с командующим флотилией З.А.Закупневым. Командиром Отдельного дивизиона подводных лодок в 1934 году становится К.Н.Грибоедов, имевший семилетний опыт командования подводной лодкой. В качестве плавбазы дивизиону придается небольшой транспорт «Умба».

   Сначала флотилия базировалась на Мурманск. В октябре 1934 года надводные корабли перешли в Полярное (бывший Александровск), еще через год туда же перешли подводные лодки, штаб и командование флотилии. В 1935 году командующим Северной войной флотилией становится флагман 1 ранга К.И.Душенов.

   Начатые осенью 1933 года регулярные выходы подводных лодок в море подводники продолжат и в следующие два года. Осваивая Северный театр, они совершат ряд самостоятельных походов, чтобы приобрести опыт плавания в заливах, губах и проливах Баренцева моря. За успешное освоение театра десять подводников из состава Отдельного дивизиона подводных лодок в 1935 году награждаются орденами. Среди них командир дивизии Грибоедов, командиры подводных лодок Рейснер, Секунов. В 1936 году походы становятся еще более продолжительными.

   Как архивные документы, так и документальная историческая литература сохранили очень мало фактов деятельности флотилии в тот период. Сохранились аттестации на командиров подводных лодок, позволяющие судить о работе, которую проводили подводники-североморцы в ту пору. Вот что написано в аттестации на Льва Рейснера: «Лев Михайлович Рейснер был награжден орденом Ленина. Этот широко образованный человек имел все основания считаться образцовым командиром, но мешали его некоторые своеобразные взгляды. Рейснер считал, что на флоте командир имеет слишком мало прав, внешне почти не отличается от краснофлотцев, а это ведет к панибратству, говорил, что мы в области морской культуры должны кое-что взять у старого флота. Проскальзывала в словах Рейснера и недооценка партийно-политической работы. Нельзя было не уважать его за талант и способности как подводника, но трудно было мириться с его настроениями, тем более что он имел влияние на известную часть командиров, особенно молодых подводников, преклонявшихся перед его мастерством.

   Мы пытались разъяснить Рейснеру ошибочность его взглядов. Говорил с ним и Константин Иванович Душенов. Но Рейснер, признавая кое-какие ошибки, в целом взглядов не менял. А во второй половине 1937 года они уже расценивались как «политически чуждые». К тому же ему ставили в вину семейные связи: он был братом известной писательницы и активной участницы Гражданской войны Ларисы Рейснер (к тому же еще и жены опального Ф.Ф.Раскольникова), которую уже после смерти стали обвинять «в связях с троцкистами». Этот  факт имел тогда большое, если не решающее, значение в дальнейшей судьбе Рейснера. Встал вопрос о его пребывании на флоте».

   Перу Командира  Отдельного дивизиона подводных лодок Грибоедова принадлежит иная аттестация на Рейснера: «Подводной лодкой командует четыре кампании. Обладает хорошими морскими навыками, хорошо управляет подводной лодкой. Отлично выполнил автономное плавание в течение 52 суток. Много работает над повышением военных знаний. Характер тяжелый и замкнутый. Очень самолюбив. Здоровье удовлетворительное. Если не считать особенностей характера — командира Рейснера можно считать образцовым». Резолюция Душенова на аттестацию: «Не совсем ясно и не всегда ровное отношение т.Рейснера к ряду мероприятий, проводимых партией и правительством. Идет процесс воспитания, есть надежда устойчивости».

   А на самого Грибоедова военный комиссар Отдельного дивизиона подводных лодок Северной военной флотилии батальонный комиссар Межеда уже пишет классический донос с указанием рассылки «документа» тем лицам, которые «питаются» такими делами.

  11 мая 1937 года Северная военная флотилия преобразована в Северный флот. В конце июня 1937 года с Балтики на Север по Беломоро-Балтийскому каналу перевели четыре подводные лодки тип «Щ»: Щ-401, Щ-402, Щ-403 и Щ-404. Эти подводные лодки образовали  2-й Дивизион подводных лодок Северного флота. В 1937 году подводники-североморцы принимают активное участие в выполнении правительственного задания по обеспечению беспосадочных трансарктических перелетов В.П.Чкалова по маршруту Москва — Северный полюс — Ванкувер и М.М.Громова по маршруту Москва — Северный полюс —  Сан-Джасинто. В 1938 году, также по заданию правительства, они привлекаются к операции по снятию с дрейфующей льдины группы зимовщиков во главе с И.Д.Папаниным. Выполняя задания, подводные лодки в сложных погодных условиях развернулись в высоких широтах к самой кромке арктических льдов, где использовались в качестве радиомаяков, а также радиоретрансляторов, обеспечивавших связь с Москвой и Полярным. Подводная лодка Д-3 для выполнения своей задачи при снятии с льдины зимовщиков совершила во время сильнейших штормов дальний поход. Д-3 была первой советской подводной лодкой, которая пересекла меридиан Гринвича.

