В статье использовались воспоминания капитанов 1 ранга Яцука Б.И. и Михальского В.А.
В лицо нам били ветры с океана,
Шла на корабль гремящая вода.
И, отражаясь в зеркале секстана,
Сияла полуночная звезда.
А. Лебедев
После Второй мировой войны дальнейшее развитие и строительство ВМФ СССР некоторое время определялось взглядами, возникшими в результате анализа приобретенного боевого опыта. Признавалось возрастание роли авианосцев, подводных лодок и амфибийных сил. В то же время была развернута широкая дискуссия о влиянии ядерного оружия на характер вооруженной борьбы на море.
В первое послевоенное десятилетие строились корабли и самолеты, вооруженные обычной артиллерией, торпедами, бомбами. Строительство флота шло, в основном, по пути создания эскадр надводных кораблей. Флот продолжал оставаться в оперативно-стратегическом плане оборонительным. Задача ускоренного развития и обновления Военно-Морского Флота была воплощена в законе о пятилетнем плане восстановления и развития народного хозяйства СССР на 1946–1950 гг. В конце 40-х и начале 50-х годов на флот начали поступать новые боевые корабли: крейсера, эскадренные миноносцы, подводные лодки, сторожевые корабли, тральщики, охотники за подводными лодками, торпедные катера. Началось строительство океанских подводных лодок. Военно-воздушные силы флота стали перевооружаться на реактивные самолеты. Одновременно с этим проходили модернизацию корабли предвоенной постройки, а устаревшие исключались из боевого состава. Большое внимание уделялось совершенствованию организации и повышению уровня боевой подготовки кораблей, частей и соединений. Для удовлетворения возросших потребностей флота в кадрах была расширена сеть военно-морских учебных заведений.
Изменившийся характер послевоенной деятельности ВМФ потребовал значительного изменения содержания и организации подготовки слушателей специальных курсов офицерского состав ВМФ (СКОС). В связи с быстрым ростом ВМФ СССР, совершенствованием оружия и технических средств появилась необходимость в короткие сроки подготовить значительное число квалифицированных офицеров. И.В. Сталиным в Приказе № 086 от 25.12.1946 года была поставлена задача «учить войска только тому, что требуется на войне, для чего всю боевую подготовку приближать к условиям боевой обстановки». Главнокомандующий ВМФ Н.Г. Кузнецов в своей Директиве № 758с от 14 июня1946 года по вопросу освоения нового оружия и техники приказывал изучать опыт боевой деятельности и новые методы оперативного искусства и тактических приемов всех родов ВМФ.
В июле 1945 года Специальные курсы офицерского состава были переименованы в Высшие ордена Ленина специальные офицерские классы ВМС (ВОЛСОК), вместо отделов организованы факультеты, в том числе – штурманский. В состав штурманского факультета вошли кафедры навигации и электронавигационных приборов. Кроме этого были введены дополнительные дисциплины «Маневрирование», «Радиотехнические средства кораблевождения», «Девиация магнитных компасов» и «Гидрометеорология». Количество учебных групп слушателей с профилем подготовки «Командир штурманской боевой части – дивизионный штурман» было увеличено до 6–10.
Учитывая, что с 1938 года в военно-морских училищах подготовка по отдельным специальностям была заменена единым общекомандным профилем подготовки офицеров для исполнения обязанностей вахтенного командира, основная тяжесть по их дополнительной подготовке в целях назначения на должности командиров боевых частей и флагманских специалистов была возложена на ВОЛСОК. Прием слушателей на классы был значительно увеличен. По штату количество слушателей-штурманов ежегодно должно было составлять: с 1946 по 1951 годы – 55 офицеров, с 1951 по 1953 годы – 120, с 1953 по 1954 годы – 110, с 1954 года – 60.
Кроме этого, специальные офицерские курсы с программами подготовки, соответствующими программам обучения на классах, создаются в 1951 году при Тихоокеанском, Черноморском и Балтийском военно-морских училищах.
В первые послевоенные годы произошло значительное обновление преподавательского состава штурманского факультета. В 1947 году после снятия с должностей командования ВМФ, обвинённого в передаче в годы войны «бывшим союзникам» торпеды высотного торпедометания, документации по артиллерийскому вооружению и некоторых навигационных карт, на должность старшего преподавателя кафедры навигации был переведен Главный штурман ВМФ контр-адмирал Ф.Ф. Булыкин. На классы пришла большая группа участников Великой Отечественной войны. В 1946 году – П.П. Скородумов (с должности флагманского штурмана Северного флота), в 1947 году – Е.П. Соломатин (с должности помощника флагманского штурмана Черноморского флота), в 1948 году – А.В. Быковцев и К.А. Сабанцев (с должностей дивизионных штурманов), в 1949 году – А.Д. Марченко (с должности преподавателя ТОВВМУ).
Кроме этого после окончания штурманского класса ВОЛСОК были оставлены преподавателями флагманские и дивизионные штурмана А.И. Назаров (в 1946 году), Л.П. Новоселов и Б.И. Яцук (в 1949 году), А.А. Львов и А.Ф. Метельков (в 1950 году). В 1949 году после окончания Военно-Морской академии (ВМА) преподавателем кафедры навигации становится Л.П. Пеколок.
На должность начальника депо карт и книг кафедры навигации был назначен мичман Д.М. Докторов, а начальника лаборатории кафедры электронавигационных приборов (ЭНП) интендант 2 ранга Я.И. Кобец. Лаборантами обеих кафедр – мичманы В.В. Пикулик и К.М. Колобов. Начальником кабинета девиации продолжал работать подполковник административной службы Н.И. Сурьянинов.
Высокие требования к качеству подготовки слушателей вызывали необходимость постоянного совершенствования знаний преподавателей, которое достигалось, во многом, путем самостоятельной работы по новым вопросам теории и практики кораблевождения. Вторым направлением подготовки педагогов было их участие в методической и научно-исследовательской работе, сборах флотских специалистов. Для этого организовывались показные и открытые занятия опытных педагогов, занятия по методике преподавания, научно-теоретические конференции по обмену опытом. Большое внимание уделялось стажировкам на флотах, в которых ежегодно участвовало до 25% преподавателей.
В первые послевоенные годы перед приемом новых слушателей производилась их подготовка для сдачи вступительных экзаменов. В это время обращалось большое внимание на устранение у будущих слушателей пробелов в знании электротехники, физики, математики и других наук, на которые опиралась теоретическая часть всех специальных дисциплин. Для отбора лучших кандидатов преподаватели классов выезжали на все флоты.
