Галичский А.В. Воспоминания об учёбе на 1 курсе штурманско-гидрографического факультета ВВМКУ имени М.В. Фрунзе в 1966 – 1967 годы

В статье использованы материалы книги «Что наблюдаем, то и пишем» капитана 1 ранга в отставке, доктора военных наук, профессора Груздева Н.М., фотографии капитана 1 ранга в отставке доктора исторических наук, профессора Елизарова М.А., информация из интернета и собственные воспоминания

Итак, вперед – на шторм наук престижных,

Погоны лейтенанта добывать,

Наверно, невозможно знать всех истин книжных,

Но навигацию ты, штурман, должен постигать.

Н.М. Груздев

1 октября 1966 года после проведения лагерного сбора и принятия военной присяги начались регулярные занятия с курсантами первого курса. Комплекс зданий Высшего Военно-морского училища имени М.В. Фрунзе и Главного гидрографического управления располагался между 11 и 12 линиями, набережной Лейтенанта Шмидта и Большим проспектом Васильевского острова. Начальником Высшего Военно-морского училища в 1966 году был вице-адмирал Ванифатьев Александр Герасимович, а с 1967 по 1974 год вице-адмирал Хренов Виктор Алексеевич.

Распорядок дня включал подъём в 06 00 (в воскресные и праздничные дни – на час позже), утреннюю физическую зарядку, личную гигиену и заправку коек, малую приборку, построение, утренний осмотр, завтрак, проведение двух пар учебных занятий, обед, проведение третьей пары занятий, самостоятельную подготовку, ужин, свободное (личное) время, вечернюю поверку, личную гигиену, отбой, сон. При необходимости проводились дополнительные построения.

Утренняя физическая зарядка проводилась ежедневно, кроме выходных и праздничных дней, в течение 30 минут. Она начиналась через 10 минут после подъёма. В теплое время года курсанты пробегали вокруг училища, а затем занимались гимнастическими упражнениями в его дворах. В зимнее время она проводилась в установленном дворе училища и включала, кроме гимнастических упражнений, ускоренное передвижение на открытом воздухе. Личная гигиена включала утреннее умывание с чисткой зубов и обтиранием тела до пояса прохладной водой, бритьё лица, стрижку (при необходимости) ногтей на руках и ногах. В спальном помещении роты размещались одно и двухъярусные койки, тумбочки для личных предметов (мыла, зубных щёток, запасных полотенец, носков). При заправке коек проводилась укладка простынь, наволочки, одеяла. Затем койки выравнивались в рядах. Малая приборка включала влажную уборку помещений роты, санузлов, проветривание при открытых окнах.

Еженедельно проводилось вытряхивание одеял в одном из дворов училища.

Во время утреннего осмотра выполнялась проверка внешнего вида курсантов: чистоты тельняшек, гюйсов, брюк, обуви, причёсок, наличие пуговиц, носовых платков, расчесок. В случаях их несоответствия требованиям командир роты, старшины огранивались замечанием. При повторных нарушениях назначались «наряды вне очереди» на службу или на вспомогательные работы и, как исключительный случай, лишение очередного увольнения в город. Еженедельно производилась сдача белья (простыни, наволочки) и белой рабочей формы одежды в стирку.

В свободное от учебных занятий и самоподготовки время курсанты занимались в спортивных секциях, кружках самодеятельности, участвовали в общественной работе, читали журналы и книги, получаемые в библиотеке училища.

Одной из обязательных работ стала чистка картофеля. Для этого курсанты очередного взвода поднимались в 05.00 утра и отправлялись на камбуз. Там доставали из кладовой мешки с картофелем, вытаскивали его, мыли и начинали очистку кухонными ножами. Завтрак, обед и ужин проводились в общей училищной столовой за столами на 10 человек. Они не отличались разнообразием, но достаточно хорошо насыщали наши молодые организмы. При необходимости пополнялись добавками. Главным было уложиться в установленное время.

Периодически нас направляли в гарнизонный наряд. С прибытием в военную комендатуру мы распределялись по два человека к офицеру, назначенному для несения патрульной службы в центре города и его районах. В обязанности гарнизонных патрулей входил контроль за соблюдением военнослужащими правил поведения и своевременным выявлением потенциально опасных ситуаций.