   Вместо арестованного К.И.Душенова в 1938 году командующим Северным флотом назначается В.П.Дрозд. В мае 1938 года арестованы Грибоедов (назначенный командиром Бригады подводных лодок Северного флота, сформированной в феврале на базе Отдельного дивизиона подводных лодок), и командир подводной лодки Д-2 Рейснер. 8 февраля 1940 года Грибоедова расстреляют, Рейснер умрет в заключении в 1941 году.

   Летом 1938 года в Полярное придет подводная лодка Щ-423, а 21 июня 1939 года еще три подводные лодки: Щ-421, Щ-422 и Щ-424, которые образуют 3-й Дивизион подводных лодок Северного флота. Вместе со средними подводными лодками в составе переводимых на Север пришли  шесть лодок тип «М»: М-171, М-172, М-173, М-174, М-175 и М-176, которые сформируют 4-й Дивизион подводных лодок Северного флота.

   К 1939 году на Северном флоте сформировалась Бригада подводных лодок, включающая 4 дивизиона. Подводные лодки Д-2 и Д-3 проходили капитальный ремонт в Ленинграде, а Щ-401 и Щ-404 ремонтировались на судоремонтном предприятии Севера. 

   20 октября 1939 года на выходе из Кольского залива подводную лодку Щ-424 протаранил траулер РТ-43 «Рыбец», и она затонула на глубине 250 метров.

   После гибели подводной лодки Щ-424 подводные лодки 3-го Дивизиона подчинили 2-му Дивизиону, а боевую подготовку на бригаде свернули. Прекратились длительные самостоятельные походы. Маневры погружения и всплытия подводные лодки стали выполнять в закрытых губах, без хода. Сошла на нет нуждавшаяся в коренном улучшении торпедная подготовка.

   Тем временем на Северо-Западе страны назревала война. Высшее руководство Вооруженных Сил отводило войскам 14-й армии и Северному флоту второстепенную роль: их задача сводилась к тому, чтобы не допустить прорыва судов с военными грузами в единственный финский порт на Баренцевом море — Линахамари и пресекать активное вмешательство в боевые действия сил нейтральных стран.

   В начале Советско-финской войны Военным Советом СФ Бригаде подводных лодок было отдано распоряжение: 28 ноября в 14.00 выслать две подводные лодки тип «Щ» в Баренцево море на позиции к Варангер-фьорду с задачей не подпускать к нему иностранные военные корабли и прикрывать действия миноносцев и тральщиков; двум подводным лодкам типа «М» быть готовыми выйти в дозор на подходы к Кольскому заливу для предотвращения проникновения в Кольский и Мотовский заливы иностранных кораблей; одну подводную лодку тип «Щ» направить в дозор на подходы к горлу Белого моря.

   С 23 ноября подводная лодка Щ-404 несла дозор в районе м.Маккаур с задачей не допустить проникновения иностранных военных кораблей к Варангер-фьорду и к п-ову Рыбачий. Применять оружие разрешалось только с получением специального сигнала.

Подводная лодка Щ-402 28 ноября заняла позицию в районе островов Вардё с задачей не допустить проникновения иностранных военных кораблей к Варангер-фьорду и к полуострову Рыбачий. Применять  оружие разрешалось только с получением специального сигнала. При необходимости сблизиться с противником для применения оружия разрешалось выходить за пределы назначенной позиции на расстояние не более 6 миль на S и на W.

   30 ноября подводная лодка М-173 вышла на позицию в районе маяка Цып-Наволок с задачей не допустить проникновения военных и торговых кораблей противника в Кольский залив и препятствовать их пребыванию на подходах к заливу. Вслед за ней на указанную позицию последовательно выходили подводные лодки 4-го Дивизиона, сменяя друг друга через пять суток.

