А. М. Василевский писал:
«Оправдано ли было то, что Сталин возглавил Верховное Главнокомандование? Ведь он не был профессиональным военным деятелем.
Маршал Василевский А.М.
Безусловно, оправдано…
По моему глубокому убеждению, И. В. Сталин… являлся самой сильной и колоритной фигурой стратегического командования. Он успешно осуществлял руководство фронтами, всеми военными усилиями страны…
И. В. Сталин обладал не только огромным природным умом, но и удивительно большими познаниями. Его способность аналитически мыслить приходилось наблюдать во время заседаний Политбюро ЦК партии, государственного комитета обороны и при постоянной работе в Ставке. Он неторопливо, чуть сутулясь, прохаживается, внимательно слушает выступающих, иногда задаёт вопросы, подаёт реплики. А когда кончится обсуждение, чётко сформулирует выводы, подведёт итог. Его заключения являлись немногословными, но глубокими по содержанию и, как правило, ложились в основу постановлений ЦК партии или ГКО, а также директив или приказов Верховного Главнокомандующего…
И. В. Сталин стал хорошо разбираться не только в военной стратегии, что давалось ему легко, ибо он превосходно владел искусством политической стратегии, но и в оперативном искусстве.
Думаю, Сталин в период стратегического наступления Советских Вооружённых Сил проявил все основные качества советского полководца. Он умело руководил действиями фронтов, и всё советское военное искусство за годы войны показало силу, творческий характер, было значительно выше, чем военное искусство хвалёной на Западе немецко-фашистской военной школы.
Большое влияние Сталин оказал на создание делового стиля работы Ставки… его характеризовали: опора на коллективный опыт при разработке оперативно-стратегических планов, высокая требовательность, оперативность, постоянная связь с войсками, точное знание обстановки на фронтах…
Это было в 1943 году в боях за Днепр. Когда я при очередном телефонном докладе Сталину подчеркнул, что задержка в быстром осуществлении наших планов на Нижнем Днепре вызывается нехваткой сил, которые мы, выполняя утверждённые и продиктованные Ставкой решения, вынуждены дробить здесь между несколькими направлениями, решая целый ряд задач одновременно, Сталин ответил:
— Если это так, то и не надо наступать сразу всюду. Поставьте Толбухина в оборону, ограбьте его и отдайте всё, что можно, Малиновскому, пусть он наступает. Потом, когда основные задачи, стоявшие перед Малиновским, будут решены, поставьте его в оборону, ограбьте его, отдайте максимум возможного Толбухину и толкайте его в наступление. Вот это и будет правильная координация сил двух фронтов.
Я нарочно оставляю без изменения выражения, применённые Верховным, чтобы передать читателю обычный колорит его речи. Он говорил, как правило, точно, скупо и прямо…
Сталин как Верховный Главнокомандующий в большинстве случаев требовал справедливо, хотя и жёстко. Его директивы и приказы указывали командующим фронтов на ошибки и недостатки, учили умелому руководству всевозможными военными действиями…
У Сталина была удивительно сильная память. Я не встречал людей, которые бы так много помнили, как он. Сталин знал не только всех командующих фронтами и армиями, а их было свыше ста, но и некоторых командиров корпусов и дивизий, а также руководящих работников Наркомата обороны, не говоря уже о руководящем составе центрального и областного партийного и государственного аппарата. В течение всей войны И. В. Сталин постоянно помнил состав стратегических резервов и мог в любой момент назвать то или иное формирование…
Сталину были присущи большие организаторские способности. Он сам много работал, но и умел заставить работать в полную меру сил других, выжать из них всё, что они могли дать…
… В период войны, на заседаниях Политбюро или ГКО при обсуждении того или иного принципиального вопроса, касающегося ведения вооружённой борьбы или развития народного хозяйства, вопреки высказанному Сталиным мнению члены Политбюро довольно смело и настойчиво вносят свои предложения, и они Сталиным не только не отвергаются, но и охотно обсуждаются; и если предложение разумно, оно принимается.
Точно так же и при работе Ставки мы, военные, имеющие прямое отношение к вооружённой борьбе, вносим свои предложения, и Сталин считается с нами…
По моим наблюдениям, у Сталина мало оставалось времени для отдыха и культурных развлечений, если не считать эпизодических посещений им театра и просмотра кино. Сталин вёл жизнь человека, целиком занятого государственными делами.
После того как советские войска освободили Минск, Сталин был в прекрасном, приподнятом настроении. Как-то в один из вечеров он пригласил к себе на квартиру группу военачальников, чтобы отметить такое большое событие. На приём к И. В. Сталину С. М. Будённый пришёл с баяном, и это создало непринуждённую праздничную обстановку. Сталин первым положил начало откровенности и дружественности в отношениях между присутствующими. Произносились тосты, пели, кто-то плясал. Сталин с удовольствием смотрел на пляшущих, подбадривал, а потом всех обнимал и даже целовал. За время неудач советских войск он много выстрадал, сейчас же был глубоко удовлетворён ходом военных действий на фронтах и не хотел скрывать своих чувств…
Сталин прочно вошёл в военную историю. Его несомненная заслуга в том, что под его непосредственным руководством как Верховного Главнокомандующего Советские Вооружённые силы выстояли в оборонительных кампаниях и блестяще провели все наступательные операции. Но он, насколько я мог его наблюдать, никогда не говорил о своих заслугах. Во всяком случае, мне этого не приходилось слышать… И наград у него имелось меньше, чем у командующих фронтами и армиями».
О лжи Хрущёва Василевский, в частности, написал следующее: «Хорошие отношения были у меня с Н. С. Хрущёвым и в первые послевоенные годы. Но они резко изменились после того, как я не поддержал его высказывания о том, что И. В. Сталин не разбирался в оперативно-стратегических вопросах и неквалифицированно руководил действиями войск как Верховный Главнокомандующий. Я до сих пор не могу понять, как он мог это утверждать. Будучи членом Политбюро ЦК партии и членом военного совета ряда фронтов, Н. С. Хрущёв не мог не знать, что командующие фронтами и армиями с большим уважением относились к Ставке, Сталину и ценили их за исключительную компетентность руководства вооружённой борьбой».
По утверждению главного маршала авиации Александра Голованова, в 1962 году Хрущёв попросил маршала Рокоссовского написать статью о Сталине в духе решений XX съезда. Рокоссовский ответил: «Никита Сергеевич, товарищ Сталин для меня святой!». На следующий день его окончательно сняли с должности заместителя Министра обороны СССР. В другой раз Рокоссовский вместе с Головановым на каком-то банкете отказались чокаться с Хрущёвым. Больше их на такие приёмы не приглашали
Большое спасибо за прекрасную статью о Сталине. Сейчас многие дерьмократы пытаются его очернить. Скрежещут зубами, когда им это не удается. Сталин великий политик и военноначальник!
Прекрасная статья. Таких бы побольше. Может быть, кто-то и задумается, куда нужно посылать нынешних дерьмократов лес валить.