Несколько раз выполнялась циклёвка паркетного пола коридоров училища, находящихся в заведовании роты. Она была незнакомой нам работой и требовала особой тщательности.  Для неё подбирались или готовились куски разбитого стекла.

Воскресные и праздничные дни предназначались дни отдыха кроме лиц, несущих службу в суточном или гарнизонном нарядах. В эти дни, а также в свободное от занятий и увольнений время с нами проводились культурно-досуговая работа, шлюпочная практика, спортивные состязания и игры. Порядок увольнения в город регламентировался Корабельным уставом ВМФ СССР. Курсантов 1 курса увольняли в город два раза в неделю – в субботу с 19.00 до 24.00 и в воскресенье с 9.00 до 24.00, а также в праздничные дни. Первое увольнение состоялось в начале октября 1966 года. По условиям погоды мы были в бушлатах. На построении были получены увольнительные записки. Вместе с военными билетами они должны были постоянно находиться у нас. При возвращении в училище увольнительные предъявлялись на служебном входе в училище и затем сдавались в ротном помещении дежурному по роте. Он докладывал о прибытии курсантов дежурному по училищу. В случае отсутствия или опоздания кого-либо из увольняемых об этом также производился доклад.

Многие из однокурсников были ленинградцами и в увольнение сходили домой к родителям. Остальные посвятили его знакомству с Ленинградом. По совету старшекурсников и ленинградцев мы прошлись пешком по набережным Невы, Невскому проспекту, Дворцовой площади, заглянули в Гостиный двор, посмотрели на Эрмитаж, Александровскую колонну, Исаакиевский собор, памятник Петру I, Петропавловскую крепость.

В роте ежесуточно неслась дежурная служба, в которую входили дежурный по роте и три дневальных. Вечерняя поверка проводилась ежедневно, как правило, перед отходом ко сну. Для   этого дежурный по роте выстраивал курсантов повзводно в две шеренги, а старшина роты проверял их по именному списку, объявлял приказы и наряды на следующие дни. Во время поверки, услышав свою фамилию, каждый курсант отвечал «Я». За отсутствующих командиры отделений указывали причину их отсутствия. Следовало учитывать, что нахимовцы, старшины и матросы ВМФ, поступившие в училище, были уже знакомы с основами службы в ВМФ, а для гражданских всё только начиналось и было овеяно неизвестностью и флотскими порядком и дисциплиной.

В тёплое время года мы продолжали заниматься шлюпочной подготовкой. Шлюпки училища в это время были пришвартованы к стенке набережной Лейтенанта Шмидта и использовались для плавания по Неве.

Обязательной дисциплиной была физическая подготовка. Она являлась важным элементом обучения и воспитания, направленных на развитие физических качеств, формирование военно-прикладных навыков и повышение боеспособности. Включала развитие и совершенствование:

– выносливости, гибкости, силы, быстроты и ловкости;

– улучшение физического развития, укрепление здоровья и закаливание организма, формирование правильной осанки;

– совершенствование подготовки элементов, связанных с морской деятельностью (плавания, быстрого передвижения по палубам и трапам, использования спасательных шлюпок и жилетов, морских спасательных кругов);

— использования шлюпбалок и другие устройств, предназначенных для спуска и подъема спасательных шлюпок и спасательных плотов.

В состав штурманско-гидрографического факультета входили кафедры кораблевождения, технических средств кораблевождения, гидрографии, гидрографического и гидрометеорологического обеспечения. Учебные занятия начинались в 9.00. Каждое из них проводилось в течение двух часов и включало два урока длительностью по 50 минут, 5-минутный перерыв между ними и 15-минутный перерыв между парами занятий. Две пары занятий проводились до обеда и одна пара в послеобеденное время. Занятия включали лекции, практические занятия, семинары, групповые упражнения. Целью теоретической подготовки было формирование у курсантов фундаментальных знаний по вопросам кораблевождения, а практической –способности их применять для решения требуемых задач при плавании и ведении боевых действий. Учебный год делится на два семестра – осенний и весенний. В конце каждого семестра проводились зачёты и курсовые работы.  После первого семестра – двухнедельные зимние каникулы, а после второго – летние в течении месяца.