Учебные занятия со слушателями проводились в течение 10 месяцев с декабря по октябрь. Вместо экзаменационной сессии в середине учебного года были введены курсовые зачеты. В 1946 году завершился переход на программы обучения мирного времени. Все дисциплины читались только штатными преподавателями. На штурманском факультете курсовые зачеты сдавались по гидрометеорологии, девиации, тактике ВМС, тактике ВВС, службе штаба и социально-экономическим предметам. Экзамены проводились на учебной практике по навигации и мореходной астрономии. Выпускные государственные экзамены слушатели сдавали по четырем предметам: астрономии, навигации, электронавигационным приборам и маневрированию. Впервые на классах было начато обучение офицеров из зарубежных государств. Так, с мая по декабрь 1945 года на штурманском факультете осуществлялась подготовка 11 офицеров-штурманов для ВМФ Югославии.
По воспоминаниям преподавателя Б.И. Яцука девиз кафедры навигации был таким – «читать лекции без использования конспекта, т.е. живым словом. Некоторые цифровые данные и сложные формулы, используемые в конечном виде, следовало иметь на отдельном небольшом листке бумаги, который применять в случае необходимости».
В 1947 году преподаватели кафедры навигации участвовали в сборах начальников гидрографических отделов и флагманских штурманов флотов. В своем выступлении на сборах П.П. Скородумов отметил, что «…доклады по современному состоянию и перспективам развития штурманской техники надо заслушивать не один раз в 2 года, а чаще… Широкой штурманской общественности наши достижения в разработке технических средств кораблевождения неизвестны. Слишком долго испытываются наши приборы…». А.И. Назаров обратил внимание на такой важный вопрос, как взаимосвязь навигационно-гидрографического института и ВОЛСОК в научно-исследовательской работе, на необходимость сообщения в Высшие военно-морские учебные заведения и на классы о новых разработках приборов, о проспектах, о новых темах, поставленных на разработку: «…Все это можно сделать кратко, но польза от этого будет большая. Прежде всего, потому, что на классы ежегодно приходит большой отряд офицеров, от которых можно узнать много интересного из опыта работы приборов в условиях Великой Отечественной войны и в мирных условиях. С другой стороны, сообщить им новшества и поставить перед их пытливым умом ряд проблем, требующих разрешения. Так через классы институт будет связан с флотом».
В 1946 году штурманский факультет окончили 48 слушателей (32 надводника и 16 подводников). В 1947 году – 48 слушателей (34 надводника и 14 подводников). В 1948 году – 61 слушатель (46 надводников и 15 подводников). В 1950 году 74 слушателя (63 надводника и 11 подводников).
Учебная практика со слушателями штурманского факультета в послевоенное десятилетие проводилась на кораблях и судах, совершавших межфлотские переходы, а также на боевых кораблях при обеспечении решения задач боевой подготовки. В 1946 году слушатели в составе Экспедиции особого назначения участвовали в обеспечении перевода трофейных немецких кораблей с Балтийского моря на Черное море по маршруту Росток – Севастополь. Как известно, в результате раздела бывшего германского флота Советский Союз получил крейсер, 10 эсминцев, 10 подводных лодок, 44 тральщика, 30 торпедных катеров и значительное количество вспомогательных судов. Часть из них и была предназначена для Черноморского флота. К 12 июня слушатели прибыли в Свинемюнде, откуда через сутки были направлены на пассажирском пароходе в Росток. Из Ростока группа штурманов в составе 7 слушателей совершила под руководством капитана 1 ранга П.П. Скородумова двухнедельную поездку в Берлин и Потсдам. В начале июля 1946 года корабли экспедиции отдельными группами начали переход в Севастополь. По воспоминаниям слушателя этого выпуска В.И. Глушенко, «дублером флагманского штурмана дивизиона тральщиков был назначен старший офицер нашей учебной группы Л.Л. Костржевский. Обязанности штурманов тральщиков исполняли я, Грехнев и другие слушатели. Все мы активно участвовали в подготовке кораблей, их штурманского вооружения и личного состава к переходу. На тральщиках были установлены немецкие малогабаритные гирокомпасы «Аншютц», эхолоты «Атлас-верке», радиопеленгаторы и советские магнитные компасы. 12 июля из Ростока вышел наш дивизион тральщиков типа М-35 в составе 9 единиц. Плавание по Балтийскому и Северному морям из-за значительной минной опасности осуществлялось строго по протраленным фарватерам, оси которых были обозначены буями. Из Балтийского в Северное море мы перешли по Кильскому каналу и реке Эльбе. Достаточно сложным был переход по Северному морю. 15 июля соединение прибыло в английский порт Фалмут и после пополнения запасов направилось к Гибралтарскому проливу. Единственным надежным способом определения места при плавании вне видимости берегов был астрономический. Его успешно использовали в первые дни похода, несмотря на штормовые условия плавания. В Средиземном море для пополнения запасов корабли заходили в порт Гибралтар на южном берегу Испании и порт Валетта на острове Мальта. Эти заходы использовались слушателями для ознакомления с портами и их навигационным оборудованием. На отдельных участках перехода (Мальтийский пролив, Эгейское море) плавание осуществлялось по необозначенным фарватерам, пробитым в минных полях. Это потребовало от всех штурманов исключительно кропотливой работы по обеспечению высокой точности плавания. Значительное внимание было уделено подготовке к проходу Черноморскими проливами, так как большинство участников похода в них никогда не бывали. 31 июля вошли в Дарданеллы. Первые часы следования проливом были достаточно напряженными. Однако высокое качество штурманской подготовки позволило обеспечить безопасное плавание. При проходе Босфора даже отказались от услуг лоцманов. 2 августа корабли прибыли в Севастополь».
В 1947 году из-за общей обстановки в стране дальний учебный поход был отменен. Учебная практика штурманов-надводников была проведена в августе–октябре на кораблях Черноморского флота, штурманов-подводников – в сентябре–октябре на подводных лодках Северного флота.
Большое внимание дальним походам уделял Н.Г. Кузнецов, бывший в 1947 году начальником управления Высших Военно-морских учебных заведений. Он хорошо понимал их огромную пользу для практической подготовки слушателей классов и курсантов военно-морских училищ. С большим трудом ему удалось в 1948 году убедить в этом министра иностранных дел СССР В.М. Молотова, опасавшегося отправлять учебные корабли в заграничные плавания.
