Расставанья и встречи, родные причалы,
Блеск на форме погон золотых якорей.
Вас встречают цветами, провожают, махая.
И так ждут с нетерпеньем приход кораблей.
В начале октября 1968 года курсанты нашей роты, в том числе и нашего 131 класса штурманского-гидрографического факультета ВВМКУ имени М.В. Фрунзе, возвратились в Ленинград из очередного отпуска и готовились к проведению учебных занятий. Неожиданно через несколько дней после возвращения нам объявили о проведении следующей учебной практики на кораблях Черноморского флота с заходом в крупный порт Касабланка королевства Марокко. Порт находился в северо-западной части Африки на побережье Атлантического океана. Участвовать в практике должен был только один из трёх классов нашей роты. В соответствии с учебным планом ВВМКУ эта практика должна была состояться после окончания теоретических занятий 1968-1969 учебного года на кораблях Балтийского флота. По каким причинам для визита был выбран именно наш 131 класс мы так и не узнали. По нашим предположениям этой причиной было то, что в наш класс при поступлении в училище отбирались наиболее высокие курсанты. А при заходе в порт иностранного государства с официальным визитом это было важным аргументом, особенно при увольнении курсантов на берег и проведении различных межгосударственных мероприятий.
Как мы позже узнали, это был второй заход в порт кораблей ВМФ СССР. Впервые советские суда под Военно-морским флагом нанесли визит в порт Касабланка в мае 1964 года. Этими судами были гидрографические суда проекта 860 «Зенит» и «Глобус» 335-го Отдельного дивизиона экспедиционных океанографических судов Балтийского флота, выполнявшие гидрографические исследования в Атлантическом океане. Заход в порт был связан с необходимостью пополнить запасы продовольствия и пресной воды и произвести ремонт судовых механизмов.
На следующий день билеты на поезд в Севастополь были оформлены, а мы собрали необходимые для плавания карты, инструменты и документы. К ним относились навигационные карты, прокладочный инструмент (штурманские параллельные линейки, транспортиры, циркули, измерители расстояний на картах), навигационные секстаны, звёздный глобус, морские астрономические ежегодники, хронометр, секундомеры, наклономер, несколько протракторов и анемометр. Руководителем учебной практики был назначен старший преподаватель мореходной астрономии кафедры кораблевождения капитан 2 ранга Скубко Р.А. Через два дня мы, командир нашей роты капитан 3 ранга Почивалов Ю.В. и Скубко Р.А. прибыли в Севастополь и перешли на Минную стенку, расположенную на северо-западном берегу Южной бухты Севастополя.
У стенки был ошвартован большой ракетный корабль «Гневный», который был головным кораблём проекта 57-б. На нём в качестве главного оружия был установлен ракетный комплекс КСЩ с одной пусковой установкой СМ-59-1А в носовой части. Вместо кормовой пусковой установки на корабле была размещена и оборудована взлетно-посадочная площадка для вертолета Ка-15. Ходовая рубка «Гневного» располагалась на верхнем мостике носовой надстройки. Пеленгаторы ПГК-2 были установлены на правом и левом бортах ходового мостика.
Место курения личного состав корабля находилось на юте. Учитывая, что в этом году проводился переход личного состава кораблей ВМФ с 4-х годичного на 3-х годичный срок службы, нашим курильщикам пришлось немного поспорить с годками за право курения одновременно с ними.
На «Гневном» нам предстоял переход по маршруту Севастополь – пролив Босфор – Мраморное море – пролив Дарданеллы – Средиземное море – Гибралтарский пролив – Атлантический океан – порт Касабланка (Марокко). В Средиземном море «Гневный» должен был присоединиться к отряду боевых кораблей, в который входили ракетный крейсер «Грозный», две подводные лодки «Б-95» и «Б-98» проекта 641 и танкер. Командиром «Гневного» был капитан 2 ранга Тимошенко Анатолий Иванович. Отряду предстояло выполнить первый официальный визит отряда боевых кораблей в порт Касабланка.
После визита в Касабланку «Гневный», подводные лодки и танкер должные были следовать во Владивосток, а мы перейти на ракетный крейсер «Грозный» и возвратиться на нём в Севастополь. На «Гневном» нас разместили в отдельном кубрике и выделили помещение для ведения навигационной прокладки.
Отрядом кораблей командовал первый командир 5-й оперативной эскадры ВМФ в Средиземном море вице- адмирал Б.Ф. Петров.