На кафедре кораблевождения нам преподавали первоначальные основы таких дисциплин как «Навигация и лоция», «Мореходная астрономия», «Безопасность плавания», «Маневрирование кораблей и подводных лодок», «Навигационное обеспечение боевых действий». На 1 курсе теоретические занятия по кораблевождению включали изучение основ морской навигации и картографии, построения навигационных карт, принципов определения места корабля (подводной лодки) в море. Лекции по основам маневрирования включали определение элементов движения (курса и скорости) противника, типы строёв и ордеров.

В компетенцию кафедры технических средств кораблевождения входили дисциплины, связанные с изучением и практическим использованием морских электронавигационных и радионавигационных приборов и систем, предназначенным для измерения навигационных параметров и их использования для обеспечения безопасности плавания и применения оружия. Изучение технических средств кораблевождения начиналось с вопросов их устройства, принципа действия, организации применения, эксплуатации и ремонта. Для этого использовались образцы существовавших технических средств кораблевождения (магнитные и гироскопические компасы, лаги, автопрокладчики, эхолоты, приёмоиндикаторы радионавигационных систем, радиопеленгаторы, радиолокационные станции, хронометры, палубные часы, секундомеры), установленные в лабораториях кафедры.

Лекции и практические занятия по мореходной астрономии были посвящены основам выбора светил по времени и месту с использованием звёздного глобуса и морского астрономического ежегодника, вычисления счислимых высот и азимутов. Далее начиналось изучение устройства морского секстана и его использования для измерения высот светил, порядка их исправления необходимыми поправками.

Секстан представлял собой навигационный угломерный инструмент, который использовался для измерения высоты светил (Солнца, звёзд, планет) над горизонтом с целью определения географических координат точки наблюдения. Принцип работы основан на совмещении изображений двух объектов при помощи двойного отражения одного из них. Преподаватели рассказали нам и историю появления секстана, который был сконструирован практически одновременно и независимо английским математиком Джоном Хэдли и американским изобретателем Томасом Годфри в 1730-х годах. Инструмент назвали секстаном, потому что его дуга составляла ⅙ часть круга (60°), что по-латыни звучит как sextans. В последующие годы занятия по мореходной астрономии продолжались.

На лекциях по вопросам гидрометеорологии рассматривались приборы для измерения текущих условий гидрометеорологической обстановки (барометры, термометры, психрометры, анемометры, наклономеры морские), её прогнозирования и выработки рекомендаций по учёту их влияния на безопасность плавания и применения оружия. Кроме основных дисциплин мы изучали общеобразовательные дисциплины: высшую математику, физику, начертательную геометрию, выбранный иностранный язык.

После учебных занятий проводилась самостоятельная подготовка в учебных классах роты. Она включала изучение изложенных на лекциях вопросов, выполнение практических заданий. В это время мы могли проконсультироваться с преподавателями по неясным или недостаточно понятным вопросам преподаваемых дисциплин. Консультации были одной из форм руководства самостоятельной работой. Они проводились регулярно по согласованию с преподавателями. Их основной целью было разъяснение вопросов, возникавших у нас при самостоятельной работе над учебным материалом, углубления и закрепления знаний по отдельным темам изучаемых дисциплин, оказания методической помощи в выборе требуемых и дополнительных учебников и пособий. В зависимости от необходимости разъяснения конкретного вопроса у одного или группы курсантов консультации носили индивидуальный или групповой характер.

Лекции по всем дисциплинам читали в эти годы прекрасные педагоги, интересные своей историей и богатым флотским опытом. Они были не просто настоящими моряками и офицерами, ветеранами Великой Отечественной войны, а учителями, которые помогали понять, что значит быть верным чести офицера и присяге.