В 1948 году первые две недели учебной практики были проведены в Кронштадте. Здесь на кораблях ВМФ слушатели отрабатывали навыки по определению и уничтожению девиации. Затем с 2 августа по 9 сентября они участвовали в дальнем походе на штабном корабле «Ангара». Отряд в составе «Ангары» и учебного корабля «Неман» совершил учебное плавание по маршруту Таллинн – Либава – пролив Большой Бельт – Ваенга (Североморск) – Мурманск – Иоканьга – губа Белушья (Новая Земля) – Архангельск – Ваенга – пролив Зунд (Эресунн) – Таллинн. Флагманом перехода был начальник ВВМУЗ вице-адмирал Л.А. Владимирский.
Б.И. Яцук, выпускник штурманского класса 1949 года, вспоминал: «В начале 1948 года пришло распоряжение о направлении меня, флагманского штурмана отдельного дивизиона подводных лодок Тихоокеанского флота, на учебу в Ленинград на штурманский факультет ВОЛСОК. Все офицеры, направляемые на учебу, прошли во Владивостоке специально организованный отбор – сдавали экзамены по математике, русскому языку, физике (в объеме программ средней школы) и по уставам. На классах в Ленинграде нас разместили в общежитии и распределили по подготовительным группам, организовали консультации по высшей математике и физике. В первой половине ноября были проведены вступительные экзамены по высшей математике, физике, боевым средствам флота. Консультации проводили приглашаемые гражданские преподаватели. Вступительные экзамены принимали преподаватели классов с различных факультетов. Офицеры, не выдержавшие проверку, были откомандированы по месту прежней службы. После сдачи экзаменов были сформированы 5 учебных групп: четыре из штурманов надводных кораблей и одна из штурманов-подводников.
Начальником штурманского факультета был капитан 1 ранга Н.Н. Сясин, его заместителем по политической части – капитан 2 ранга П.И. Полозов. Учебные занятия начались 15 ноября. Ежедневно, кроме воскресенья, проводилось 7 часов классных занятий. После этого – обязательная самостоятельная подготовка до 9 часов вечера. Начало занятий в 9:00. Для слушателей, проживавших в общежитии классов, в 7 часов утра производилась побудка, и с 7:15 до 7:35 проводилась физзарядка. Переходы по территории классов выполнялись строем в составе учебных групп».
Занятия на штурманском факультете состояли из лекций и практических занятий. Практические занятия проводились в форме вычислительных и графических работ, навигационных прокладок, изучения материальной части приборов или работы на приборах. По объемным курсам предусматривались текущие зачеты, по некоторым предметам – итоговые зачеты.
На кафедре навигации занятия проводились по трем дисциплинам. По навигации их вели – начальник кафедры капитан 1 ранга К.С. Ухов, контр-адмирал Ф.Ф. Булыкин, капитаны 3 ранга Г.П. Попеко и Л.П. Пеколок. По организации штурманской службы и боевой подготовки – капитан 2 ранга Е.П. Соломатин. По мореходной астрономии – капитаны 1 ранга К.С. Ухов, П.П. Скородумов и капитан 2 ранга А.А. Петров. На кафедре электронавигационных приборов занятия проводили капитан 1 ранга Н.Ф. Пароменский, капитан 3 ранга А.И. Назаров, интендант 2 ранга Я.И. Кобец и лаборанты В.В. Пикулик и К.М. Колобов.
Отдельные дисциплины вели: «Девиацию магнитных компасов» – капитан 1 ранга К.П. Орешкин, подполковник Н.И. Сурьянинов и капитан 3 ранга Н.И. Сударев; «Маневрирование» – капитан 1 ранга А.К. Загурьянов и капитан 3 ранга К.А. Сабанцев; «Гидрометеорологию» – капитан 1 ранга В.М. Волынкин-Валлинг; «Радиотехнические средства кораблевождения» – капитан 1 ранга А.И. Градов (Хирвонен). Кроме этого проводились занятия по тактике ВМФ, марксистско-ленинской теории, физической подготовке и английскому языку. Изучение английского языка сводилось к чтению английских лоций и карт под руководством вольнонаемного педагога Матвеева.
Учебная практика 1949 года проводилась в составе трех учебных групп. Первая учебная группа участвовала с 27 июня1949 года в переходе на штабном корабле «Ангаре» по маршруту Балтийск – Севастополь. Затем на учебном судне «Десна» были проведены занятия по компенсации девиации магнитных компасов. После этого выполнен переход по маршруту Севастополь – Новороссийск – Батуми – Севастополь. Во время всех плаваний на нескольких штурманских постах круглосуточно велась навигационная прокладка. Свободные от вахты слушатели по установленным заданиям самостоятельно занимались астрономическими наблюдениями. При прохождении каждого прибрежного иностранного государства заранее выделенные слушатели проводили краткие доклады по его политическому устройству, инфраструктуре, военно-морскому флоту и анализировали навигационно-гидрографическую обстановку. Вторая группа слушателей с 20 июля по 15 сентября участвовала в переходе гидрографического судна «Экватор» по маршруту Таллин – Мурманск Слушатели третьей группы сначала изучали организацию штурманской и гидрографической службы в Кронштадте и выполняли девиационные работы, а затем отрабатывали практические навыки по навигации и маневрированию на кораблях Черноморского флота в Севастополе. Несколько слушателей были назначены капитанами рыболовецких траулеров, осуществлявших промысел в Северной Атлантике. Руководили учебной практикой Е.П. Соломатин, А.В. Быковцев, П.П. Скородумов, А.Ф. Метельков, Г.П. Попеко, Н.Н. Сясин и А.А. Петров.
После возвращения слушателей в Ленинград были продолжены теоретические занятия. Во второй половине октября были проведены государственные выпускные экзамены. Они проводились по основным предметам обучения – навигации, мореходной астрономии, маневрированию и электронавигационным приборам, а также по марксистско-ленинской теории. Принимала экзамены Государственная экзаменационная комиссия Она состояла из представителей штурманской службы ВМФ Гидрографического управления ВМФ и научно-исследовательского навигационно-гидрографического института.
Выпуск 79 слушателей штурманского факультета (67 надводников и 12 подводников) состоялся 1 ноября 1949 года. Среди слушателей этого набора были А.В. Федотов (флагманский штурман эскадры надводных кораблей Балтийского флота в 1955–1959 гг., начальник НИГШИ в 1978–1988 гг.), Е.П. Глебов (начальник кафедры ТСК ВВМКУ имени М.В. Фрунзе в 1964–1972 гг., начальник Каспийского ВВМУ в 1974–1975 гг.), А.В. Лаврентьев (начальник кафедры ТСК ВВМКУ имени М.В. Фрунзе в 1972–1982 гг.). Известные ученые, штурманы и педагоги В. Апрелев, С. Филиппов, В. Григорьев, Б. Яцук, Г. Бучинский, А. Дашиев.