   Приступая к морским воинским перевозкам после занятия 1 декабря Печенги, Северный флот озаботился обеспечением коммуникаций, включив в силы прикрытия развернутые на подходах к Варангер-фьорду подводные лодки типа «Щ» и находящиеся в дозоре на подходах к Кольскому заливу подводные лодки тип «М».

   Возможность нападения иностранных военных кораблей и самолетов на наши суда, ведущие военные перевозки, оставалась реальной в ходе всей войны. Наиболее вероятными районами их возможного появления могли оказаться подходы к Варангер-фьорду и базам флота на мурманском побережье.

   Для своевременного обнаружения иностранных кораблей и самолетов в Баренцевом море вели разведку две подводные лодки тип «Щ» на подходах к Варангер-фьорду в районе от м.Нордкап до островов Вардё (на позициях у м.Маккаур и на подходах к островам Вардё). С 12 декабря вместо указанных позиций установили одну постоянную у м.Нордкин, где подводные лодки вели разведку  посменно, по десять суток.

   Чтобы помешать силам противника проникнуть в Кольский залив и на подходы к нему, в районе м.Цып-Наволок несли дозор лодки тип «М». Срок пребывания подводных лодок на этой позиции ограничивался пятью сутками. Использование оружия разрешалось только после получения специального сигнала. При выходе в торпедную  атаку разрешалось пределы позиции оставлять, удаляясь от них не более чем на три мили в любом направлении.

   Сложные гидрометеоусловия вынуждали подводные лодки тип «М» при волнении моря 5–6 баллов укрываться на рейде Могильный у острова Кильдин; подводные  лодки тип «Щ» покидали позиции и укрывались в бухте Цып-Наволок при волнении моря восемь баллов. Поддержание боевой готовности затрудняли низкие температуры, приведшие к сильному обмерзанию корпуса и вооружения, разведку — плохая видимость.

   С конца января подводные лодки, находящиеся на позиции на подходах к Варангер-фьорду у острова Вардё, стали чаще обнаруживать норвежские корабли. Так, наблюдая с 29 января по 7 февраля движение норвежских военных кораблей, оказалось возможным установить, что Порсангер-фьорд ими использовался как маневренная база.

   11 февраля подводная лодка Щ-421 находилась на позиции у м.Нордкин и обнаружила норвежский миноносец «Augir». 13 февраля подводная лодка разведала подходы к порту Гамвик и акваторию самого порта, а 15 февраля повторно обнаружила норвежский миноносец «Augir» у м. Нордкин. 19 февраля, возвращаясь с позиции и потеряв место в условиях малой видимости, в 2.30 села на мель в губе Скорбеевская п-ова Рыбачий. Ошибки в координатах места посадки на мель, переданные в штаб, существенно затруднили поиск подводной лодки. 20 февраля подводную лодку обнаружил эсминец «Громкий», и привел в базу только 6 марта из-за непрекращавшихся жестоких штормов. 

   В конце февраля обострились отношения между Советским Союзом, с одной стороны, и Швецией и Норвегией — с другой. Обстановка требовала усиления бдительности.

   Подводные лодки продолжали вести разведку в Баренцевом море на подходах к Варангер-фьорду. 22 февраля с целью усиления наблюдения за районом Вардё Нарком  ВМФ приказал выставить две подводные лодки в районе между меридианами 31°15′ и 32°00′ Ost и параллелями 70°15′ и 70°30′ N. 23 февраля подводные лодки заняли позиции у Вардё.

   23 февраля подводные лодки Щ-402 и Щ-404 заняли назначенные им позиции в районе между меридианами 31°15′ и 32°00′ Ost и параллелями 70°15′ и 70°30′ N.

   Подводная лодка Щ-402 3 марта в 19.05 в районе островов Вардё обнаружила огни двух неизвестных кораблей, шедших в кильватер и повернувших на нее. Уклонилась погружением на 25 метров. Всплыла через два часа и обнаружила их вновь. Погрузилась опять и всплыла через 2,5 часа в скоплении рыболовецких судов.

   13 марта в 12.00 на Балтийском флоте прекратили боевые действия. Корабли Северного флота продолжали нести дозорную и разведывательную службу до окончания эвакуации частей 14-й армии из Печенги в Мурманск 9 апреля 1940 года.