Начальником кафедры технических средств кораблевождения в 1960 – 1972 гг. был капитан 1 ранга профессор Глебов Евгений Петрович. Он прекрасно объединял работу педагогов и курсантов в единое русло борьбы за главное – знания. В июне 1972 года был назначен заместителем начальника училища по учебной и научной работе, а в июне 1974 года возглавил Каспийское Высшее военно-морское училище имени Кирова С. М. Его заместителем, а с 1972 года начальником кафедры стал капитан 1 ранга Лаврентьев Анатолий Васильевич, профессор, доктор военных наук, участник Великой Отечественной войны. За время службы в училище зарекомендовал себя крупным учёным в области военного кораблевождения и выдающимся военным педагогом в сфере подготовки штурманских кадров для кораблей ВМФ. Под его руководством кафедра поднялась до уровня видного методического центра родственных кафедр военно-морских учебных заведений и стала базой переподготовки офицерского состава ВМФ по новой, поступающей на вооружение кораблей новой навигационной технике.

Начальником кафедры кораблевождения был кандидат военно-морских наук капитан 1 ранга Михеев Владимир Александрович. Старшим преподавателем, а затем начальником кафедры морской астронавигации – капитан 1 ранга Скубко Роман Андреевич. Как поговаривали – единственный в мире профессор мореходной астрономии.  Он неоднократно руководил учебными практиками курсантов и прекрасно обучал их практическим навыкам по использованию астрономических инструментов и приборов.

За время службы в училище они и многие преподаватели зарекомендовали себя крупными учёными в области военного кораблевождения и выдающимися военными педагогами в сфере подготовки штурманских кадров для кораблей ВМФ.

Учебно-лабораторная база факультета включала кабинеты:

— навигационной прокладки, созданный в 1957 году, где в соответствии с заданиями, разработанными преподавателями, отрабатывались задачи определения места корабля (подводной лодки) визуальными, радиолокационными и астрономическими способами с использованием действующих приборов;

— технических и радиотехнических средств кораблевождения, в которых были установлены приёмоиндикаторы существовавших фазовых и импульсно-фазовых радионавигационных систем ближнего и дальнего действия.

Кабинет навигационной прокладки был предназначен для обучения курсантов практическим навыкам ведения ручного графического и графоаналитического счисления пути корабля (подводной лодки), работы с морскими навигационными и радионавигационными картами, их использования для выполнения обсерваций. Он был оборудован штурманскими столами, комплектами навигационных и радионавигационных карт, датчиками курса и скорости, прокладочным инструментом (параллельные линейки, навигационные транспортиры, циркули-измерители штурманские), карандашами и грузиками для карт. В кабинете астронавигации мы начали изучение устройства морского секстана.

В кабинетах технических и радиотехнических средств кораблевождения изучалось устройство лагов, гирокомпасов, магнитных компасов, автопрокладчиков, приемоиндикаторов радионавигационных систем «РСВТ-1с», «Брас», «Лоран-А», радиомаяков и правила их использования. Это позволяло нам отрабатывать практические навыки в решении задач кораблевождения в сложных условиях и нестандартных ситуациях.

Индивидуальное обучение было направлено на развитие способности самостоятельно осваивать новые морские средства навигации и поступающие на вооружение средства автоматизации.

В 1966-1967 учебном году мы прошли курс легководолазной подготовки, в период которой изучили его теоретическую часть и выполнили по 6 спусков под воду в индивидуальном снаряжении подводника ИСП-60 на глубину до 5 метров, 1 выход в башне с глубины до 7,5 метров, 1 выход через сухой торпедный аппарат. Об этом каждому из нас была выдана в январе 1968 года специальная справка.

Кроме специальных кафедр занятия с нами проводили преподаватели кафедр тактики ВМФ, радиоэлектроники, теории устройства и живучести корабля, иностранных языков, высшей математики, физики, механики, начертательной геометрии, марксистско-ленинской подготовки. Было начато преподавание дисциплин, связанных с применением ракетного, артиллерийского, противолодочного и минно-торпедного оружия, истории военно-морского искусства. Особенно интересными были лекции по истории военно-морского искусства (ИВМИ), проводимые начальником кафедры капитаном 1 ранга, доктором исторических наук, профессором Гельфондом Григорием Михайловичем и его заместителем капитаном 1 ранга Мессойлиди Юрием Григорьевичем, кандидатом военно-морских наук.