Особенно интересным был состоявшийся в 1950 году сверхдальний поход слушателей штурманского офицерского класса. С 4 июля по 20 августа они совершили переход на учебном судне «Полюс» по маршруту Одесса – Суэцкий канал – Владивосток. Из 78 штурманов факультета в поход были направлены 62. Руководили практикой Н.Н. Сясин, П.И. Полозов, Е.П. Соломатин, А.А. Петров, Б.И. Яцук, Л.П. Новоселов и Л.П. Пеколок. Кроме слушателей-штурманов в походе участвовали слушатели ещё нескольких специальностей. Преподаватели и слушатели тремя группами прибыли в Одессу к 10 июня. Все необходимые пособия и штурманские инструменты слушатели привезли с собой. В связи с задержкой выхода были организованы береговые астрономические наблюдения и подробное изучение маршрута похода. При ясной погоде все слушатели с секстанами выходили на пляж порта, измеряли серии высот и рассчитывали средние квадратические ошибки измерений упрощенным способом. Кроме этого, определялись средние квадратические ошибки измерения поправки индекса секстана по Солнцу. Для изучения маршрута перехода и подготовки докладов по его навигационно-гидрографической характеристике каждой учебной группе были выделены отдельные участки маршрута.
Все это позволило за время стоянки в Одессе хорошо изучить особенности предстоящего плавания, подготовить около 10 докладов и приобрести весьма хорошие навыки в использовании секстанов, наклономеров, измерении и обработке высот Солнца.
По воспоминаниям Б.И. Яцука «…руководители практикой были размещены в двухместных каютах в надстройке судна, а слушатели – в двух носовых кубриках с двухъярусными стационарными койками. Выход в море состоялся 4 июля 1950 года. Уже через два-три дня большая часть слушателей из-за сильной жары и отсутствия хорошей вентиляции перебиралась в ночное время на верхнюю палубу. Для ведения навигационной прокладки были организованы 5 постов (по числу учебных групп) в кормовой ходовой рубке. Там же были размещены хронометры и палубные часы. Для приёма сигналов времени, проверки хронометров и часов, ведения журналов на каждые сутки назначался дежурный по «службе времени». Продолжительность вахты на постах навигационной прокладки составляла 8 часов. Она велась слушателями самостоятельно с применением всех доступных способов определения места судна. На значительной части маршрута основными способами определения места были астрономические. Работу слушателей контролировали Е.П. Соломатин и Л.П. Пеколок».
Астрономическая практика выполнялась слушателями самостоятельно в выбранное ими время суток. Ориентиром в работе являлось задание, в котором указывались перечень и количество определений места судна по высотам: Солнца, Луны, трех или четырех звёзд; количество и сроки определения средних квадратических ошибок астрономических измерений. Оно было оформлено на большом планшете со списком слушателей по учебным группам. На этом планшете ежедневно отмечался ход выполнения заданий каждым слушателем. Результаты астрономических наблюдений и расчетов ежедневно сдавались для проверки А.А. Петрову и Б.И. Яцуку. Порядок был таким: дневные наблюдения должны были быть обработаны и сданы в этот же день, а вечерние – утром, не позже 12 часов. Расчеты, представляемые позже указанных сроков, принимались, но не засчитывались. Суточная норма определений места астрономическими способами составляла 10 высотных линий положения: 4–6 дневных и 4–6 вечерних. Отдельные высотные линии положения учитывались только в сочетании с какой-либо навигационной линией положения – пеленгом, радиопеленгом и т.п.
Периодически, один-два раза за время перехода, проводились контрольные определения места судна астрономическим способом, днем – по высотам Солнца, в вечерние сумерки – по высотам четырех звезд. Запись результатов измерений производилась на специальных листах бумаги, которые сразу же сдавались преподавателям. Обработка результатов наблюдений проводилась под контролем преподавателей с фиксацией времени вычислений. Дневные наблюдения обрабатывались, как правило, в этот же день, а наблюдения звезд – на следующий день утром. Результаты контрольного определения места наносились на большой маневренный планшет, центр которого считался истинным местом. За истинное место принималось выполненное в период астрономических наблюдений точным способом определение по береговым ориентирам, или (при отсутствии такового) среднее арифметическое (по возможности, среднее весовое) из мест, полученных слушателями и приведенных к одному моменту. При расчете среднего арифметического явно ошибочные места не учитывались. При контрольных определениях места преподаватели задавали каждому слушателю для расчетов «свое», так называемое счислимое место, отстоящее от действительного на 10–15 и даже 20 миль.
Утром 6 июля «Полюс» подошёл к проливу Босфор, проводка по которому осуществлялась лоцманом. Вечером был пройден пролив Дарданеллы и 7 июля «Полюс» был уже в Эгейском море. Погода на этом этапе похода была благоприятной – чистое небо, слабый ветер, спокойное море. Слушатели занимались навигационной прокладкой, используя навигационные и астрономические способы обсерваций. Капитан учебного судна часто заходил в кормовую ходовую рубку, где слушатели вели навигационную прокладку. По его просьбе через несколько дней после выхода из Одессы один из постов навигационной прокладки был перенесён на ходовой мостик. К полудню 10 июля «Полюс» подошёл к Порт-Саиду и встал на его рейде на якорь.
Вечером 10 июля на носовую часть судна было установлено громоздкое устройство с фонарями для осуществления лоцманской проводки по Суэцкому каналу. Утром 11 июля было начато движение по каналу. Берега канала были непохожими: африканский был ухожен, на нем располагались лоцманские станции с хорошими постройками, зелеными насаждениями. Вдоль берега проходило шоссе. Противоположный берег канала выглядел пустынным, один песок с белыми солеными местами.
За сутки Суэцкий залив был пройден и судно вышло в Красное море. Оно встретило знойной, ясной и тихой погодой. Однако уже через сутки подул средней силы ветер, который поднял в воздух массу частиц мельчайшей пыли. Солнце просматривалось через нее в виде светлого пятна. Ветер быстро прекратился, а пыль толстым слоем осела на все горизонтальные поверхности судна.
С выходом из Одессы на судне были введены определенные ограничения на использование пресной воды. Для помывки её выделялось строго ограниченное количество. Одновременно на верхней палубе были развернуты специальные места для обливания солёной водой из пожарной магистрали. Но это давало лишь кратковременное облегчение.