Переход был очень интересным. Мы впервые следовали через проливную зону, состоявшую из пролива Босфор, Мраморного моря и пролива Дарданеллы. Кроме ведения навигационной прокладки и определений места мы постоянно наблюдали за побережьем проливной зоны. Особенно интересно было рассматривать крупнейший город Турции Стамбул – экономический, исторический и культурный центр, расположенный на обоих берегах пролива Босфор. Он был основан 29 мая 1453 года на месте бывших столиц Римской, Восточно-Римской (Византийской), Латинской и Османской империй. В период Византийской империи город занимал стратегическое положение между Чёрным и Средиземным морями, а также на историческом Великом шёлковом пути. В 1968 году в нём проживало около двух миллионов человек.
За обеспечение навигационной безопасности в проливе Босфор в 60-е годы отвечала турецкая морская администрация. Она устанавливала очередность прохода судов и кораблей через проливы. Кораблями и судами ВМФ СССР для обеспечения навигационной безопасности плавания использовались
— маяки и светящие знаки с дальностью видимости 10–25 миль;
— радиомаяки и звукосигнальные установки, обеспечивающие плавание вдали от берегов и в плохую видимость;
— светящиеся и несветящиеся буи и вехи, ограждающие опасности, расположенные вблизи вероятных путей следования судов;
— гидрометеорологические сведения и навигационные предупреждения (НАВИП) на район проливной зоны, которые передавались радиостанциями СССР на русском языке.
При плавании в тумане или при условии ограниченной видимости следовало пользоваться радиомаяками, вести постоянное наблюдение по навигационной РЛС, систематически следить за туманными сигналами, подаваемыми звукосигнальными установками. Важно было учитывать, что средства навигационного оборудования, установленные на берегах Турции, часто не действовали или действовали с нарушениями режима работы, поэтому при плавании вдоль турецкого берега, особенно ночью, следовало быть осторожным. Проход через пролив Босфор обеспечивался лоцманским судном Турции.
Особенно сложным для обеспечения навигационной безопасности плавания был пролив Дарданеллы из-за извилистости берегов, небольшой ширины, сильных течений, трудного опознавания входа в пролив и выхода из него. В проливе были установлены маяки, светящие знаки и огни на большинстве мысов, далеко выступающих в море, некоторых островах и скалах, дальность видимости которых составляла от 2-х до 25 миль.
Пройдя проливную зону «Гневный» вышел в Эгейское море. Погода была отличной. Мы приступили к постоянным определениям места (обсервациям) с помощью визуальных методов, радиолокационных измерений и астрономических наблюдений. Визуальные методы мы применяли при плавании в видимости берегов – островов Эгейского моря. Ориентирами служили нанесённые на навигационные карты маяки и знаки, искусственные сооружения (башни, колокольни) и естественные ориентиры (мысы, горные пики). Основными способами определений были:
— по двум-трём пеленгам опознаваемых ориентиров с разностью пеленгов не менее 30° и не более 150°;
— по двум измеренным горизонтальным углам между первым и вторым, вторым и третьим ориентирами с их нанесением на карту с использованием протрактора;
— по крюйс-пеленгу при нахождении в видимости только одного ориентира, расстояние до которого не может быть измерено (ориентир пеленгуется дважды через требуемый промежуток времени).
Радиолокационные измерения расстояний до опознанных объектов проводились с помощью корабельной навигационной РЛС. Основными способами определения места были:
— по расстояниям до нескольких ориентиров;
— по радиолокационному расстоянию и визуальному пеленгу.
К сожалению, при плавании в Эгейском море навигационная радиолокационная станция (РЛС) постоянно использовалась личным составом радиотехнической службы (РТС) и корабельными штурманами для обеспечения навигационной безопасности плавания и ведения обстановки. Поэтому эти способы определения места нами использовались редко.
Астрономические наблюдения проводились в случаях, когда побережье находилось вне видимости с корабля или не мешало проведению измерений. Руководил наблюдениями капитан 2 ранга Скубко Р.А. О нём рассказывали, что, однажды, выводя в экзаменационной ведомости курсанта «четвёрку», он тяжело вздохнул и сказал с отчетливой укоризной: «Нельзя будущему штурману быть таким ленивым. Рано или поздно лень погубит офицера…».
С использованием секстанов мы измеряли высоты светил (звёзд, планет, Солнца и Луны) над видимым горизонтом, а с помощью измерителей времени – моменты измерений. Направления на светила определялись с помощью корабельных морских оптических пеленгаторов ПГК-2. В светлое время суток в качестве небесных светил использовались Солнце и Луна (при их высотах не менее 25° – 30°). В вечерние и утренние сумерки – Луна, планеты и звезды. Выбор звёзд и планет проводился с использованием звездного глобуса и данных из Морского АСТРОНОМИЧЕСКОГО ежегодника (МАЕ 1968).