В субботы и воскресенья в зале Революции училища проводились танцевальные вечера. Для их проведения ряды кресел легко снимались и убирались по периметру зала, а часть из них – в соседние помещения Зал становился большой паркетной площадкой для танцев. Училище имело свой отличный духовой оркестр со штатными музыкантами-сверхсрочниками и воспитанниками. На первом этаже находилось помещение-раздевалка, где приходящие на танцы девушки и курсанты могли в зависимости от времени года оставить пальто, плащи, шинели, бушлаты, сменить при необходимости обувь, сходить соответственно в женский или мужской туалеты. Затем они могли подняться на второй этаж и по картинной галерее или по помещению музея пройти в зал Революции.

Девушек было много, в том числе и девиц «лёгкого поведения». Но уже на первых танцевальных вечерах нам стало понятно, для чего приходили сюда значительная, но не вся, часть девушек.  Их интересовала возможность познакомиться с курсантами 4 — 5 курсов и в дальнейшем стать жёнами военно-морских офицеров. Поэтому вместо билетов на вход стоимостью 60 копеек командование училища ввело систему пригласительных билетов, которые в определённом количестве выдавались в каждую курсантскую роту. А сами курсанты должны были передавать их своим знакомым девушкам и их подругам. Однако это не привело к желаемому результату. Мы так до сих пор не узнали, какими способами все желающие могли преодолеть эту систему.

При постоянном общении друг с другом в учебных классах нашей роты начали формироваться группы однокурсников, объединяемые общим характером, отношением к различным аспектам повседневной жизни. Происходил процесс формирования групповой сплочённости, который характеризовался единством, взаимопониманием, общими целями. Он определялся возникающими симпатиями друг к другу, степенью совпадения оценки условий жизни в стране, отношения к принципам и идеалам построения государства. Основными факторами, влияющими на групповую сплочённость, были личностные качества, воспитание, цель обучения. В нашем классе в такую группу вошли Соколов А.А, Галичский А.В., Клионский Б.И. и Елизаров М.А.

В конце июня – начале июля 1967 года мы начали готовиться к юбилейному ноябрьскому параду в Москве на Красной площади, посвящённому 50-летию Великой Октябрьской социалистической революции. В параде должны были участвовать курсанты 2 и 4 курсов штурманского и противолодочного факультетов училища.

В июле 1967 года после окончания 2-го семестра мы были направлены в Севастополь для прохождения учебной практики на учебном лёгком крейсере «Слава» проекта 26-б. С собой были взяты прокладочный инструмент, карты, звездный глобус, хронометр, морские астрономические ежегодники МАЕ-1967, таблицы расчета счислимых высоты и азимута светил ВАС-58, бланки Ш-8б.

Железнодорожный вокзал Севастополя располагался около южной части Южной бухты. С причала, находящегося здесь, нас на вспомогательном судне доставили на крейсер. Здесь нам рассказали, что он после постройки получил имя «Молотов» и вошёл 14 июня 1941 года в отряд лёгких сил эскадры Черноморского флота. Был первым кораблём ВМС СССР, на котором была установлена радиолокационная станция «Редут-К». Участвовал в Великой Отечественной войне. В начале августа 1942 года корабль подвергся атаке с воздуха. Всего по нему было выпущено не менее 22 торпед. Четвёртая торпеда, сброшенная немецким торпедоносцем, попала в кормовую оконечность крейсера. Взрывом оторвало 20 метров кормовой части вплоть до 262-го шпангоута с рулём, румпельным отделением с рулевой машиной и химическим отсеком. Погибли 18 человек. Все помещения в районе взрыва были разрушены. Корабль потерял управление. Для восстановительного ремонта в порту города Поти была использована кормовая часть недостроенного крейсера «Фрунзе». После этого в конце 1943 года крейсер вернулся в строй, но в боевых действиях больше не участвовал. Сварочный шов в кормовой части был хорошо виден.  3 августа 1957 года был переименован в «Славу» и стал учебным крейсером. При этом активно участвовал в боевой подготовке с выходами на боевую службу в Средиземное море.

С прибытием на крейсер нас разместили в специально выделенных кубриках. Уже в первый день нахождения на крейсере наши курильщики столкнулись с корабельными годками (матросами 4-го года службы). Причиной этого стало их одновременное нахождение в месте, определённом приказом командира корабля для курения. По сложившейся в ВМФ традиции годки курят на корабле первыми, а другие матросы в это время находиться в месте курения не могут.  Но быстро выяснилось, что наши нахимовцы с учётом времени их обучения служат в ВМФ уже седьмой год. Поэтому дальнейших недоразумений по вопросам курения не возникало. Мы были распределены по подразделениям штурманской боевой части корабля в качестве дублеров мичманов и старшин в соответствии с корабельным расписанием.

Хорошо известно, что учебная практика на боевых кораблях является важнейшей частью обучения и позволяет закрепить теоретические знания, приобрести навыки вахтенной службы, решения задач кораблевождения. Курсанты участвуют в штурманских походах, общекорабельных учениях. Это помогает закрепить теоретические знания и развить практические навыки. Проведение нашей практики в 1967 году было начато с изучения устройства крейсера, его оружия и технических средств, боевых постов штурманской боевой части, технических средств кораблевождения, действий по обеспечению безопасности плавания в соответствии с корабельным уставом. Оно проводились как при нахождении крейсера в точке якорной стоянки в Севастопольской бухте, так и при выходах в море.

При подготовке к выходу в первое учебное плавание мы изучали средства навигационного оборудования Севастопольской бухты и подходов к ней.

К ним относились навигационные створы, маяки, навигационные знаки, показанные на навигационных картах разных масштабов. Готовились к сдаче зачётов на допуск к несению штурманской вахты.

С выходом крейсера в море мы начали отрабатывать навыки:

– определения места корабля в море по визуальным и радиолокационным ориентирам;

– ведения графического счисления пути корабля на навигационных картах по данным, получаемым от магнитного и гироскопического компасов, лага, а также учёта его сноса течением;

– обеспечения навигационной безопасности плавания;

– действий по боевой тревоге, борьбе за живучесть корабля и его технических средств кораблевождения на боевых постах штурманской боевой части.

Кроме этого отрабатывались вопросы использования секстанов для астрономических наблюдений. На занятиях в училище нам было объяснено, что секстан работает на основе закона отражения света: угол падения равен углу отражения. При наблюдении через прибор наблюдатель одновременно видит два изображения: горизонт прямо через полупрозрачную часть зеркала горизонта и отражение небесного светила (Солнца или звезды), которое попадает в зеркало после двойного отражения.

Основными элементами секстанами являются:

– лимб – дуга с градусной шкалой, на которой отмечены углы измерения;

– малое зеркало – неподвижно, половина его поверхности прозрачна;

– большое зеркало – подвижно, закреплено на алидаде;

– алидада – подвижный элемент с отсчётным барабаном, разделённым на 60 минутных делений;

– зрительная труба – для точного визирования.

Поворачивая алидаду (рычаг, вращающийся вдоль дуги и несущий индексное зеркало), можно совместить изображение светила с линией горизонта. Угол, на который при этом повернули алидаду, и будет удвоенной высотой светила. Шкала секстана сразу показывает истинную высоту. Он произвел революцию в морской навигации, сделал возможными длительные путешествия и до сих пор остается резервным инструментом штурманов.

Мы быстро убедились в том, что учебный поход помогает нам осваивать обязанности вахтенного штурмана, вахтенного офицера, определять место крейсера при плавании в видимости береговых ориентиров, использовать имеемые технические средства кораблевождения для обеспечения безопасности плавания. Выход из Севастопольской бухты осуществлялся по линии створа Инкерманских маяков. Для выхода запрашивалось разрешение у оперативного дежурного по штабу Черноморского флота и в дежурной службе системы управления движением судов (СУДС) за 15 минут до начала движения. Скорость движения в бухте не должна была превышать 9 узлов при скорости ветра не более 15 метров в секунду, высоте волны более двух метров и видимости менее одной мили, за исключением некоторых случаев для военных кораблей. Вход (выход) из бухты был ограждён северным и южным молами и перекрыт боносетевыми заграждениями – сплетённой из мощной проволоки сетью, которая держалась за счёт специальных поплавков и доходила до самого дна. В центре этих заграждений были сделаны специальные ворота, которые для прохода кораблей открывал специальный буксир.

С выходом в море мы начали под руководством Романа Андреевича Скубко готовиться к астрономическим наблюдениям. Подбирали с использованием звёздного глобуса и морского астрономического ежегодника хорошо наблюдаемые в период утренних и вечерних сумерек звёзды с учётом необходимых параметров их расположения по высоте и азимуту. Определяли время восхода и захода Солнца, длительность навигационных сумерек.

Рассматривали прогнозы погоды на ближайшие несколько суток для учёта гидрометеорологических условий в период наблюдений.  Роман Андреевич показывал нам, как нужно правильно держать секстан, наводить его на выбранное светило, измерять его высоту над видимым горизонтом, направление на него корабельным пеленгатором ПГК-2 и считывать с использованием секундомера моменты измерений. Секундомеры запускались по морскому хронометру.

После этого мы начали самостоятельно выполнять измерения высот светил. Они проводились группами из двух курсантов: один измерял высоты и азимуты светил, другой записывал результаты и моменты наблюдений. Далее они менялись местами и повторно выполняли наблюдения. Обработка их результатов выполнялась каждым курсантом самостоятельно.

Измерения высот Солнца и Луны проводились в светлое время суток, а планет и звёзд в вечерние и утренние сумерки. Кроме этого секстан мог использоваться для обсерваций по измерениям двух горизонтальных углов между береговыми ориентирами, координаты которых были хорошо известны и показаны на навигационных картах. Для нахождения обсервованного места используется протрактор – навигационный прибор, предназначенный для графического нанесения на карту места корабля по двум горизонтальным углам. Но в период первой учебной практики подобные обсервации мы не выполняли.

Гидрометеорологические условия плавания: ветер, волнение, видимость, осадки были благоприятными для решения задач кораблевождения. Лишь однажды перед окончанием похода разыгрался шторм с волнением моря до 4-5 баллов. Предупреждение о шторме было получено заблаговременно. Кроме этого мы сами спрогнозировали время приближения к штормовой зоне. Он был первым для большинства наших курсантов. Пришлось выполнять все требования по обеспечению безопасности плавания в соответствии с корабельным уставом.

После возвращения в Севастополь мы успешно сдали зачёты на допуск к несению штурманской вахты. Принимали их Скубко Р.А., командир БЧ-1 крейсера и командир нашей роты Почивалов Ю.В. Зачёты были успешно сданы. Первая наша учебная практика завершилась. Воспоминания о ней остались у нас на долгое время. Впоследствии мы часто на наших встречах вели разговоры о том, как мы становились военными моряками, как в первый раз вышли в море на боевом корабле. Фотографии о практике и учёбе на 1 курсе хранятся у каждого из нас.

Интересно отметить, что в нашей роте были сыновья 4-х адмиралов. В 1 классе сын контр-адмирал Хияйнена Л.П. Во 2 классе сыновья адмирала Головко А.Г. и контр-адмирала Зверева П.Н. В третьем классе сын контр-адмирала Безпальчева К.А.

Окончили училище три будущих адмирала (по одному из каждого класса) – вице-адмирал Радзевский Г.А., адмирал Попов В.А., вице-адмирал Ермаков Н.В.

Погибли при ведении боевых действий:

– Гладков Фёдор Борисович. Внук известного советского писателя Федора Гладкова. В 1974-1976 гг. окончил Военную (Военно-дипломатическую) Академию Советской Армии. С 1976 года был помощником начальника направления 797-го Кабульского разведцентра.  Участвовал боевых действиях в Демократической республике Афганистан с апреля 1980 года. Погиб (был смертельно ранен) 10 октября 1981 года в бою после вынужденной посадки вертолёта у населенного пункта Кулли-Топчи провинции Бамиан.

Гладков Фёдор Борисович.

Галичский Александр Владимирович

капитан 1 ранга в отставке, кандидат военных наук, доцент