После входа в тропическую зону для утоления жажды выдавалось сухое вино, по 300 граммов каждый день. 16 июля был пройден Баб-эль-Мандебский пролив, затем вдоль Аравийских берегов пересечён Аденский залив. 18 июля «Полюс» вошёл в Красное море Индийского океана.
Погода была исключительно благоприятной, ветер слабый, море пустынное – ни одного судна не появлялось в пределах видимости по несколько суток. Капитан «Полюса» несколько раз запрашивал разрешения на заход в порт Коломбо острова Цейлон. Но оно было получено поздно, когда остров оказался уже далеко позади.
27 июля отметили День Военно-Морского Флота. После праздничного обеда на верхней палубе нашлись любители поплясать. Особенно отличились в этом А.А. Петров и П.И. Полозов.
При проходе 29 июля Малаккского пролива на судно обрушился настоящий тропический ливень. Несколько раз за день слушателей окатывало как из ведра сплошным потоком пресной воды. Далее, учитывая её нормированное распределение из корабельных запасов, каждый раз под следующими ливнями устраивались помывки всех свободных от несения вахт.
30 июля при измерении глубин механическим лотом было обнаружено, что они не соответствовали обозначенным на навигационной карте в районе счислимого места. Причины этого сразу определены не были. Ночью облака разошлись, стало довольно светло. При наступившем полнолунии горизонт хорошо наблюдался. Слушатели сразу же произвели измерения высот звезд, направлений на них и определили обсервованное место судна. Оно подтвердило точность счисления. Через несколько часов при подходе к берегу были выполнены обсервации по береговым ориентирам, которые ещё раз подтвердили точность счисления. 31 июля судно прибыло на рейд Сингапура, где с 1 по 4 августа была произведена погрузка угля.
Вечером 4 августа «Полюс» продолжил путь во Владивосток. Он проходил всего в 1° от экватора, но из-за задержки в Одессе, несмотря на наши просьбы, капитан решил не отклоняться от намеченного пути. Поэтому планируемый праздник Нептуна (церемония пересечения экватора) так и не состоялся. После выхода из Сингапура в рационе слушателей появились апельсины, бананы, ананасы. Желающие могли попробовать и кокосовые орехи. В период с 5 по 10 августа было пройдено Южно-Китайское море. С 11 по 18 августа, обогнув с востока Японские острова, «Полюс» через Сангарский пролив вышел в Японское море и 20 августа встал на якорь в бухте Золотой Рог Владивостока. Во время перехода погода была отличной, и слушатели занимались обычной работой: несли штурманскую вахту, занимались астрономическими наблюдениями. По маршруту Одесса–Владивосток было пройдено 10139 миль за 968 ходовых часов. Такую великолепную практику, особенно астрономическую, слушатели штурманского факультета еще не имели. Только после неё они по-настоящему поверили в мореходную астрономию. После выполнения положенных формальностей слушатели и руководители практики в течение нескольких дней отдельными группами выехали в Ленинград.
Слушатели, не участвовавшие в походе, под руководством Г.П. Попеко проходили практику в качестве капитанов рыболовных траулеров Калининградского, Мурманского и Архангельского рыбных портов. Штурманский факультет в 1950 году окончили 74 слушателя (63 надводника и 11 подводников).
Учебная практика в 1951 году была проведена на рыболовных траулерах Министерства рыбного флота. В марте этого года поступило распоряжение о направлении всех 75 слушателей штурманского факультета в Калининград для участия в переходе рыболовецких судов на другие моря Советского Союза, в том числе во Владивосток и в Петропавловск-Камчатский. Слушатели назначались капитанами и помощниками капитанов сейнеров. Руководили практикой А.Д. Марченко и А.Г. Быковцев. В связи с попутным участием в промысловой ловле рыбы эта практика затянулась на длительное время. Большинство слушателей вернулись на классы только в мае–июне 1952 года.
Выпуск состоялся 2 июля 1952 года. Штурманский факультет окончили все 75 слушателей.
В 1951 году начало занятий на классах было перенесено на ноябрь. Учебная практика с слушателями этого набора не проводилась. Выпуск 93 слушателей-штурманов состоялся в сентябре 1952 года. В ноябре 1952 года на штурманский факультет классов были приняты 79 слушателей. В июне–июле 1953 года они участвовали в учебном плавании на штабном корабле «Эмба» по маршруту Кронштадт – Мурманск – Архангельск – Кронштадт. Выпуск 72 слушателей состоялся в сентябре 1953 года.
Слушатель этого выпуска Н.М. Груздев в своей книге «Что наблюдаем, то и пишем» так вспоминал о времени, проведенном на ВОЛСОК: «Учеба на классах – это не только передышка от напряженной корабельной службы. Это необходимая для каждого офицера образовательная ступень, благодаря которой флотские специалисты становятся способными соединить свой практический опыт с теоретическими обоснованиями. ВОЛСОК расширяет кругозор, позволяет глубже осмыслить то, чем занимаешься на флоте. ВОЛСОК – это прямая смычка флота с морской наукой. ВОЛСОК – это мощный источник теоретической подзарядки корабельных офицеров. В те годы на ВОЛСОК преподавали такие классики штурманской педагогики, как Г.П. Попеко, Е.П. Соломатин и А.К. Загурьянов. Их методика чтения лекций была настолько продумана и отработана, что наши конспекты лекций даже теперь читаются, как хорошо поставленные учебники. Их стиль преподавания является для меня эталоном мастерства, к которому я стремлюсь в течение многих лет своей педагогической деятельности».
С 1951 по 1959 гг. на штурманском факультете ВОЛСОК проходили обучение в основном штурмана-надводники с профилем подготовки – «корабельный штурман». Офицеры-штурмана подводного профиля готовились в штурманском офицерском классе при 1-м Балтийском ВВМУПП.
В 1953–1954 гг. штурманский факультет Классов окончили 82 слушателя, в том числе17 офицеров по специализации флагманский штурман бригады, в 1954–1955 гг. – 68 слушателей. По воспоминаниям слушателя этого выпуска О.Г. Морева время обучения на Классах ему запомнилось «…исключительно четкой организацией учебного процесса. Расписание занятий, выданное в начале учебного года на 8-месячный курс, неукоснительно выполнялось. В этот период шло внедрение в навигацию теории вероятностей – теоретических основ оценки точности кораблевождения. Опыта её применения практически не было. Поэтому и преподавателю, а вел этот курс Г.П. Попеко, и слушателям освоение этой новой науки давалось с большим трудом. Отлично были поставлены занятия по электронавигационным приборам и по гидрометеорологии. Это позволило в дальнейшей службе легко эксплуатировать любые электронавигационные (ЭНП) и радионавигационные (РНП) приборы, уверенно и с высокой степенью надежности оценивать гидрометеорологическую обстановку и составлять прогноз её изменения».
Учебная практика в марте–апреле 1955 года была проведена в походе на плавбазе «Нева» по маршруту Севастополь–Североморск. Руководили практикой Л.П. Новоселов, Г.П. Попеко и Б.И. Яцук. В походе участвовал военный корреспондент газеты «Правда» Тимур Гайдар, который живо интересовался работой слушателей. Учебная практика запомнилась чисто формальным ведением навигационной прокладки, мало отличавшейся от подобной, проводившейся в курсантские годы. Более живо и целенаправленно проводились занятия по астронавигации, позволившие большинству слушателей прочно освоить использование навигационного секстана, различные астрономические способы определения места и поправки курсоуказания.
В 1956 году учебная практика была проведена в августе на кораблях Северного флота. Все слушатели штурманского факультета были разбиты на группы по 5–7 офицеров и распределены на корабли, участвовавшие в учениях. Постоянного контроля со стороны преподавателей при таком проведении практики не было. Поэтому каждому слушателю выдавалось индивидуальное задание по комплексу решаемых задач, результаты решения которого затем и оценивалось преподавателем. Опыт проведения этой практики показал, что без проведения дальнего штурманского похода с пересечением различных по навигационно-гидрографической обстановке районов, прохода по узкостям и международным проливным зонам, без постоянной помощи со стороны преподавателей, их контроля за выполнением решаемых задач, при отсутствии периодических контрольных мероприятий достичь высокого качества обучения невозможно. В этом году штурманский факультет окончили 60 слушателей, выпуск состоялся 17 сентября.
В связи с сокращением срока обучения на один месяц учебная практика в 1957 году, не проводилась. Выпуск 8 слушателей состоялся 16 августа 1957 года.
В ноябре 1958 года на штурманский факультет были приняты 34 слушателя. Их учебная практика была проведена в июне 1959 года на крейсере «Фрунзе» в походе по маршруту Кронштадт – Севастополь. Кроме слушателей штурманского факультета в плавании участвовали слушатели и преподаватели других факультетов классов. Старшим на переходе был начальник ВОЛСОК вице-адмирал П.П. Михайлов. Руководили учебной практикой начальник штурманского факультета В.П. Морозов и преподаватели кафедры навигации Г.П. Попеко, А.Б. Варлыго, Е.П. Соломатин, Л.П. Новоселов, Т.И. Карагодин и А.Д. Марченко. В период практики отрабатывались навыки в использовании навигационных секстанов и секстанов с искусственным горизонтом, радиопеленгаторов РПН-50 и АРП-50, новых радиолокационных станций, исследовались возможности корабельных лагов и эхолотов. Особое внимание, как и в предыдущие годы, уделялось совершенствованию умений слушателей в использовании астрономических способов определения места и ведении счисления с учетом всех возможных данных о его элементах из новых справочных пособий, изучению навигационно-гидрографических особенностей проливных зон и всего района плавания. Значительные усилия преподавателей были направлены и на освоение слушателями вводившихся в эти годы способов оценки погрешностей выполняемых обсерваций и счисления. Этот поход еще раз подтвердил высокую эффективность проведения учебной практики в дальнем походе, позволявшем с высоким качеством отрабатывать практические навыки слушателей по решению большинства задач кораблевождения в различных районах Мирового океана.
В 1959 году набор слушателей на штурманский факультет был несколько увеличен. Их обучение проводилось по двум профилям – «флагманский штурман соединения подводных лодок» и «флагманский штурман соединения надводных кораблей». Выпуск 54
слушателей (32 штурмана надводника и 22 штурмана подводника) состоялся 18 июля 1960 года.
Начальником кафедры электронавигационных приборов с момента её основания в 1945 году был Н.Ф. Пароменский. Им, преподавателями и лаборантами кафедры было сделано всё возможное для оборудования лабораторий и кабинетов новыми типами гирокомпасов, лагов, эхолотов, автопрокладчиков. В образцовом состоянии поддерживался кабинет девиации магнитных компасов, начальником которого до 1953 году оставался Н.И. Сурьянинов.
В 1949 году после увольнения в запас К.С. Ухова начальником кафедры навигации был назначен П.П. Скородумов. Преподавателями штурманского факультета в 1951-1954 года становятся А.Б. Варлыго, А.И. Смирнов, А.Ф. Федоров.
В 1948–1953 гг. преподавателями кафедр и отдельных дисциплин штурманского факультета по заданию Главного штурмана ВМФ была выполнена значительная работа по переработке программ обучения с целью максимального учета боевого опыта Второй мировой войны и перспектив развития средств и систем кораблевождения.
Для этого под руководством П.П. Скородумова, а затем Е.П. Соломатина был выполнен комплекс научно-исследовательских работ по анализу опыта решения задач кораблевождения в годы Великой Отечественной войны и возможности применения законов теории вероятностей для оценки точности плавания и вырабатываемых навигационных параметров.
По воспоминаниям Г.П. Попеко, «основными направлениями работы при переработке учебных программ были:
– внедрение в курсы навигации и мореходной астрономии обобщенного метода линий положения и методов оценки точности решаемых задач на основе теории вероятностей;
– обоснование путей повышения эффективности работы штурмана в различных условиях;
– внедрение в программы по существу нового раздела по навигационно-гидрографическому обеспечению боевых действий кораблей и соединений ВМФ.
В действовавших до 1945 года программах такой раздел отсутствовал. Рассматривались лишь методы использования средств навигационного оборудования театра в военное время. Официальных документов не было. В немалой степени указанные направления, как основы содержания программ по навигации, вытекали и из результатов ежегодных совещаний штурманов, проводимых Главным штабом и Гидрографическим управлением ВМФ. На эти совещания, как правило, приглашались представители кафедры навигации, которые часто выступали с докладами по проблемам развития теории и практики кораблевождения и обучения слушателей классов.
Для обеспечения высокого качества содержания лекций, связанных с вопросами теории вероятностей, П.П. Скородумовым была организована соответствующая специальная подготовка. Под его руководством кафедра выполнила огромную по объёму научно-исследовательскую работу по анализу точности кораблевождения подводных лодок Северного флота на основе записей в навигационных журналах за период войны. Инициатива и настойчивость Прокопия Прокопиевича положили начало внедрению в ВМФ теории вероятностей для оценки точности решаемых задач. До этого для оценки точности применялись самые примитивные методы, связанные с построением фигуры погрешностей места при изменении измеренных навигационных параметров на величину ошибки их измерения в положительную и отрицательную стороны. Полная реализация предложенных методов была изложена в томе 1 «Курса кораблевождения».
В 1945 году были начаты обзор и обобщение материалов по вопросам навигационно-гидрографического обеспечения (НГО) и решения задач кораблевождения в годы Великой отечественной войны. Они продолжались длительное время. В этот период исследовались официальные документы по проведению:
— десантных операций и набеговых действий;
— минных постановок и противоминных действий;
— стрельб по береговым целям;
— действий подводных лодок и торпедных катеров при нанесении ударов по кораблям противника.
Обобщались результаты:
— докладов на различных совещаниях и сборах;
— материалы стажировок и научно-исследовательских работ, выполнявшихся совместно со специалистами научно-исследовательского гидрографическо-штурманского института (НИГШИ);
— бесед со слушателями – участниками войны.
Эта работа начиналась практически с нуля. В те годы было решено уточнить термин НГО, отказавшись от господствующей его трактовки, как обеспечения Гидрографической службой работы штурманов путем создания сети средств навигационного оборудования театра. Была принята трактовка НГО как совокупности действий штурманов (навигационное обеспечение) и подразделений Гидрографической службы по всем частным вопросам, включая создание и обеспечение работы средств навигационного оборудования театра, издание новых карт и пособий, специальных пособий и наставлений и т.п. Трактовка была согласована с Главным штурманом ВМФ И.Г. Ивановым и с начальником штурманского отдела ГУ ВМФ В.Д. Шандабыловым. К сожалению, полного единства в терминологии в то время достигнуть не удалось.
Первым шагом по внедрению новой дисциплины было издание в начале 50-х годов соответствующего курса лекций. К 1955 году был разработан первый в ВМФ учебник «Навигационное обеспечение боевых действий», который явился логическим завершением формирования новой дисциплины кораблевождения. В дальнейшем производилось непрерывное накопление материалов за счет использования новых наставлений по применению оружия, а также совместных работ с 9 НИИ ВМФ. Наиболее полное изложение комплекса задач, решаемых штурманами и Гидрографической службой, было выполнено в учебнике «Навигационное обеспечение боевых действий кораблей и соединений ВМФ», изданного в 1966 году и разосланного на все корабли, в штабы и береговых частей. В 1952 году начальником кафедры навигации был назначен Е.П. Соломатин.
Кафедры штурманского факультета ВОЛСОК стали одним из инициаторов в коренной перестройке системы обучения слушателей и внедрения в практическую деятельность штурманов таких важных задач кораблевождения, как:
– определение места корабля предложенным В.В. Каврайским еще в 20-е годы обобщенным методом линий положения;
– использование теории вероятностей при оценке точности обсерваций, счислимого места и нахождении вероятнейшего места;
– навигационное обеспечение боевых действий».
О дружной совместной работе командования и преподавателей штурманского факультета ярко свидетельствует поговорка, сложившаяся в эти годы и надолго оставшаяся в памяти всех участников событий: «»Итак, вопрос ясен», – сказал товарищ Сясин. «Нет, он не совсем понятен», – заключил товарищ Соломатин. «Для решения этого вопроса мало и века», – доложил товарищ Попеко. «Для меня, академика, этот вопрос не нов», – промолвил товарищ Смирнов. «Данный вопрос – дело наших рук», – заявил товарищ Яцук. «В этом вопросе видна интрига», – заключил товарищ Варлыго. «Этот вопрос нам не годен», – несмело произнес товарищ Карагодин».
В 1953 году был уволен в запас начальник штурманского факультета Н.Н. Сясин, прослуживший в этой должности 17 лет. Длительное время он вел курс навигации и организации штурманской службы, постоянно возглавлял учебную практику, участвовал в нескольких сверхдальних походах. Он запомнился слушателям и преподавателям как скромный и отзывчивый руководитель, опытный педагог, все свои силы отдававший подготовке штурманов советского ВМФ. После его увольнения в запас начальником штурманского факультета был назначен капитан 1 ранга Д.А. Павлуцкий, выпускник штурманского офицерского класса 1932 года. Заместителем начальника ВОЛСОК по учебной и научной работе в 1953–1956 гг. был контр-адмирал М.Д. Куликов, выпускник штурманского офицерского класса 1930 года.
В 1954 году совместным постановлением Президиума Верховного Совета и Совета Министров СССР классы были переведены в разряд высших военных учебных заведений, а приказом военно-морского министра адмирала флота Н.Г. Кузнецова от 31 октября 1954 года № 0473 – на содержание по нормам высших учебных заведений ВМС. В этом же году на ВОЛСОК был организован командно-подводный факультет. Выпускники штурманских офицерских классов конца 40-х – первой половины 50-х годов приняли активное участие в создании океанского ракетно-ядерного флота нашей страны, в освоении новых кораблей и подводных лодок, в развитии штурманских наук и в подготовке новых поколений флотских офицеров.
Флагманскими штурманами флотов стали В.В. Владимиров, Э.С. Бородин, А.Н. Яковлев, Д.Э. Эрдман, П.П. Серков, Л.И. Митин, О.Д. Куфарев, В.С. Горбич; флагманскими штурманами объединений – П.И. Назаренко, Г.Д. Валюнин, Р.Л. Леонидов, С.Д. Жущиховский; А.В. Федотов; известными учеными и педагогами –А.В. Лаврентьев, Е.П. Глебов, Н.М. Груздев, В.П. Апрелев, В.С. Барышев, Р.А. Скубко, Е.Ф. Суворов, В.П. Заколодяжный, В.И. Глушенко, В.С. Болдырев, К.Ф. Пшеницын, В.А. Монтелли, Н.Г. Лущин, К.А. Емец, Б.И. Яцук, О.Г. Морев, В.А. Фуфаев, С.П. Ребенок; командирами соединений Л.Я. Васюков и Ф.Ф. Старожилов. В 50- е годы заочно окончили Военно-морскую академию преподаватели кафедры навигации А.В. Быковцев и Л.П. Новоселов.
В 1954 году в ВВМУ имени М.В. Фрунзе был создан совет по присуждению ученой степени кандидата военно-морских наук, получивший право принимать к защите кандидатские диссертации и присуждать ученую степень кандидата военно-морских наук по целому ряду специальностей, в том числе по специальности «Кораблевождение (навигация, мореходная астрономия, девиация, электронавигационные приборы)».
В адъюнктуру при штурманском факультете Классов поступают опытные штурмана В.Ф. Рухлин, Б.И. Яцук, П.В. Граевский и А.Т. Цыбиногин. В начале 50-х годов начинают исследования и разработку диссертаций на соискание ученой степени кандидата военно-морских наук преподаватели штурманского факультета К.П. Орешкин и А.И. Смирнов. В 1954 – 1958 гг. к ним присоединяются Е.П. Соломатин, Л.П. Новоселов, Т.И. Карагодин, Г.П. Попеко. Первая защита кандидатской диссертации состоялась 10 марта 1955 года в диссертационном совете ВВМУ имени М.В. Фрунзе. Свою работу представил преподаватель кафедры навигации П.В. Граевский, который разработал её без научного руководителя и в короткий срок. В значительно более сложных условиях выполняли научные разработки преподаватели кафедры, которым приходилось сочетать их с педагогической деятельностью. Тем не менее, проявленные настойчивость и целеустремленность позволили завершить свои работы и стать учеными К.П. Орешкину, А.И. Смирнову, Г.П. Попеко, Л.П. Новоселову и Т.И. Карагодину, А.П. Ковалеву.
За успешную педагогическую деятельность и активную научно-исследовательскую работу ученое звание доцент было присвоено К.П. Орешкину (1960), Г.П. Попеко (1961), Е.П. Соломатину (1962), Т.И. Карагодину и Л.П. Новоселову (1968).
В 1955 году увольняются в запас замечательные педагоги: инженер-капитан 1 ранга А.И. Градов (Хирвонен) и капитан 1 ранга А.К. Загурьянов. За годы преподавания на Классах А.К. Загурьянов выполнил большую работу по обобщению опыта навигационного обеспечения боевых действий, решения задач тактического и боевого маневрирования в годы Великой Отечественной войны. Он разработал основной из существующих графоаналитический способ учета циркуляции корабля в относительном движении, ввёл понятие “сектор доступных позиций”. Его перу принадлежат многие труды по маневрированию и навигационному обеспечению боевых действий.
А.И. Градов с небольшими перерывами служил на классах с 1930 года. С 1945 года он был руководителем отдельной дисциплины «Радиотехнические средства кораблевождения». Приложил значительные усилия для формирования и глубокого освоения этой новой в ВМФ дисциплины. Это был скромный и отзывчивый педагог, оставивший о себе только самую добрую память.
С 1952 по 1960 гг. на штурманском факультете осуществлялась подготовка офицеров ВМФ стран народной демократии. В эти годы штурманский класс окончили 75 слушателей-штурманов: 12 – из ГДР, 11 – из Болгарии, 14 – из Польши, 22 – из КНР, 14 – из Румынии, 2 – из Албании.
Коренные и качественные изменения в составе флота и в характере выполняемых им задач предъявляли особенно высокие требования к специальной и оперативно-тактической подготовке офицерского состава. В соответствии с новыми задачами перерабатывались учебные планы и программы, которые все больше насыщались вопросами изучения современного оружия и техники, тактики их использования. Необходимо было при этом определить линии преемственности и размежевания между военно-морскими училищами, классами и академической ступенью образования, обеспечить практическую направленность подготовки слушателей. Эти вопросы постоянно обсуждались на совещаниях и методических сборах преподавательского состава, на штурманском факультете и его кафедрах.
Особое внимание было уделено развитию учебно-лабораторной базы. Существовавшая учебно-лабораторная база штурманского факультета к середине 50-х годов уже не в полной мере отвечала требованиям подготовки штурманов. Необходимо было прививать слушателям навыки в использовании современных технических средств кораблевождения, в выработке предложений по использованию сил и оружия в условиях ведения боя, разыгрывать тактические эпизоды на практических занятиях с максимальным приближением к корабельным условиям. Причем выполнять это не только в период корабельной практики, но и непосредственно на специально созданных тренажерах. Из имевшихся на штурманском факультете лабораторий только кабинет девиации магнитных компасов отвечал указанным требованиям. Кабинеты навигационной прокладки и электронавигационных приборов устарели, а тренажеры по решению задач маневрирования и навигационно-тактических задач вообще отсутствовали. Не было и опыта их создания.
Коллектив штурманского факультета творчески решал эти сложные задачи. В 1955 году была начата разработка тренажёра по обеспечению ведения навигационной прокладки и решения навигационно-тактических задач. В ней приняли участие все преподаватели и лаборанты кафедры навигации. Возглавил эту работу Г.П. Попеко. В тренажере была смоделирована возможность выдачи навигационной информации одновременно по двум районам Мирового океана. Для работы слушателей были созданы посты ведения навигационной прокладки, оборудованные всеми необходимыми датчиками и информационными табло навигационных приборов. С помощью разработанных имитаторов круговых и секторных радиомаяков и РНС «Лоран-А» навигационные данные поступали на установленные в кабинете радиопеленгаторы и приемоиндикаторы типа КПИ-3М. Кроме этого в кабинете были смонтированы тренажёры первых астронавигационных систем-приставок к перископам типа ПРТ и ПЗМ. Установленные здесь же хронометры и радиоприемники сигналов точного времени позволяли отрабатывать навыки в несении службы времени.
Тренажер был введен в строй в 1957 году. Все участники работы были поощрены командованием классов, а Г.П. Попеко – Главнокомандующим ВМФ. В лабораториях электронавигационных приборов были установлены поступившие на вооружение ВМФ современные типы гирокомпасов, лагов, автопрокладчиков и эхолотов. Учитывая, что создание специализированных навигационно-тактических тренажеров для подготовки только штурманов представляло значительные трудности, преподаватели штурманского факультета приняли активное участие в разработке технико-экономических обоснований обще классных тактических тренажеров и тренажеров по использованию различных видов оружия. Впоследствии эти тренажеры с успехом использовались для подготовки штурманов.
С 1 октября 1960 года факультеты классов, готовившие флагманских специалистов, были объединены в один – факультет оружия и противолодочной обороны (ПЛО). В его состав (со штатом в 90 слушателей) были включены все кафедры и отдельные дисциплины штурманского факультета, объединенные в кафедру кораблевождения. Сюда же вошли и две учебные группы штурманов: офицеров-надводников и офицеров-подводников с профилем подготовки «флагманский штурман соединения надводных кораблей (подводных лодок)» и ежегодным набором 17 слушателей. Все учебные кабинеты были объединены в лабораторию кафедры кораблевождения. Вступительные экзамены были отменены, учебные занятия стали проводиться в течение 10 месяцев с октября по июль.