Наблюдения проводились группами из двух человек. Один измерял высоты светил и направления на них, другой записывал моменты и результаты измерений. После этого они исправлялись необходимыми поправками. Затем с использованием таблиц ВАС-58 (или ТВА-57) и МАЕ 1968 рассчитывались на специальных бланках Ш-8б счислимые высоты и азимуты измеренных светил. Совместная обработка измеренных и счислимых высот и азимутов светил позволяла рассчитать линии положения, построить их на карте или на обратной стороне бланка Ш-8б и определить координаты обсервованного места корабля, а также величину невязки (расстояния между счислимым и обсервованным местом). После выхода из Эгейского в Средиземное море астрономические способы определения места стали основными. При необходимости Скубко Р.А. подсказывал и показывал, как быстро и безошибочно выполнять измерения и расчёты. После выполнения нами всех расчетов проверял их правильность, указывал на допущенные ошибки. Вёл постоянный учёт количества обсерваций, выполненных каждым из нас.
Всё время перехода по Эгейскому и Средиземному морям погода была отличной. Это позволяло в период «адмиральского часа» загорать на палубе кормовой части корабля.
В период похода мы постоянно изучали условия района плавания, места существовавших и возможных якорных стоянок, их размеры и глубины, оценивали возможность определения места корабля различными способами. Для этого использовали Лоцию Средиземного моря 1966 года издания и навигационные карты. Кроме этого определяли гидрометеорологические условия плавания – среднюю скорость и направление ветра, величину волнения и атмосферного давления. Измерения проводились с использованием датчиков скорости и направления ветра, корабельных барометра-анероида, анемометра, барографа. Оценивали состояние температуры и влажности воздуха, облачности, дальности видимости. Составляли прогнозы погоды. Завтракали, обедали и ужинали мы в кают-компании мичманов.
После прохода Гибралтарского пролива вышли в Атлантический океан и к 15 октября подошли к марокканскому порту Касабланка. Визит состоялся с 15 по 21 октября 1968 года. Приняв на борт советского военного атташе полковника И.Я. Некрасова и марокканского лоцмана, советские корабли под залпы салюта наций вошли в гавань. Ракетный крейсер «Грозный» и большой ракетный корабль «Гневный» мастерски ошвартовались к причалам. У их бортов встали две наши подводные лодки. Портовые буксиры, выделенные для швартовки, не понадобились.
В порту наши корабли были не одни. У причалов стояли 19 транспортов под флагами 11 стран, а на трубах трех сухогрузов красовалась алая полоса с серпом и молотом. Визит был приурочен к 10-летию установления дипломатических отношений между СССР и Марокко. На «Грозный» прибыл советский посол в Марокко Л.Ф. Паламарчук. В приветственном слове экипажам кораблей и подводных лодок он поздравил моряков с успешным завершением перехода из Севастополя в Касабланку. Визит проходил непросто. Корабли были открыты для посещения населением. Советские моряки возложили венки к мавзолею короля Мухаммеда V. Командир отряда вице-адмирал Б.Ф. Петров нанес официальные визиты должностным лицам королевского правительства в Рабате: министру национальной обороны генералу Мезиану и заместителю начальника генерального штаба
королевских вооруженных сил генералу Дриссу, командующему королевскими военно-морскими силами Марокко капиталу 2 ранга Абаруди, морскому префекту Касабланки господину Луисси и губернатору города полковнику Булимесу.
На приём, данный Петровым на борту ракетного крейсера «Грозный», были приглашены провинциальные чиновники, среди которых видное место занимали представители муниципалитета Касабланки. Но ни губернатор порта, ни губернатор Касабланкской префектуры не посетили этот прием. Из-за этого сложилось мнение, что марокканское правительство стремилось преуменьшить значение визита.
Кроме этого власти порта через бюрократические процедуры затруднили большинству марокканцев посещение советских кораблей, в том числе местными школьниками. А просьбы командования отряда об открытом концерте Государственного ансамбля танца Кабардино-Балкарии «Кабардинка», взятого для визита, в центре города, были отклонены.
Несмотря на это, в ходе визита проходили посещения местными жителями советских кораблей. Государственный ансамбль танца Кабардино-Балкарии «Кабардинка» выступил на причале порта. Группа офицеров большого ракетного корабля «Гневный» была приглашена на флагманский корабль королевских ВМС — фрегат «Эль-Моуна». Корабль был старой английской постройки, но содержался в образцовом состоянии. Как рассказал лейтенант Абуду, помощник командира корабля, он сам и его командир капитан 3 ранга Охира получили образование во Франции, теперь же Марокко имеет свою военно-морскую академию, готовящую кадры для будущего флота страны. Лейтенант выразил надежду «что когда-нибудь, и он придет в составе отряда военных кораблей своей родины с визитом в Севастополь».
Офицеры, матросы наших кораблей и мы побывали на кораблях королевских ВМС Марокко. Как сказал их командующий капитан 2 ранга Абаруди, «они имеют пока только символический характер и состоят из переданных Францией судов». Нас пригласили на приём, организованный нашими дипломатами в советском генеральном консульстве СССР. Оно было учреждено в феврале 1967 года в Касабланке и находилось недалеко от порта.
Здание консульства прекрасно выглядело и находилось на земельном участке с многочисленными пальмами, различными африканскими кустами и травами.
Кроме этого нам показали достопримечательности Касабланки. Самостоятельно мы прошлись по улицам города группами по 5 человек. В первую очередь по совету наших консульских сотрудников мы посетили Медину — исторический квартал, расположенный рядом с портом в центре города. Было интересно пройтись по его узким мощёным улочкам, похожими на лабиринт. Они часто заканчивались тупиками и приходилось возвращаться к началу этих улочек и следовать в других направлениях. В городе было много различных парков, дворцов, мечетей, соборов. Для фотографирования нам рекомедовали спрашивать разрешение на это у жителей города.
Часто нас окружали группы марокканских мальчишек, которые просили или предлагали обменивать всякие свои мелочи на наши монеты, авторучки, карандаши и т.п. Чаще, конечно просто выпрашивали их. Разговаривали естественно с помощью пальцев, рук, маханием головой и использованием известных всем слов на француском или английском языках
Марокканцы с восторгом отзывались об оснастке и вооружении советских ракетных кораблей. Жители Касабланки, а также представители городских властей были приятно удивлены дисциплинированностью и воспитанностью советских моряков. У них еще было свежо в памяти разгульное поведение американских и итальянских матросов в марокканских портах. И, как сказал командующий ВМС Марокко капитан 2 ранга Абаруди, «Я думаю, что ваш визит не последний, что и в дальнейшем наши страны будут крепить дружбу и сотрудничество». В следующие годы корабли ВМФ СССР часто заходили в порты Марокко.
20 октября 1968 года мы перешли на ракетный крейсер «Грозный», который был головным кораблём проекта 58. Вступил строй 30 декабря 1962 года. Главным ударным оружием крейсера был противокорабельный ракетный комплекс П-35 с двумя счетверенными пусковыми установками. Командовал крейсером капитан второго ранга Ушаков Александр Петрович, впоследствии вице-адмирал. 22 октября наши корабли вышли из порта.
В период возвращения в Севастополь мы продолжали использовать как астрономические, так и других способы определения места крейсера. Интересно, что за этим постоянно наблюдал Ушаков. Периодически опрашивал нас, как быстро и правильно выполнять астрономические наблюдения. Сравнивал с работой своих штурманов и контролировал обеспечение навигационной безопасности плавания. Если замечал нашу бездеятельность, то просто выгонял с ходового мостика. Часто беседовал с Романом Андреевичем Скубко. В Средиземном море в одной из точек якорных стоянок вице-адмирал Б.Ф. Петров перешёл на корабли 5-й Средиземноморской эскадры кораблей ВМФ СССР.
После прохода Средиземного и Эгейского морей мы ещё раз вошли в проливную зону. Но при этом не только наблюдали за побережьем пролива Босфор, но и контролировали безопасность плавания с учётом необходимости расхождения с судами, следующими в обратном направлении. При постоянном выполнении совместно с штурманами крейсера гидрометеорологических наблюдений проводился анализ текущих условий плавания. Для этого использовались и синоптические карты, получаемые из Севастополя. На них изображались области высокого (антициклоны) и низкого (циклоны) давления, атмосферные фронты. С учётом наблюдаемых гидрометеорологических элементов было спрогнозировано ухудшение погодных условий, в том числе значительное уменьшение температуры воздуха и усиление силы ветра. Об этом свидетельствовала и полученная информация из штаба Черноморского флота. С учётом этого пришлось сменить летнюю форму одежды на зимнюю.
Участие в походе позволило нам получить очень хорошую практику по вопросам обеспечения навигационной безопасности плавания и успешно применять различные способы определения мест кораблей и подводных лодок (особенно астрономических) после окончания ВВМКУ.