   В ходе Боевых действий во время Советско-финской войны на Северном морском театре, подводные лодки Северного флота не использовали оружия и не соприкасались с противником. Опасения руководства, что Швеция и Норвегия нарушат заявленный ими нейтралитет, не подтвердились. Подводные лодки, находясь в назначенных районах, ограничились выполнением поставленной им задачи дальнего подвижного корабельного дозора. Свою задачу они выполнили. Здесь упомянуты только некоторые подводные лодки, участвовавшие в боевых действиях. Остальные выполняли свою задачу в сходных условиях.

   Летом 1940 года подводные силы СФ пополнились новыми крейсерскими подводными лодками тип «К», предназначенными для океанских походов. Подводные лодки вошли в состав 1-го Дивизиона: К-1 и К-2.

   13 ноября 1940 года в ходе проведения глубоководных испытаний после ремонта в Мотовском заливе Баренцева моря погибла подводная лодка Д-1, которая по-прежнему лежит на грунте.

    Успешные переходы надводных кораблей побудили командование Военно-Морского Флота попытаться выявить возможность проводки Северным морским путем подводных лодок. Для этой цели была выделена подводная лодка Щ-423. На время перехода ее возглавил капитан 3 ранга И.М.Зайдулин, а его дублером — старший лейтенант А.М.Быстров.

   Руководство экспедицией осуществлял инженер-капитан 1 ранга И.М.Сендик, который ранее участвовал в ряде северных экспедиций и имел большой опыт плавания в Арктике. При подготовке к плаванию во льдах корпус Щ-423 покрыли деревянной «шубой» с металлическими креплениями и заменили винты.  За подготовкой подводной лодки к предстоящему арктическому плаванию пристально следили первый секретарь Мурманского обкома партии  и командующий Северным флотом контр-адмирал В.П.Дрозд. Они неоднократно посещали подводную лодку перед переходом.

   5 августа 1940 года Щ-423 вышла из Полярного. В районе Маточкина Шара она присоединилась к ледоколу «Ленин» и транспорту «А.Серов». На «А.Серове» находилось топливо и другие грузы, предназначенные для снабжения подводной лодки на переходе. 10 августа экспедиция миновала пролив Маточкин Шар и вышла в Карское море. Переход проходил в тяжелой ледовой обстановке. От бухты Тикси подводную лодку сопровождали транспорт «Волга» и ледокол «Красин», а в море Лаптевых проводку во льдах осуществляли ледокол «И.Сталин» и ледорез «Ф.Литке».    17 октября 1940 года Щ-423  прибыла во Владивосток. Подводная лодка была включена в состав Тихоокеанского флота. Этот беспримерный в истории мореплавания переход выявил полную возможность проводки в Арктическом бассейне не только надводных кораблей, но и подводных лодок.

В операции по спасению полярнинцев подводная лодка Д-3  заняла позицию в районе острова Ян-Майен, Щ-402 — у острова Медвежий, а Щ-404 — в 30 — 40 милях к северу от мыса Нордкин. Связь между руководителями операции и кораблями спасательного отряда осуществлялась через эскадренный миноносец «Карл Либкнехт». Подводникам пришлось действовать в чрезвычайно сложной обстановке. В этой части океана бушевал сильнейший шторм, временами переходивший в ураган. В особенно трудном положении оказался экипаж Д-3, ближе всех подошедший к станции «Северный полюс». Крен достигал 55 градусов, гигантские волны накрывали корабль вместе с мостиком. Но советские моряки с честью выдержали суровое испытание. При этом особенно отличились флагманский штурман бригады капитан-лейтенант Ф.В.Константинов, флагманский механик военинженер 3 ранга В.И.Рыбаков и вахтенный командир Д-3 лейтенант Ф.А.Видяев. В этом походе Д-3 некоторое время шла подо льдом. Плавание Д-3 подо льдами продолжалось недолго, всего лишь 30 минут. Но это было первое в истории советского Военно-Морского Флота подледное плавание.

   К 22 июня 1941 года Северный флот располагал подводными силами, включавшими одну Бригаду подводных лодок  в составе трех Дивизионов подводных лодок, насчитывавших 15 подводных лодок в строю, и двух находящихся в капитальном ремонте в Ленинграде.    Бригада подводных лодок базировалась на Полярный в составе:

1-й Дивизион: Д-3, К-1, К-2;

3-й Дивизион: Щ-401, Щ-402, Щ-403, Щ-404, Щ-421, Щ-422;

4-й Дивизион: М-171, М-172, М-173, М-174, М-175, М-176.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *